Глава 14

Итак, милая Демиана, — приступила к инструктажу графиня. — Вы пронесете сверток в свою спальню и постараетесь, что бы его никто и Вы в том числе, не разворачивал. Это важно! Завтра Вы отошлете до обеда всю прислугу и как обычно выйдете якобы на прогулку, а потом вернетесь во дворец. Старайтесь, чтобы Вас никто не заметил, иначе весь сюрприз насмарку! Подниметесь к себе и выждите час, а потом переоденетесь в то, что найдете в свертке, в руку возьмете амулет, он будет среди одежды — это амулет отвода глаз, чтобы вас никто на лестнице или в коридоре не увидел и не задержал. Да — очень важно! — и ни в коем случае не смотритесь в зеркало! Как переоденетесь, обязательно завернетесь в плащ, на голову накинете капюшон и пройдете к кабинету, где работает ваш муж. И дальше — Вы входите и сразу! — сразу! — снимаете плащ и бросаете амулет на пол. И дальше Вас ждет сказка.

— Графиня, Вы меня заинтриговали. Что же такое в свертке, что за одежда?

— А, это наряд, который носят гурии Восточного Материка, призванный услаждать взор мужчин и стимулировать их на романтические чувства. Доверьтесь мне, я обещаю Вам необыкновенные ощущения, а ваш муж будет вне себя от счастья! На одежде немного легкой магии, поэтому его нельзя разворачивать заранее, нельзя в нем смотреться в зеркало и ходить, не прикрывшись, если Вы не хотите испортить сюрприз герцогу и свести с ума всех встречных мужчин.

Баронесса захихикала:

— Это пойдет на пользу вашим отношениям, дочка! Ее Сиятельство делает тебе на самом деле полезный подарок и этому тирану, твоему мужу, тоже. Хотела бы я увидеть его лицо, когда ты войдешь и снимешь плащ!

— А уж как я бы хотела это увидеть, — воскликнула графиня. — Но, увы, это невозможно. Однако, я надеюсь, что дорогая герцогиня не оставит нас умирать от любопытства и обязательно расскажет, как удался сюрприз. Мы с баронессой завтра весь день будем кататься в парке и ждать Вас, Демиана.

— Ну, уж нет, я не желаю весь день болтаться по парку, — запротестовала баронесса. — Если Вы так хотите, то можете взять мой экипаж и любоваться красотами природы без меня.

— Спасибо, милая Аниколь! Я так и поступлю, — отозвалась графиня. — А Вам разве не любопытно, как пройдет романтическое свидание у герцогини?

— Так Вы мне все и расскажете, когда вернетесь, — простодушно ответила баронесса. — А я проведу время с большей пользой — мы послезавтра уходим в Долину, надо приглядеть, как слуги пакуют мои вещи и проследить, чтобы не забыли чего.

— Хорошо, так и поступим, — сказала де Соммери и, повернувшись к Деми, добавила.

— Вы все поняли, Демиана? Запомните, что как только будете свободны — я жду Вас в парке?

— Да, не беспокойтесь, я ничего не перепутаю и приду потом в парк. Если Тамиль отпустит, — застенчиво добавила Деми.

— Отпустит, я уверена! Ну, что ж, тогда пора разъезжаться, завтра нас всех ждет интересный день!

Герцог на обед не пришел, и Деми покушала одна. Не зная, чем себя занять, она то бралась за вышивку, то откладывала ее и просто сидела. Смотря на стену — разные мысли по-прежнему одолевали ее.

Правильно ли она делает? А если герцогу совсем не нужен такой сюрприз или не нужен сюрприз от нее? И, все-таки, кого она видела возле лавки ювелира? А тот всадник? Какая жизнь у нее будет теперь в замке, если муж станет уезжать в столицу? А когда родится ребенок?

Деми приложила ладонь к животу и сосредоточилась, поймала волну тепла и радости и заулыбалась — «Сынок, какая глупая у тебя мама»! И, подчиняясь внезапному порыву, прошла в покои мужа, провела рукой по покрывалу на кровати, подобрала небрежно брошенный камзол и прижала его к лицу, вдыхая запах Тамиля. Постояла так немного и только собралась вернуть его на место, как под рукой девушки в камзоле что-то звякнуло, Деми встряхнула вещь и на пол выпал изящный браслет белого золота, инкрустированный сапфирами и бриллиантами.

Медленно опустившись на пол, герцогиня подняла украшение.

«Значит, в лавке был все-таки Тамиль? Но на браслете нет никаких отметок, кто знает, где он его взял? Совсем не обязательно, что в той лавке! Спросить, когда он придет? Но что я ему скажу — лазила по карманам, как уличная воровка? Нет, так нельзя, вдруг он купил его мне в подарок и я все только испорчу?»

Демиана решительно положила браслет обратно в карман, бросила камзол на то же место, где он лежал до ее прихода, и вернулась в свои комнаты.

Вечером они весело поужинали вдвоем, Тамиль смешил ее, рассказывая разные истории, и Деми совершенно успокоилась. Засыпая, она предвкушала, как завтра удивится и обрадуется Тамиль.

Утро ничем не отличалось от предыдущих, разве что отправить прислугу до обеда получилось не с первой попытки. Назавтра был назначен переход в замок и служанки начали собирать вещи, поэтому Демиане пришлось приложить некоторую настойчивость, прежде чем они уяснили, что Ее Светлость не желает, чтобы сегодня в ее покои входил кто-нибудь до обеда. После этого Деми надела платье для прогулок и выпорхнула к ожидавшей ее коляске. Еще вчера, размышляя над советами графини, девушка решила, что уедет на глазах у всех в экипаже и вместо того, чтобы час сидеть в покоях, просто покатается. А потом незаметно вернется.

Примерно через три четверти часа графиня попросила возницу отвезти ее к конюшенному двору и отпустила, сказав, что сегодня он ей больше не понадобится. Сама же спокойно прошла вокруг, минула различные службы и вошла во дворец с заднего входа, где сновали слуги и служанки. Если они и удивились, увидев герцогиню на черной лестнице, то виду не подали, и Демиана беспрепятственно поднялась в свои покои.

Там девушка сначала посетила купальню и освежилась прохладной водой, затем она вытащила сверток и осторожно развернула его.

«О, Всесветлая! И как это надевать? И как в этом показаться герцогу?» — Деми прижала к полыхавшему лицу ладошки.

Широкие, из прозрачной голубой кисеи, штанишки, короткий корсет с завязками спереди, кусок позрачной же ткани на тонком обруче и… все??

Демиана перевела дух и принялась одеваться. Тут же выяснилось, что ее панталончики не дают надеть прозрачные штанишки и девушке пришлось их снять и надеть стыдную тряпочку на голое тело. Следом был надет корсет и последний штрих — обруч. Ткань с обруча мягко окутала Деми и создала иллюзию прикрытости, но стоило Демиане опустить глаза, как она отчетливо увидела и свои соски и животик и то, что ниже. Пунцовея, герцогиня спешно накинула заранее приготовленный плащ, надвинула поглубже капюшон и сжала в руке небольшой амулет, выпавший из свертка. Очень хотелось посмотреть на себя в зеркало, но Деми помнила наставления графини и порыв сдержала.

В коридоре ей никто не встретился, а на главной лестнице она шла, будто невидимка — никто на нее не обратил внимания. Замирая от страха и предвкушения, девушка дошла до вожделенной двери и решительно ее открыла, шагнув внутрь, как в прорубь.

— Что за… — начал и тут же осекся Тамиль.

Как велела графиня, одновременно с шагом внутрь и щелчком закрываемой за спиной двери, Деми сбросила плащ и уронила амулет.

— Ты?!!! Зачем??? — простонал герцог, пожирая девушку глазами. — Уходи… Не могу… Нельзя…

Казалось, Тамиль борется с чем-то и постепенно сдает позиции и вот он уже возле Демианы и со стоном впивается ей в губы.

Никогда муж не целовал ее так — исступленно, иссушающее, ни капли бережности или нежности, одно голое желание обладать, выпить, покорить. Поцелуй жег, и Демиана сама загоралась и начала отвечать, не менее жадно и яростно.

Тамиль блуждал руками по телу девушки, сорвал накидку, пытался стянуть и выкинуть обруч, но тот как прикипел к волосам и тогда мужчина просто как сумел, распустил, разлохматил волосы. Рот мужа терзал губы Деми, прикусывал, язык сплетался в бешеном темпе с ее языком. Жар разливался по всему телу герцогини, ноги стали ватными и она стояла только благодаря тому, что герцог крепко держал ее.

Демиана не заметила, как они очутились на диванчике, все ее внимание было сосредоточено на ощущениях. Тамиль распустил завязки корсета и высвободил молочно-белые совершенства с темно-розовыми, бесстыдно торчащими сосками. Со стоном он накрыл один их них ртом, втянул в себя и чуть прикусил, Демиана выгнулась и притянула его к себе, прижимаясь к телу мужа и страстно желая больше ласк. Мужчина, продолжая целовать одну грудь, вторую накрыл рукой и принялся потирать сосок между пальцами, девушка застонала в голос и принялась лихорадочно срывать с мужа одежду, желая скорее добраться до его тела, ощутить под ладонями его мускулы и горячую кожу, одно прикосновение к которой уже дарило наслаждение. Герцог зарычал, двумя резкими движениями сорвал с себя рубашку, и Деми получила возможность гладить, целовать, прикусывать его грудь, живот, плечи.

Они целовали друг друга в сумасшедшем угаре, оставляя засосы и небольшие ранки, тут же зализывали их и снова набрасывались.

Деми, уже совершенно ошалевшая, прижималась сосредоточием женственности к внушительной выпуклости в штанах мужа и изнывала от нетерпения ощутить в себе его силу и шелковистость, но мешала ткань и Деми, хныкая, принялась теребить завязки руками. Тамиль на секунду отстранился, выскользнул из остатков одежды и, перевернув Демиану на живот, стянул с нее последнюю прозрачную тряпочку, распластал ее и принялся выцеловывать спину, руками лаская ее лепестки, раздвигая их, задевая простреливающий волнами удовольствия бугорок, и вдруг вошел сразу двумя пальцами в жаркое и давно готовое лоно. Деми выгнулась и закричала, не в силах совладать со шквалом ощущений. Муж приподнял ее за бедра:

— Обопрись руками о диван и прогнись.

И как только Деми, мало что соображая, выполнила его указание, одним резким движением вошел сразу на всю длину.

У Демианы подкосились ноги, и она распласталась, не в силах держаться.

— Что ты делаешь? — зарычал герцог и, не выходя из девушки, грубо сдернул ее к краю дивана, так, что ее ноги свесились вниз, широко развел их, подхватив за колени, и принялся яростно вбиваться.

Голова Демианы моталась в такт толчкам, ее тело, разрываемое от противоречий, одновременно хотело нежности и бережности и тут же благодарно принимало член мужа, стараясь, что бы он вошел еще глубже, еще резче.

В какой-то момент наслаждение пересилило неприятные ощущения от грубости вторжения, и девушку накрыла огненная волна оргазма, прокатилась снизу верх и обратно, взорвалась тысячью горячих осколков, и Демиана обмякла, вздрагивая от остатков удовольствия, и отстраненно наблюдала, как Тамиль еще ускорился и догнал ее, рыча и сжимая до боли руками.

Некоторое время они просто лежали — Деми животом на диване со свисающими с него ногами, Тамиль на спине жены, перенеся большую часть своего веса на руки.

— Тамиль, — хрипло проговорила девушка и поерзала, пытаясь освободиться.

— Молчи, пока я не свернул тебе шею! — не менее хрипло оборвал ее герцог и, не выходя из ее тела, перевернул жену на спину.

— Что ты задумала? Зачем все это? Как теперь я… — начал Тамиль и вдруг застонал и снова впился в искусанные губы герцогини, и она почувствовала что там, где они еще были соединены, бывшая в ней часть мужа, налилась и снова заполнила собой все лоно.

Герцог снова яростно целовал ее грудь, сжимал соски, гладил бедра, добрался до заветного бугорка и прошелся по нему пальцами — Демиану опять прострелило и она, выгнувшись, обхватила мужа ногами и принялась двигаться в такт с ним. Никакой нежности, никакой любви, никакой бережности — только голая страсть, невыносимая жажда, которую Тамиль утолял, не особенно заботясь об ощущениях девушки. В этот раз он кончил первый и сразу вышел и перекатился на спину, чуть не падая с узкого дивана. Демиана, не успевшая получить разрядку, лежала ошеломленная и растерянная, изнывая от незавершенности, но не знала, как себе помочь и привстала, обратившись к мужу. А Тамиль спал!!!!

Не веря своим глазам, девушка подергала герцога за руку, стараясь не смотреть на выставленное напоказ сосредоточие ее удовольствия, но мужчина даже не пошевелился.

— Тамиль! Тиль! — позвала его Деми. — Тамиль, ты не слышишь меня?

Ответом ей было только глубокое и ровное дыхание спящего. Демиана еще несколько раз подергала и позвала мужа, но никакой реакции не последовало и ей ничего не оставалось, как встать, нацепить на себя штанишки с корсетом и прикрыть мужа его одеждой. Перед уходом, герцогиня еще раз оглянулась на Тамиля, подобрала плащ, и уже совсем было собралась его накинуть, как заметила зеркало. Желание увидеть, как она выглядит в этом наряде, пересилило и желание скорее уйти и предупреждение графини, и Демиана шагнула ближе.

Из зеркала на нее смотрела графиня де Соммери…