Часть 20. Павел

- Милый! Ты совсем обо мне забыл! - заявила Лайма, придя ко мне первого января, будто только ее здесь и ждали.

Впрочем, ждали, чего скрывать? Ведь я собирался рассказать про то, что теперь являюсь отцом ребенка, пусть мое родительство и стало внезапным прежде всего для меня самого.

- Не забыл, - ответил «невесте», отстранив ее и указав на место за кухонным столом.

Этот день, что начал отчет нового года был… обыденным. Мне всегда нравилось это ощущение - когда на смену лихорадочному преддверию приходило совсем иное чувство. Будто все встало на свои места, снова начал отсчет год. И окружающие успокаивались и переставали наделять наступающие даты мистическими свойствами.

- Я так хотела бы быть рядом в этот праздник! - воскликнула Лайма, но в тоне ее не было желания меня уязвить.

Как будто она понимала, что ничем хорошим это не закончится.

- У меня были другие планы, ты же знаешь, - парировал, подернув плечами.

- И как? Планы осуществились?

Теперь в голосе Лаймы сквозила нескрываемая тревога.

- Более чем.

Я отошел к окну, засунул руки в карманы спортивных штанов. Черт! А ведь все выходило сложнее, чем я себе это рисовал в мыслях. Но была-не была, придется признаваться.

- Лайма, этот праздник я провел вместе со своим сыном, - проговорил, поворачиваясь к невесте.

Никогда не видел у нее… такого выражения лица. Сначала она «зависла» на добрую минуту, потом ее глаза буквально полезли на лоб, а ярко-накрашенный рот стал округляться.

- Со своим… сыном? - ошарашенно переспросила Лайма.

- Да. У меня есть сын.

- От кого?!

И это единственное, что ее интересовало?

- Ты ее не знаешь. Она работала у меня несколько лет назад.

- Боже мой!

Лайма вскочила, но тут же упала обратно на стул. Так сразу невозможно было понять - то ли рыдать она собирается, то ли запустить в меня каким-нибудь предметом потяжелее. И я даже не знал, что из этого переживу легче.

- Ты все это время… у тебя была вторая семья?

Тут настала моя очередь охреневать. Какая, к чертям собачьим, семья? У меня и первой-то нет, не говоря уже о второй. Но, с другой-то стороны, Лайма столкнулась с новостями, и имела полное право предполагать что угодно.

- У меня не было второй семьи, - терпеливо проговорил я. - О Мите я узнал на днях. Как ты помнишь, новостные ленты пестрели самыми сантабарбарными заголовками в мою честь.

- Так это правда?

Нет, блин, я тут уже добрых десять минут стою и ей вру.

- Это правда. Но все вышло… случайно.

- Так…

Лайма все же поднялась на ноги и заходила по кухне, как солдат на плацу. Она то поднимала руки и терла виски, то закрывала глаза и запрокидывала голову, как будто собиралась молиться.

- Значит, у тебя есть сын, - вынесла она очевидный вердикт.

- Да.

- Его зовут Митя.

- В точку.

- Дмитрий Павлович… хорошо. Сколько ему лет?

- Ммм… пять.

- И как он… ну, получился?

Как-как… как получаются все дети. Что обычно узнается из учебника по анатомии за девятый класс. Ну, самое позднее.

- Я был на свидании вслепую. Там была и Снежана. И мы…

- Ты был на свидании вслепую?! Без меня?!

Захотелось заржать, но я сдержался. Подошел к Лайме, обхватил ее за плечи и снова усадил на стул. Начать выпивать так рано - дурная примета для нового года, но я налил себе и ей по щедрой порции. Буквально впихнул бокал в руку невесте и подвел краткое резюме:

- Снежана, бывшая сотрудница моей фирмы, родила мне сына пять лет назад. Тогда еще ты не была моей невестой. Я узнал о Мите несколько дней назад. Планирую полностью, насколько это возможно, участвовать в его жизни. Вот и все.

Выпив «успокоительное» (и даже не поморщившись), Лайма отставила бокал и посмотрела на меня внимательно. Что там происходило в ее голове, знать я не мог, но мне это было чертовски интересно.

- Я тут подумала… это даже хорошо. Я хотела отложить рождение детей лет до сорока. Тогда не так обидно пожертвовать фигурой. И в любом случае, к тому времени я уже начну делать подтяжки…

Ни про какие подтяжки и перетяжки я слушать не собирался. И видимо, по моему кислому выражению лица Лайма это поняла. Вскочила со стула, подошла ко мне. Прижалась и уткнулась лицом в мою грудь. И что? На этом все? Никакого брошенного графина мне в морду? Ни пощечин, ни заверений, что простить меня за это никак нельзя?

- Познакомь меня с сыном, - попросила Лайма, и я понял, что бутылки на сегодня мне явно не хватит. Тут нужен ящик, чтобы все это хорошенько обдумать.

- Как-нибудь, - расплывчато ответил невесте, про себя решив, что эта затея совершенно нежизнеспособная.

- Ты у меня такой… хороший. Не лжешь мне, любишь…

Руки Лаймы полезли мне под футболку. Видимо, невестушка намекала, что нам нужно направляться в спальню.

- Люблю-люблю, - соврал я ей, отстраняя. - Но сейчас совсем нет времени. Нужно ехать в офис.

- Первого января? Ты серьезно?

- Именно.

Высвободившись из рук Лаймы, я отправился переодеваться. Вот так вот, Мельников… Теперь, чтобы избежать близости, придется посидеть в пустом офисе пару часов. Ну, или хотя бы сделать вид, что туда отправился.

Докатился…

Через пару дней у меня возникло желание увидеть сына. Ну, и не только сына, разумеется. Кажется, я начал скучать по Вьюгиной, хоть и отмахивался от этих чувств как мог.

Позвонив Мите и договорившись с ним, что приеду забрать его на прогулку, я оделся и направился к магазину игрушек.

Учитывая, где именно работала Снежана, дефицита в машинках и вертолетах у Мити не было, но мне все равно хотелось приехать к сыну не с пустыми руками.

Я застыл перед полкой с макетами кораблей, раздумывая, подойдет ли по возрасту такое сыну. Сам в детстве обожал подобные штуки, и время, проведенное с отцом за моделированием, до сих пор было одним из самых бесценных воспоминаний. С другой стороны, даже если Мите будет это неинтересным сейчас, оставим для более подходящего возраста. Хотя, от повода провести в доме Снежаны несколько часов под весьма благовидным предлогом я бы не отказался.

Забрав самую огромную коробку с военным крейсером, я уже направился к кассе, когда услышал голос, который совсем не ожидал услышать.

- Милый! А я до тебя никак не могу дозвониться!

Лайма, черт бы все побрал. И что она делала в магазине игрушек?

Я обернулся и замер. Лайма держала коробку с набором машинок - точных копий старинных автомобилей. Эм… не у одного меня был сын, о котором ничего не было известно долгое время?

- Я отключил телефон.

- Я так и поняла. Хотела узнать у тебя адрес Снежаны. Мирон сказал, что он не знает.

Чегооооо, блин?

- Зачем тебе адрес Снежаны? - процедил я, хотя, судя по тому, где именно обнаружилась Лайма, нетрудно было догадаться о причине такого интереса.

- Хочу познакомиться с твоим сыном, - пожала она плечами.

Мда уж… эта женщина была схожа с погодой в Исландии. Совсем недавно выбирала Прованс и детские, потом заявила, что хочет родить в сорок, а после с прытью горной козы возжелала познакомиться с Митей.

- Я вижу, что ты тоже собираешься покупать ему игрушку, - тоном Кэпа Очевидности проговорила Лайма. - Едешь к Мите?

- Нет.

Врал, конечно, но и сажать невесту «на хвост» не собирался.

- Хорошо. Тогда давай пообедаем вместе.

Я машинально взглянул на часы. Сын будет ждать меня уже через полчаса. Никаких обедов в мои планы не входило.

- Нет, Лайма. Я действительно еду к Мите, но не думаю, что отвезти тебя к нему - хорошая идея.

- Почему это? Самая отличная идея. Я - твоя будущая жена. Он - твой сын. Мы должны познакомиться как можно скорее.

Она развернулась и направилась к кассам. Я тяжело вздохнул. Похоже, прогулка с Митей будет совсем не такой, какой я себе ее представлял. С другой стороны, сын уже знал про «половинки», да и понять, не приревнует ли меня Вьюгина, не помешало бы.

Приободрившись этой мыслью, я направился следом за Лаймой, а через пять минут мы уже направлялись к дому Снежаны.