Глава 44

Городская темница была местом мрачным и угнетающим. А в свете ненастного дня эти ощущения ещё больше усиливались. Снаружи стены здания, сложённые из серого камня, казались непреступными, массивными; от времени и непогоды они покрылись желтовато-зелёным мхом и чёрно-гнилостной плесенью. Узкие окна с железными решётками едва пропускали свет, и днём внутри было почти так же темно, как и ночью.

Темница представляла собой лабиринт узких коридоров и камер, которые большей частью пустовали. В клетках гулял только сырой сквозняк, пронизывающий до мозга костей. В каждой камере стояли деревянные нары, сбитые из грубых досок, и ведро для нечистот. Пол, куда ни кинь взгляд, устилало свалявшееся сено. Воздух был тяжёлым, насыщенным зловонием и горечью. Пламя редких факелов лишь подчёркивало мрак, отбрасывая длинные тени, которые казались живыми, словно притаившимися духами. Звуки где-то капающей воды, эхом разносящиеся по коридорам, смешивались с редкими стонами заключённых и скрипом ржавых петель.

Жуткое место.

Тюремщики, закутанные в тёмные плащи, передвигались несколько шумно и даже неуклюже. Их в основном тощие лица, освещённые только отблесками факелов, не выражали ни капли сочувствия, вообще никакой мало-мальски внятной эмоции не читалось на мятых физиономиях местной стражи.

– На кладбище и то уютнее, чем здесь, – я прикрыла рот платком, чтобы хотя бы немного отгородиться от той вони, что буквально въелась в окружающие тёмно-серые, неровные, с потёками влаги стены.

– План сноса и возведения нового здания уже на столе лорда Лагерда. Сами понимаете, такие дела не делаются быстро, и в казне денег на всё хватить не может, она ведь нерезиновая.

– К сожалению, – кивнула я.

– Увы, – поддакнул спутник.

– Это место – рассадник болезней, имейте в виду, – всё же не стерпела я, сказала как есть. – Если случится вспышка, мало никому не покажется.

– Насколько знаю, лорд Лагерд уже отписал в столицу, чтобы прислали мага-целителя, специализирующегося на подобных вещах: колдун творит заклинание, и оно очищает стены, полы и потолки так, что ни едой гадости в живых не остаётся. При этом вся мебель целая и невредимая.

Я поморщилась:

– Думаете, этого будет достаточно?

– У нас нет альтернатив. Разве что, вы чем-то сможете подсобить? – и хитро прищурился, внимательно меня разглядывая.

А я восхитилась образованностью этого человека, как он ладно оперирует интересными понятиями.

– Вы, случайно, не магистр каких-нибудь наук?

– Поведенческих и социальных. Но последний год изучаю преступников, – кивнул он, крайне меня удивив, – а как вы догадались?

– По объёмности вашей речи, – ответила я.

Мы как раз подошли к неприметной, наглухо закрытой двери. Стражник, обогнавший нас на полкорпуса, загремел связкой увесистых ключей и, вставив один из них в замочную скважину, с едва слышным скрежетом два раза провернул.

– Прошу, господин, леди, – посторонился он, пропуская нас вперёд. Сам же замер у входа, с опаской косясь внутрь помещения, куда спокойно вошёл лорд Этьен.

– Я прибыл в Рог одновременно с графом Лораном. Мы давние знакомые, и он пригласил меня возглавить новое начинание. Я вам о нём (начинании) говорил: отдел по борьбе с преступностью.

– Специальная оперативная группа королевских гвардейцев, – быстро сочинила я, стараясь не улыбаться.

А мир-то не совсем отсталый. Да, здесь пока не было электричества, и единственным наземным транспортом считалась лошадь и всё, что к ней можно прицепить, но были умные люди, своего рода прогрессоры. Такие, как лорд Шеро, и вот барон Лабье. Надо бы внимательнее приглядеться к этому щуплому мужичку с тонкими забавными усиками, за которыми он тщательно ухаживал, чем-то напомаживая, тем самым придавая неестественный блеск. Не Эркюль Пуаро, но какое-то сходство, пусть и весьма отдалённое, было.

Хладная, то бишь морг, была освещена одним слабо горящим факелом.

– Друг, дай-ка свою лампу, – требовательно протянул руку Этьен, и стражник, явно с великой неохотой, перешагнул порог и передал светильник барону.

Но я уже не обращала на мужчин никакого внимания: меня неодолимо влекли тела, лежащие в два ряда, их лица были прикрыты грязными тряпицами.

Первая кушетка, ближайшая к входу. Прочь покрывало. Мужчина. Определить возраст только по внешним признакам в данном случае сложно, особенно глядя на впавшие щёки мертвеца, его бритвенной остроты скулы, готовые вот-вот прорвать тонкую, пергаментную, будто задубевшую кожу, неприятного землистого цвета.

– Это Карло, столяр, ему было всего сорок три, нашли на заре у главных ворот.

Мы обошли все тела, я осматривала их руки, заглядывала в широко раззявленные рты.

– Уважаемый стражник, – окликнула прикинувшегося ветошью охранника, – разденьте вот этого мужчину и вон ту женщину, – наугад ткнула я.

– К-как? – не понял он, глупо хлопая глазами. – Полностью? А?

– Исподнее можете оставить.

На рябом лице мелькнуло нешуточное облегчение, мгновенно сменившееся ужасом от предстоящей работы. Но отказать мне он не посмел и неуклюже направился к указанным трупам. И пока он выполнял задание, я закончила с лежащим во втором ряду на крайней койке усопшим.

Присев у разоблачённой пары, присмотрелась к их животам.

– Эти муж и жена, единственные, кто умер в собственном доме. Соседи забили тревогу, когда на третий день они не вышли на улицу. Нам пришлось ломать окно, чтобы пробраться в их жилище.

Я отрывисто кивнула, и, знаком дав понять, чтобы не шумели, вскинула руки.

– Occultum revelatum! (Сокрытое проявись!)

Пространство завибрировало, я же, перестроив зрение, внимательно огляделась.

– Ш-што проис-сходит, а? – пискнули сзади, и тут же этот кто-то получил смачный подзатыльник.

Мир подёрнулся полупрозрачной пеленой, чтобы через секунду расцветиться красками иного плана.

Я поднесла палец к правому подреберью бедной женщины и слегка надавила, тут же на месте прикосновения проступило чёрное пятно, как ядовитая клякса, становясь всё больше и отвратительнее. То же самое произошло и с мужчиной.

– Скажите, что могло их всех объединять? – закончив, уточнила я.

– Я проверил эту теорию, – откликнулся Этьен, – каждый ярый слуга Всевышнего.

– Набожные, значит.

Я помолчала немного, прикидывая, после чего кивнула, придя к определённому выводу, который и озвучила:

– Итак, души этих людей не отправились на перерождение и даже не задержались здесь, в мире живых. Их принесли в жертву. Тела хаотично раскидали на виду, чтобы навести панику, держать жителей Рога в страхе. Потому что ужас – очень сильное чувство, им питаются демоны.

– Так это какой-то демон? – нахмурился барон, – но им ведь нет пути в нашу реальность.

– Верно, потому он действует не сам. Посмотрите, заметили? Пальцы правых рук у всех этих людей опалены. На животе след укуса, да-да, эта чёрная гадость – синяк от поцелуя нежити. И имя ей – лугару. Разумное существо, слуга демона. Мне нужна карта!

Мы мигом сорвались с места и вскорости оказались в кабинете главы Роговской темницы, мне предоставили неплохую карту города, и лорд Этьен лично отметил места, где были найдены трупы.

– Хм, – постучав костяшками пальцев по щербатому со сколами столу, сказала: – вы нашли не всех жертв?

– Да.

– Могу предположить, что они живы, поскольку не пришлись по вкусу нашему демону. Потому сейчас где-то заперты и медленно, но верно превращаются в очередных лугару.

– Что? – ахнул Лабье.

– Смотрите, – я подхватила мелок и прочертила тонкие линии. – Два трупа нашли на этой улице, затем на соседней и так далее. Как лучи, отходящие от одной точки.

– В том районе живёт беднота, – задумчиво протянул собеседник.

– Соукоянт прячется где-то в этой части Рога. Едем к вашему боссу, уважаемый Этьен. Нужно обо всём ему рассказать и составить адекватный план.

__________________________

Прим. автора:

Лугару или соукоянт в течение дня выглядит как немощная старуха, а ночью существо сбрасывает свою кожу, помещает её в ступу, в которую налит специальный раствор, после чего превращается в огненный шар (или птицу), летающий по небу в поисках "пищи". Соукоянт высасывает кровь из своих жертв, а затем меняет её демонам на потустороннюю силу (в этом мире ещё и крадёт душу, отдавая её хозяину). Лугару пьют кровь из мягких частей тела, наутро у людей остаются на теле чёрно-синие отметины (в нашем варианте пришлось прочитать заклинание, чтобы укусы проявились). Если соукоянт выпьет слишком много крови из своей жертвы, то та либо умрёт, либо сама превратится в подобного монстра. Чтобы убить соукоянта, нужно насыпать соль в раствор, в котором лежит его кожа, после чего существо погибнет на рассвете (оно не сможет "одеть" кожу обратно).

В мире Есении лугару несколько отличаются от тех, что описаны в наших мифах.