Глава 14.

Алексей.

Третий день я провожаю Анну Сергеевну домой. Ну как провожаю…

Брожу тенью.

В машину ко мне она не садится. Но, к счастью, и к тому усатому таракану тоже.

Уже привычно оставляю тачку на стоянке возле больницы. Жду минут десять - пятнадцать, а затем, заметив Златовласку, пристраиваюсь рядом.

Идем молча. Она периодически косится на меня и вздыхает, а я ее открыто рассматриваю.

Красивая. Волосы длинные, прямо по поясницу, но она их почти все время в косу или хвост собирает. Сегодня, правда, распустила. Взгляд такой, как у ребенка, доверчивый. Хотя характер то палец в рот не клади.

Короче не девушка, а сплошная головоломка. Но мне поприколу. Не люблю я однообразие. С детства не мог на месте усидеть.

– Тебе не надоело? – спрашивает с усталым вздохом.

– Смотря, что именно. Пробка на Ленина - очень. И что дорогу возле вокзала никак не сделают тоже.

– Ясно, – выдает, прикусывая губу, будто стараясь сдержать смех. – Ты местный?

– Ну, как сказать. С восьми лет тут живу. Считается?

– Думаю, да. А до этого?

– Где жил? Я так и не вспомню, но по рассказам, много где.

– В Кинерме был?

– Это где?

– В Карелии.

– Ты оттуда родом?

Кивает.

– А сюда как занесло?

– По распределению попала после окончания колледжа. В госпиталь.

– У вас там военных частей нет?

– Нет, – настороженно. – У нас почти ничего нет кроме еловой рощи да часовни. Но зато Член Ассоциации самых красивых деревень.

– И что же у вас такого красивого? Девушки?

– Природа. Посреди леса считай деревня стоит. Памятник деревянного зодчества.

– Мими, – озадаченно тяну, будто бы понимая.

Но, похоже, по лицу заметно, что ни в зуб ногой, какой там за памятник. И Анна Сергеевна терпеливо поясняет:

– Дома все из дерева. Полукругом стоят. Всего семнадцать домов, десять из них как музеи используются.

– И что ж вы там делаете?

– Папа у меня смотрящий и экскурсии водит. Мама помогает, столы накрывает гостям с традиционной русской кухней. Только я сбежала ближе к цивилизации.

– Это ты правильно сделала, что сбежала, – улыбаюсь. – А у меня отец военным был. Его по стране помотало и нас с мамой тоже. Сюда приехали в девяносто восьмом, а когда он погиб, так и остались.

Дослушав, Аня как-то сразу в лице меняется и отворачивается. А я, пользуясь моментом, забираю у нее пакет. Увесистый такой.

– Спирт с работы выносишь?

– Чего? Ты совсем? – шипит обиженно. – Я вещи несу постирать. Пятница сегодня.

– Да шучу, я! Расслабься! Если девушка рядом с тобой скучает, то пиши пропало. Так дед говорит.

– Это тот, который винодел?

Надо же! Запомнила.

– Он самый. Опытный пикапер.

Изумленно смеется.

– Предложи ему тренинги вести.

– Думаешь, выстрелит тема?

– Конечно. Сейчас же все, что можно продать – продают. А за знания и опыт втридорога дерут.

– Это точно. Тогда сделаем ему курсы «Любовь по-Ильичевски». Пойдет название?

Снова смеется.

– Отличное.

С сожалением понимаю, что подошли уже к ее подъезду. Как так быстро? Плелись вроде еле-еле.

Я бы еще шел и шел, но Златовласа останавливается. Заправляет прядь светлых волос за ушко. Как-то машинально облизывает губы.

Зависаю на этом движении.

Вспоминаю, что тогда, ночью не давала себя целовать. Я как бы и не сильно настаивал. Сам не люблю совать язык всем подряд. Но сейчас почему-то очень хочется. Попробовать какая она на вкус. Малина? Мята? Или ледяной арбуз?

Она это замечает, да? Как смотрю? Считывает все? Глаза испуганно вскидывает и говорит:

– Ты, Леш, пожалуйста, больше не приходи.

Чего?

Это что за танцы такие, шаг вперед, два назад? Не умею я эти вальсы кружить.

– Не трать свое время, правда. Ты хороший парень, но ни разовые, ни любые другие отношения мне не интересны.

– А в гостиницу со мной зачем пошла? Мужу отомстить?

Вздрагивает, будто я ее ударил этими словами.

Да кольцо ее сложно не заметить. Она ведь его теребит постоянно. И сейчас тоже. Только где этот муж?

Забирает пакет.

– Ань…

Подкуриваю. Смотрю как скрывается в подъезде.

У нее квартира на первом этаже слева. Я еще в тот раз вычислил, когда ее усач подвозил.

Затягиваюсь дымом. Горько во рту, пиздец. Будто первый раз курю.

Трех очковым забрасываю сигарету в урну.

Да к черту!