Глава 6

Рита, испуганно вскрикнув «ой», кинулась к незнакомцу, чтобы помочь ему подняться. Но мужчина уже сам сел, и, потирая рукой затылок, виртуозно выругался. Освещение от магического фонаря падало так, что в сумерках, лицо мужчины было скрыто полумраком.

— Простите, пожалуйста, я случайно, — извиняясь, девушка протянула ему руку. — Простите.

— Смотреть надо куда идешь, — сердито ответил он, игнорируя помощь. Встав, мужчина стал небрежно отряхивать от снега длинное расклешенное серебристое пальто с роскошным белоснежным меховым воротником, больше похожее на плащ.

— Простите, — извинилась Рита еще раз. Ей было очень неудобно, что из-за нее мужчина упал, и мог удариться. Незнакомец молча, не обращая внимания на девушку, решил продолжить свой путь. Но один неосторожный шаг, и он вновь стал терять равновесие. Рита, чтобы предотвратить очередное падение мужчины, схватила его за рукав. Но она не смогла удержать падающего незнакомца, слишком разные весовые категории у них были, и в результате, на земле оказались оба. Во время падения, мужчина в защитном жесте обхватил Риту одной рукой за талию, второй прижал ее голову за затылок к себе. Поэтому она комфортно приземлилась на него, уткнувшись лицом в сильную мужскую грудь. От мужчины пахло морозной свежестью вперемешку с тонким ароматом можжевельника. Властная сильная рука на затылке не сразу позволила Рите отстраниться. Но когда через секунду мужчина отпустил ее, и Маргарита наконец-то смогла поднять голову, она встретилась глазами с внимательным бирюзовым взглядом. Свет падал так, что сейчас Маргарита до мельчайших подробностей могла рассмотреть того, кому он принадлежит. У мужчины было узкое овальное лицо с высокими скулами, аккуратный ровный нос, немного раскосые бирюзовые глаза, в обрамлении пушистых черных ресниц, с темно-синими вертикальными зрачками, слегка приподнятые широкие темные брови, припорошенные серебром инея. Не было сомнений, это был не кто иной, как дракон. Лицо незнакомца было беспристрастно и не выражало никаких эмоций. Мужчина смотрел на нее пустым, холодным взглядом, будто пронзал насквозь. От него веяло холодом, и на секунду Маргарите показалось, что перед ней прекрасное, но безжизненное ледяное изваяние.

— Извините, — пискнула Маргарита, аккуратно скатываясь с незнакомца и пытаясь встать. Быстро отряхнув снежинки, прилипшие к подолу платья, девушка кинулась собирать белье, которое уже стало замерзать, покрываясь тонким слоем льда. Незнакомец поднялся, и Рита поняла, что его белоснежно-молочные волосы заплетены в сложную длинную косу. Мужчина молчаливым взглядом проследил, как девушка ловко подхватила таз с бельем, и направилась прямо к нему. Поравнявшись, стараясь не поднимать глаз, Рита сочла нужным извиниться еще раз:

— Простите, я случайно, — а потом постаралась быстро прошмыгнуть мимо дракона, и скрыться в тени хозяйственных построек. Но видимо кто-то, свыше решил сегодня над ней пошутить. Потому что едва она обошла мужчину, и успела сделать пару шагов, как ее нога поехала по ледовой дорожке. И она обязательно бы упала, если бы твердая рука не поддержала ее за локоть.

— Да что же ты такая неуклюжая, как «слон в посудной лавке», — недовольно прокомментировал мужчина происшествие.

— Между прочим, на улице темно и скользко. И вы сами тут только что упали и не один раз, да еще и меня свалили. И это я еще, по-вашему, слон. Зато вы, видимо, мистер грациозность, — разозлилась Рита, и, стараясь идти по краю тропинки, припорошенной снегом, направилась через двор. Незнакомец вывел ее из себя. Сам упал, её уронил, еще на улице как-то резко похолодало, да и ночная темнота практически полностью вступила в свои права, да так быстро, что Рита и не заметила. Вот только были сумерки, а уже вокруг темнота, будто глубокая ночь. «Столько с ним времени потеряла», — с досадой подумала она, и тут раздался возмущенный мужской возглас:

— Нахалка!

— На себя посмотри, придурок, — не оглядываясь, прошипела она в ответ, и в сердцах добавила. — Да чтоб ты брякнулся еще раз, ирод!

Позади, послышалась мужская ругань. Любопытство взяло вверх, и Рита быстро оглянулась. Незнакомец, стоя на четвереньках, пытался подняться. Девушка довольно хихикнула: «Мол, получай фашист, гранату». В этот момент, будто услышав её смех, мужчина вскинул голову, резко посмотрел в сторону, где в тени хозяйственных построек она остановилась. Хотя услышать ее тихий смех, было в принципе невозможно. Маргарита так торопилась покинуть неприятного незнакомца, что успела пройти довольно большое расстояние.

Вздрогнув, Рита поспешила скрыться. Она так разозлилась на мужчину, что совсем забыла, что он дракон. Хотя, может, и нет? Вон и Ирма, и Ирстан, тоже очень похожи на них, но они полукровки. Да, и этот, наверное, тоже. Уж больно недовольный и вредный. Ведь и мадам Мишель, да и Лури, несмотря на свое происхождение, всегда доброжелательны, снисходительны и очень вежливы, и они драконы. А хамство себе позволяют только полукровки. Видимо и этот, тоже из «бракованных». Маргарита, развешивая белье, задумалась о том, что никогда его раньше не видела. А потом просто махнула рукой, мало ли кто в этом огромном замке может работать.

Вернувшись в свою комнату, Маргарита подкинула дров в камин и, подхватив ведра, отправилась на кухню. В принципе горячую воду можно было набрать и в бане, но тогда бы у прачек, еще не закончивших свою работу мог возникнуть вполне естественный вопрос: «Зачем таскать воду в комнату, если можно помыться здесь?», а на кухне, каждый был занят чем-то, и до неё никому не было дела.

Так и оказалось. Приближалось время ужина. Лури ловко командовал своими подчиненными, раздавая указания направо и налево. На плите весело скворчало масло, в кастрюлях что-то булькало, а по кухне разливались восхитительные ароматы, от которых можно было сойти с ума. В животе заурчало, и Рита вспомнила, что она не обедала. Но и для ужина еще было слишком рано. Обычно слуги трапезничали после того, как накрывали стол для императора и его приближенных. Рита тяжело вздохнула, подошла к специальному устройству, похожему на большую бочку, в котором всегда был кипяток.

— Малыш-шка, ты почему на обед не приходила? — услышала она вопрос главного повара, который доставал что-то на большом противне из печи. Маргарита всегда удивлялась этому качеству Лури, вроде и не смотрит никогда на входную дверь, и, тем не менее, всегда точно знает, кто пришел.

— Было много работы, — ответила Рита, пожав плечами. Желудок издал жалостливую руладу. На секунду ей показалось, что этот звук услышали все, кто присутствовал на кухне. И от этого ей стало весьма неудобно. Рита наклонилась, чтобы открыть кран внизу бочки и набрать воды, но недовольный крик Лури ее остановил:

— Быстро садись за стол! Успеешь еще воды набрать! И так тощая, как не знаю кто, еще и обеды пропускает, — Рита обернулась, и увидела, как один из поваров ставит на стол тарелку с ароматным пюре и мясоовощной подливкой. Просить дважды её не пришлось. И уже в скором времени она, наблюдая за работой кухни, уплетала свой ранний ужин. Лури весело подмигнул ей, и, расположившись на другом конце стола, приступил к созданию вершины кулинарного искусства — десерта. Сегодня это был торт. Мужчина аккуратно переложил на стол, остывшие на листах коржи, и приступил к работе.

Дело спорилось в его руках, и очень скоро перед Ритой возник восхитительно-красивый двухъярусный торт, украшенный цветами из воздушного разноцветного крема, элементами из мастики и кондитерским бисером. Перед Маргаритой было действительно произведение искусства. Белым кремом мастер ловко изобразил снежный Асгард, в центре которого расцвел изумительный кремовый цветочный сад, наполненный яркими солнечными красками. А в центре него находились несколько фигурок драконов, сделанные из мастики нежно-голубого цвета.

— Лури, это восхитительно, — выдохнула Рита, потрясенная красотой, которая создавалась у нее на глазах.

— Это ты его еще не пробовала, — довольным тоном заметил дракон, и поставил перед девушкой тарелку с обрезками неровных краев торта.

Маргарита поддела ложкой кусочек теста с кремом и отправила его в рот. Торт был нежным, в меру сладким, и буквально таял во рту.

— Мммм, — все, что смогла произнести девушка, ловко орудуя ложкой. А когда тарелка опустела, Рита даже расстроилась, и едва удержалась от того, чтобы не облизать её самым наглым образом, так это было вкусно. Лури лишь усмехаясь, наблюдал за ней, и когда увидел грусть на ее лице, наклонился и тихо сказал:

— Думаю после ужина, торт останется, и я обязательно припасу тебе кусочек. А пока на вот тебе, — дракон вытащил из кармана белоснежного фартука фигурку маленького алого дракона из мастики. Рита взяла фигурку в руки, чтобы рассмотреть повнимательнее. Широкие крылья, мощные лапы, чуть удлиненная ромбовидная морда, наросты на голове и по всему позвоночнику, узкий хвост — дракон был чудесен.

— Лури, скажи, — Рита подняла на мужчину горящий взгляд. — Именно так выглядит ваша вторая ипостась, да?

— Ты никогда не видела живого дракона? — удивился мужчина, вопросительно подняв брови.

— Да как-то не сложилось, — пожала плечами Рита, мысленно дав себе тумак. «Вот дура! Жить в стране драконов, и ни разу не видеть их. Вот на таких мелочах и прокалываются обычно», — подумала она.

— Ну, конечно, — махнул рукой Лури. — Все время забываю, что ты из маленькой деревни. Откуда там быть драконам. Ладно, так уж и быть, я, когда нибудь тебе покажу своего красавца.

— Уверена, мы с ним подружимся, — задумчиво рассматривая фигурку, сказала Рита. — Лури, а почему ты сделал его красным, а не голубым, как остальных?

— Да он же у нас и сам немного огненный, — засмеялся проходивший мимо повар. Лури кинул на него такой недовольный взгляд, что мужчина поспешил отойти как можно дальше от нервного дракона.

— Расскажешь? — спросила Рита, смотря на Лури внимательным взглядом.

— Ой, да было бы что рассказывать, — махнул рукой дракон. — Во мне течет капля огненной крови, как и во всех моих родственниках.

— Как так? — удивилась Рита. — Ведь ты же Ледяной.

— Моя моя пра-пра-пра-пра-бабка, была полукровкой, и чтобы обрести дракона ей пришлось принять кровь обоих императоров. Но вопреки всем правилам, ее драконица родилась Огненной, и ей была подвластна магия огня, хотя ее муж был Ледяным, как и их сыновья, внуки и правнуки. Насколько я знаю, это был единственный случай в нашем мире, когда древняя магия сделала такой выбор. Но это было очень, очень давно, — улыбнулся Лури, — с тех пор прошла не одна тысяча лет, но факт остается фактом, во мне, как и в моем двоюродном брате, течет капля огненной магии. Да, во многих Ледяных, так или иначе, есть капля огненных драконов, просто кто-то знает и помнит об этом, а кто-то уже забыл.

— А твой брат тоже работает поваром? — поинтересовалась Рита, убирая дракончика в карман платья. Девушка уже решила, что будет его беречь, и обязательно заберет в свой мир, если ей удастся вернуться.

— Нет, мой брат, герцог Ариэль, глава службы безопасности нашего мира. Он единственный, кто обладает способностями вмешиваться в ауру живого существа, и он может, как излечить любого на энергетическом уровне, так и принести невыносимую боль. И знаешь, я даже сам его побаиваюсь, — хохотнул Лури. — Особенно, после покушения, он приобрел жуткую привычку, не оставлять недругов за спиной. Но слава Снежному, мы не враги. Наша дружба длиться с детства, и надеюсь, что и наши дети, и внуки, и правнуки, тоже будут дружить.

Мужчина опять засмеялся, увидев, как вытянулось лицо Риты. Ему нравилось шокировать эту малышку. Она вон как увлеклась его рассказом, что даже рот приоткрыла. Вот точно, маленький, несмышленый детеныш. Мужчина что-то хотел еще сказать, но его прервал недовольный голос Ирмы:

— А ты что тут рассиживаешься? Что работы нет? — Маргарита вскочила со стула, и начала объяснять:

— Я уже закончила работу, и зашла на кухню воды набрать, — Ирма окинула ее подозрительным взглядом.

— Да, что-то вас мадам Мишель совсем распустила. Прислуга замка пашет, значит, как проклятая, а прачка гарема, как королева в разгар рабочего дня на кухне расселась. Делать ей, видите ли, нечего. Так я тебе сейчас быстро работу найду, — женщина уперла руки в бока, сверкая глазами. Ирма запомнила эту девчонку еще с отбора, когда та заняла место, так необходимое ей самой. Женщине казалось, что именно Рита нарушила ее планы, поэтому каждый раз ее шпыняла, срывая на ней свою злость. Ирма только набрала в легкие побольше воздуха, чтобы как следует разораться на эту «дрянь», как вмешался Лури:

— Ирма прекрати! Рита закончила свою работу и помогала мне на кухне. А сейчас, пусть она идет. Девочка и так сегодня пахала не покладая рук, — и, посмотрев на Риту, кивнул головой в сторону выхода.

Не дожидаясь ответа Ирмы, Рита поспешила набрать воду и под внимательным взглядом Ирмы покинула кухню. «Вот гадина, — подумала девушка, поднимаясь в свою комнату. — И чего ей неймется. Вот что я ей сделала?» Рита действительно не понимала, и от этого было ещё обиднее. А еще девушка прекрасно знала, что ее терпение не бесконечно, и рано или поздно нападок Ирмы она не выдержит, и уж тогда, эта «крыса» получит за все.

Решив не портить себе вечер, Рита постаралась выкинуть все мысли о неприятной особе из головы. Впереди ее ждал сладкий сон, и это было самое главное.

***

Оперевшись локтями на каменные перила балкона, покрытые тонким слоем льда, император этого мира, Амирьян Хасан Шерро задумчиво смотрел в чернильную даль. Ночь давно вступила в свои права, окутывая снежный мир в уютную, дарующую тишину и спокойствие, темноту. Большой желтый диск луны ярко освещал чистое, усыпанное яркими звездами небо. Пушистые серебристые сугробы искрились и переливались в лунном свете, делая всё вокруг волшебным и загадочным.

В такой тишине удобно размышлять, а императору было о чём подумать. В его жизни появилась большущая проблема в виде дочки первого советника, прекрасной юной, но очень настырной, леди Линелы. Амирьян в который раз, вновь и вновь вспоминал их первую неожиданную встречу. В тот день в императорском дворце был вечер дебютанток, где знатные леди и лорды впервые в обществе представляли своих дочерей. Молодые очаровательные девушки, стайками скользили по залу в поисках кавалеров, в надежде найти среди многочисленных драконов свою истинную пару. И лишь дочь советника, не обращая ни на кого внимания, кидала заинтересованные взгляды на императора, то и дело обворожительно улыбаясь ему, всячески стараясь заинтересовать его. И он её заметил, просто не мог не заметить, и подошел…

Мужчина до сих пор так и не смог понять, чем эта девушка смогла его заинтересовать, что он предложил ей место фаворитки? Будто помутнение рассудка…

Беспорно Линела была прекрасна, впрочем, как и все, драконицы. Правильной формы лицо с красивыми серебристо-серо-голубыми глазами, обрамленное белокурыми локонами, невольно притягивало мужские взгляды. Аристократичная грация, женственная фигура с пышными формами, мягкий голос, ослепительная улыбка, томный взгляд, легкий флирт — просто не оставили императору шанса, он был сражен молодой девушкой. После страстной ночи, Амирьяну в голову невольно закралась мысль: «Возможно, она та самая, кого я жду столько веков? Моя пара!», но у его дракона на этот счет было свое мнение, и он сразу дал понять, что это не так! Через несколько дней постельные отношения отошли на задний план, и Линела стала ему интересна как личность. Тут— то и выяснилось, что она глупа до безобразия, и, по сути, кроме праздников, украшений, нарядов ей ничего не интересно. Амирьян был искренне удивлен, что у первого советника, мудрейшего дракона, такая легкомысленная и ветреная дочь.

Понимая, какую ошибку совершил, Амирьян мягко намекнул девушке, что их короткие отношения закончены. И после отведенного срока, ей, как и другим фавориткам придется покинуть его личный гарем. И тут началось. Отступать от своей цели — титула императрицы Асгарда, глупышка не собиралась. И она стала преследовать его везде, стараясь перевести любой их разговор в «горизонтальную плоскость». Линела даже умудрилась несколько раз тайно пробраться в его спальню, и ни уговоры, ни угрозы мадам Мишель, ни показательное выдворение её из императорской спальни, не помогали.

Но, слава Снежному, положенный срок её пребывания в императорском дворце истек, и она была вынуждена вернуться в родительский дом. Но девушка никак не могла поверить, что действительно безразлична Амирьяну, и продолжала преследовать мужчину.

Вот и сегодня, наполнив магией лесные угодья, в которых искусственно разводили граххов, император, отпустив магов, утомленный возвращался во дворец. И был очень удивлен, увидев на ледяной дороге, ведущей к центральному входу, Линелу, которая явно его ждала. Девушка задумчиво бродила туда-сюда, не осмелившись подойти ближе к дворцу. Ведь она прекрасно знала, что ледяные магические стражи не пропустят ее без приглашения, как и то, что сегодня император вместе с её отцом, в сопровождение магов, облетают лесные угодья, а значит, вернется он поздно. Линела всё рассчитала, и прекрасно знала, что во дворец мужчина вернется один. Она очень надеялась, что сможет с ним поговорить, и вновь попытаться его убедить в своей безграничной любви.

Амирьян, увидев её вновь, просто опешил. Он просто терялся перед таким яростным напором, и если честно, уже не знал, что и делать. Грубить прекрасной даме-не комильфо, но и как ей объяснить, что она переходит все допустимые границы, он не представлял. Линела не слушала никаких доводов, и будто одержимая, всё время повторяла слова о большой любви. День был длинным и очень трудным. Амирьян чувствовал себе безумно уставшим, и ему хотелось поскорее оказаться в своих покоях. На данный момент встречаться с этой нахалкой у него не было ни сил, ни желания.

«Черт, вот и что теперь делать? Как вору пробираться в собственный дом задними дворами?», — задал вопрос император сам себе, спешно отходя в тень дворцовой стены, пока его не заметили. Мужчина так растерялся, что все разумные мысли в одно мгновение покинули его. И он, не придумал ничего лучшего, чем обойти замок вокруг и зайти через задний двор.

Но император не учел одного, что дороги вокруг замка в принципе нет, и ему придется фактически идти по заснеженному полю. И вот, провалившись по колено в очередной сугроб, Амирьян разозлился. Призвав силу ледяной магии, он взмахом руки, заставил снег расступиться и создал для себя дорожку. Мужчина спешно шел к своей цели, не замечая, как от его возмущения и недовольства, вокруг мгновенно упала температура, а снег превратился в наст. «Амирьян-вы моя жизнь, мы просто созданы друг для друга», — мысленно передразнил он Линелу. Это фразу она повторяла ему постоянно, при этом всё время, пытаясь его зажать в каком-нибудь углу. «Придется поговорить с ее отцом. Она просто не оставила мне выбора!» — принял решение Амирьян, входя в полутемные ворота заднего двора. Он уже немного успокоился, и только сейчас сообразил, что можно было просто открыть портал в свои покои. Выходка Линелы так вывела его из себя, что он и не подумал о возможности воспользоваться портальной магией.

«Идиот», — выругался император, и направился к двери. Но едва он взялся за ручку, как она резко открылась и на него налетела служанка, умудрившаяся грохнуть таз ему на ноги.

От шока Амирьян отскочил на несколько шагов назад, и тут же «красиво» растянулся на дорожке, покрытой льдом. И не успел он встать, и сделать шаг, как вновь грохнулся. При этом эта «дурочка», которая явно уступала ему и в росте и в весе, попыталась его удержать, и в результате грохнулась вместе с ним. Амирьян подумал, что девушка может удариться при падении, поэтому машинально прижал ее к себе. И вот они на земле. Какое-то время, он автоматически продолжал обнимать девушку, но потом, почувствовав её робкие попытки подняться, мужчин ослабил руки.

Незнакомка подняла глаза, и Амирьян растерялся. Глаза! У нее были потрясающие глаза дымчато-серого цвета, с темным зрачком с едва заметной желтой каймой, в обрамлении длинных пушистых ресниц. Мужчина просто растворился в них…

Но вот девушка аккуратно встала и кинулась собирать рассыпанные мокрые тряпки, при этом, бесконечно извиняясь. Амирьян молча наблюдал за ней, и увидел как она, не успев сделать пару шагов снова поскользнулась. Мгновенная реакция позволила ему поддержать её за секунду до падения.

Ситуация была абсурдна. Правитель и служанка, а то, что девушка работает в замке, ему стало понятно сразу (платье прислуги, таз в руках, и она человек) ведут беседу на заднем дворе, и при этом вместе падают. Амирьяна раздражало всё, и он не сдержался:

— Ты как слон в посудной лавке, — нервно заметил он, и тут же получил в ответ ехидное замечание о том, что может, стоит на себя посмотреть. Амирьян совсем не ожидал, что какая-то служанка может так ему ответить. Девушка совсем его не боялась. «А может она не знает, кто перед ней?»— подумал дракон, и лишь крикнул вдогонку ей: «Нахалка!».

Девушка даже не обернулась. Решив, что на сегодня приключений с него хватит, Амирьян отправился к двери, и вновь поскользнувшись, упал. Мужчина даже не мог объяснить, как это получилось. Поднимаясь, он услышал тихий ехидный смех. Ему показалось, что это незнакомка стоит в тени и смеется над ним, но один взмах ресниц и дракон понял, что он здесь один.

Мужчина поспешил в замок. Поднявшись в свои покои, занимающие целый этаж замка, приняв ванну, император предпочел проигнорировать общий ужин, и с удовольствием поел в одиночестве и тишине. А после пригласил к себе Мишель, любимую няню, с рождения находившуюся с ним. Его отец покинул этот мир случайно. Увлекающийся правитель — алхимик искал способы освободить своего наследника от оков ледяной магии, и однажды очередной эксперимент привел к его гибели. Мама, как его истинная пара, в тот же час и миг, последовала вслед за своим мужем. Юный император взошел на трон, а няня Мишель, заменила ему и брату, так рано ушедшую мать. А когда прошли годы, женщина осталась в замке, заняв должность главы личного гарема императора.

Амирьян знал, что только с этой женщиной он может быть по-настоящему искренним, что только она поддержит его и всегда даст мудрый совет. Вот и в это раз, она одобрила идею поговорить с отцом Линелы и предложила, императорским указом, отправить девушку учится, желательно куда-нибудь подальше от столицы, в закрытую академию. Уходя, она крепко обняла своего нервного воспитанника и тихо шепнула:

— Амирьян, ты напряжен. Я пришлю к тебе девушку, — а потом, поцеловав мужчину в лоб, удалилась. Мужчина знал, Мишель как всегда права, поэтому спорить не стал. И в ожидании фаворитки он вышел на балкон. Мысли вновь вернулись к незнакомке с необычными глазами, и вспомнилась ее фраза: «Мистер грациозность», и губы сами растянулись в улыбке. «Вот ехидная зараза!», — мысленно усмехнулся он, и понял, что совсем не злиться на девушку, и более того, ему было приятно почувствовать себя просто человеком, а не правителем мира. Амирьян глубоко вздохнул. Морозный воздух ластился как родной, но скоро должна была прийти девушка, поэтому мужчина вернулся в свои покои, плотно закрыв балконную дверь. Император подкинул поленья в камин, налил себе белого вина и развалился в кресле. Мужчине нравилось смотреть на огонь, который наполнял комнату светом и уютом. Робкий стук в дверь, прервал его одиночество.

— Войдите, — властно сказал Амирьян, вновь став холодным правителем.

В комнату вошла длинноногая пышногрудая красавица в черном шелковом халате. Девушка, почтительно склонив голову, замерла на пороге. С грацией хищника император одним движением резко поднялся и подошел к ней.

— Офелия, приветствую тебя, — поздоровался он, приподнимая ее голову за подбородок, вынуждая посмотреть на себя. — Рад, тебя видеть…

Офелия жила в гареме уже почти полгода, и скоро должна будет его покинуть. Человеческая девушка подарила ему много сладких ночей, сполна познав страсть императора. Мишель знала, кого прислать. Сейчас Амирьяну не хотелось сдерживаться, а Офелия точно знала, что надо правителю, и в ее глазах не было ни капли страха, лишь предвкушение и желание. губ и обвел их контур языком, а затем вновь посмотрел на свою фаворитку. Девушка обняла за плечи своего императора, крепче прижимаясь к нему. И мужчина со стоном накрыл ее губы страстным, требовательным поцелуем. Их языки сплелись в дуэли, то игривой, то настойчивой, то жадной.

Амирьян склонился к ней, невесомо коснулся губами ее Не останавливаясь ни на секунду, Амирьян развязал тонкий пояс халата, который мягко соскользнул к их ногам.

Разорвав поцелуй, с горящим от страсти взглядом, Амирьян поддел пальцем бретельку ночной кружевной сорочки на одном плече, а затем на другом, и медленно стянул ее с девушки. Теперь Офелия была полностью обнажена, укрытая лишь черным шелком волос. Ласково погладив девушку по лицу, мужчина медленно провел рукой по шее, плечу и нежно обхватил мягкое полушарие груди, слегка зажав пальцами чувствительный сосок. Девушка выгнулась, и с ее губ слетел стон. Амирьян заметил, как по телу Офелии пробегает легкая дрожь, потому что в комнате заметно похолодало. Он знал, что его страсть проявляется ледяной магией, но ничего с этим поделать не мог.

Подхватив замерзшую девушку на руки, он уложил ее на шкуру у теплого камина. Ему потребовалась всего несколько секунд, чтобы раздеться и присоединиться к ней. Склонив голову, он обхватил губами сосок, дразня его языком и губами, не забывая и про другую грудь, чувственно лаская ее ладонью. Дыхание мужчины становилось прерывистым и возбужденным. В какой-то момент его рука соскользнула вниз, и он почувствовал, что девушка уже готова его принять. Но Амирьян не торопился, ему нравилось, когда партнерша сгорает в огне желания и не чувствует его холода. Поэтому он нежно провел пальцами по шелковистой влаге, раздвигая складочки и лаская лоно. Офелия застонала от желания, и едва слышно прошептала: «Мой император, прошу…»

И он услышал… Крепко обняв её, Амирьян перевернулся так, чтобы Офелия оказалась сидящей на нем. Немного приподнявшись, девушка оседлала его бедра. Она медленно начала двигаться, дразня мужчину, разжигая в нем страсть. Но очень скоро его терпение кончилось, и он, обхватив ладонями ее бедра, ускорил темп движения. Ворсистая шкура оказалась присыпана снежным серебром, по полу расползлись ледяные узоры, каминная решетка, как и балконная дверь, местами обледенели, но в данный момент это никого не волновало. Пара двигалась в едином темпе, сгорая в огне желания.

Вскоре Офелия вскрикнула, и ее мир рассыпался на цветные осколки. Несколько резких движений и Амирьян зарычав, присоединился к ней. Тяжело дыша, Амирьян прижал девушку к своему прохладному телу, и довольно прикрыл глаза. Человек и дракон были оба довольны и расслаблены. Все чувства отошли на задний план.

Но вскоре Амирьян почувствовал, как дрожащая девушка крепко прижимается к нему, и понял, что огонь в камине практически погас. Встав, император накинул халат и подкинул дров в огонь. Подойдя к столику, он взял в руки бокал с недопитым вином и, несмотря на девушку тихо сказал:

— Офелия, ты можешь идти, — послышался шорох одежды и через минуту он услышал звук закрывшейся двери. Дракон резко обернулся. Он не ошибся, девушка ушла. Устало сев в кресло, Амирьян закрыл глаза.

Каждый раз одно и то же. Его дракон не принимает выбранных для него женщин, проявляя свое недовольство ледяной магией. Еще ни одной из них не удавалось уснуть вместе с императором и проснуться утром рядом с ним. Во время любовных игр драконья магия Амирьяна вырывалась из-под контроля и становилась ему неподвластной. И дракон, пользуясь своим преимуществом, замораживал все вокруг, показывая тем самым, что девушка ему больше не нужна…

Именно в такие моменты, Амирьян как никогда был во власти своего дракона, и ему приходилось мириться с его желаниями. Император предавался плотским утехам, но ни одна из женщин не смогла тронуть сердце дракона.

Амирьян был нежен со своими фаворитками, и щедро одаривал подарками, платя им, таким образом, за нежность и ласку с их стороны. Так было много лет, и в принципе всех все устраивало, кроме Мишель. Женщина безумно хотела счастья для своего воспитанника, и с завидным упорством, раз за разом отбирала девушек в гарем, в надежде, что когда-то одну из них дракон назовет своей.

Мысли мужчины вновь вернулись к незнакомке с прекрасными глазами серого цвета. Ведь точно человек, а такие глаза… Император вновь прокрутил в голове их разговор, и на губах появилась улыбка. Было что-то в этой служанке необычное и манящее, что его привлекло. А может ему понравилось, что она вела себя с ним как с ровней, потому что она не знала кто перед ней? Ведь все находящиеся вокруг него только преклонялись и подчинялись, и он уже даже забыл, что такое искренность и простота в отношениях.

В конце концов, решив, что и так непозволительно много думает об этом приключении, император довольно потянулся, и одним глотком допив вино, отправился спать.