Глава 23

Утром я почувствовала себя гораздо бодрее, чем накануне. Голова уже не казалась набитой мокрой ватой, ноги слушались, а мысли постепенно возвращались в привычное русло. Правда, радоваться было рано: вместе с мыслями вернулись и проблемы. Помимо подготовки к очередному экзамену, передо мной стояли две важные задачи. Первая: достать пару волосков куратора. Вторая: найти объект для переключения. Если говорить проще, мне срочно требовался парень, на которого можно было бы отвлечься, чтобы перестать думать о недоступном мужчине. Мужчине, мое неравнодушное отношение к которому не сулило мне ровным счетом ничего хорошего. Кроме нервного истощения, позора и, вероятно, окончательного разрушения остатков здравого смысла. Настроение с утра было почти боевое. Ровно до того момента, пока, выходя из комнаты, я не увидела у двери куратора Аманду. Немного успокаивало то, что она не выходила из комнаты Крама, а только стучала. Совсем чуть-чуть успокаивало. Примерно на толщину паутинки. Аманда стояла перед его дверью в идеально сидящем платье, с безупречно уложенными волосами и таким видом, будто имела полное право находиться здесь в любое время суток. Я скрипнула зубами от досады, резко отвернулась и зашагала по коридору, стараясь как можно быстрее покинуть преподавательское крыло. Не хватало еще встретиться с ней взглядом. Или, того хуже, дождаться, пока дверь откроет Крам. У самой двери столовой я столкнулась с троицей ребят из нашей группы. Орк Рурк, высокий, широкоплечий и вечно немного хмурый; эльф Юн, изящный до раздражения; и Дарин, человек, который обычно держался уверенно, но без лишней наглости. — Арина! — воскликнул Дарин, заметив меня. — Слушай, у тебя же есть все конспекты по драконоведению? Я пропустил одну лекцию, нужно было срочно домой съездить. Дашь почитать? Я с удивлением посмотрела сначала на Рурка, потом на Юна. Мол, а у приятелей своих взять не мог? Дарин смутился, но быстро нашелся: — У Рурка такой почерк, что он сам, похоже, не всегда понимает, что написал. А у Юна конспекта той лекции тоже нет. Юн удивленно вскинул брови и явно собрался возразить, но Дарин, не сводя с меня глаз и продолжая улыбаться, незаметно наступил ему на ногу. Юн ахнул, дернулся, но промолчал. Интересно. Очень интересно. — Ну хорошо, — согласилась я. — Зайдешь ко мне, дам конспект. Я живу… — Да, я знаю, — перебил Дарин. И вот это уже заставило меня удивиться по-настоящему. Он знает, где я живу? Впрочем, уточнять я не стала. Может, слышал от кого-то. Может, запомнил, когда нас распределяли по комнатам. А может, я просто слишком подозрительная, потому что последние дни моя личная жизнь стремительно превращалась в плохо продуманный заговор. На том мы и распрощались. Ребята уже уходили из столовой, а я только пришла и намеревалась плотно позавтракать с подругами. Усаживаясь за стол рядом с Оритой и Олейной, я поймала себя на мысли, что, кажется, объект для переключения найден. Дарин был вполне симпатичным молодым человеком. Неглупым, приятным в общении и, что особенно важно, доступным в рамках разумного. Не женатым преподавателем, не куратором, не человеком, от одного взгляда которого у меня плавились мозги и исчезало чувство самосохранения. Самое главное — переключившись на него, не влюбиться слишком сильно. С меня хватило горьких разочарований. Если особо не очаровываться, то и разочарование, возможно, будет не таким болезненным. Звучало как прекрасный план. То есть как план человека, который уже наделал глупостей, но еще не потерял надежду на контроль над ситуацией. Мы с подругами оживленно обсуждали преподавателей и то, как они принимают экзамены, когда в столовую вошел Крам. На его локте висела радостно улыбающаяся Аманда. Я чуть не подавилась кашей. Ничего серьезного, значит? Ну-ну. Этот легкомысленный тип, будучи женатым, целуется со студенткой и строит шашни с молодой преподавательницей. У-у-у, гад! Я быстро отвернулась, чтобы даже не смотреть в его сторону, и резко заявила подругам, что мне пора в библиотеку готовиться к завтрашнему экзамену. Покидала столовую я, не поднимая глаз, потому что до ужаса боялась встретиться взглядом с куратором. И еще сильнее боялась, что он ничего не заметит. В библиотеке пахло пылью, старой бумагой и чернилами. Высокие стеллажи уходили почти под потолок, между ними царила прохладная полутьма, а тяжелая тишина располагала к учебе, размышлениям и преступным планам. Сидя за дальним столом, я продумывала операцию по захвату… Нет, не мира. Мне нужны были всего лишь пара волосков одного недоступного мужчины. Казалось бы, мелочь. Но на практике задача оказалась сложнее, чем подготовка к экзамену по драконоведению. Варианты приходили в голову самые разные, но все они были либо слишком глупыми, либо слишком позорными, либо слишком опасными для моей репутации. А иногда сочетали все три качества. Например, можно было прийти на экзамен и, якобы споткнувшись, вцепиться преподавателю в волосы. В принципе, я, может быть, даже обнаглела бы до такой степени. Но имелась проблема: во время занятий Крам носил волосы собранными в хвост и перетягивал их кожаным ремешком. Незаметно вырвать пару волосков в таких условиях было почти невозможно. Можно было, конечно, сделать это заметно. Но тогда объяснять пришлось бы слишком многое. И, скорее всего, очень громко. Была и другая идея: кинуться мужчине на шею и во время страстного поцелуя запустить пальцы в его волосы. А потом, пользуясь моментом, добыть нужный биоматериал. Идея была заманчивая. Очень заманчивая. Настолько, что я на несколько минут позорно зависла, представляя, как именно это могло бы произойти. Крам склоняется ко мне, его ладони ложатся мне на талию, дыхание касается губ, а я… А я сгораю на месте от стыда. Вот именно. Во-первых, я действительно сгорю на месте. Во-вторых, слишком велика вероятность, что мужчина отстранится раньше, чем я успею схватиться за его волосы. В-третьих, после этого я все равно сгорю от стыда, но так и не получу вожделенный биоматериал. Крайне неэффективный план. От увлекательных мечтаний меня отвлек знакомый голос: — Привет еще раз! А я пришел к тебе за конспектом, а тебя дома нет. Я подняла голову. Передо мной стоял Дарин. Он смотрел на меня с улыбкой — открытой, спокойной, немного выжидающей. И, если быть честной, был вполне хорош собой. Темные волосы, живые глаза, приятные черты лица. Не Крам, конечно. Вот же вредная мысль. Мне даже стало обидно, что он отвлек меня от таких приятных фантазий про поцелуй с куратором. Но я напомнила себе, что именно от этих фантазий и собираюсь лечиться. — Да, — выдавила я улыбку. — Решила позаниматься. — Может, вместе позанимаемся? — предложил Дарин. — Вдвоем веселее. Он смотрел на меня внимательно, но без нажима. Нормальный парень. Симпатичный. Не женатый. Не куратор. Не причина моих ночных кошмаров и дневных нервных срывов. Если честно, мне очень хотелось отправить его куда-нибудь подальше, чтобы не мешал предаваться мечтаниям. Но я же решила клин клином вышибать. А значит, пора было хотя бы попытаться. — А давай, — сказала я. — Кстати, конспект у меня с собой. Тебе какая лекция нужна? Мы просидели с Дарином в библиотеке несколько часов. Сначала действительно занимались: разбирали экзаменационные вопросы, сверяли конспекты, спорили о классификации драконьих пород и особенностях поведения молодых особей. Потом как-то незаметно разговор стал живее. Мы начали объяснять друг другу непонятные места, перебивать, доказывать, листать учебники и тыкать пальцами в нужные абзацы. Иногда мы забывались и начинали спорить слишком громко. Тогда библиотекарь поднимал голову, сурово смотрел на нас поверх очков и делал замечание. Мы виновато замолкали, переходили на шепот, а через несколько минут снова увлекались. Дарин оказался умнее, чем я думала. Он не просто списывал чужие конспекты, а действительно пытался разобраться. Иногда задавал такие вопросы, что мне самой приходилось задумываться. А еще он умел шутить так, что я невольно улыбалась, даже когда собиралась сохранять серьезный вид. В общем, объект для переключения оказался вполне пригодным. На ужин в столовую мы пошли вместе. Подруги, заметив нас, переглянулись с таким видом, будто стали свидетельницами начала великой романтической истории. Я лишь пожала плечами: мол, что такого? Впрочем, у входа мы сразу разошлись по разным столам. Дарин отправился к парням из нашей группы, а я села к Орите и Олейне. — Что у тебя с ним? — с любопытством спросила Олейна, едва я устроилась на скамье. — У нас с ним драконоведение, — вздохнула я. — А точнее, завтрашний экзамен. — Только готовиться к нему ты почему-то позвала не меня, а его, — ехидно заметила Орита. — Да никого я не звала! — вспылила я. — Он просто пришел в библиотеку и попросил конспект. А потом мы начали обсуждать экзаменационные вопросы и увлеклись. — Ну-ну, — хмыкнула Орита. Но, к моему облегчению, развивать тему не стала. Зато Олейна, конечно, решила продолжить: — А что? Парень вроде симпатичный, приятный. Почему бы тебе не замутить с ним? А то ведешь образ жизни монашенки. Сама Олейна периодически бегала на свидания с разными парнями, но пока никого не выбрала. По ее мнению, это называлось «смотреть варианты». По моему — «держать половину Академии в состоянии тревожной надежды». Я пожала плечами и сделала вид, что вопрос меня почти не интересует. — Можно и замутить. Орита прищурилась. — Слишком спокойно сказала. — А как надо? — насторожилась я. — Ты просто рассуждаешь, как о выборе теплого плаща на осень. — Очень практичный подход, между прочим. — К отношениям? — усмехнулась Олейна. — Особенно к отношениям. Я ковырнула вилкой еду в тарелке и украдкой посмотрела в сторону преподавательского стола. Крама там уже не было. Аманду я тоже не увидела. И почему-то вместо облегчения почувствовала раздражение. Вот и прекрасно. Пусть ходит где хочет, с кем хочет и улыбается кому хочет. Мне-то что? Мне нужно было сосредоточиться на Дарине. На экзамене. На Азире. На отворотном зелье. На чем угодно, кроме одного невыносимого мужчины, чьи волосы мне требовалось каким-то образом добыть. Я решительно откусила кусок хлеба и сказала: — Дарин нормальный. Можно попробовать. — О-о-о, — протянула Олейна, мгновенно оживившись. — Вот это уже разговор! — Только без твоих планов, — сразу предупредила я. — Никаких случайных встреч, подстроенных прогулок и внезапных совместных поручений. Олейна изобразила оскорбленную невинность. — Я вообще-то ничего такого не предлагала. — Но уже придумала, — заметила Орита. — Ну… немного. Я закатила глаза. Похоже, мой план переключиться на Дарина рисковал стать коллективным проектом. А значит, бедному Дарину следовало опасаться не меня, а моих подруг.