Глава 20

За дверцей действительно оказался потайной проход. Он вел вглубь дома, но мы остановились возле узкой лестницы. Здесь магические светильники едва мерцали. Кристаллы в них явно много лет не обновляли. Клеверас все еще держал меня за руку и тянул за собой к ступенькам.

— Не бойся, она крепкая, хоть и выглядит довольно ветхой.

Мы начали подниматься. Лестница стойко перенесла наш вес и даже не скрипнула. Площадка наверху была настолько маленькой, что вдвоем мы почти прижимались друг к другу. Я вновь уловила особый запах графа и жадно вдохнула. Захотелось встать к нему еще ближе, но Клеверас уже отворил дверь на чердак, и я зажмурилась от яркого солнечного света.

Пока я пыталась привыкнуть к бьющему в глаза сиянию, граф вел меня дальше. Он остановился под массивной балкой деревянного перекрытия и объявил:

— Вот где лучше всего осваивать магические умения.

Я в изумлении огляделась. Мы стояли в длинном помещении, которое меньше всего напоминало чердак. Высокий стеклянный потолок создавал впечатление, будто мы парим под небосводом и можем дотянуться до облаков. Дощатый пол сверкал чистотой. Побеленные стены визуально увеличивали пространство. Ни старой рухляди, ни пыли, ни коробок с ненужными вещами — только пустота и золотистые лучи солнца, пронизывающие воздух.

— Что это за место? — шепотом спросила я, боясь потревожить властвующую здесь тишину и умиротворение.

В зеленых глазах Клевераса зажглась гордость. Он с довольным видом улыбнулся и ответил:

— Это сконструированный отцом тренировочный зал. Здесь можно свободно пользоваться магией и не бояться что-нибудь повредить. Присмотрись внимательнее к стенам и попробуй различить частицы.

Оран объяснял, что для выделения магических эффектов на предметах необходимо затронуть их внутренним потоком. Я призвала чуть теплую желтоватую струйку и направила к ближайшей стене. Стоило моей энергии соприкоснуться с зафиксированным колдовством, как использованные частички замерцали золотистыми искрами по всему залу. Получается, здесь повсюду стояла защита, скрадывающая любые магические воздействия.

— Твой отец лучше владел теплым спектром? — Я перевела расфокусированный взгляд на Клевераса и с недоумением заметила неясную черноватую дымку возле висков.

— Нет, он виртуозно пользовался всеми видами потоков. В нашем роду отметились как сильные феи, так и могущественные эльфы. Мне посчастливилось перенять особенности семейного дара.

Я кивнула и попробовала четче разглядеть странный туман, но он исчез. Наверное, показалось из-за всех этих попыток рассмотреть магию.

— Тебе повезло, — продолжал Клеверас, выходя на середину зала, — сегодня солнечно. Ты легко сможешь управиться с потоками при поддержке жарких лучей светила. Попробуй.

— А что нужно сделать?

— Раз тебе легче работать с теплой частью спектра, то лучше начать с призыва созидающих частиц слабого порядка. Отыщи желтоватый поток, направь его вверх и произнеси формулу. Ты уже прочитала об этом?

В «Первой магической книге» объяснялось, что для каждого вида частиц применялась своя формула призыва. Именно от нее зависело, насколько податливыми будут магические эманации.

— Да, думаю, я справлюсь.

— Все будет хорошо. Я рядом, и если что, помогу.

Клеверас отошел к дальней стене и махнул рукой.

— Начинай.

Прикрыв глаза, я обратилась к внутренним потокам, отыскала чуть теплый желтый и, стараясь не выпускать всю накопленную силу, принялась формировать тонкую струйку.

— Придите на мой зов, — начала я припоминать нужную фразу, — соберитесь вместе, окажите милость и созидайте со мной.

Стоило произнести последнее слово, как я услышала легкое гудение и начала озираться. В центре зала кружила стайка желтых искорок и ждала приказа.

— Отлично! Теперь попробуй отдать распоряжение.

— И что попросить?

— А для чего ты дальше планируешь использовать магию?

Я задумалась. Многие одаренные стремились овладеть какой-нибудь особой профессией, чтобы потом устроиться на государственную службу и жить в достатке. Одни становились лекарями, другие — поварами, третьи — следопытами. А что же выбрать мне? На ум пришли долгие часы изнуряющего труда в доме мачехи. Вот если бы я тогда умела колдовать, то гораздо быстрее бы выполняла поручения и тратила меньше сил.

— Я бы хотела облегчить домашний труд магией, — несмело ответила я и потупилась. Вдруг Клеверас сочтет мою идею не стоящей внимания? Колдуны же не ведут хозяйство. За них все делают слуги.

Но граф отнесся к моим словам серьезно и предложил:

— Тогда попробуй наполнить зал ароматом луговых цветов.

Я выпучила глаза и выговорила:

— А это возможно? Сейчас же зима, до появления первых бутонов еще несколько месяцев.

Граф широко улыбнулся и с непоколебимой уверенностью сказал:

— При искреннем желании мага возможно все.

Это звучало так убедительно, что я отбросила сомнения. Представила, как замечательно в суровую морозную пору вдохнуть чарующий запах весны, и громко произнесла:

— Наполните этот зал нежным ароматом весенних первоцветов!

Желтоватая струйка захватила парящие искорки и помчалась вдоль стен по периметру помещения. Стоило им описать круг, как мерцание угасло, а я уловила тонкий робкий запах подснежников.

— Не может быть, — выдавила я, озираясь и пытаясь понять, как так вышло.

— Ты невероятно быстро схватываешь суть, — с озадаченным видом заметил Клеверас. — Прекрасная работа.

— У меня получилось, — пробормотала я. Эта мысль оказалась настолько поразительной, что я не сдержала радостный возглас: — У меня получилось!

Я подбежала к графу, схватила его за руки и в порыве ликования потрясла его широкие ладони.

— Невероятно! Никогда не думала, что колдовать так приятно.

Мягкая улыбка озарила мужественное лицо Клевераса. Взгляд зеленых глаз засверкал восхищением.

— Многим управление потоками дается очень тяжело. Но ты как будто чувствуешь, как выбрать нужный, какую часть использовать и куда направить частицы. Удивительно.

Похвала известного ученого отозвалась таким восторгом в душе, что я на миг крепко его обняла и тут же отступила на шаг.

— Спасибо! Это все благодаря тебе. Ты помог с книгой и всем остальным. Никогда не забуду твою щедрость и бескорыстие.

Граф перестал улыбаться. Взгляд потяжелел, зеленые глаза подернулись темной дымкой. Он с жадностью посмотрел на мои губы и выдавил:

— Ты удивительная, Бель.

Его голос звучал непривычно низко, с волнующей хрипотцой. Сердце подскочило в груди. Внутри все сладко сжалось, и я с ужасом осознала, что невыносимо хочу поцеловать Клевераса. Он стоял передо мной, тяжело дыша, и будто чего-то ждал. В его взгляде отразилась мольба. Граф словно просил поддаться тому волшебству, что так нежданно возникло между нами. Но в моей жизни уже был тот, кому я без оглядки поверила. Ничего хорошего мне это не принесло. Больше я не попадусь в ту же ловушку глупых девичьих грез.

Я отступила еще на шаг, отвернулась и пробормотала:

— Мне пора. Уже много времени, а нужно еще решить, где разместить гостей. Гремор один не справится со всеми заботами.

Клеверас молчал, а я не могла сдвинуться с места. Ноги как будто примерзли к полу. Сил взять и уйти не осталось.

— Д-да, ступай, — послышался глухой, словно звучащий издалека, ответ. — Так будет лучше.

В груди заныло, на глаза навернулись слезы. Что это со мной? Ничего ведь не случилось? Чего реветь? Но почему-то на душе стало до того тоскливо, что я заставила себя развернуться и направиться к лестнице.

— Постой.

Я замерла и стиснула пальцы так, что ногти вонзились в ладони. Безумная надежда неизвестно на что вспыхнула, как ослепительное магическое сияние в безлунную ночь.

— Забыл сказать. Вчера приезжал управляющий и привез подать за полгода. Теперь у нас есть деньги. Можешь нанять столько слуг, сколько понадобится. Ну и купи все необходимое.

Свет незримого чаяния угас. Навалилась усталость. Я побрела к выходу из тренировочного зала, едва волоча ноги.

— Спасибо, учту.

Возле порога я остановилась и в безумном порыве обернулась, мечтая увидеть Клевераса за спиной. Но граф отошел к дальней стене и там что-то бормотал себе под нос. Из груди вырвался вздох разочарования. Звучал он так жалко, что я поскорее вышла на лестницу. Ни к чему переживать о несбыточном. Ни к чему. Только отчего же так ноет сердце?