21

Конфликт, которому не суждено было произойти. Не в этот раз.

Вообще, если задуматься, то у нас с Тамиром уже сложилась одна, практически семейная традиция. Начиная с первого же дня моего появления в магистериуме, каждый вечер я приходила в его кабинет, где мы разговаривали, так или иначе обсуждая события прошедшего дня, как будто уже были мужем и женой. Вот и сейчас мы, словно супруги, обсуждали детали предстоящей совместной поездки.

Ну, как обсуждали. Господин ректор пытался приводить аргументы, которые должны были убедить меня принять решение остаться. Это когда уже понял, что одним «нет» и простым запретом он не отделается. А до того смотрел сурово, полагая, что я испугаюсь его взгляда и соглашусь на его ультимативное требование. Наивный. Он просто не знал, как смотрела одна дама из бухгалтерии моего родного университета, когда ей приносили акт о списании материальных запасов. Вот где хотелось бежать без оглядки. Но нельзя. Потому как отчитаться перед бухгалтерией все равно было необходимо, тут без вариантов.

А здесь… Здесь мотивация у меня была куда более сильной, чем просто сдать акт о пришедших в негодность находящихся на балансе объектов. Сейчас на кону стояла жизнь и здоровье того, кого я любила. И кого в скором времени собиралась назвать своим супругом. Так что, сами понимаете, шансов оставить меня в магистериуме у Тамира не было, не взирая на все его регалии. Будь он хоть сто раз ректором и тысячу раз командором, этого все равно было не достаточно, чтобы переубедить меня. И даже столь близкое родство с императором в этом аспекте не играло значимой роли. Наоборот, напоминало мне о том, что на кону стоит не только жизнь моего любимого, но и, возможно, судьба всей империи.

Исчерпав все разумные аргументы, Тамиру ничего не оставалось, кроме как применить обманный маневр. И смысл этого не слишком честного приема заключался в том, чтобы при помощи с ума сводящих поцелуев затуманить мой разум до такой степени, чтобы я напрочь забыла тему нашей беседы и смиренно согласилась остаться в магистериуме, ожидая возвращения своего господина и повелителя. Но не на ту напал. Во-первых, этот хитроумный метод прекрасно работал в обе стороны, и мне ничего не мешало воспользоваться им в отношении Тамира, так сказать, параллельно, в процессе. А, во-вторых, не на ту напал. Мой мозг, натренированный в ситуациях различной степени сложности, прекращать думать решительно отказывался. Особенно когда я сама того не желала.

Так что, выкусите, господин ректор, но убедить меня в том, что для меня же будет лучше, если я останусь, у вас не выйдет. Разве что только заточить в казематах, которые, как известно, в магистериуме отсутствовали. Но, как ни странно, мысль о том, что меня действительно вполне можно было бы запереть, Тамиру в голову не пришла, либо он отбросил этот вариант как неприемлемый. Во всяком случае, озвучивать он его не стал, пытаясь договориться со мной по-хорошему. Это ж насколько вы очарованы мной, господин ректор! Натурально, втрескались по уши. Как, впрочем, и я.

Решающим аргументом, который окончательно разрушил сопротивление Тамира, стало мое заявление о том, что я буквально мечтаю об экскурсьоне по великой степи с гидом в его лице. Это ж какой романтик должен был быть. И даже пыль дорог, а, вернее, перспектива стать покрытой ею ровным слоем вскоре после начала путешествия, не пугала меня. Страшило меня лишь то, что я могу оказаться вдали от Тамира. Потому что тогда с ним может произойти нечто непоправимое. Иррациональное чувство, да. Вернее, предчувствие. Или, возможно, результат анализа известных мне событий, выполненный моим мозгом, но, за неимением крепкой доказательной базы, представленный именно в таком ненаучном виде.

Так или иначе, я не могла и не хотела отпускать Тамира одного. И я этой цели добилась. А потому, сейчас, после длительной дискуссии, мы перешли, наконец, к обсуждению предстоящей поездки. И вот тогда, уже после того, как Тамир согласился взять меня с собой, я рассказала ему о том, какой дополнительный интерес есть у меня в Орихоне.

− Исследование магического поля? − переспросил Тамир, когда я поведала ему о своих предположениях, умолчав, впрочем, о предполагаемой маголучевой болезни.

− Да, − подтвердила я. − Меня интересуют методы исследования, которые позволили бы подтвердить тот факт, что магическая энергия имеет материальное воплощение, а также могли бы пролить свет на особенности ее взаимодействия с живыми организмами.

− Почему ты думаешь, что такие методы есть в Орихоне?

− Я не думаю, я знаю. Нашла информацию в библиотеке.

− В закрытом разделе, куда допуск осуществляется только по спецпропускам, подписанным лично мной?

− Э… − пожалуй, впервые за все время нашего с Тамиром знакомства, я не знала, что сказать. − Но я же как-то прошла туда, − осторожно заметила я.

− Вот именно, как? − строго спросил у меня андр.

− Ну… меня провели. И я даже не догадывалась, что это какое-то запретное место. Честно-пречестно, − я посмотрела на Тамира честными глазами.

− Понятно, − вздохнул он. − Мне следовало догадаться, что ты привлечешь их внимание, и они непременно захотят с тобой познакомиться, − произнес он, без сомнения, имея в виду книги, с которыми мы разговаривали.

− Они что-то вроде хранителей библиотеки? − решилась спросить я.

− Да, − согласился со мной Тамир, − что-то вроде того. Я и сам точно не могу сказать, потому что получил их в наследство вместе с магистериумом. Но они − не единственное необъяснимое явление, которое есть в этом мире. Поэтому я и не хотел, чтобы ты ехала со мной. Степь таит в себе множество тайн, большинству из которых лучше навсегда остаться неузнанными. Поездки в составе караванов считаются безопасными. Настолько, насколько это возможно. Но мы отправимся с тобой путь одни и налегке. Без внешней поддержки. Это единственный шанс, чтобы достичь Орихона также быстро, как и те, за которыми мы следуем. А потому там, в степи, тебе нельзя будет отходить от меня ни на шаг. И безоговорочно выполнять все мои приказы. Ты должна пообещать мне это. И это не обсуждается. В противном случае, несмотря на все твои аргументы, тебе придется остаться здесь. Я не могу и не буду рисковать твоей жизнью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ − Да, мой командор, − я подошла к Тамиру и, взяв его за руки, подняла голову и заглянула ему в глаза. − Я обещаю, что в степи буду беспрекословно следовать твоим указаниям.

И я была абсолютно честна в этом обещании. Конечно, я пока весьма слабо понимала, что из себя представляет эта великая степь. Мое воображение рисовало мне пустынное пространство, от края до края закрытое небесным куполом, где опасностей таится не меньше, чем в пустыне или прерии. А про странствия отважных героев и эксцентричных героинь на таких территориях я прочла немало книг. И в подавляющем большинстве случаев эти самые героини не находили ничего лучше, кроме как ускользать от своего спутника под покровом ночи в стремлении к какой-нибудь не слишком рациональной цели. И, разумеется, практически сразу же оказывались в руках злодеев, в схватку с которыми герой неизменно вступал, освобождая героиню из плена. Я подобного экспириенса испытывать в своей жизни не желала, а потому убегать от Тамира на встречу сомнительным приключениям отказывалась категорически.

− Мне нравится, когда ты меня так называешь, − признался Тамир, прошептав это признание мне в губы.

− Мой командор, − повторила я, целуя его. Делясь с ним своим дыханием, которое соединялось с его дыханием, сплетая воедино наши судьбы.

Раньше я иногда задавалась вопросом, к какому времени лучше всего отнести три часа после полуночи. Вот два часа − это, определенно, еще ночь. Четыре часа − это, вроде как, уже утро. А вот три − этакое ни то, ни се. И самым лучшим времяпрепровождением в это время суток был сон в мягкой теплой постельке, а не все эти философские размышления, которыми я была сейчас озабочена. А все почему, спросите вы. А потому, что наш с Тамиром выезд был назначен на этот самый загадочный для отнесения к времени суток час. Предложение отправиться в погоню немедленно мой андр решительно отверг, сказав, что выезжать в ночь будет неэффективно в силу ряда факторов, да и нам обоим следует хотя бы немного поспать. И отъезд был назначен на самое глухое время суток, коими и являются в моем представлении эти злосчастные три часа после полуночи. Я, если честно, не думала, что в столь раннее время можно встать без будильника и даже практически с удовольствием. Но, как выяснилось, если лечь спать накануне очень рано, то прежде казавшееся невозможным становится реальностью.

Хотя, будем честными, прыгать от восторга из-за столь раннего подъема у меня не было никакого желания. Желание было разве что только поворчать, но я его изо всех сил подавляла, поскольку сама напросилась поучаствовать в грядущем увлекательном предприятии. Впрочем, все мое недовольство сняло как рукой, стоило нам оказаться за пределами магистериума. Там, у ворот, нас уже ожидал весьма комфортный экипаж, предназначенный специально для дальней дороги. Я, если честно, не задумывалась о том, как именно мы будем добираться до Орихона, в потому была очень рада именно такому решению. Управление экипажем взял на себя Тамир, а я удобно устроилась на соседнем сиденье, наблюдая за тем, как ловко его руки управляются со всеми рычагами. Дорога темной лентой вилась вдаль, и я сама не заметила, как задремала.

К рассвету мы достигли сопок-гор, отделяющих земли Руада от великой степи. Здесь же, по словам Тамира, мы должны были сменить наш транспорт. Я почему-то думала, что нам предстоит долгая дорога верхом, совсем как в приключенческих романах, кои я в избытке читала в юности. Но все оказалось иначе. Нам предстояло воспользоваться портальным переходом. Я даже сначала не поверила, когда Тамир сказал мне об этом. Потому что сам факт существования такого портала являлся доказательством правдивости моего предположения о том, что магическая энергия состоит из некоторых мельчайших частиц, имеющих массу, магонов, как я их для себя назвала. И, получалось, что это открытие уже когда-то было сделано в этом мире. Но вот здесь меня ждало разочарование. Потому что, как выяснилось из объяснений Тамира, порталы, которых было совсем немного в империи, были созданы очень давно и, что называется, эмпирическим путем. Или, если какие-то расчеты им и предшествовали, то не сохранились. На мой следующий вопрос о том, почему же этими порталами не пользуются на постоянной основе, вместо этого передвигаясь по степи караванами, мой андр ответил, что у таких порталов очень маленькая пропускная способность. Говоря другими словами, они расходуют крайне много энергии, а потому используются только в чрезвычайных случаях. А в этом смысле, что и говорить, у Тамира, брата императора, был блат.

Портал, которым мы воспользовались по этому самому немыслимому блату, был хоть и стационарным, но односторонним, и «выплюнул» нас где-то посредине степи. Времени наш переход, судя по всему, занял совсем не много, и здесь, над степью, тоже занимался рассвет. Воздух был тих и прозрачен, создавая непередаваемое ощущение, как будто мы были одни в целом мире. Мире, напоенном ароматом степных трав, покрытых утренней росой, над которым медленно поднимался огромный солнечный шар. Тамир предупредил меня, что остаток пути до Орихона нам придется проделать пешком, но меня, любительницу долгих прогулок, это нисколько не смущало. Тем более, что здесь, в степи, оказалось значительно теплее, чем в Руаде, и прогулка обещала быть приятной. Так мне казалось сначала. Но вскоре все изменилось.

Безликие. Я откуда-то поняла, что это были именно они, как только увидела их, возникших как будто из ниоткуда перед нами. Высокие фигуры в плащах, под которыми, впрочем, угадывались вполне человеческие очертания. Одна из фигур отделилась от остальных и приблизилась к нам.

− Решили проводить нас? − усмехнулся Тамир, обращаясь к этому существу, который, очевидно, был главным среди них.

− Давно не виделись, Тамир, − произнес тот вместо приветствия.

− Давно, Пустынный Змей, − согласился Тамир.

− Неужели тебе наскучило, наконец, сидеть в четырех стенах, и ты решил вспомнить веселые прошедшие дни? − усмехнулся Безликий.

− А ты решил воспользоваться этим обстоятельством, чтобы, как и прежде, составить мне компанию? − парировал Тамир.

− Насколько я помню, именно ты составлял компанию нам.

− С учетом вашего численного преимущества, готов признаться в этом.

− Рад тебя видеть, друг, − неожиданно вполне искренне, без тени усмешки, проговорил Безликий.

− И я, − в таком же тоне ответил ему Тамир. − Но ты решил прогуляться по утренней росе по зову сердца или по долгу службы?

− Можно сказать, совмещаю полезное с необходимым. В степи сейчас бывает неспокойно, особенно рядом с Орихоном. Поэтому приказ, который я получил, был очень вовремя. Теперь ты войдешь в город с соответствующим твоему положению сопровождением, брат императора.

− Успокоил, − хмыкнул Тамир.

− Ты что, когда-то был одним из них? − спросила я у Тамира, когда мне, наконец, представилась такая возможность.

− Скорее, путешествовал вместе с ними. Стать одним из них в буквальном смысле я не смогу никогда.

− Они какие-то особенные?

− Да, − односложно ответил Тамир, не желая сейчас больше ничего объяснять.

− Решил немного изменить маршрут? − спросил через некоторое время Тамир у Безликого.

− А мне казалось, что вы туда и собирались. Кстати, не хочешь познакомить меня со своей прекрасной спутницей?

Что этот Безликий успел разглядеть прекрасного под плащом с капюшоном, в который я была укутана с ног до головы, для меня было загадкой.

− Обойдешься, − ответил Тамир.

− Даже так? − казалось, искренне удивился Безликий.

− Свою невесту я официально представлю тебе в более подходящей для этого ситуации. А здесь, в степи, для нее нет имени, которым бы я мог ее назвать.

− Поздравляю, − произнес Безликий.

− Мы разве идем не в Орихон? − спросила я у Тамира, когда Безликий отвернулся от нас.

− Не совсем, − покачал головой Тамир. − Мы скоро окажемся у стен Эль-Орона. Это тайный город неподалеку от Орихона. Но там тебе понравится, я уверен в этом.

− Почему? − не удержалась от вопроса я.

− Потому что приборы для исследования магической материи, о которых ты так мечтала, находятся именно там, а не в самом Орихоне.

Однако, подумала я, впрочем, не став демонстрировав своего удивления вслух. Получалось, что этот самый Эль-Орон был чем-то наподобие академгородка или наукограда, если оперировать привычными мне определениями. Но вот то, что город был тайным, наводило на не слишком оптимистичные мысли. Впрочем, задуматься об этом у меня возможности не было, потому вскоре на горизонте показались стены города.

− Переодевайтесь, − отрывисто бросил нам с Тамиром Безликий, передавая два небольших свертка.

В каждом из них оказался плащ, точь-в-точь такой же, какие были на всех Безликих. Тамир, ни слова не говоря, быстро набросил этот плащ прямо поверх своего, а потом помог облачиться мне.

− Почему же этот Эль-Орон считается тайным, если мы его прекрасно видим? − спросила я тихо у Тамира.

− Территория вокруг него является запретной, и если бы не Безликие, нам бы не удалось попасть в него так легко. Во всяком случае, инкогнито. Конечно, мне, как брату императора, одобрили бы въезд, но для этого пришлось бы извещать о своем визите заранее.

− А эти Безликие, они что, своего рода охранники в Эль-Ороне?

− Нет, они… это сложно объяснить.

− Хорошо-хорошо, я поняла. Твои старые друзья состоят в каком то засекреченном военном подразделении, сам факт существования которого − военная тайна.

− Что-то вроде того, − согласился со мной Тамир.

− Я не расскажу никому.

− Договорились, − улыбнулся андр. − Но в том, что нас сопровождают Безликие, есть существенное преимущество. Для них открыты все двери в империи. И мы, сокрытые их плащами, беспрепятственно попадем за стены Эль-Орона.

− Ты знал, что они будут ждать нас у выхода из портала?

− Догадывался.

Я лишь вздохнула в ответ, пораженная столь впечатляющим предвидением Тамира. Взволнованная тем, что нас ожидало за этими стенами.