Глава 36

Ладно, если он не хочет говорить вслух, что это была его мама, то ладно. Вот только от этого ничего не поменяется. Сегодня она попробовала приворотное зелье — Фил меня защитил. Странным способом, но защитил. Завтра она попробует еще что-то и он уже не сможет меня защитить. Обхватываю себя руками.

В конце концов, у меня есть колба возвращения.

Нет, а что я вообще ожидала услышать утром? Я люблю тебя, Ксюша до гроба? Давай поженимся? Или что-то еще?

— Я хочу тебя вернуть, — приподнимается Фил.

В глазах ни капли сна.

Я недоуменно хлопаю глазами. Я это уже слышала, но сегодня я не особо готова к этому.

— В смысле вернуть?

— В том смысле, что ты моя женщина, а твой мужчина.

— И еще шести любовниц, и невесты.

— Ксюша, — он вновь нависает надо мной. — Я захватил весь мир, разве я не смогу решить эту проблему?

— Не знаю, — отвечаю я, пряча глаза.

— Любовниц нет. Как ты думаешь для чего нужен был этот бал?

— Для празднования твоей победы.

— Для празднования моей победы мне было достаточно посидеть в зале со своими людьми, распивая и празднуя, — отвечает он.

— А что было такое?

Фил кивает.

Оу, мужские посиделки. Скрытые и незаметные. И не догадаешься.

— Так зачем?

— Ради принцессы Хели. Мне нужно было ее показать остальным. Она — единственная в своем роде, но при этом очень ценный приз. И, если на ней, женюсь не я, то это может сделать кто-то другой.

У меня даже матерных слов нет.

— Бедная девушка. ты что ее решил свести с кем-то? Сам не женишься, и хочешь ей жизнь испортить.

— Я ее не люблю, — говорит он. — А она могла сегодня с кем-нибудь познакомиться. Считай, что это была дискотека в клубе, где принцесса имела шанс остаться с кем-то.

— Слушай, ну натягивать на ваше общество мозги нашего мира довольно сложно. Тем более девушка уверена, что она выйдет замуж за тебя. Ты ж ее опозоришь.

За голову чуть ли не хваталась та, что сказала Хели забить болт на правителя, и попытать счастья с другим. Вот сама же натягивала свои мозги на чужую задницу. Только Филу нельзя про это говорить. А то еще скажет, что мы так похожи.

— Надо у нее спросить, что она вообще хочет. Может, она хочет вышивать, или путешествовать, или еще что. Кроме замужества. Согласись — это не самое главное в жизни женщины, — вставляю я.

— Можно ее вернуть в Хелгард к наместнику. Он ей поможет, если что. Ксюша, это и есть политика. Я не могу ее просто выгнать. Пусть под присмотром найдет себе мужа, или мужчину, чтобы не было потом хуже мне. От меня зависит не только Фригус, но и твоя жизнь и жизнь Златы. Я готов ради вас весь этот мир в порошок стереть. Весь мир в труху.

— Дай мне время, — в глазах защипало.

— Подумать?

— Поплакать.

— Со мной ты больше не будешь плакать, — говорит он. — Просто позволь мне быть с тобой.

Странно слышать такое после близости. Обычно женщины в такие моменты слышат — прошу за дверь. Но не с ним. С ним вообще все набекрень. Я это чувствую, я знаю, что он искренен.

Ладно, организм взбодрил, и на том спасибо.

— Я к Злате, — наконец-то отмираю.

Поднимаюсь с кровати, не получая никакого сопротивления.

— Могла бы остаться, — говорит он мне в спину.

Смотрю на него, развалившегося на кровати. Прям звезда фитнес-журнала. Красивое мускулистое тело, ни капли жира. Нет мягкого живота, нет второго подбородка. Ну, а вдруг получится? Вдруг, у нас есть шанс? Он же со мной. Готов защищать от всего на свете, ласкать, любить, пусть даже его сердце ничего не чувствует. Он все равно со мной.

А бывшие женщины. Да и ладно с ними. В конце концов, после расставания мы были свободными людьми. Он имел полное право находиться с кем-то, как и я. Просто у правителя мира больше шансов завести личную жизнь, чем у матери-одиночки. Несправедливо, да. Но так и есть. Да и сколько людей расходятся, сходятся. И ничего, живут же и любят друг друга. Тем более, если их все равно тянет друг к другу. Вот, что в этом плохого?

— Могла бы, — собираю остатки своего платья, в которых чудом не разбилась колба.

И каким-то чудом, Фил не заметил ее, пока лапал меня. Не хочу. Не хочу уходить, хочу лечь к нему под бочок и забыть обо всем. Но я не готова.

***

— Злата, подъем, — тормошу сонную дочь.

— Мама, — она открывает глаза.

— Солнышко, возвращаемся домой, — улыбаюсь ей.

Все-таки я решаюсь уйти.

— Холосо, — хмурится она, и поднимается. — Вчела было весело. Я завела новых длузей. А еще бабушка Векси показала мне статуи.

— Ага, — шепчу я, помогая ей одеться.

— А где ты вчела была? — спращивает дочка.

— На балу. Просто закрутилась немного. Скоро буде дома.

— я не хочу.

— Я сделаю блинчики.

— Ну ладно.