Глава 35 · Верю – не верю

Наверное, если бы небо рухнуло мне на голову, я все равно так не удивилась бы. Нора? Любовница? С каких пор? И я бы рассмеялась ей в лицо, если бы в этот момент не взглянула на Вина. Он замер как изваяние и смотрел на нее… Страшно смотрел! Если бы здесь не было столько людей, наверняка кинулся бы на нее. Осторожно перехватила его ледяную ладонь, крепко сжала. Не думает же Вин, что я поверю этой курице?

– И когда же это произошло? – спросила громко, и все развернулись ко мне.

Нора поджала губы, не собираясь отвечать.

– Прошу, подтвердите свои слова. – Неожиданно на мою сторону стала Ассия.

Выбора у Норы не осталось. Она стыдливо, будто невинная овечка, опустила взгляд.

– Вы же знаете, Винтер был моим женихом, и если бы не нелепая случайность…

– Что вы называете случайностью? – поинтересовался Винтер, перебив ее. – Мое изгнание или брак?

– И то, и другое. – Девица подняла на него полные слез глаза.

– Тогда я могу сказать, что вы ошибаетесь. Потому что ни изгнание, ни уж тем более брак с Аленой случайностью не были.

– Ваше высочество! – воскликнула Нора и всхлипнула.

– Продолжайте, – вмешалась Ассия.

– Не далее как час назад мы были вместе. И я могу доказать это. Вы же понимаете, что подобного рода… отношения оставляют след на ауре.

Забавно! Я снова взглянула на Винтера. От уголков его глаз к вискам протянулись тоненькие ледяные нити, будто вены. А если Нора докажет? На минуту представила, что она говорит правду, и внутри все похолодело. Нет, Вин со мной никогда бы так не поступил! Не после сегодняшней ночи, которую мы провели вместе. Не после ритуала, на котором сам так настаивал. Он не мог. Да, характер у Винтера не сахарный. У меня, впрочем, тоже. Только мой Вин никогда не был лицемером и лжецом.

– Хорошо, давайте проверим. – Ассия поднялась с трона.

Дженьер тут же замер за спиной невесты. Наверное, их свадьба должна состояться совсем скоро, коли он так вольготно чувствует себя рядом с принцессой.

Ассия вытянула руку вперед, и вокруг тела Норы вспыхнуло сияние, сначала белоснежное, потом россыпью по нему промелькнули голубоватые всполохи. Пальцы Винтера сжались на моей руке. Сияние погасло, а Нора торжествующе расправила плечи.

– По закону Ледяных чертогов прошу вас, ваше высочество, – продолжила она куда уверенней, – чтобы вы расторгли брак Винтера по причине измены с его стороны. Я же готова остаться с ним и сейчас.

– Ты… – просипел Винтер, – шлю…

– Тихо, – шепнула я, пока он не поделился с соотечественниками запасами крепких выражений из обоих миров. – Объясните мне, – повысила голос, – где доказательства, что голубоватые всполохи – это магия Вина?

– Это цвета королевского дома, – терпеливо ответила Ассия.

– И мужчина в нем сейчас один, – добавила Нора.

– Почему это? А король Айсен? Может, он решил заключить третий брак, да боится признаться?

Ассия побелела, Нора дернулась, будто ее ударили. А я продолжала удерживать ладонь Винтера, несмотря на то, что по моей собственной уже змеились ледяные язычки. Я так пальцы отморожу! Даже печать плохо защищала от гнева мужа, а Винтер был взбешен. И я не знала, чем это закончится.

– Это – магия Винтера, – отчеканила Нора.

– Хорошо, допустим, – миролюбиво согласилась я, оборачиваясь к мужу. – Любимый, ты хочешь, чтобы мы с тобой расстались?

– Нет! – выпалил он. – Как ты вообще могла такое спросить?

– Вот видите. Винтер развода не просит, я его тоже не желаю. А скажите, в вашем мире предусмотрены какие-то наказания для девицы, которая не блюла свою честь до свадьбы?

Нора позеленела, кто-то из приятелей Вина тихо рассмеялся.

– Если она была помолвлена, помолвка расторгается, – растерянно ответила Ассия.

– И все? Как-то вы плохо продумали этот вопрос. Но знаете, что я вам скажу? Мы с Винтером заключили брак на Земле, поэтому и регулироваться он должен законами моего мира. Если мы оба не согласны расторгнуть брак, никто не вправе нас заставить.

– Но есть факт измены! – картинно всхлипнула Нора.

Реви-реви, я тебе еще припомню остановившийся взгляд моего мужа.

– Где? Для меня эти синие пятнышки – не доказательство. Может, это вообще болезнь какая? От невоздержания. И даже если Вин мне изменил, я его прощаю. В моем мире, к сожалению, это не такая уж редкая вещь. Мужа я люблю, он меня тоже. Кстати, в моем мире и многоженство практикуется. Хочешь стать младшей женой, Нора? Я могу обсудить это с Винтером.

Девица хватала ртом воздух, как рыба, вытащенная на сушу. Холод от моей руки начал отступать. Тише, Вин, спокойно. Никуда я от тебя не денусь и не позволю какой-то вертихвостке вмешиваться в наш брак.

– Нам надо подумать, – пробормотала Ассия.

– А, так вы еще думать будете! Вин, – взглянула на него, – дорогой, мне кажется, мы с тобой загостились у твоих родственников. Оставь им посох, и пусть ищут другого принца, который сможет им управлять.

– Хорошо, Алена, – ответил Винтер. – Мы возвращаемся на Землю. Немедленно. Ноги моей больше не будет в Ледяных чертогах.

– Нет, Винтер! – вскрикнула Ассия. – Ты не можешь!

– Я не собираюсь терпеть новые обвинения, – холодно отрезал он, – тем более в том, чего не совершал. Последний час я провел один, никто не может рассказать, где я был. Но Алена – моя жена. Я люблю её, и никто другой мне не нужен.

– Лжец! – воскликнула Нора. – Ты же обещал мне!

– Ничего я не обещал. Но сейчас даю клятву: если продолжишь вмешиваться в мой брак, я найду способ заставить тебя молчать. А теперь иди к своему любовнику. Ассия, готовьте арку перехода.

Винтер пошел к двери, и я ускорила шаг, едва удержавшись, чтобы напоследок не высказать Норе, что я о ней думаю. За нами потянулись приятели Винтера.

– Стойте! – долетел в спину вопль Ассии. – Я отказываюсь удовлетворить просьбу Норы ди Лайре о расторжении вашего брака. Да будет так.

– Ассия, ты в своем уме? – накинулся на нее Дженьер.

– А ты бы закрыл свой рот! – рыкнул Винтер.

– Это мне говорит заговорщик и негодяй? – Дженьер сжал кулаки.

– Это тебе говорит наследный принц Ледяных чертогов и наследник магии рода! – Винтер кинулся бы на Дженьера, если бы я не встала между ними.

– Вин, или мы возвращаемся в наши комнаты и обсуждаем, когда и как вернемся домой, или я отправлюсь на Землю одна.

Уверена, в тот момент принцу очень хотелось послать меня к черту. Он буравил меня взглядом, ледяные прожилки на его лице засияли ярче. Но вдруг он схватил меня за руку, и мы оба вылетели из зала. Я едва успевала передвигать ноги, а он, кажется, плохо осознавал, куда идет. Мимо проносились коридоры, слуги торопились исчезнуть с нашего пути, но мы все-таки добрались до наших покоев. Винтер, влетев в спальню, с такой силой махнул рукой, что с пальцев сорвались ледяные искры, и на стене появилось несколько дыр.

– Винтер! Пожалуйста, прекрати!

– Прекратить что? – обернулся муж. Венки на висках никуда не исчезли, только углубились. – Сколько еще я должен терпеть, Алена? Терпеть оскорбления, унижения и не иметь возможности ответить? Нет худшего оскорбления для мужчины, чем когда его публично обвиняют в неверности!

– Но мы же знаем, что это не так, – попыталась его обнять, но Винтер вырвался.

Сел на кровать ко мне спиной и обхватил голову руками. Таким злым я ни разу его не видела. Может, лишь когда меня похитила Дарина, и то на него было не так страшно смотреть, как сейчас. Я тоже забралась на кровать, обняла мужа со спины. Пробежалась пальцами вдоль чуть выпирающих позвонков.

– Ну что ты, – прошептала на ухо, – успокойся. Разве ты не понимаешь, что эта вертихвостка специально тебя провоцирует? Уж не знаю зачем. Может, чтобы тебя поскорее выкинули из Ледяных чертогов?

– Я сам уйду! – громыхнул голос Вина.

– Конечно. И я с тобой. Только сначала найдем твоего отца, чтобы ты потом не беспокоился, все ли с ним в порядке.

– Почему я должен беспокоиться? – Глаза Винтера полыхали потусторонней магией. – Он отказался от меня. Он меня ненавидит.

– Думаю, ты преувеличиваешь. Если бы Айсен тебя ненавидел, он приказал бы тебя казнить. И штраф Альберту платить не стал бы.

– Ты его не знаешь.

Кажется, я только больше разозлила Винтера. Он даже отодвинулся, чтобы между нами пролегло хоть какое-то пространство.

– Вин, – приблизилась снова, поцеловала его в шею. – Не принимай так близко к сердцу.

Он подскочил на ноги и принялся расхаживать передо мной.

– Знаешь, чего я хочу, Алена? Немедленно вернуться в твой мир и забыть, что этот вообще существует!

– Но здесь же твой дом.

– Дом? – И стена лишилась еще нескольких кусочков, отколовшихся из-за размахивающего руками принца. – Дом – там, где тебя любят и ждут. А здесь, если ты не заметила, некому меня ждать. Собирайся, мы немедленно едем к моей матери. Спросим об их разговоре с отцом, а дальше Ассия пусть разбирается сама.

– Нельзя ехать в таком состоянии.

– Это не тебе решать!

– Винтер, – терпение оставило меня, – а тебе не кажется, что это я должна метать гром и молнии и выбивать крошку из стен? Если ты забыл, Нора заявила, что ты, дорогой, мне с ней изменил.

– Но это неправда!

– Тогда зачем так нервничать? Сядь, пожалуйста.

Винтер нехотя послушался, а я постаралась придушить поднявшую голову обиду. Не время и не место. Если еще и я устрою скандал, легче никому не станет, а остатки самообладания Винтера полетят в пропасть. Поэтому проглотила рвущиеся колкие слова.

– Успокойся, – прижалась к Винтеру, – оно того не стоит. Скоро все закончится, и мы вернемся домой. Будем с тобой гулять хоть целыми сутками, я же теперь временно безработная. А когда будет готов твой паспорт, можем поехать куда-нибудь. Хочешь?

– Хочу, – глухо ответил Винтер, опустив голову и разглядывая искрящиеся от магии руки.

– Тогда забудь об этой… Норе. Пусть говорит что хочет, я ей не верю и не поверю.

Осторожно коснулась губами щеки Винтера. Кожа была холодной, но льдинок на висках стало меньше. Успокаивается.

В двери тихо постучали. Выглянув, увидела Леонса с подносом в руках, на котором стояли графин и два бокала.

– Что это? – спросила шепотом.

– Клюквенная наливка, – подмигнул он, – крепкая.

Я забрала поднос и вернулась в комнату. Налила в бокалы багряный напиток и протянула один Винтеру.

– Не хочу, – покачал он головой.

– Пей, легче станет.

Вин явно хотел сказать что-то не особо приятное, но, как и я, вовремя прикусил язык. Я пригубила наливку, очень приятную и мягкую на вкус. Винтер же залпом осушил бокал и отставил его в сторону, давая понять, что споить его не удастся.

– Прости. Веду себя как дурак, – изрек он первую здравую мысль.

Я тут же забралась в его объятия, прижалась всем телом, стараясь согреть. Гладила по сильным рукам, всегда готовым меня защитить, по груди, в которой билось храброе и чистое сердце, легонько коснулась губ. Льдинки на висках окончательно растаяли. Винтер задышал ровнее и наконец-то стал похож на себя прежнего.

– Ничего, – сказала тихо, наслаждаясь объятиями, – пусть говорят, что им вздумается. А мы знаем правду. Так ведь?

Винтер кивнул.

– Спасибо, Алена, – долетело едва слышно.

– За что?

– Что не веришь.

– А должна?

– Нет. Я никогда, слышишь? Никогда не причиню тебе такой боли.

– Я знаю, – закрыла глаза, прислушиваясь к биению его сердца. Это всегда успокаивало. Просто слышать этот мерный стук, свидетельство того, что Вин рядом. – Одного не могу понять. Зачем Норе заявлять такое? Себе же сделала хуже.

– Причин может быть несколько. – Винтер пожал плечами. – Во-первых, как ты и сказала, это способ снова выставить меня из Ледяных чертогов. Во-вторых, способ отомстить. И в-третьих – скрыть отношения на стороне. Мол, искры все видели, значит, виноват Винтер.

– Мне кажется, ты прав. – Я все пыталась понять, какая из версий кажется мне наиболее вероятной. – Но с кем-то же были у нее отношения. Может, этот кто-то причастен к исчезновению твоего отца? И теперь ты мешаешься под ногами?

Мы с Винтером внимательно посмотрели друг на друга. Это бы многое объясняло.

– Чтобы понять, так ли это, надо поговорить с мамой, – уже спокойно сказал он.

– Так давай встретимся с ней и сразу уберем ряд вопросов. Где искать твою мать?

– После того как отец ее простил, она вернулась в Ледяные чертоги и живет где-то на окраине столицы. Леонс должен знать, его отец когда-то дружил с новым мужем матери.

– Тогда идем спросим?

Кажется, буря миновала, и вместо ледяного урагана я снова получила своего любимого мужа. Но стоило нам выйти в гостиную, как отворилась дверь, и в комнату влетела Ассия. Ее глаза покраснели, как будто она только что вытирала слезы.

– Что случилось? – кинулась к ней.

– Я… Я отменяю помолвку с Дженьером, – выпалила девушка.