48

Михаил

Я не понимаю, как жил без неё.

И как мог так сильно накосячить тогда, шесть лет назад.… Думаю об этом - и злость разъедает грудину. В первую очередь на себя. Но и на тех двух уродов тоже!

А потом смотрю на Анюту - и меня отпускает.

И заполняет счастьем.

Мы всё-таки встретились! Нашли друг друга в этом безумном огромном мире. Причем свела нас Машуня! Это она долбила ногами в мое кресло в самолете. Она говорила: батя, очнись, отдуплись, разуй глаза!

А ведь могли бы разойтись, не заметив и не узнав друг друга… Умудрились же занять свои места в самолете и не заметить, что сама судьба сталкивает нас носами!

- Я говорил, что люблю тебя? - произношу порывисто, прижимая к себе Анюту.

- Нет.

- Вот я дебил.… Неужели не говорил?

Анюта в ответ лишь фыркает и морщит свой красивенький носик.

- Я тебя люблю, - говорю я.

- Ладно….

- Ладно?

Это все, что ты можешь сказать?

- А что?

- А ты меня?

- Я ещё не поняла.

Вот зараза.…

- А я понял. Да мне и понимать не надо! Я не переставал тебя любить все эти годы.

- А я не переставала тебя ненавидеть, - выдыхает Брусникина.

И мою грудину снова разъедает….

* * *

- Сережки? - спрашиваю я.

Я затащил Брусникину в ювелирный. Небольшой, единственный на горнолыжном курорте. Удивительно, что он вообще здесь есть.

Анюта пожимает плечами.

- Колье с кулончиком?

Снова неопределенный жест.

- Кольцо! - говорю я.

И думаю: вот я дебил. Сразу надо было так! Кольцо. Предложение. Запланировать свадьбу.

- Подожди, - останавливает меня Брусникина.

Поняв ход моих мыслей.

- Что?

- Не будем торопиться.

- Да чего ещё ждать-то?

- Просто… подождем немного. Узнаем друг друга. Привыкнем.

- Да что тут узнавать! Нам хорошо вместе!

- Сережки, - говорит Брусникина. - Я хочу сережки.

Ладно. Давить в этом вопросе не стоит. Тем более на Брусникину. Она упрямая зараза….

- Выбирай, - говорю я. - Может, эти с бриллиантами и изумрудами? Они очень подходят к твоим кошачьим глазам…

- Красивые, - выдыхает Анюта.

И я покупаю ей сережки. Она их сразу же надевает, а я кайфую от того, что хоть как-то ее пометил. Не кольцом, так хотя бы сережками…

* * *

- Завтра с утра идём кататься на лыжах, - в очередной раз говорю я. - Машу в клуб, а сами на трассу.

- Да! - кивает Брусникина.

И радостно заводит будильник на семь утра.

А утром мы просыпаемся, выключаем будильник, лениво нежимся в постели, потом внезапно вспыхиваем и устраиваем спринтерский “забег” до пробуждения нашей неугомонной принцессы.

Потом “бесюкаемся” с Машулей, все вместе готовим завтрак. Дурачимся, приделывая глаза омлету или рисуя сердечки на блинах. Завтрак плавно переходит в обед, на который мы идём в ресторан.

Потом Маша спит, а я затаскиваю Брусникину в спальню, закрываю дверь на защелку и делаю с ней то, о чём мечтал все эти годы….

А вечером с тоской думаю: через три дня каникулы закончатся, и мне придется уехать. Надеюсь, ненадолго. Но я теперь и дня не могу представить без моих девочек!

* * *

Маша дурачится, не хочет нормально одеваться. То куртку задом наперед наденет, то “потеряет” шапку, то завяжет шарф на Тотошку….

- Так, все, хватит! - я впервые в жизни проявляю родительскую сторогость.

Машуня смотрит на меня удивленно и как-то растерянно. И мне тут же становится стыдно.

- Просто сядь.

Она садится на пуфик у двери.

Я опускаюсь на колени и беру в руку один ее сапог.

- Дай ногу.

Она протягивает свою маленькую ножку в красном шерстяном носке с новогодними узорами. Я смотрю: не та нога. Сапог у меня в руках левый, а нога правая.

- Другую.

Маша мгновенно выполняет мою команду. Так… опять что-то не то. Когда смотришь на ногу с этого ракурса, не очень понятно, какая подходит к сапогу.

- Нет…. Другую, - поправляю себя .

- Миш, ты что? У меня больше нет ног! Только две!

Она вытягивает правую и левую одновременно.

Пипец….

Я, наконец, понимаю, на какую надо надеть сапог. Ловлю, натягиваю. Дальше проще. Куртка. Шапка. Шарф. Маша умеет все сама, но сегодня почему-то капризничает.

Может быть потому, что сегодня утром мы с Анютой начали готовить её к моему отъезду. До которого осталось два дня…

* * *

- Иди сюда.

Я сгребаю Анюту в охапку. Тяну на себя. Она садится сверху, лицом ко мне. На диване.

И.… мы просто смотрим друг другу в глаза. Вглядываемся, залипаем, растворяемся…. Соединяем ладони. Переплетаем пальцы.

Не можем насмотреться. Не можем оторваться. Не можем поверить, что нашли друг друга.

Мой самолет уже завтра….