54

Аня

Я иду открывать дверь, а сердце бахает в груди.

“Ловлю на слове”... Неужели он? Да нет. Михей ещё не разобрался с работой. И до приблизительного срока приезда, который он обозначил, осталось ещё десять дней.

Он не может.…

- Кто? - спрашиваю в домофон.

- Курьер. Вам доставка.

Понятно…. Нажимаю “открыть” и разочарованно опускаю трубку домофона.

Михей снова заказал мне цветы. Надеюсь, без тортика!

Пока курьер поднимается, заглядываю на кухню. Маша сидит за столом и, старательно высунув язычок, рисует в альбоме.

- Что рисуешь?

- Папу.

- Покажи.

Она поднимает листок. Ломатое чудо-юдо с исчерканным лицом. Видимо, это борода. А в центре, между ног.… капец… что это? Не могла же она нарисовать…

- Маш, а это что такое?

- Это шуруповерт.

Что? Почему? Откуда…

Стук в дверь. Я открываю. Перед моим лицом оказывается огромный букет белых кустовых роз. Красивые…

- Спасибо, - говорю курьеру.

Беру цветы и… роняю их из ослабевших рук.

Потому что это не курьер! Это Михей! Стоит, улыбается, держит в руках плюшевого медведя…

- Боже…. - выдыхаю я. - Это же…

- Всего лишь я.

- Цветы.… - лепечу я.

И хочу поднять их. Но он просто перешагивает через букет, обнимает меня за талию, прижимает к себе, так крепко, что у меня перехватывает дыхание.

Я прижимаюсь носом к его холодной колючей щеке, чувствую его холодные губы на своих губах…. А вот язык у него горячий! Быстрый, жадный, проникающий.

У меня кружится голова. Подгибаются колени. Я как будто падаю.… Но меня держат сильные крепкие руки.

Я лечу.… Я парю в невесомости…. Здесь нет ничего, кроме наших сплетающихся губ, гулкого биения сердец и одного на двоих дыхания.

- Ой, мишка! - раздается где-то внизу.

Машуня.…

Мы отрывается друг от друга и видим, что Маша уже держит под мышкой плюшевого медведя.

- А я думаю: с кем это мама целуется…. Папа! - визжит она.

- А что, могли быть другие варианты? - озадаченно чешет голову Михей.

И подхватывает Машу на руки.

Я поправляю разлохмаченные волосы, поднимаю букет. Всё ещё ошарашенно смотрю на Михея….

Я только что с ним переписывалась, уверенная, что он за пару тысяч километров от меня. А он здесь!

- Добрый день! - раздается голос нашей соседки.

- Здравствуйте! - растерянно лепечу я.

Наверняка она все видела. Подсматривала в глазок, как обычно. Ой, ну и пусть!

- Как ваши дела? - спрашивает у нее Михей.

- Неплохо.

- Ну вот и славно.

Мы все вместе входим в квартиру и, наконец, закрываем дверь.

- Как вы тут без меня?

- Хорошо! - отвечает Машуня. - А ты почему так быстро приехал?

- А вот сейчас немного обидно было, - улыбается Михей.

- Мы скучали, - говорю я.

- А где Тотошка? - спрашивает Михей.

- Он покушал и спит, - отвечает Машенька.

- Прекрасный охранник! Будем дрессировать.

- Да! Да! Давай его дрессировать! Он меня не слушается!

Тут раздается топот лап по ламинату, в прихожую врывается Тотошка, бросается на ноги Михея, скулит, прыгает, заходится восторженным лаем.… В общем, воплощает своим поведением все то, что я чувствую внутри.

Михей опускает Машуню на пол, они вместе тискают Тотошку.

- Ой, он описался! - восклицает Маша.

- Не только он, - бурчу я.

- Да? - Михей поднимает на меня смеющиеся глаза.

- Мы тут все писаем кипятком от счастья.

* * *

Мы прилипли к нему с двух сторон. Маша слева, я - справа. Ещё есть Тотошка, который все время крутится под ногами Михея.

Вот такой вот дружной компашкой мы и перемещаемся по нашей небольшой квартирке. С кухни в комнату, из комнаты в кухню.… Мы даже в ванную пытались все вместе зайти, но Маша споткнулась на пороге, наступила на Тотошку, упала на меня…

- Я не доживу до вечера, - шепчет мне на ухо Михей.

- А что вечером? - делаю непонимающее лицо.

- Вечером я тебя съем!

- А Маша….

- Прости, Брусникина, но жрать тебя снова придется в ванной. Надо сегодня же найти нам новую квартиру.

- У нас за эту уплочено за два месяца.

- Хочешь два месяца жариться в ванной?

- Не-ет.… У тебя получилось с удаленкой? - наконец, задаю я главный вопрос.

- Нет. Я уволился.

- Ого! - пугаюсь я.

- Не переживай, я быстро найду работу. Я классный специалист, меня везде с руками оторвут.

- Хорошо, - говорю я.

Но где-то глубоко внутри меня начинает точить червячок сомнения. Я сейчас не работаю, Михей не работает…. На что мы будем жить?

Во мне очень силен страх остаться без денег. Я так долго этого боялась и так много всего делала, чтобы этого не случилось!

- Брусникина, просто расслабься. Ты красивая, я все решаю.

Боже…. Я так не привыкла!

* * *

Вечером мы все вместе сидим на диване, смотрим старую комедию. Моя голова на плече у Михея. Машина - на его коленях. Тотошка прижался к его боку.

Михей такой большой. Такой теплый и уютный. Когда он рядом, меня наполняет просто непередаваемое блаженство. И спокойствие….

Не надо ни о чём переживать, ни о чём париться….

Разве что об одном: не хотелось бы, чтобы Маша заметила, как он сжимает мою попу. И просовывает руку под толстовку. И под майку…

Я трусь щекой о его колючую щетину и чувствую, как это движение высекает искры… Поскорее бы Маша уснула!

- А что ты хотела сказать мне лично? - вспоминает Михей. - Что удалила из переписки?

- Потом.

- Когда потом?

- Ну….

- Давай сейчас.

- Ладно, - говорю я. И шепчу ему прямо в ухо: - Я тебя люблю!