Часть 12. Снежана

- А я ведь говорила! - торжествующе воскликнула Лина на мои новости о явлении ко мне Мельникова и нашей последующей встрече в кафе.

- Это еще не точно, - возразила я. - Он хочет тест на днк, чтобы быть уверенным в своем отцовстве. Видимо, нередко заглядывал на эти свидания вслепую.

Боже, и откуда только в моем голосе столько едкости? Пришлось снова напомнить себе, что этот мужчина не имеет ко мне никакого отношения. Это его невесту должно было волновать, не оставил ли он после себя тайное потомство в количестве не меньшем, чем у какого-нибудь султана!

- Но, в целом, это справедливое требование, - добавила я после паузы. - Я тоже не могу быть уверена в том, что Митя - именно его сын.

Да уж, как-то слишком быстро и неотвратимо я проверила в то, что именно Мельников был со мной на том свидании. Конечно, об этом говорило все - его интонации, его голос, запах его парфюма, но… все же это мог быть и кто-то иной. И вовсе не хотелось потом испытывать от этого разочарование.

Впрочем, для меня в этой ситуации все равно ничего не менялось. Только для сына. И это, в общем-то, самое главное.

- Снежка, это же судьба! - ворвался в мысли все такой же радостный голос Лины.

- Какая судьба? - нахмурилась в ответ, и подруга стала возбуждено тараторить, активно при этом жестикулируя:

- Ну как же! Ты пошла на это свидание и там оказался он! Вы переспали, ты забеременела, и вот, спустя шесть лет, твой Мельников пришел именно в тот детский садик, куда ходит Митя! Что это, если не судьба? Боже, как же это романтично! - вздохнула она мечтательно следом.

Я посмотрела на нее предупреждающе:

- Хочу тебе напомнить, что у вовсе не моего Мельникова есть невеста.

- Невеста - не препятствие для истинной любви! - пафосно заявила Лина. - Кроме того, он, видимо, не слишком дорожит ее мнением, если согласился провести с вами Новый год!

- А ты считаешь, что он ей в этом прямо возьмет и признается? - фыркнула я. - Наверняка как-нибудь отоврется! Но меня это, впрочем, не касается. Я просто хочу, чтобы мой сын снова поверил в чудо.

- А ты сама? - мягко поинтересовалась Лина, присаживаясь рядом на подлокотник моего кресла.

- Слушай… - повернулась я к ней и почти умоляюще продолжила:

- Лина, мне уже далеко не двадцать лет. У меня ушли годы на то, чтобы избавиться от глупых иллюзий и фантазий о Павле Мельникове! Давай ты не будешь снова подталкивать меня в сторону этого болота? У нас, возможно - подчеркиваю, всего лишь возможно! - общий сын. Но на этом все. Больше нас ничто не объединяет.

- Ладно-ладно, - сдалась подруга со вздохом. - А ты уже решила, в каком образе будешь встречать Новый год?

- А для этого нужен какой-то образ? - вскинула я бровь.

- Конечно! Чтобы этот твой Мельников как увидел тебя - так больше и не смог забыть!

- С этой задачей прекрасно справился тот образ проститутки в лифте, - хмыкнула я.

Впрочем, если что-то полезное из той истории вышло - так это то, что Лина тогда твердо решила стать профессиональным стилистом-визажистом и весьма в этом преуспела. Теперь можно было со спокойной душой доверять ей свой мейк.

- Я уже все придумала! - проигнорировала подруга мою шпильку. - Пересядь на стул, сделаем тестовую версию!

- Ладно, - смирилась я, позволяя ей творить со мной все, что только подскажет фантазия.

До Нового года оставались считанные дни, а это означало, что с биоматериалом для теста стоило поторопиться. О том, чтобы отобрать у Мити его любимую кружку, не могло быть и речи, но тут очень кстати подвернулся плановый поход на стрижку.

Когда парикмахер вышла из зала, я быстро наклонилась и подняла с пола прядь светлых волос сына. Оттенок, удивительно схожий с волосами его… отца. Достаточно было посмотреть на этих двоих рядом, чтобы все понять. Но я по-прежнему могла ошибаться. А значит, чтобы как можно скорее во всем убедиться - или наоборот - следовало передать этот локон Мельникову.

Оставив сына у подруги, я созвонилась с бывшим боссом и договорилась о том, что подъеду в офис. Не самое приятное место для встречи, но времени на капризы попросту не было.

Выйдя из такси у хорошо знакомой высотки, я упрямо расправила плечи и шагнула вперед. Как неумолимый оползень, на голову обрушились воспоминания о том вечере. И с каждым шагом я как будто вступала в собственное прошлое и увязала в нем все больше.

Пришлось напомнить себе, что я больше не неприметная сотрудница Мельникова, служившая на столь мелкой должности, что босс даже о существовании моем не знал. За эти годы мне удалось достичь неплохих карьерных высот и прежде всего - самоуважения.

Войдя в лифт, я невольно зажмурилась, но упрямые образы все равно замелькали перед глазами.

«Кто это вызвал?» - громогласный вопрос босса и недоуменная тишина. А следом - издевательский смех…

Я вышла из лифта и гордо прошествовала в кабинету Мельникова, каждую секунду готовая осадить новые насмешки. Но меня никто не узнал. По крайней мере до того момента, как я вошла в приемную.

- Мне назначено, - сообщила я отстраненно-вежливым тоном секретарше Мельникова, Арине.

- Вы Вьюгина? Проходите, - пробормотала она, а потом вдруг удивленно распахнула глаза:

- Снежанка, ты, что ли?!

Я сдержанно кивнула, не выказывая желания продолжать разговор. Но Арину это не смутило. Она уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но меня спасло появление самого Мельникова:

- Привет, проходи, - он распахнул дверь кабинета шире и, окинув меня взглядом, поинтересовался:

- Попросить что-нибудь принести?

- Ничего не нужно. Я ненадолго.

Он вошел за мной следом, захлопнув дверь, и я снова почувствовала на себе его взгляд. Господи, да это просто невыносимо! Он всего лишь смотрел на меня, а я начинала гореть так, будто он меня касался. Хотя наверняка все дело в меховом пальто! В нем слишком жарко в помещении…

Раскрыв сумочку, я достала оттуда небольшой пакетик и протянула Мельникову:

- Вот то, что ты просил.

Он с удивлением посмотрел на него:

- Кажется, мы говорили о кружке.

- Это невозможно, - пожала я плечами. - Митя всегда пьет из одной и той же. Если Олаф пропадет на несколько дней, это будет настоящая трагедия.

- Олаф? - вздернул вопросительно бровь бывший босс.

- Снеговик из «Холодного сердца». Он нарисован на кружке, Митя его очень любит. Другие кружки просто не признает.

- Ладно… я понял… - пробормотал босс, растерянно проведя рукой по волосам.

Я невольно проследила за ним взглядом. Господи! Даже в таком небрежном жесте он буквально источает из себя секс. И как, скажите на милость, я смогу спокойно делить с ним сына?!

- Я узнала, что волосы тоже подходят, - заметила, борясь с желанием расстегнуть чертово удушливое пальто, что могло быть воспринято Мельниковым весьма двояко. - Мы успеем узнать результат до Нового года?

- Думаю, да, - кивнул бывший босс.

- Хорошо, - пробормотала я. - Ты ведь понимаешь, насколько это важно… для Мити. Чтобы ты пришел к нему.

- Да, - повторил он, и мы оба замолчали. Так и стояли, замерев, просто глядя друг на друга, и не в состоянии пошевелиться. Что было на уме у Мельникова - я не знала, но мне безумно хотелось остаться и бежать отсюда одновременно. Казалось, одно лишь движение, которое сейчас произойдет, способно будет перевернуть жизнь вверх тормашками. И его сделал Мельников.

Он шагнул ко мне ближе и я тут же инстинктивно отступила. Потому что чувствовала - еще немного времени в его обществе - и я совершенно перестану собой владеть. Как тогда, в проклятой темной комнате.

- Слушай, - хрипло выдохнул Мельников и от этого звука по телу понеслись мурашки.

- Если ты сейчас скажешь, что не сможешь прийти на Новый год… - ощетинилась я, ухватываясь за эту враждебную мысль как за спасательный круг.

- Нет, я не это имел в виду…

- Вот и прекрасно! - среагировала я быстро. - Позвони мне, когда будут результаты.

После чего направилась к выходу так быстро, что это можно было назвать самым настоящим бегством.