Эпилог
Снежана
С самого утра Митя носился по квартире, как зайчик Энерджайзер. Ну еще бы! Ведь сегодня, по его словам, ему исполнялось целых семь лет!
- Митя, Бога ради, - взмолилась я со смехом. - Если ты не перестанешь мельтешить у меня перед глазами, меня просто укачает! И тогда не будет никакого тортика, - добавила строже.
- А папа скоро придет? А гости? - вопросил сын, неохотно плюхаясь на стул рядом и следя за тем, как я украшаю мастикой его праздничный торт.
- Гости придут в двенадцать, ты же знаешь. А папа… он готовит тебе сюрприз, но ты узнаешь, какой, только если будешь хорошо себя вести!
Однако раздавшийся стук в дверь показал, что кое в чем я ошиблась. Не все гости собирались прибыть в двенадцать.
- Я подумала, что тебе нужна помощь, - улыбнулась Лина, проходя в квартиру.
- Ты просто ангел-хранитель! - выдохнула в ответ, не скрывая облегчения. - Я безнадежно зашиваюсь.
- И до сих пор не накрашена и без прически! - неодобрительно заметила подруга. - Ладно, что тут у вас?
Засучив рукава, она прошла в кухню и, надев фартук, без лишних предисловий начала крошить недоделанный мной салат. Я кинула на нее взгляд искоса, думая о том, что делала бы сейчас без подруги? Что вообще делала бы, не будь ее в моей жизни? Митя уже успел умчаться в свою комнату одеваться и у меня выдалась возможность сказать то, что хотелось сказать давно, но было страшно ворошить.
- Я так рада, что ты со мной, - призналась ей негромко.
- А что, разве могло быть иначе? - вздернула идеально очерченную бровь Лина.
- Одно время я боялась, что нашей дружбе конец.
- Это тогда, когда ты решила осчастливить моего брата? - хмыкнула Лина. - Сначала по жизни, а потом посмертно.
Я возмущенно ткнула ее локтем:
- Могла бы и оценить мою жертвенность!
- Снежка, я тебя умоляю, - фыркнула подруга в ответ. - Во-первых, ты в итоге передумала.
- Я просто начала подозревать неладное. В конце концов, Лайма - не самый надежный источник информации.
- Только ей этого не говори, - хохотнула Лина.
- Ну, в общем, я решила выяснить все у Лени прямо.
- Между прочим, он и сам подозревал, что здесь что-то не так, - сообщила мне Лина. - На счастливую невесту ты никак не тянула, хоть эта «помолвка» и продлилась всего пару дней.
Я вздохнула, вспоминая весь этот кошмар. Как же хорошо, что все разрешилось так быстро и… почти безболезненно. Хоть и не для всех. Но в итоге… все обернулось неожиданно хорошо для каждого.
- А вообще, чтобы ты знала, - сказала Лина после паузы, - я никогда от тебя не отвернулась бы. В конце концов, как можно порвать с человеком, с которым мы делили на двоих любовь к Бэкстрит бойз и первые туфли на каблуках?!
Мы обе рассмеялись и у меня с души словно груз упал. Потом Лина добавила:
- Я просто дала тебе время понять, что ты делаешь глупость. Знаешь, наверно я верила в тебя и Мельникова больше, чем ты сама.
- Просто я тогда разучилась верить в чудеса, - пожала я плечами.
- А теперь?
- А теперь - знаю, что они действительно случаются.
Ну а как иначе? Ведь меня любил самый замечательный мужчина. Тот, кто с годами и растущей между нами близостью не потускнел, как статуя на пьедестале, а наоборот - все больше доказывал, что я не зря ждала его столько лет.
- В дверь звонят, - сообщила мне Лина, отвлекая от мыслей.
- Пойду открою, - ответила, направляясь в прихожую.
- Если что, это была идея Лаймы! - заявил с порога Леня, отходя в сторону и приоткрывая мне вид на свою жену с корзинкой в руках.
Да, именно так - Леня в итоге женился на Лайме. Я никогда не спрашивала, что именно между ними происходило и как два столь разных человека вообще умудрились сойтись, но факт оставался фактом - они были женаты и счастливы. И чем больше я узнавала Лайму, тем больше понимала: все, что ей было нужно - это чтобы ее любили. Без условий, причин и надежды продать подороже, как бездушный товар. Удивительно, но она стала нам с Линой близкой подругой и я с удивлением осознала, что она и впрямь очень добрая, хоть порой и дурная на голову.
- Вообще-то ты сам пищал от умиления пять минут тому назад! - возмутилась Лайма.
Я же с осторожностью заглянула в корзинку и обнаружила там мирно спящего и очень, очень пушистого щенка. Словно ожидая от меня негативной реакции, Лайма поспешно затараторила:
- У каждого ребенка должно быть животное! Папа мне в детстве не разрешал никого заводить и поэтому я решила исправить эту несправедливость и подарить Мите щеночка!
- Он чудесный, - с улыбкой откликнулась я. - И проходите же, наконец!
Примерно час спустя мы своей не слишком большой, но весьма шумной компанией, рассаживались за праздничный стол. К счастью, сразу после свадьбы мы с мужем и сыном переехали в более просторную квартиру, иначе я просто не представляла, как моя старая двушка вместила бы все это шумное собрание, состоявшее из друзей, бабушек, дедушек и тетушек!
- Павлик-то где? - поинтересовалась Лина, когда мы устроились наконец за столом и обнаружили пропажу.
- Павлик здесь! - объявил муж, неожиданно появляясь в гостиной с огромной коробкой. - Пришлось попотеть, чтобы это дотащить!
- Папа, что это? - восторженно прокричал Митя, выбегая из-за стола.
- А ты открой, - улыбнулся в ответ Паша, переглянувшись со мной.
Я, впрочем, сама не представляла, что этот затейник удумал притащить сыну!
- Ух тыыыы, - выдохнул Митя восхищенно, когда открыл коробку.
- Будем считать, что это твоя первая машина, - с гордостью сообщил Мельников.
Я тоже заглянула в коробку и моментально пришла в ужас.
- Квадроцикл?! Учти, Мельников, ты мне головой за сына отвечаешь, если посадишь его в это адское устройство!
- Отвечаю, конечно, - спокойно откликнулся муж, подходя ближе и обнимая меня за талию. - Я всегда буду за вас обоих в ответе.
И все возражения разом испарились из моей головы.
Тем же вечером, после застолья, мы гуляли всей компанией в парке. Мите не терпелось запустить в небо подаренного ему Линой воздушного змея.
Но едва тот взмыл в небо, как сильный порыв ветра вырвал его у сына из рук и краснохвостый Змей стремительно упорхнул, словно его и не было.
- Он улетел, - расстроенно выдохнул Митя.
- Не переживай, - ответила я, обнимая его за плечи. - Ты ведь написал на нем свой номер телефона. Истинно твое обязательно к тебе вернется.
- Что это значит? - спросил Митя, нахмурившись.
- Поймешь однажды, - сказала я с улыбкой.
И оказалась права. Митиного змея нашла девочка, на которой он пятнадцать лет спустя женился.
Чудеса и впрямь случаются, нужно просто позволить себе в них верить.
Павел
Рыбалка на речке на самом рассвете, да еще в компании сына - что может быть лучше в разгар лета? В последнее время именно такие занятия приносили мне особенное, ни с чем несравнимое удовольствие. Коттеджный поселок еще спал, я вставал по будильнику, осторожно спускался вниз, где меня встречал сосредоточенно готовивший сэндвичи Митя. Мы обменивались молчаливыми взглядами, наскоро уплетали бутерброды с горячим чаем и, взяв с собой пару штук, прихватывали удочки и шли на реку.
И это ни шло ни в какое сравнение с поездками на дорогущие курорты, хотя и попутешествовать за пять лет успели с лихвой.
Но сегодня Митя был каким-то странным. Бросил свой рюкзак под деревом, долго возился с удочками, хотя обычно первым делом бежал к воде, чтобы искупаться. Сейчас же сын был сосредоточенным, задумчивым, и я сразу обеспокоился.
- Что-то не так? - спросил как можно ровнее, подходя к Мите.
Встал рядом и в очередной раз поразился тому, насколько он вырос. Да уж, десять лет - это вам не пять.
- Не, все в порядке, пап, - заверил меня сын.
В любом другом случае я бы не стал настаивать. Ну мало ли там влюбился, или по школе соскучился (хотя, в последнем я очень сильно сомневался). Но здесь крылось что-то большее.
- Не в порядке, - решительно отозвался я.
Сел на влажную от росы траву, взглядом показал Мите, чтобы присел рядом. Он немного поколебался, но все же устроился подле меня.
- Рассказывай, - попросил сына.
Сначала Митя просто смотрел на реку, как будто размышляя, признаваться ему в том, что его тревожит, или нет. Потом все же сказал:
- Ты не подумай, что я ревную.
У меня брови сами по себе поползли вверх. Я ожидал чего угодно, но только не этого.
Ага, ясно. Значит, речь о маленькой Алине, которая родилась четыре дня назад у нас со Снежей, и которую как раз сегодня мы с сыном собирались забирать из роддома. Вместе с мамой, разумеется.
- Не подумаю, - как можно серьезнее ответил Мите.
- Просто… понимаешь, мама… она же меня растила с самого детства. А ты…
- А я - нет, - озвучил очевидное.
- Да. И вот теперь ты будешь с сестренкой, ну… с самого рождения.
- И что?
Я понимал, о чем он говорит. Первое слово, первый зуб, первый шаг. Всего этого в случае с Митей я был лишен, не зная о том, что у меня родился сын. Но ведь от этого моя любовь не становилась меньше.
- Вы ведь не забудете обо мне?
Столько всего было в этих словах, что у меня в легких дыхание закончилось. Тревога, страх показаться маленьким - ведь Митя постоянно повторял, что он прежде всего мужчина. Опасения, понятные только ребенку.
- Ты мой сын. Моя гордость. Моя плоть и кровь, - сказал я уверенно, хоть эти слова и были приправлены пафосом. - И самый главный человек на Земле. Как и твоя мама. Как и наша Алина. Как я могу забыть о тебе, если важнее никого нет и быть не может? Важнее вас троих у меня нет. И это неизменно, даже если мы с твоей мамой решим заказать у аиста еще пару ребятишек.
Митя смотрел на меня серьезно, как будто хотел в подтверждение моих слов увидеть что-то еще. И когда робко улыбнулся мне, я понял - увидел.
- Хорошо, пап. Тогда давай купаться, рыбачить и поехали уже за мамой и Алишей.
Он вскочил на ноги, скинул футболку и, как был, в шортах с улюлюканьем помчался к воде. А через мгновение я присоединился к сыну, влетев в реку со скоростью ядерной торпеды.
В это утро рыбу мы не поймали. Но нам с Митей уже давно было плевать на такие мелочи.
- Мить… смотри, - сказал я, чуть склонившись. - Вроде на тебя похожа.
Я держал на руках Алину, которая мирно спала. И, по словам жены, вообще была чудо-ребенком, таким же, каким был и Митя в ее возрасте.
- Естественно, на него, - фыркнула Мельникова. - А оба они - копия папы.
Я не без гордости посмотрел на сияющую Снежу. После родов она стала еще более женственной - и это читалось во всем. В том, как смотрела на детей, каким взглядом касалась моего взгляда. Если раньше мне казалось, что любить жену еще сильнее я не могу, сегодня понял - этому чувству предела нет.
- Точно? На меня? - нахмурился Митя и вдруг выдал: - А мне кажется, сама на себя.
Он внимательно рассматривал сестру. Одно дело увидеть ее на фотографиях, которые Снежа щедро пересылала нам в мессенджерах с утра до ночи, и совсем другое - вот так, воочию.
- Очень философская мысль, - не удержался я от улыбки. - Подержишь Алину?
Митя бросил вопросительный взгляд на Снежу, та тоже улыбнулась Мите.
- Пусть скорее привыкает быть на руках самого заботливого старшего брата на свете, - кивнула она.
Сын помедлил, но все же вытянул руки, на которых я и устроил дочь. Она даже не шелохнулась, так и продолжая спать в своем сиреневом выписном конверте.
Мы все замерли, когда я распрямился, а Митя стал осторожно покачивать Алину на руках. Черт, и давно меня не прошибало на слезу. Ну как - давно? С того момента, как на свет в моем присутствии появилась дочь. Целых четыре дня держался.
- Знаете что? - вдруг спросил сын, так и продолжая смотреть на личико малышки.
- Что?
Мы с женой переглянулись, Мельникова при этом нахмурилась, словно ждала чего-то не того.
Митя же расплылся в совершенно счастливой улыбке и ответил:
- Однажды я спросил у папы, исполнит ли он мое желание, - сын сделал паузу и вынес свой вердикт: - И теперь знаю - все мои желания исполнились!