Глава 7. Бумажный замок

Лео вернулся поздно вечером. Он вошел с театральным вздохом облегчения, бросив ключи на консоль с таким видом, будто только что решил все мировые проблемы.

— Ну вот, наконец-то сдвиги, солнышко! — провозгласил он, направляясь к мини-бару.

— Этот юрист… черт, просто гений. Кажется, мы нашли способ обойти претензии Элинор.

София сидела на диване, поджав ноги. Она не двинулась с места, чтобы встретить его поцелуем. Не ответила улыбкой. Она смотрела на него, и каждый мускул ее лица был напряжен.

— Как звали ту блондинку из Турции? — тихо спросила она. Голос прозвучал хрустально-четко в тишине комнаты.

Лео замер с бутылкой виски в руке. Секундное замешательство промелькнуло на его лице, но было мгновенно заменено маской непонимания.

— Прости, что? Какую блондинку?

— Из Турции. Катя, кажется? Или Лиза из Сочи? Мне сложно запомнить всех по именам. У тебя, видимо, есть какой-то свой рейтинг или система? — она говорила ровно, почти без эмоций, но каждое слово било точно в цель.

Он медленно поставил бутылку. Подошел ближе, пытаясь поймать ее взгляд.

— София, что это такое? О чем ты? Ты не в себе?

— Я абсолютно в себе. Впервые за последний месяц. Я просто хочу понять правила игры, в которую играю. Ирина сегодня была очень… откровенна.

При имени соседки его лицо исказилось гримасой раздражения.

— А, так вот в чем дело! Ирина! И ты поверила в какую-то чушь, которую она натекла тебе в уши? Ты действительно думаешь, что я стал бы что-то скрывать? После всего, что между нами было?

— Я думаю, что человек, который без зазрения совести менял жену на курортный роман, способен на многое. И да, я думаю, что ты мог бы скрывать. Покажи мне документы на квартиру, Лео.

Он засмеялся. Звук был сухим и фальшивым.

— Не будь смешной. Это сложные юридические бумаги, ты в них все равно ничего не поймешь.

— Я окончила экономический факультет с красным дипломом, Лео. Я разбираюсь в документах куда лучше, чем в твоих оправданиях. Покажи.

Его уверенность начала давать трещины. Он сел напротив нее, приняв вид уставшего, несчастного человека, которого несправедливо обвиняют.

— Послушай, дорогая. Давай не будем вот этого. Ирина… Она не просто так все это говорит. Она мстит.

— За что?

— Она была против нашего переезда. Она думала, что после развода… что эта комната достанется ей. Что она сможет снимать ее дальше за копейки. А теперь ты здесь, и ее планы рухнули. Она пытается нас поссорить. Разве ты не видишь?

София смотрела на него, и ей было интересно, сколько еще версий у него в запасе.

— А деньги? Она говорит, ты должен ей. Много.

— Боже мой! — он провел руками по лицу.

— Конечно должен! Я занимал у нее на первоначальный взнос для бизнеса! Это был ее вклад как партнера! И теперь, когда дела пошли в гору, она требует вернуть все с бешеными процентами! Она спекулирует, София! Использует тебя, чтобы давить на меня!

Он говорил так убедительно, с такой болью в голосе, что на секунду она снова готова была поверить. Поверить в то, что он — жертва, а Ирина — коварная интриганка.

Но потом она вспомнила его растерянный взгляд при первом вопросе. Его смех. Его нежелание показывать документы.

— Хорошо, — тихо сказала она.

— Допустим, я тебе верю. Тогда завтра же мы идем к твоему юристу. Вместе. И он мне все объяснит про эту квартиру, про доли, про твои финансовые «вопросы». И мы составим план, как мы будем их решать. Вместе. Как партнеры.

Лео замолчал. Он смотрел куда-то мимо нее, в стену, быстро соображая, ища новую лазейку.

— Я не могу завтра. У меня забронирована встреча с инвесторами. Это очень важно для будущего. Для нашего будущего.

— Отмени ее.

— Это невозможно! Ты вообще понимаешь, о чем просишь? Это миллионы, София!

— А наше доверие? Оно сколько стоит? — ее голос сорвался, и в нем наконец прорвалась вся накопленная боль и ярость.

— Ты покупаешь меня завтраками и обещаниями райской жизни, которая вот-вот наступит! Но я уже здесь, Лео! Я уже в этом аду! И я хочу знать, когда наступит это «вот-вот»! Покажи мне хоть что-то реальное! Хоть одну бумажку! Хоть одну цифру!

Он встал, его лицо окаменело. Маска обаятельного любовника сползла, и на мгновение она увидела другое лицо — уставшее, раздраженное, циничное.

— Я устал от этого допроса. Я делаю все возможное и невозможное, чтобы устроить нашу жизнь, а ты устраиваешь истерики из-за сплетен какой-то дуры! Хорошо. Хочешь правду? Правда в том, что все очень сложно. И твое недоверие и истерики мне совсем не помогают!

Он развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

София осталась сидеть одна в тишине. Он не ответил ни на один вопрос. Он просто сменил тактику, переведя все в ее вину. И самый ужас был в том, что часть ее уже готова была в этой вине признаться.

Она посмотрела на его телефон, который он забыл на столе. Он завибрировал от нового сообщения. На экране всплыло имя отправителя: Ирина.

Сообщение было коротким: «Ну что, справился с истерикой? Жду отчет.»