Часть 23. Снежана

Я со смесью ужаса и непонятного трепета наблюдала за тем, как кулак Лени врезается в челюсть Мельникова. Нужно было вмешаться, но все тело буквально парализовало. Могла только смотреть на то, как бывший босс сплевывает на снег кровь и как тяжело вздымается его грудная клетка. В этот момент он походил на быка, готового ринуться в ответную атаку, в то время как Леня стоял, с невозмутимостью камня выжидая ответного хода противника. И было в этом противостоянии что-то настолько животное и первобытное, что я испытала то, чего никак была не должна - нечто сродни восторгу самки, за которую борются два самца. Впервые за всю мою жизнь.

Но вот Мельников перевел дыхание и стремительно бросился на Леню. И именно это привело меня наконец в чувство. Испуганно ахнув, я кинулась ему наперерез, перед этим торопливо кинув Лине:

- Уведи Митю отсюда ради бога!

- Отойди! - буквально прорычал бывший босс, когда я вклинилась между ним и Леней.

- Снежана, действительно, лучше отойди, - таким ледяным тоном, какого никогда от него не слышала, произнес Леня, при этом не сводя глаз с Мельникова. - Это мужские дела.

- Не отойду! - вспылила мгновенно я. - Вы деретесь на глазах у моего ребенка!

- Нашего, - машинально поправил Мельников.

- Спасибо, что напомнил! - огрызнулась я, но слова о том, что Митя все это видит, кажется, несколько отрезвили обоих мужчин.

- Я надеюсь, ты меня понял, - процедил Леня, отступая на шаг.

Мельников ответил ему презрительным взглядом, после чего перевел взгляд на меня.

- Отойдем на минутку, - проговорил приказным тоном, от которого я мгновенно вспыхнула, возмутившись.

- Попроси получше, - парировала в ответ. - Ты мне больше не босс, чтобы мной командовать!

Его губы дрогнули в презрительной усмешке, и он отвесил мне шутовской поклон со словами:

- Сударыня, не будете ли вы так любезны уединиться со мной вон за тем деревом? Это достаточно учтивое приглашение для тебя?

Фыркнув на этот цирк, я оглянулась на Леню и извиняющимся тоном произнесла:

- Прости, это ненадолго.

Но тут встряла Лайма, которая все это время наблюдала за происходящим с возмущенно открытым ртом и хлопающими глазами, отчего ее длинные ресницы так колыхались на ветру, что казалось - еще немного и она на них же взлетит как Мэри Поппинс на своем зонтике.

- Я с вами! - заявила она, вцепившись в Мельникова.

- Нет, - веско произнес он, словно стену этим словом между ними поставил, и аккуратно, но твердо, отцепил ее пальцы от своего рукава, после чего кивком указал мне направление.

Я молча пошла за ним, не желая продолжать препираться при всем честном народе.

- Ничего не хочешь мне объяснить все-таки? - требовательно поинтересовался Мельников, когда мы остановились под деревом, щедро обвитым праздничными гирляндами.

Я удивленно вскинула бровь:

- А должна?

Бывший босс выразительно потер свою челюсть с подтеками крови, при виде которых мне вдруг захотелось протянуть руку и стереть с его кожи эти красноватые дорожки, но вместо этого я заставила себя запустить руки в карманы пальто. Подальше от ненужных искушений.

Мельников, тем временем, проговорил:

- По-моему, я этого заслуживаю.

- Удара по морде? - хмыкнула я в ответ.

- Объяснений!

Я подернула плечами:

- А каких ты хочешь объяснений? Ты позволил себе лишнее и получил за это.

- Лишнее, значит? - уточнил Мельников угрожающе, приближаясь ко мне и нависая над моей фигурой всей своей мощью. - Там, под омелой, тебе так явно не казалось!

- А ты предпочел бы, чтобы это я тебя ударила в знак протеста? - парировала насмешливо. - Извини, но я не практикую бдсм.

- Ты не ответила, - напомнил мне бывший босс, буквально прожигая взглядом.

- На что?

- Кто этот тип? Откуда он, черт его побери, вообще взялся?!

- По-моему, это не твое дело, - сказала холодно. - У тебя, вообще-то, тоже есть невеста.

- Так вот в чем дело? - жестко усмехнулся он. - Решила меня позлить?

Я воззрилась на него с неподдельным изумлением:

- Позлить? Я всего лишь хочу наладить свою личную жизнь! Которая тебя, между прочим, никак не касается!

- Ты - мать моего ребенка!

- И что с того? Я теперь должна жить, как монахиня? Черта с два, с меня довольно!

Последние слова едва ли не перешли в крик.

Мы оба вдруг замолчали, только зло, непримиримо, сверлили друг друга глазами. Наконец Мельников провел рукой по волосам и прервал паузу первым:

- Я просто не понимаю, почему ты так резко решила… наладить свою личную жизнь.

Я окинула его оценивающим взглядом, мысленно взвешивая то, что собиралась сказать. Затем спокойно заговорила:

- Потому что мне надоело ждать чего-то несбыточного. Леня всегда был рядом со мной, даже в самые худшие времена, и теперь я хочу ответить ему взаимностью. А значит - я не желаю между тобой и мной никаких контактов. Никаких поцелуев.

Я сделала паузу, потом продолжила также ровно:

- Сейчас я могу говорить об этом спокойно, потому что все в прошлом. Шесть лет назад я буквально с ума по тебе сходила, босс. То, что произошло на том свидании вслепую и случилось-то только потому, что мужчина в темноте напомнил мне тебя.

Я передернула плечами, словно признавала и презирала собственную глупость. Подняв на Мельникова твердый взгляд, добавила:

- Я не собираюсь наступать на те же грабли снова, Мельников. И быть твоим развлечением на стороне - тоже. Как ты сам заметил, я - мать твоего ребенка и хотя бы поэтому заслуживаю к себе уважения. И к своей личной жизни в том числе. Надеюсь, теперь тебе все ясно.

Расправив плечи и держа прямо спину, я пошла прочь от мужчины, который одним своим видом заставлял меня сомневаться в том, о чем сама же и говорила. Прочь, прочь, и еще раз прочь! Прочь от него и желаний всего того, чего он никак не мог дать.