Глава 69. Пленница северянина

Каридад

Казимир клялся мне в верности, и дал слово, что никогда не оставит. Сначала он не сдержал первое обещание, а потом я поняла, что могу потерять его навсегда. Как бы мне ни было больно, я не могла этого допустить, и отправилась вслед за ним, на север, в составе его армии, чтобы присмотреть за мужем, защитить в случае опасности.

И этот черный момент настал: впервые за всю жизнь он проиграл, когда предводитель северян призвал на помощь само море. Его воды оказались страшнее кислоты, они за считанные секунды растворили тела драконов, а остальные в панике пытались улететь, спастись, но тщетно.

Казимир надрывно работал крыльями, заодно подгоняя Вулко, и не видел, что прямо на него мчится черный дракон. Если мужу удастся вырваться и перегруппироваться, у него еще будет шанс взять реванш, чего лидер северян не желал допустить. От страха за возлюбленного я ощутила такой прилив сил, что пробилась сквозь заслон, и вылетела наперерез Змею севера.

Противник разъярился, увидев, что желанная добыча исчезла из поля досягаемости, а в моем сердце расцвела весна. Некоторое время мы сражались, но мои силы быстро истощились. «Казимир позаботится о наших детях, главное, что он жив!» – успокаивала сама себя, пока камнем неслась к земле. Однако дракон, едва не убивший меня, почему-то не позволил мне упасть.

Уже внизу пришла в себя, и не сдержала крик; он утонул в общей симфонии боли. Раненых в бою и покалеченных морем было много, а от убитых ничего не осталось.

— Это что, девка? – раздался возмущенный вопль.

Надо мной склонилось старческое лицо, а потом мужчина отошел с чувством сплюнул.

— Куда этот мир катится: то из-за океана приходит наглый захватчик, то прямо из моря выходит наш защитник, а женщины, вместо того чтобы дома сидеть и детей нянчить, идут на войну! Тьфу на вас всех еще раз!

Старик распалялся, явно не одобряя нравы современных драконов, но меня уже погрузили на носилки, и отнесли в лагерь северян. Когда лекарь прикоснулся к моему лбу, я ощутила невыносимую слабость, и погрузилась в глубокий сон. То ли в кошмарах, то ли в бреду я видела пугающие образы: Казимир бился с чудовищным созданием, потом небо и земля поменялись местами, а в конце ко мне пришел незнакомый мужчина. Он посмотрел на меня, и серые глаза озарились солнцем.

Не знаю, как долго я провела в плену мучительных сновидений, но пробуждение оказалось не менее болезненным. Меня поместили в маленькую комнатку с единственным окошком и жесткой кроватью. Раз в день приходила лекарка, проверяла мое самочувствие, поила снадобьями, ну и служанка приносила еду. Я не понимала, почему меня спасли, лишь подозревала, что северянам нужны пленники для обмена. Тогда есть шанс вернуться домой, но... что скажет Казимир, если узнает о моем участии в его походе?

«Надо бежать!» – вспыхнула мысль, но здравый смысл тут же отверг эту идею. Я слишком слаба, а север – край настолько суровый, что в одиночку домой не добраться. Мне нужна помощь, только кто из местных жителей захочет помогать врагу? «Думай, Каридад, Думай!» Раз я живая, раз уцелела в битве – я должна попытаться вернуться к детям.

Пока сердце разрывалось от боли, за дверью раздались шаги, а потом раздался звук отпираемого засова. Вот где мне пригодились королевские манеры: мгновенно вернула самообладание, и спокойно посмотрела в глаза черноволосого дракона.

— Лекарка сказала, тебе уже лучше. Я давно хотел поговорить. – Он занес деревянный стул, и устроился у моего изголовья. – Как тебя зовут?

— Марцелина, – назвала первое имя, пришедшее на ум.

— Красиво. Тебе подходит, – одобрил он с таким непроницаемым лицом, будто знал, что я лгу. – Я – Беломор, хранитель севера. Расскажи мне, зачем ты явилась на поле боя? Насколько мне известно, в составе армии Завоевателя никогда не было женщин.

Лгать ему было опасно, да и не продумала я, что говорить в случае пленения. Кто же знал, что все так закончится?

— Женщин принято недооценивать, хотя мы обладаем силой и доблестью, и можем сражаться за то, что для нас важно.

Серо-голубые глаза не выражали эмоций, отчего стало страшно. Беломор был ровесником Казимира, таким же высоким, сильным, черноволосым, но его кожа явно никогда не видела солнца. Даже в простой одежде он выглядел прирожденным лидером, и я невольно сжалась, вспомнив мощь его когтей и клыков в драконьем облике.

Видимо, он заметил мой испуг, и на мужественном лице наконец проступило сочувствие.

— Боишься меня? Марцелина, я не желаю тебе зла.

— Тогда отпусти меня, – вырвалось прежде, чем я смогла взять себя в руки.

На этот раз Беломор усмехнулся, и склонил голову набок, словно изучая меня. Я думала, он разозлится, но его явно позабавила моя дерзость.

— Ты пришла сюда, как воин, твой военачальник проиграл битву, а ты попала в плен.

— И что вы делаете с пленниками?

— Раньше у нас их не было. Север жил вне политических дрязг центральных империй.

— Что ждет меня?

Надо было проявить сдержанность, но его спокойствие распаляло во мне гнев. Мужчина тем временем внимательно рассматривал меня, словно силился проникнуть в мои мысли.

— Я еще не принял решения. Но, поверь, я буду снисходителен к тебе. При одном условии.