Глава 6

Вацлав

Вацлав, стоявший у окна спиной к дяде, казался натянутой струной, готовой в любой момент оборваться. Его сжатые в кулаки руки предательски выдавали внутреннее волнение, хотя голос звучал ровно и спокойно, как и подобает истинному правителю.

– Я слышал, ты хочешь выделить девушке наставника? – лениво поинтересовался дядя, нарушая затянувшееся молчание.

– Да, – не стал отрицать очевидное Вацлав, не отрывая взгляда от города, медленно погружавшегося в сумерки. И хотя ему претило обсуждать свои решения с кем бы то ни было, он все же решил объяснить дяде свои мотивы, словно пытаясь оправдать свои действия в собственных глазах. – Я хочу, чтобы Мира познакомилась с нашим миром.

Он не стал вдаваться в подробности, не стал объяснять, почему его так волнует эта иномирянка, словно боялся выдать свои истинные чувства, тщательно скрываемые даже от самого себя.

– Зачем? – искренне недоумевал Радей, приподняв брови в удивлении. И Вацлав прекрасно понимал его недоумение. Он и сам до конца не осознавал, зачем предложил Мире свое гостеприимство, хотя привык просчитывать каждый свой шаг на несколько ходов вперед. Но с этой девушкой все его тщательно продуманные планы постоянно рушились, не выдерживая ее невидимого, но ощутимого влияния.

– Она из другого мира. И ей предстоит жить на Индре. Я хочу, чтобы она знала всё о мире, в который её забросила судьба, – пожал он плечами, скрывая замешательство за нарочитой небрежностью.

– Любопытно, – усмехнулся Радей, и его усмешка, словно острая игла, пронзила Вацлава, обнажив тщательно скрываемую уязвимость. – Уж не хочешь ли ты оставить ее себе? Тебе напомнить, чем закончился подобный союз?

Этого Вацлав опасался больше всего на свете. Он понимал, что рано или поздно начнутся подобные разговоры, но никак не думал, что его — холодного и расчётливого правителя, ищущего во всём лишь собственную выгоду, — будут сравнивать с его мягким и добросердечным дедом, который прежде всего стремился сделать жизнь людей более комфортной и безопасной.

– Не стоит, – холодно произнес Вацлав, стараясь сохранять видимость спокойствия. – Я прекрасно все помню. И не собираюсь делать ничего подобного. Просто хочу, чтобы девушка чувствовала себя комфортно в нашем мире.

Его слова прозвучали слишком официально и натянуто, неестественно. Он невольно нахмурился, чувствуя, как внутри него нарастает раздражение. Ему приходилось объяснять совершенно очевидные вещи. С девушкой, отмеченной печатью Создателя, нужно вести себя предельно осторожно. И если он принял решение использовать ее силу на благо клана, это вовсе не означало, что она будет находиться в заточении, словно рабыня. Неужели дядя этого не понимает? Мира — не рабыня. В конце концов, она его гостья, пусть и незваная. Метка Создателя, несомненно, защитит ее от любых бед, которые могут случиться в замке. Тем более он сам ни за что не допустит, чтобы кто-то ее обидел.

– Что ж, – протянул дядя, обдумывая его слова. – Если ты так заботишься о комфорте этой девушки, то, думаю, тебе пора всерьёз задуматься о девушках, более подходящих тебе по статусу.

– О чем ты? – нахмурился Вацлав, его тон стал более резким, выдавая с трудом сдерживаемое раздражение.

– Я о твоей невесте, – Радей мягко улыбнулся и похлопал по спинке соседнего кресла, приглашая племянника сесть рядом.

– Не припомню, чтобы я выбирал себе невесту, – отрезал Вацлав, продолжая стоять у окна и не желая сокращать дистанцию.

– И я об этом, – дядя подался вперёд, сохраняя приветливое выражение лица. – Тебе давно пора задуматься о создании семьи. Подумать о достойном наследнике.

– Сейчас совершенно неподходящее время для создания семьи, – возразил Вацлав, отходя от окна. – Набеги на приграничные поселения участились. С каждым днем вражеский клан атакует все яростнее.

– И именно в этот непростой период нет ничего лучше, чем заключить крепкий союз с сильной, магически одарённой девушкой. Тебе нужно укрепить своё положение в клане.

– Мое положение и без того крепко. Я наследник…

– Наследник, это верно, – мягко согласился Радей, не вступая в спор. – Но что произойдёт, если с тобой что-нибудь случится? Клан, оставшийся без предводителя, распадётся на части. Наши земли станут лёгкой добычей для давних противников. Ты этого хочешь?

– Нет, – Вацлав снова повернулся к окну, глядя на город, чьи огни мерцали в темноте, словно россыпь крошечных звёзд. – Конечно же, нет.

– Только кровный наследник сможет в полной мере принять правление, – назидательным тоном продолжал Радей, стараясь достучаться до сознания племянника. – Никто другой не сможет подчинить себе замок и его древнюю силу. Ты прекрасно это знаешь. Нужна кровь.

– Знаю, – вынужденно согласился Вацлав, не желая продолжать этот неприятный разговор.

– Вот и прекрасно, – дядя весело хлопнул в ладоши, словно подводя итог их беседе. – Значит, свадьбе быть. У меня есть несколько подходящих кандидатур. Думаю, тебе стоит познакомиться с каждой из девушек, чтобы сделать правильный выбор.

– Хорошо, – неохотно согласился Вацлав, чувствуя, как внутри него поднимается волна раздражения.

Дядя продолжал говорить, перечисляя достоинства каждой из претенденток, но Вацлав его уже не слушал. В его голове кружились обрывки мыслей, неуловимые, словно мотыльки, порхающие в сумеречном воздухе. Что-то важное ускользало от него. Стоило только уловить нить этой мысли, схватить ее кончиками пальцев, как она тут же растворялась в пелене сомнений, оставляя после себя лишь томящую пустоту.

– Ты совсем меня не слушаешь, Вацлав, – Радей мягко, но настойчиво похлопал его по плечу, пытаясь вернуть в реальность.

– Прости, я задумался, – ответил Вацлав, не отрывая взгляда от окна, словно в далёких сумерках искал ответы на мучившие его вопросы. Его голос звучал тихо, но в нём отчётливо чувствовалось сдерживаемое напряжение, словно он из последних сил пытался унять бушующую внутри бурю.

– Надеюсь, о предстоящей женитьбе? – лукаво улыбнулся дядя, глядя на него хитрым прищуром.

– И это тоже, – уклончиво ответил Вацлав, не желая углубляться в эту щекотливую тему. – Так о чем ты говорил?

– О наставнике для твоей гостьи, – Радей поморщился, произнося последнее слово, словно оно вызывало у него неприятные ассоциации. – У меня есть на примете один человек. Преданный, знающий.

– Но я хотел, чтобы Мира… – начал Вацлав, пытаясь отстоять свою точку зрения, но его тут же прервали.

– У тебя сейчас столько забот, дорогой племянник. Не стоит забивать голову подобной ерундой. Я все улажу, не сомневайся.

– Благодарю, дядя, – не стал спорить Вацлав, хотя в глубине души отметил, что ему не нравится эта настойчивость.

– Всё только для тебя, ты же знаешь. Ты мне как сын, – Радей тепло улыбнулся и шагнул к Вацлаву, словно желая обнять его.

– Я знаю, дядя. Знаю…

– У меня ведь так и не было своих детей, – с грустью в голосе добавил Радей, и в его голосе отчётливо прозвучала старая, незаживающая боль. – Моя жена умерла при родах. В ту роковую ночь я потерял и долгожданного сына, и любимую женщину.

– Не представляю, как тебе было тяжело, – искренне сказал Вацлав, сочувственно положив руку на плечо Радея и слегка сжав его.

– Мне до сих пор очень тяжело одному, – Радей печально вздохнул. – Но у меня хотя бы есть ты, мой дорогой племянник, – он слегка ткнул Вацлава в грудь. – А у тебя нет ни брата, ни сестры, у которых могли бы быть дети. Не повторяй моей ошибки, Вацлав. Я ведь мог бы жениться ещё раз, ради наследника, но был так глуп. Так глуп…

– Но ты и сейчас можешь это сделать, – возразил Вацлав, но дядя лишь устало махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху.

– Я уже далеко не в том возрасте, – печально рассмеялся он. – Но знаешь, в своё время за мной увивалось столько красавиц… Столько красавиц…

Дядя тяжело вздохнул и устало опустился в кресло. Тишина вновь наполнила просторный кабинет, но на этот раз она была совсем другой, пронизанной грустью, глубоким пониманием и тяжёлым предчувствием ответственности за будущее своего клана.

– Возраст – всегда тот, – произнес Вацлав спустя некоторое время, нарушив затянувшееся молчание.

– Ты действительно так думаешь? – в голосе дяди вдруг появилась надежда.

– Уверен, – твёрдо ответил Вацлав, садясь рядом с ним и пристально глядя дяде в глаза. Они были полны невысказанной тоски.

– А не сыграть ли нам тогда двойную свадьбу, а? – вдруг лукаво прищурился Радей, глядя на племянника с хитрой усмешкой.

– Двойную свадьбу… – задумчиво произнес Вацлав, прокручивая в голове эту неожиданную идею.

– У нас должно быть много потомков нашей крови. Именно на ней держится клан. А сейчас мы рискуем потерять всё…

Вацлав ничего не ответил. Дядя был прав как никогда. Клан находился в шатком положении, и без наследников его ждала неминуемая гибель. Без крепкого, надёжного наследника, который мог бы занять его место, замок не выдержит натиска врага. Только кровь истинного правителя даст доступ к власти. Без кровного наследника замок не отзовётся на зов нового правителя, и вся долина погрузится во мрак, обречённая на гибель.

– Я слышал, ты собираешься отправиться на приграничье? – поднял голову Радей, нарушив затянувшееся молчание.

– Да нужно усилить защитный купол. Нападения врага участились.

– Я сам отправлюсь туда, – устало ответил дядя.

– Но…

– Не спорь, – отрезал он, и в его голосе прозвучала неприкрытая решимость. – Пока ты не дань клану потомство, тебе не стоит напрасно рисковать собой. У нашего рода должен быть наследник. Никто не сможет править замком, кроме потомков основателей клана. Только кровь истинного правителя откроет доступ к его древней силе. Только кровь…

Дядя вслух произнёс мысль, которую Вацлав обдумывал только что. И он был прав. Прав, как никогда. Радей с трудом поднялся с кресла и, слегка пошатываясь, направился к выходу.

– Я сам отправлюсь в приграничье, – сказал он, обернувшись к племяннику. – А ты займись девушками. Очень надеюсь, что к моему возвращению невеста будет выбрана.

– А ты? – спросил Вацлав.

– А что я?

– Двойная свадьба. Ты помнишь?

– Ах, это… – Радей махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. – Мне подойдёт любая, кто позарится на моё старческое тело. Это ты, пока молод и горяч, можешь выбирать, перебирая достойных претенденток. А я уже стар…

Старик бормотал что-то еще, выходя из кабинета и оставляя Вацлава наедине с его мыслями. Он действительно все это время старался не думать о свадьбе, считая, что еще успеет. Был слишком занят войной, судьбой клана, а теперь еще и загадочным сиянием, связавшим его с девушкой из другого мира. И только сейчас слова Радея заставили его взглянуть в лицо суровой реальности.

Клан действительно рискует потерять единственного наследника. И если это случится, если он падёт на поле боя, клан поглотит более сильный и могущественный противник.

Это была его ответственность. Его долг. Он должен был выбрать невесту, родить наследника и обеспечить будущее своего клана. Но было одно «но»... которое, словно ядовитый шип, терзало его сердце, не давая покоя.

Мира… Ее имя, словно заклинание, звучало в его голове, напоминая о той таинственной, почти мистической связи, которая внезапно возникла между ними. Вацлава все больше и больше волновала эта загадочная девушка из другого мира. Он чувствовал ее силу, ее огромную мощь, которая, словно магнит, неудержимо притягивала его к ней. Сияние его кожи при случайном прикосновении, этот таинственный отклик, пробегавший по телу, словно электрический разряд… Все это неудержимо манило его, не давало покоя. Но больше всего его беспокоило отсутствие ответного сияния, что, по его мнению, было совершенно неправильно. Что-то в этом было не так.