Глава 29

Вот же гад. Мог сделать все заранее. Ломал комедию просто. А то видите ли, к моим глазам не подошел бы обычный кожаный браслет, или еще какое плетение. В конце концов, мог бы и кольцо на моем пальце заколдовать. Но нет, дождался, пока мы не окажемся в замке, чтобы я надела этот браслет.

Да, он красивый, очень. Естественно, я его тут же схватила. Стану тут отказываться от такой красоты.

Правда, на запястье мне одел его Фил. Металл тут же охладил кожу, а вот его пальцы воспламенили кровь, и я густо покраснела.

Все же лучше быть с украшением, чем спать с ним. Вот только я не понимаю, почему он еще в лагере не сделал нечто подобное? Ох, не понять мне мужскую логику, не понять.

Хотя едкий червячок в моей душе так и отвечал на этот вопрос — он просто хотел побыть с тобой рядом. Что ты вечно все усложняешь? Я не усложняю, я просто делаю так, чтоб у меня потом сердце не болело.

А то начнется. Ухаживания, подарки, Потом я снова влюблюсь, а он женится. Не-не. Пусть своей невесте дарит, что хочет. Ну, и Злате можно. Отец, все-таки.

Почувствовала укол в пояснице, а затем снова в боку. Руки затекли, ноги уже тоже, а голова и вовсе начала кружиться.

— Ауч, — высказываю все, что думаю обо всем.

— Сейчас, госпожа, я все закончу, — говорит портной, наматывая вокруг меня круги.

Предприимчивая мамаша Фила таки вызвала портного в замок. У меня вообще сложилось впечатление, что она готовилась к возвращению сына слишком загодя. Даже бал будет. И это мы всего первый день в замке. Еще больше меня поразило ее резкое переключение настроения с “кого ты притащил в замок” до “какая ты красавица, давай тебе портной сошьет платье”. Было в этом слишком много странного, но что уж думать? Или это связано с тем, что она видела силу моей дочери? Скорее всего второе.

Портной притащил с собой кучу платьев, из которых я выбрала те, что мне понравились. Слава Богу, мода здесь не дошла до кринолинов и корсетов. Я, конечно, никогда их не носила, но судя по картинкам еще то удовольствие. И нагроможденность, а неудобства то сколько. Хотя что тут говорить, если я после родов отдала предпочтение не обычным лифчикам, а спортивным.

Так, что здесь платья свободного кроя. Суженные к талии, или к груди. Юбки в пол. Ткань и вовсе мягкая и приятная наощупь.

Сейчас же портной вместо мерок, пытается подогнать под меня синее платье из атласной ткани. Помимо всего прочего для меня и Златы притащили нижнее белье. А еще кучу теплых курточек, шапочек, просто меховых накидок и уйму всего. Страшно представить, сколько это все стоит, но и в одной одежде ходить тоже не вариант.

— Ай, — с другой стороны доносится голос Златы.

Рядом с ней крутится помощница портного. то и дело подгоняя платья под Злату.

— Вы не волнуйтесь, мы сделаем все в лучшем виде. Повелителю Брарготу должно понравится, — говорит портной.

Меня это немного вгоняет в ступор. А ничего, что одежда в первую очередь должна понравится мне?

— Ему всегда нравится, чтобы на его женщинах были красивые одежды.

— То есть, вы и для его любовниц шили? — спрашиваю я. — Для Филипповских?

Немного колет, но ладно.

Портной недоуменно смотрит на меня.

— Я шью для всей королевской семьи, и другим знатным людям, если вас так сильно интересует этот вопрос. Но собственно это не мое дело, для кого именно просит шить Браргот, или Филипп, — отвечает он. — или в конце концов Максимиллиан с Тхадоном.

Я слегка мотаю головой. Что он взъелся то? Обычный вопрос от бывшей жены.

Ай, иголка вновь впивается в кожу.

Браргот, Филипп, Максимиллиан, Тхадон — это что имена Фила?

Хмм. А ведь у него есть братья. Уточнить бы их имена, а то интересно.

Я касаюсь браслета на запястье, слегка холоднившего кожу. Хотя я и вовсе не должна его чувствовать.

Ужин нам приносят слуги прям сюда. На входе становятся несколько стражников в красно-синих одеждах, под которыми виднеются доспехи и оружие. становится спокойней, что нас охраняют.

Хмм, интересно, а тут тайный ходы есть? Вдруг ожерелье не сработает, и придется как-то Филу добираться. Хотя, что ему мешает пройти мимо собственной же охраны.

Хотя я больше волновалась не о том как пройдет бывший, а о том, как могут пройти другие.

Хотя он и отправил своих любовниц по домам, это не отменяло того, что кто-то захочет нам навредить. Ох, странный день. Как я рада, что он закончился. Хоть бы ночь была спокойной.

***

Да, ночи, правда, были спокойными. Чего не сказать о днях. Я себя чувствовала как в каком-то пансионате, или на базе отдыха. Кругом слуги все за тебя делают, спать можно сколько хочешь, еда вкусная, насыщенная и так далее. Даже дочь почти полдня не рядом.

Замок нам таки показали в первый же день. И как это обычно случается, строго настрого запретили ходить в темницы. Больно-то хотелось.

Я отпустила ситуацию. Ну, правда. Что мне сопли на кулак наматывать? Фил меня не трогает, никаких действий не предпринимает. Ну, и что? Наоборот, можно радоваться и жить счастливо. Отпустила ситуацию, и позволила своей жизни течь по течению. Не хочу сейчас ничего решать. Мне хорошо в первый раз в жизни. Мне уже было тяжело пять лет, почему сейчас я должна отказываться от удовольствия жить в удовольствие?

Любовниц и в правду не было, зато рядом со мной крутились ведьмы. Для защиты.

Кощунственно так думать, но я отдыхала от нее. Я же знала, что она в безопасности рядом с Филом, значит, и волноваться не из-за чего. Тем более, даже если муж бывший, то лучше с ним придерживаться дружеских отношений. Облегчает жизнь только так.

Особенно, после этих их обучений она себя вела спокойно, уравновешенно, и даже подцепила некоторые манечки от него. Например, какой-нибудь особо королевский поворот головы, или взмах руками. К слову сказать, что Фил подобным не пользовался, когда был в нашем мире. У меня даже закрадывались сомнения, что он это не он. Или он настолько изменился, или эта его бесчувственность так играла.

Но если честно, я себе слишком фантазирую всякого. Кому вообще это надо? Вон принцессе вообще пофиг на Фила. Она за него замуж не хочет выходить.

Ага, зато моя дочь хочет, чтоб я с ним сошлась. Иначе как называется то, что она учудила однажды в зале?

Взяла да опрокинула на принцессу кашу. Стыдно было не то слово. Думала, что принцесса испепелит на месте. Так смотрела. М-да. Если не Фил подкинет врагов, так Злата об этом позаботиться. Какая-то безбашенная семейка.

Правда, один раз побывала на ее обучение в качестве экспериментального материала. Бывший проверял, как работает подаренный браслет.

— Злата, попробуй направить магию так, чтобы она окутала твою маму, — говорит Фил, а я нервно кошусь на них.

Мы сидим в его кабинете, шкафов с книгами. На столе и вовсе творится бардак. Все, как там. В нашем мире. Он и тут все разбрасывает, как хочет.

— А может, не надо, — отзывается та самая мама, то есть я.

Я еще прекрасно помню последствия магии дочки.

— Надо, надо, — кивает Фил, а Злата повторяет за ним.

— Мамочка, не бойся. Дядя Блалгот тебя поцелует, и ты размолозишься, — выдает дочь.

Я тут же выпучиваю глаза, и краснею. Вот только этого не хватает.

В стальных глазах бывшего на секунду вспыхивает озорной огонек.

— Давай, Ксюша, — подбадривает он меня.

И он туда же! Ох, зачем я согласилась?

Только платье красивое испортим. А над ним портной долго работал, чуть всю иголками не утыкал.

Но не успеваю об этом додумать, как с рук Златы стекает иней. Он медленно приближается ко мне. Первое желание — бежать.

— Стой на месте, — приказывает Фил, и я застываю, как статуя.

Иней крадется, захватывая все больше, и больше поверхности пола.

Мне кажется, что я перестаю дышать, когда он подбирается к моим ногам. Кружево белой магии, аккуратно огибает меня, окружая со всех ссторон.

Я зажмуриваюсь.

— Сработало, — довольно говорит Фил.

— Слаботало, — вторит ему Злата.

— Вы меня чуть ли не до инфаркта довели, — отвечаю я с улыбкой на лице.

Так хорошо. По-семейному.

Фил щелкает пальцами, и иней исчезает, как будто его и вовсе нет.

— Ладно, можешь идти, — бывший подходит ко мне.

Я вновь ощущаю приятное тепло рядом с ним.

— Что и все? — удивляюсь я.

— Нет, можешь остаться. Мы со Златой как раз создание ледяных глыб изучаем, и будем пытаться заморозить книгу. Не хочу, чтобы тебя случайно задело.

— А такое не опасно?

— Нет, главное, чтобы она училась размораживать в случае чего, — поясняет бывший.

— А-а, — только и могу протянуть я.

Все равно в магии ничего не понимаю.

Фил берет мою руку, и подносит ее к губам, оставляя жаркий поцелуй на тыльной стороне руки.

— Ух, ты, — раздается восторженный возглас дочери.

Я же говорю, что она хочет меня с ним свести.

Покидаю их уютную тренировку, закрывая за собой дверь.

Направляюсь в библиотеку. Настроение на высоте. Никто не способен его испортить. Даже Вексиния, появившаяся в конце коридора.

— Добрый день, — тут же вежливо улыбаюсь ей.

— Добрый. А где Браргот?

— Он со Златой занимается в кабинете.

— Ах, прекрасно. Мне как раз надо с ним обсудить гостей, — говорит она.

И смотрит так доброжелательно, то ли обнять меня, то ли голову откусить.

— Даже удивительно, что вы нашли с ним общий язык, — продолжает она.

— Всмысле? — недоуменно спрашиваю я.

Уйти от нее не позволяет врожденная вежливость.

— С Брарготом мало кто находит общий язык. У мальчика слишком тяжелый характер, — отвечает она, окидывая меня взглядом.

Вот это доброта мамаши бывшего слегка напрягла. То чуть ли не под зад коленкой хотела выпхать, то как увидела Златину магию, так все. Чуть ли не самая любимая внучка на свете, и она сама перед Хели извиняется.

— Как получается, — я пожимаю плечами.

— С Филиппом легче, — выдает она, а я резко бледнею.

Я чуть ли не отшатываюсь от нее. О чем она вообще? Разве Браргот это не Филипп?

— Так, что я рада, что он занимается с дочкой Филиппа, — довольно говорит она.

Ага, тяну я. Это что Браргот жил под именем Филипп в моем мире? В принципе логично. Браргот — таких имен вообще нет. Это скорее вообще демонское имя.

— Ага, — тяну я.

— Вы не волнуйтесь. Браргот иногда, как зверь, но я вас в обиду не дам, — она вновь мило улыбается, а моя челюсть чуть ли пол не пробивает.

Чего? В какую обиду?

— Эм, — только и выдавливаю из себя.

— Браргот, — она немного мнется, а затем берет меня под руку, и ведет куда-то.

Хмм, это для нее даже интересней, чем пойти рассказать ему про гостей?

За нами тут же двинулись ведьма, которая сопровождает меня почти везде. Мириния. Хотя она меняется с Леброй. Вексиния повернулась к ней и произнесла:

— Мириния, позволь нам поговорить по-женски.

— Правитель говорил не спускать глаз с госпожи Ксении, — отвечает та, и добавляет. — Ваша Светлость.

— Тогда отойди, — говорит мать Фила, и щелкает пальцами.

Я нервно мотаю головой. В голове будто вата появилась. Чувствую крепкую руку Вексинии, и ко мне возвращается слух.

— Не бойтесь, просто не хочу, чтобы нас подслушивали. Филипп более спокойный мальчик, а Браргот прям зверь иногда бывает.

— Та вроде нормальный, — протягиваю я, совсем не желая обсуждать бывшего.

— Ох, это с вами он нормальный. А так уже с его характером столько лет мучаюсь, — она ведет меня куда-то вниз.

— Всмысле? — недоуменно спрашиваю я.

Так, мой Фил на самом деле Браргот? Что ж, это не так плохо. То-то же его тут все повелителем Брарготом зовут.

— В том плане, что Максимиллиан и Филлипп всегда под его дудку плясали. Хотя у них с Филиппом всего пару минут разницы, Браргот всегда вел себя, как старший.

— А старший Филипп? — уточняю я.

— Да, он должен был стать правителем, но Браргот все переиграл. Вот даже заморозил собственных братьев.

Я нервно сглатываю. В голове сплошная каша. Она точно про моего Фила говорит? У меня просто не сходится это в голове. А она вообще в курсе, что у нее сын в другом мире жил?

Мы подходим к огромным темным дверям, где-то на первом этаже.

Я нервно оглядываюсь на Миринию. Так выпучивает глаза, и едва заметно мотает головой из стороны в сторону.

Оу, ясно.

— Но ведь его же не было здесь.

Вексиния весьма натурально хмурится, а в ее глазах вспыхивает едва заметное недоумение.

— Милая, Браргот всегда был здесь. Чего не сказать о его братьях.

Я нервно замираю. Вновь краска сходит с моего лица. Что это еще значит? Что Браргот всегда был тут.

— Братья раньше были дружны, и могли переговариваться между собой, — Вексиния касается рукой той двери.

Я ощущаю, как к нам подходит Мириния, но тут же отступает под строгим взглядом ее Светлости.

— Переговаривались? — выдыхаю я.

Но ведь Фил, или Браргот, или кто он там. Так много обо мне знает. И о нашей жизни.

— Они близнецы? Филипп и Браргот? — спрашиваю у нее.

— Нет. У одного карие глаза, у другого серые, — вбивает очередной гвоздь в мое сознание.

Мне хочется рвануть туда обратно, но голос разума подсказывал. Тут что-то не то. Это точно мой Фил. У него в конце концов линзы были. Ага, которые я ни разу не видела. Их же вообще нельзя носить постоянно.

— Нет, конечно, был период, когда они были похожи внешне. Так, что хотите глянуть на отца своего ребенка? — она скалится своей белоснежной улыбкой.