47

Аня

Я всегда знала, что танцы меня заводят.

Поэтому и бросила стрип пластику. Слишком уж мне потом было.… горячо. И сложно уснуть. И хотелось всякого.… Но было не с кем.

Ни с одним мужчиной за все шесть лет мне по-настоящему не захотелось… Если честно, мне вообще казалось, что я больше никогда не решусь. Я как будто окаменела…. местами.

Поэтому и пошла на стрип пластику год назад - чтобы разбудить в себе женственность и чувственность. А когда она начала пробуждаться, я испугалась.

Но с Михеем мне не страшно…

С ним я готова отпустить все тормоза и потерять голову… Не до такой степени, конечно, чтобы забыть о защите.

Он, к счастью, не забыл. Он готов. Он… издевается надо мной! Дразнит, мучает, заставляет просить…

И мне не стыдно. С ним можно все….

Я дрожу, как в лихорадке. Я жадно целую его, пока он… Боже… Кажется, я теряю сознание. Ощущения настолько пронзительные и острые, что меня почти выключает. Сразу же.

- Анюта…. - слышу голос Михея. - Ты в порядке?

- Нет….

В меня как будто влетел метеорит. Огромный, раскаленный, заполнивший всю меня изнутри…

Как я по нёму скучала! Как сильно я его хотела!

Но я забыла, насколько он ошеломляющий…

- Подожди, - срывается с моих губ.

Михей притормаживает.

- Что?

- Ничего….

Просто хочу почувствовать. Как он нетерпеливо замер во мне, подрагивая, обжигая, разгоняя по моей коже обморочные щекотные мурашки…

- Больно?

- Нет….

Или да….

Шесть лет! Мой цветочек закрылся и завял. И снова превратился в бутончик. Я сейчас как будто снова теряю невинность...

- Страшно? - спрашивает Михей.

Проводя языком за моих ушком. И нежно прикусывая мочку.

- Страшно.… - признаюсь я.

- Трусишка моя!

Михей начинает двигаться. Медленно и аккуратно, но неотвратимо. Мощно. Сильно. Как асфальтовый каток. Но приятный… Очень… Очень приятный…

Кровать трясется и бьется о стену. Я вцепилась в матрас, чтобы удержаться в этом торнадо. Михей сзади.

- Какой вид… Какой охренительный вид.… - слышу его безумный шепот.

И завожусь от этого ещё сильнее.

Если вообще возможно сильнее….

- Прогнись в пояснице, - командует он. - Ещё!

Я послушно выполняю его команды. И получаю новый разряд остро-горячих, невыносимых, срывающих крышу ощущений…

Низ живота пульсирует. Ноги сводит судорогой. В глазах радуги и сказочные единороги…

- О-о-оу... О! О! О-о-о-ох…

* * *

Мне уже не страшно.

Кажется, теперь страшно Михею.

Потому что я хочу ещё. И ещё! И на подоконнике попробовать. И стоя у стеночки. И на столе…

Он вжимает меня в себя. Я обхватываю ногами его поясницу. Откидываюсь назад, упираясь руками в стол. А он.… смотрит на меня. Так же жадно, как любит меня.

И я даже не знаю, от чего я горю сильнее: от его откровенного, властного, пожирающего взгляда или от того горячего безобразия, что происходит на стыке наших тел….

Я не то чтобы умелая сказочница…. Но сейчас у меня нет сомнений в своих устных талантах. Я рассказываю Михею невероятную сказку. Которая удивляет его, завораживает, держит в постоянном напряжении.

- Оу….

- Вау.…

- Анюта, ты просто космос!

Он такой впечатлительный…

* * *

Нежные пальцы на моей спине. Щекочут, ласкают, исследуют.… Ой! А это уже не спина…

Внезапно прихожу в себя. Просыпаюсь. Открываю глаза. Вижу стены гостиничного номера. И яркое зимнее солнце за окном.

- Маша! - срывается с моего языка.

- Всё хорошо, - шепчет Михей. - Я звонил. Проснулись, позавтракали, гуляют с Тотошкой.

Боже.…

- Она меня потеряла! - переживаю я.

- Она от тебя отдыхает.

Все тело болит и как будто до сих пор пульсирует. Сладкая боль.… Оказывается, такая бывает. Асфальтовый каток! - вспоминаю я. Мощный. Нежный. Мой.…

- Это я тебя потерял, - внезапно произносит Михей.

И резко, порывисто сгребает меня в охапку. Целует в макушку, прижимает сильно-сильно, у меня даже перехватывает дыхание.

- Столько лет.… Брусникина, как мы могли просрать столько лет?