37. Она

Я приняла капсулу после того, как Феб покинул квартиру. К черту гордость, речь шла о жизни. Да, я люблю этого невыносимого, самоуверенного атланта, будь он проклят. Но я не из тех впечатлительных девиц, которые жрут таблетки и мечтают сдохнуть, если любимый их бросил. Нет, я хочу и буду жить. Возможно, причина в том, что я прочувствовала на себе, каково это: умирать.

А вот билет на море я не взяла. Та самая гордость не позволила. Проживу как-нибудь без его подачек. Покидая квартиру спустя несколько часов (после капсулы я долго приходила в себя), я дала себе слово, что не буду страдать по атланту. Ни единой минуты. Но сказать легче, чем сделать. Намного легче.

Надо было сжечь мосты, уехать из города, обосноваться где-нибудь в другом месте. Не смогла. Не стоило включать телевизор и искать новости о нем в сети. Не удержалась. А потом сидела и часами тупо листала его

фотографии с «богиней». Она вся такая красивая, счастливая. Так светится, что ей можно подзаряжать солнечные батареи. Я, кстати, узнала, как ее зовут – Астарта. Между прочим, это богиня любви. Вот только эта кукла вряд ли знает, что такое любовь.

Смотрела на них, и в животе скручивался тугой узел то ли тоски, то ли злости. Какой-то жуткий коктейль эмоций. Словно во мне тикает мина замедленного действия. Пульс – обратный отсчет. Того и гляди, рвану, разнеся все вдребезги.

И все равно каждый день я возвращалась к этим фотографиям и видео. Мазохистка. У меня от Феба развилась какая-то больная зависимость. Я конченая наркоманка и никакой эйфории не надо. Пропащий человек. На других мужчин даже смотреть не хотела. Все не те. Все не он.

Я дико скучала. По рукам его, по глазам, по голосу. На видео Феб говорил мало, в основном сухо кивал, но стоило ему произнести хоть слово, и все во мне откликалось. Ноги становились ватными, а в голове возникал белый шум.

Как же мне его не хватало! До спазмов во всем теле, до дрожи в сердце, до зуда под кожей.

Я давила в себе чувства к Фебу, а они, как назло, только крепли. Изводили меня бессонными ночами. Я загибалась без него, все не в радость. Он ушел и забрал с собой смысл всего.

Я ненавидела себя за эту слабость, но ничего не могла поделать. Некоторые вещи нам не подвластны. Эта одна из них. А он еще имел наглость переслать мне билет на море. Тот самый, который я оставила в квартире. Я порвала его в клочья и выкинула в окно. Потом наблюдала, как ветер уносит обрывки. Вот так же он с моим сердцем. Использовал и выбросил за ненадобностью. Ни за что не поверю, что он не понял мои чувства к нему. Все он видел и наплевал. Типичный атлант.

А жизнь продолжалась. Я устроилась на работу официанткой в кафе. Не смогла вернуться к кражам. Я и занималась ими только потому, что нечего было терять. Когда у тебя осталось шесть месяцев жизни можно позволить себе все. Теперь у меня впереди были года, и я не хотела тратить ни минуты из них на нарушение закона.

Поначалу опасалась, что Макс будет меня искать, но внушение атланта действовало безотказно. Обо мне забыли. Словно и не было никогда Златы-воровки. Вот еще один прощальный подарок Феба – жизнь с чистого листа. Им в отличие от билета на море я воспользовалась.

Прошло два месяца. Вроде незаметно, быстро пролетели, и вместе с тем каждый час был мучением. Наступил день икс. Вообще-то для всех это обычный день, кроме меня и Феба с его «богиней». Это был день их обмена теуи.

Я даже взяла отгул. Не смогла бы работать, мысли занимало другое.

Прямой трансляции по телевидению не было. И хорошо. Я бы не удержалась и посмотрела, а потом бы разбила экран и рыдала в подушку несколько часов. К черту! Но в новостях наверняка объявят о заключении их союза. Все же

Феб не последний атлант в городе. Сам командор был свидетелем на церемонии.

Я прождала весь день, не отходя от экрана. Даже не ела. Моргала и то через раз. И ничего. Не единого упоминания Феба или «богини». Быть может, я переоценила важность их союза? Это для меня он имеет значение, а для атлантов так, очередная церемония. Мало ли их бывает за год.

В итоге уснула я только под утро, проспала пару часов, а потом подскочила по будильнику на работу. Все, отгул закончился, пора впрягаться. Выходя из дома, выглядела я соответственно бессонной ночи: круги под глазами, кожа блеклая, взгляд потухший. Даже крепкий кофе, к которому меня приучил Феб (и тут он отметился, гад!) не помог проснуться. До работы я добралась на автопилоте.

Наш ресторан был из приличных. Сюда наведывались даже атланты. Впрочем, не так часто. В итоге каждый их приход становился маленьким событием.

Вот и сегодня нелегкая к нам занесла атланта. Начальница смены торжественно вручила мне меню и велела обслужить гостя.

– Почему я? – проворчала.

– Ты у нас самая хорошенькая, – выдвинула она аргумент.

Спорить с начальством дело неблагодарное, и я пошла в зал. Атлант сидел за столиком в углу. Там даже в утренние часы царил полумрак, и я видела лишь силуэт мужчины. Моя задача была проста: подойти, положить меню на стол и скрыться на то время, пока гость выбирает блюда. Первые два пункта я выполнила на ура, а вот с третьим – скрыться – произошла заминка. Все дело в том, что я узнала атланта.

Это был Он. Если это совпадение, то чертовски злое. Удар ножом в спину и то менее болезненный, чем встреча с Фебом сразу после того, как он заключил союз с другой.

Наверное, надо было что-то сказать. Или сделать вид, что мне плевать. Как-то продемонстрировать ему, что я справляюсь с жизнью без него. Я же сильная и гордая. Но я просто застыла. Пялилась на него как дура, борясь с желанием вцепиться в его пиджак, дернуть на себя и целовать, пока мы оба не потеряем сознание от нехватки кислорода.

Как же тяжело его любить. Невыносимо! Я устала от этого чувства. Но уже смирилась, что вряд ли когда-нибудь от него избавлюсь.

– Готовы сделать заказ? – произнесла я механическим голосом. Ощущение, будто не я говорю, а какой-то робот.

Мы смотрели, не отрываясь, друг другу в глаза. Ни он, ни я не моргали. Это какое-то наваждение, самогипноз.

– Кофе, – хрипло выдохнул атлант, так и не открыв меню.

Напряжение стремительно росло. Утром посетителей не так много, но те, что есть, плюс персонал наблюдали за нами. Я это кожей чувствовала. Кажется, все в зале дышали через раз. Я уж точно.

– Сейчас принесу, – сказала я и не тронулась с места. Что-то во мне сломалось. Часть, отвечающая за движение. Или я просто не могла отвернуться от атланта? Похоже на то.

Я бросила всю силу воли, какая только у меня есть, на то, чтобы сделать шаг в сторону. Попытка удачная, но все равно провальная. Атлант схватил меня за запястье, удерживая. Зачем он так? Разве не видит как мне сложно? Он же читает мои эмоции как открытую книгу! Знает, что внутри меня сплошная рана после его ухода. Только-только затянулась кровавой коркой, так он нарочно ее ковыряет.

– Я пришел поговорить, – произнес Феб и потянул меня за руку на себя.

Я сопротивлялась, но он, конечно, сильнее. Легче руку себе оторвать, чем освободиться.

– О чем нам говорить? – спросила я устало.

– Обмена теуи не было.

Я собиралась заявить, что меня это не волнует, но против воли вздрогнула. Отреагировала, и он это уловил.

– Что так? – поинтересовалась. – Невеста отказала?

– Моя теуи ее отвергла.

– Как это? Разве так бывает?

– Оказывается, бывает. Раньше теуи признавала Астарту, а потом я встретил тебя. Ты – моя идеальная пара, Злата.

– Вот уж нет, – качнула я головой. – Ты четко дал понять, что не заинтересован во мне.

Радоваться бы, что он пришел и говорит все это, но иногда мы женщины бываем такими упрямыми. Во мне взбрыкнула обида. Нашептала всякого. Он выкинул меня точно мусор, а потом вернулся как ни в чем не бывало и ждет, что я упаду ему в объятия?

Да и где гарантии, что это не очередная ложь? Может, «богиня» ему отказала, и он ищет развлечение на пару ночей. Знаем такое, уже проходили. Не хочу снова быть половым ковриком, о который вытрут ноги и выбросят.

А еще я боялась опять ему довериться. Однажды он уже втоптал в грязь мое доверие, где гарантия, что это не случится вновь? Только дураки повторяют одно и то же действие, рассчитывая получить другой результат.

Мой отказ наверняка был написан у меня на лице, но я все равно сказала:

– Думаешь, ты можешь уходить и приходить, когда тебе вздумается? Нет! Я отлично живу без тебя.

– Я могу внушить тебе простить меня, – атлант выразительно посмотрел на свои пальцы на моей коже.

– Ты этого не сделаешь! – возмутилась я.

Он поморщился и нехотя признал:

– Не сделаю, – и отпустил мою руку.

Прежде чем уйти, я сообщила:

– Никогда в жизни больше не буду спать с тобой. Я не такая дура, чтобы наступать на одни и те же грабли дважды.

Затем я развернулась к нему спиной и пошла прочь.

– Я буду добиваться тебя! – донеслось мне в спину.

Я только плечами передернула. Что-то слабо в это верится. Чтобы атлант унижался перед землянкой? Так не бывает.

На кухне я сняла и бросила передник. У меня сегодня второй отгул. Без разницы, если начальство против. Я готова уволиться, лишь бы не задерживаться в одном помещении с Фебом.

Вырвавшись на улицу, вздохнула полной грудью. Голова шла кругом. Я совершенно запуталась. Сердце рвалось назад к атланту, разум кричал: не верь ему и держись подальше. Я просто не могла ничего решить. В полном раздрае добралась домой. Оттуда позвонила на работу и взяла отпуск за свой счет. Денег было немного, но не они сейчас моя главная проблема.

Я собиралась отсидеться, обдумать все. Не тут-то было. Началась осада. Я ожидала всего, чего угодно, кроме этого. По пять раз на день курьеры приносили цветы, сладости и другие подарки. Моя квартира вмиг превратилась в оранжерею. При желании я могла бы приторговывать цветами.

К каждому подарку крепилась записка. Везде одни и те же слова: «Будь моей». Я читала и прямо слышала интонации атланта. Не просьба, а приказ, даже требование. И он не успокоится, пока я его не выполню.

Сам атлант при этом не являлся. Выжидал. А спустя два дня в ход пошла тяжелая артиллерия – меня навестила Рада. Я не могла ее не впустить. В конце концов, она не сделала мне ничего плохого. Мы вроде как подружились. К тому же она была с Костей. Не оставлять же мать с ребенком на пороге.

Малыш сразу потянулся ко мне, и Рада передала его.

– Он соскучился, – заявила она.

– Вряд ли он меня помнит. Мы виделись всего несколько раз.

– Ты его недооцениваешь, – заметила Рада. – У Кости прекрасная память.

Маленький теламончик удобно устроился у меня на руках, пока его мама расчищала себе место на диване среди завала подарков.

– Феб немного перестарался, да? – усмехнулась она, складывая на пол с десяток мягких игрушек. И с чего он взял, что я их люблю? Наверное, сработал стереотип.

Покачивая ребенка, я думала, что теперь у меня тоже могут быть свои. Но вот засада, я хотела детей только от одного, определенного мужчины. Даже тут он меня обставил.

– Я пришла, чтобы все тебе рассказать, – заявила Рада. Судя по тону, мои возражения не принимались. Мне ничего не оставалось, как слушать.

Я ожидала, что она будет оправдывать Феба, но ее история была другого толка. Она рассказала о шантаже Астарты и о том, как Феб благородно пожертвовал собой, спасая мою жизнь.

Не передать, как я разозлилась. Он даже не посоветовался со мной! Вообще не посчитал нужным поставить меня в известность. Я бы не приняла такой жертвы.

В том-то и дело – подсказал здравый смысл, он знал, как ты отреагируешь, поэтому молчал. Спас, ничего не прося взамен. Злость быстро сдулась. И что теперь? Простить его, снова поверить, что мы можем быть вместе? Страшно.

– Почему он сам мне не рассказал? – спросила я.

– А ты бы слушала?

Я вздохнула. Пожалуй, нет.

– Для начала вам надо поговорить, – заявила Рада. – А там уже решишь. Вот, – она протянула мне записку, – он просил тебе передать.

Я развернула листок. Думала, там снова будет что-то в духе «будь моей», но там было лишь время и ничего более. Даже адрес и тот отсутствовал. Меня пригласили на таинственное свидание. И я, кажется, собираюсь пойти.