Глава 49

В пещере Сариты царила мягкая полумгла. Даже в этот по-летнему жаркий день здесь было прохладно и удивительно тихо. Солнечный свет проникал внутрь лишь тонкими золотистыми полосами, ложась на темные стены и тускло поблескивая на камнях. В центре пещеры, в огромном гнезде, сплетенном из сухих ветвей, мха и каких-то толстых кожистых стеблей, лежала большая темно-красная драконица. Ее чешуя отливала глубоким винным цветом, а из ноздрей при каждом вдохе вырывались едва заметные струйки горячего пара. Увидев нас с Азирой, Сарита приветственно склонила голову. Азира тут же бросилась к матери. Подбежав к гнезду, она улеглась рядом и прижалась к ее горячему боку. На мгновение драконица замерла, прикрыв глаза. Я понимала, что они разговаривают мысленно. Мать и дочь долго лежали рядом, почти неподвижно обмениваясь мыслями, воспоминаниями и чувствами. Иногда Азира едва заметно шевелила крыльями, а Сарита тихо урчала, словно пыталась успокоить ее. В этой безмолвной беседе было столько нежности, что у меня болезненно сжалось сердце. Наверное, Азира рассказывала матери обо всем, что произошло. О Краме. Об академии. О моем решении исчезнуть. Наконец Сарита открыла глаза и посмотрела на меня. В ту же секунду в моей голове прозвучал ее глубокий, чуть хрипловатый голос: — Азира все мне объяснила. Если моей девочке действительно пришла пора окончательно вылетать из гнезда и строить собственную жизнь, что ж… придется с этим смириться. В ее мыслях звучала тревога, которую она старалась скрыть за спокойными словами. — Но я надеюсь на тебя. Ты старше и мудрее Азиры, поэтому позаботься о ней. Не позволяй ей попасть в беду и не забывай, что теперь ты отвечаешь не только за себя. — Обязательно! — горячо воскликнула я. — Я сделаю все, чтобы Азире было хорошо. Клянусь! Потом я нерешительно добавила: — Только… не получится ли так, что я фактически украла ее из академии? Сарита недовольно фыркнула. От звука по пещере прокатилось гулкое эхо. — Мы не являемся собственностью Академии. Мы самостоятельные и свободные существа. Если драконы живут рядом с Академией и связывают себя партнерскими узами со студентами или сотрудниками, то делают это по собственной воле. Азира выбрала тебя и твой путь. Это ее решение, а не похищение. Мне стало немного легче, но Сарита еще не закончила: — У меня только одна просьба. Позволяй ей время от времени навещать меня. Иначе я буду постоянно тревожиться за свою дочь. — Конечно! — тут же пообещала я. — Она сможет прилетать к вам так часто, как захочет. Я никогда не стану ей запрещать. — Вот и отлично, — ответила Сарита, и в ее голосе впервые прозвучало настоящее спокойствие. Я помолчала, собираясь с духом. — У меня тоже есть просьба. Сарита внимательно посмотрела на меня. — Понимаете… даже если мы когда-нибудь сообщим вам, где находимся, не могли бы вы не рассказывать об этом никому? Особенно Гразго и Краму. Произнося последнее имя, я почувствовала, как в груди снова разгорается знакомая боль. Я постаралась не выдать ее, но Азира тут же обеспокоенно пошевелилась рядом с матерью. Сарита склонила голову. — Можете быть уверены в моем молчании. Я не выдам вас. — Спасибо. Это слово прозвучало тихо, но для меня оно значило гораздо больше, чем могла выразить обычная благодарность. Вскоре мы вернулись в Академию. В моей комнате было непривычно тихо. Я огляделась, стараясь запомнить каждую мелочь: кровать у стены, письменный стол, стопку книг, оставленную на полке, и стену — ту самую, за которой жил Крам. Когда-то это место казалось мне началом новой жизни. Теперь же я смотрела на него как на страницу, которую нужно перевернуть, даже если написанное на ней все еще причиняет боль. Я сложила в сумку свои нехитрые пожитки: одежду, документы, немного денег, несколько книг и те мелочи, которые успели стать дорогими. Затем надела брюки и куртку, приспособленные для полетов на Азире, и туго завязала волосы. Перед уходом я написала две записки — Олейне и Орите. Сообщила, что покидаю Академию и обязательно дам о себе знать, как только все устроится. Я долго смотрела на последние слова, понимая, что сама не знаю, когда именно это «все устроится» произойдет. Потом взяла чистый лист и написала короткое прощальное письмо Дарину. Извинилась за то, что ухожу вот так, почти ничего не объяснив. Мне было неловко перед ним. Он не заслуживал подобного ухода, но я не могла оставаться еще хотя бы на один день. Слишком многое удерживало меня здесь. И слишком многое причиняло боль. Выходя из комнаты, я по привычке остановилась у соседней двери и прислушалась. За ней было тихо. Крама дома не было. Наверное, снова у Аманды, с привычной горечью подумала я. Я сжала ремень сумки и заставила себя отвернуться. Не стала ждать, не стала оставлять ему записку и не позволила себе в последний раз постучать в дверь. Если Крам хотел объяснений, у него было достаточно возможностей поговорить со мной. Теперь я уходила. Азира ждала меня возле драконьего ангара. Увидев меня, она радостно подняла голову и приветственно взмахнула крыльями. Я накинула на нее старенькое седло, тщательно затянула ремни и несколько раз проверила все крепления. Потом закрепила сумку так, чтобы она не соскользнула во время полета, и, ухватившись за выступы на ее боку, забралась в седло. Я в последний раз посмотрела на Академию. На башни, дорожки, корпуса и знакомые окна. Где-то там остались мои друзья, привычная жизнь и человек, которого я любила, несмотря на все причиненные им страдания. В горле встал ком. — Ну что, полетели, милая, — тихо сказала я Азире. Драконица расправила крылья. Первый взмах поднял с земли пыль и сухие листья. Второй заставил воздух загудеть. А затем мы сорвались с места и взмыли в небо. Академия быстро уменьшалась под нами, превращаясь в россыпь крыш и башен. Я не оборачивалась, хотя сердце отчаянно требовало еще раз взглянуть назад. Мы летели навстречу неизвестности. Навстречу опасностям, новым дорогам и жизни, о которой я пока ничего не знала. Но впервые за последние дни я чувствовала, что сама выбираю свой путь. И мы с Азирой полетели в новую жизнь. Конец первой книги. Продолжение читайте в следующей книге цикла “Здравствуйте! Не ждали?”. Книга называнется “Здравствуйте! Я - ваша жена”