Глава 45

Наглая женщина с довольным видом складывает по контейнерам шоколадные шарики и пончики. Укладывает всё в пакет, оставляя для малышки её долю сладостей. Больше ни с кем делиться она не согласна. Собственница, что б её!

— Ты зови, если чё, — одевается, играя бровями и недвусмысленно показывая на свою добычу. Она и пару шоколадок забрала, потому что обнаружила их в шкафу, когда там шарилась в поисках съестного.

— Мил, — смотреть на неё без улыбки невозможно, — заходи в любое время. Я тебе всегда рада.

— В следующий раз, надеюсь, отметим мою свободу от тирана, сатрапа и самого ужасного мужчины в моей жизни, — наиграно горестно вздыхает она.

— Мне кажется, ты от него никогда не уйдёшь, — она слишком долго грозится уйти от Демьяна, но он не даёт её мечте сбыться.

— Это мы ещё посмотрим, — обнимает меня и выходит из квартиры.

— Тётя Мила, — из лифта выходит моя дочь и бежит обниматься с любимой живой барби. Следом за маленьким ураганом выходит Лиза. Она выглядит уставшей и красные глаза при взгляде на меня моментально наполняются слезами.

— Проморгайся и не ной, девочка, — обращается Косолапова к девушке, взглядом оценивая её с ног до головы. — У тебя тут дом терпимости какой-то, ненавижу слёзы, — недовольно фырчит уже мне.

— Мам, а кто такая «сучка»? — Наконец-то обращает на меня внимание ребёнок.

— Воу, — Милана не отпускает свою тёзку и, переглядываясь со мной, присаживается перед ней. — Кто тебе такое сказал?

— Это не мне, — отмахивается малышка. — Бабушка так Лизу назвала, когда к нам пиходила и сегодня снова её так назвала, а я не знаю кто это, — на лице Миланы старшей расцветает злорадная улыбка, а новая жена моего бывшего тихо всхлипывает и стирает влагу с лица. Видно, что старается держаться, особенно после жёстких слов брюнетки.

— Я, наверное, пойду, — робко говорит Лиза и нажимает на кнопку вызова лифта, пока тот не уехал.

— Спасибо, — благодарю девушку за то, что привезла дочь. — Зайка, идём, — зову к себе Милашу, а Лиза заходит в лифт и уезжает, оставляя меня с послевкусием вины, Мила тут же нажимает кнопку вызова.

— Иди к маме, а то, что ты спросила — это плохое слово. Не надо повторять его, морщинки появятся, — малышка смешно округляет глазки, моментально хватается за лобик и разглаживает его, как я по утрам, когда наношу на лицо крем. Косолапова встаёт, поправляя пальто. — Хорошо, что она уехала, тебе ещё её стенаний для полного счастья не хватает. Ты не медиатор и не вздумай лезть к ним в разборки. Поняла? — Киваю ей. — У тебя своя жизнь, у них — своя. Они потом помирятся, а ты всё равно останешься крайней, — умом понимаю, что она права и Сергей говорит также, но, чтобы заглушить порыв поговорить с Лизой мне нужно время. Это же из-за меня мама ей высказала свои претензии.

— Так вот почему у бабушки много морщинок на лице, она говорит плохие слова, — делает выводы дочь, обнимая меня. — Тётя Мила, а ты оставайся, я тебе косички заплету.

— Малыш, в следующий раз я вся твоя, можешь даже макияж сделать, а сейчас мне надо домой, проверить тётю Олю. Возьмёт и родит эмоциональная наша. Дядя Артём может растеряться, а я должна первая увидеть свою крестницу, — подмигивает нам. — Всё, заходите домой, а то встали, как на базаре, — она обнимает нас ещё раз и заходит в открывшийся лифт.

— Мам, Лиза же хоёшая, почему бабушка обзывается? — Задаёт важный для себя вопрос малышка, когда мы заходим в квартиру.

— Иногда так бывает, взрослые злятся и не могут сдержать свои эмоции. Это нормально, но часто ранит близких. Бабушка потом успокоится, — помогаю дочери раздеться. — Значит, ты виделась с бабулей?

— Нет, она звонила папе и очень громко угалась, — ну мама! Знаю, что она общается с Димой. И никак не пойму, на что она до сих пор надеется?

Дурацкая совесть не даёт покоя и весь вечер проходит, как на иголках. Не помогают даже Серёжины объятия. Мы вместе с дочкой решили ужинать у него. Милаша с восторгами и трепетом кормит Марселя, а тот лужицей растекается от маленьких ладошек на своей голове. Неженка во всю пользуется моментом.

— Я принесла тебе визитку кинолога, — достаю из кармана помятую картонку с номером телефона.

— А у меня есть на что её обменять, — Сергей уходит и возвращается с листочками в руках.

— Что это? — Смотрю на него с любопытством.

— Билеты на матч. В среду мы вас ждём на игре, — кладёт их на стол передо мной и забирает визитку.

— Мы же пойдём? — Милана молниеносно забирает себе билеты. — Я хочу флажок, шапочку и на лице полоски, — проводит пальчиками по щекам, показывая, где эти самые полоски ей надо. Качаю головой и закатываю глаза. Куда ж я денусь? Уже пообещала, что придём, значит так и будет, иначе, одна деятельная дама сама приедет и погрузит нас в машину. — Я буду самой касивой болельщицей у моих феев, — попискивает и приплясывает на месте счастливая девчушка, — или, феёв? Фей? Мам!

— Что? — Посмеиваюсь уже в голос.

— Ай! — Отмахивается от меня. — Главное, буду самой касивой, — вздёргивает свой маленький носик гордо.

— С таким настроем мы точно победим, — с удовольствием смотрит на неё Серёжа. Вот же жук! Знает, как всё повернуть на свою сторону.