Глава 8

Ведет себя как хозяин. Мало того, что в том мире, так еще и тут.

— Я хочу быть уверен, что не связался с проходимкой. Забирайте нужные вам вещи, и мы возвращаемся, — сказал он. — Тем более, если в том мире будут ваши вещи, это даст минимальную гарантию моего требования.

Ух, прибить его хочется. Только он-то огромный и сильный. А я по сравнению с ним маленькая и хрупкая.

— Полностью согласна. Для вас тут будет мало места, если вы в рептилоида превратитесь, — съязвила я, направляясь к шкафу.

Где-то там есть сумка. А что? Будем вводить новую моду среди драконов на женские штаны, короткие юбки и футболки.

— В Дракона. Прошу запомнить. По ночам я сплю только как дракон, — ответил он, а я вновь услышала, как открывается комодный ящик.

— А я предпочитаю по ночам спать.

К сумке прилетел комплект интимного белья и Сережина футболка. Вот гад, засунул ее в мой шкаф. Вечно свои вещи кладет куда попало.

И я застыла на месте с футболкой в руках. Слезы появились на глазах. Сегодня я не прижмусь к нему ночью, никто не обнимет меня. Я не буду слушать чужое дыхание…

— Что ж, придется привыкать. Вы сами на это согласились, — ответил мужчина.

Не Сережа.

— Тем более могли бы до утра здесь остаться, — сказал он.

— И вы бы выбросили племянника на улицу, — ответила ему.

— Я даже не хочу с вами об этом спорить. Если для вас приют — это не крыша над головой.

— А разве крыша? Дети одни, без родителей. Каждый день они понимают, что никому в этом мире не нужны, что приходящие дядя и тетя не заберут тебя в семью, а заберут твоего соседа. И в конце концов — вот у тебя был папа, а тут его нет. И никого рядом, кто мог бы поддержать и помочь. Даже родной дядя…

— В жизни даже родители могут отвернуться.

Мужчина был спокоен как сто мертвых удавов. Да ему просто все равно. А я чего распинаюсь?

— Не судите о том, чего не знаете, — холодно ответил он. — Если я что-то говорю, то это значит так оно и есть. Но если меня не хотят слушать, то я никого не задерживаю. Вы все собрали? Хочется выспаться завтра.

А мне на миг, на самую каплю, где-то в глубине души, в такой дебри, что сама от себя не ожидала, стало стыдно.

Он же пошел за мной, не отправил одну. Значит, хоть немного, но можно ему верить.

Так, Каролина, яростная защитница детей, успокойся. Если вы сейчас поругаетесь — он уйдет, и Коля останется один. Лишь это охладило мой пыл. Высказалась, выпустила пар. Вот и все. А мужчина кремень.

— Я могу еще в душ сходить? — спросила его.

А что? Я целый день проходила без водных процедур. Надо же и для себя что-нибудь сделать.

— Идите, — мужчина опустился в кресло, а затем приподнялся и достал плойку из-под попы.

Хмыкнул на сей девайс.

— Это для волос, — ответила я.

Жаль, что она выключена была.

— Буду знать, — он положил ее на стол.

А я нашла свою ночнушку, взяла белье и отправилась в душ.

Круто жизнь поменялась. У меня в кресле сидит мужик из другого мира, умеющий превращаться в динозавра. И я спокойно иду при нем в душ. Будто так и должно быть. И что не ворвется он в ванную, выбив дверь и сорвав занавеску. Или ворвется?

Так, Каролина. Перестань о нем такое думать. Я же в душ пошла, чтоб остыть. И чтоб он остыл. А то вернемся в его мир, а он в динозавра превратится и съест меня.

Я выгнала своего жениха из дома из-за беременной любовницы. А ведь Сереже она не нужна. Если ребенок не нужен родному отцу, то что говорить о мужчине и его племяннике.

Может, проще относиться к ситуации? Ну, не хочет и не надо. Главное, что с Колей буду я. А дядя, а вот с дядей не будем просто ссориться и будем держаться подальше. Хотя так хочется, вот прям зудит, чтоб он снял свою эту маску холодности. Хочется, чтобы понял, что нельзя так поступать. Ребенок маленький, не он же ему ногу сломал.

Их надо будет сдружить. Где бы мне столько терпения взять?

Я вышла из ванной, насухо вытеревшись и надев ночнушку.

Мужчина все еще сидел в кресле. Только на этот раз он откинул голову на спинку. Он даже не среагировал и не проснулся.

— Клейтон, — тихо позвала я, но не получила ответ.

Он говорил, что если мы коснемся друг друга, то перенесемся. Но если мы перенесемся, а он спит? Ага, и утром он окажется в моей комнате. Как-то не самый лучший пример для ребенка.

Ладно, утром все решится.

Утром я проснулась рано. И на удивление выспалась.

Клейтон лишь немного сменил позу во сне, но так и не встал с кресла. Его трость лежала рядом, отсвечивая рубиновыми бликами от раннего солнца.

Надо бы его разбудить. Если включу будильник — он меня вместе с ним сожжет на месте. Мелодия-то противная, а у меня живой динозавр в квартире. Ну, точнее, он сейчас мужик, а по ночам зверь. Огромный и шипастый. Если такого будильником разбудить, то проглотят Каролину со всеми косточками.

А вот у кофе приятный запах. Сварила себе и мужчине. Вернулась в комнату.

Мужские ноздри дернулись, когда аромат распространился по комнате. Клейтон открыл глаза, недоуменно глядя на комнату, а затем перевел взгляд на меня.

— Доброе утро. Понимаю, что рано, но лучше выпить кофе и вернуться, пока ребенок не проснулся, — я поставила чашки на стол. — Угощайтесь.

Но мужчина не взял ничего. Как-то неловко. Может, он смущается? Или голодный?

Просто кроме сонливости я на его лице ничего не могу прочесть. Вот с Сережей было проще. Вечно недовольное лицо по утрам, будто ему под нос подбросили колорадского жука.

Ладно, если этот не хочет, то я не откажусь. Подула на горячий напиток и немного отпила.

— Пейте. Он не отравлен, — сказала я.

— Как знать. Предпочитаю выпить после того, как кто-то попробует, — ответил он.

Вернула чашку на стол. Слишком горячо. И я про кофе, а не про полуголого мужчину напротив меня.

Клейтон потянулся за чашкой, но при этом взял мою. И даже не за ручку, а целиком. Мигом проглотил остаток кофе.

— А еще лучше допить за тем, кто наливал, — пояснил он, вернув на стол пустую чашку.

Нет, Сережа и за мной, бывало, допивал, и меня это безумно бесило. Еще бывало, и моей расческой мог по своему ежику провести. Не люблю такое.

— Буду знать. В следующий раз допью быстрее, — ответила я.

Что-то мне кофе перехотелось.

— Вы все собрали? — спросил мужчина, оглядывая комнату.

Его взгляд задержался на совместной фотографии меня и Сережи. Мы стояли счастливые в обнимку. Не успела вчера выкинуть ее.

Но по каменному лицу мужчины нельзя было понять, как он отнесся к фотографии. Да у него во сне и то больше эмоций.

— Вы говорили, что превращаетесь в дракона ночью, — сказала я.

— Если бы я превратился здесь, то разнес бы весь дом. Так что в дракона только у себя, — Клейтон посмотрел тяжело на меня. — Возьмите кофе с собой.

— Он мне там пригодится?

— Нет, он мне понравился. Буду премного благодарен, если по утрам вы будете мне его варить, — ответил он и поднялся.

И в постель подавать. Так, Каролина! Что за мысли?

Все-таки взяла баночку кофе и чая. И даже сахар на всякий случай. А вдруг там дефицит сладкого?

Нет, ну как смотреть по-другому, когда он вот так потягивается, поигрывая мышцами. А эти мощные ноги. И даже слегка опухшее колено не так бросается в глаза.

Ох, я таких мужиков только в фитнес клубе видела. А тут у меня дома — тогда, когда я рассталась с женихом. И никакого желания водиться ни с кем больше нет.

— Берите сумку, — Клейтон кивнул на мой багаж, из которого торчали ниточки интимного белья.

Я коснулась ручки сумки и ощутила теплое прикосновение к своей руке. И вновь подкинуло и опустило. Мы очутились в комнате, которую мне выделили.

— Что ж, доброго вам утра, — Клейтон поднял с пола кристалл. — Какая незадача, я забыл у вас свою трость. А она мне очень дорога.

Кристалл загорелся янтарным светом наполовину.

— Я вам ее верну.

— Не сегодня, — он положил кристалл на прикроватную тумбочку и поковылял из комнаты, запинаясь на каждом шагу.

— Вам помочь? — спросила я, когда он подошел к двери.

Тяжело же ему ходить.

— Нет, боюсь, вы ничего не смыслите в этом мире, — протянул он. — Но спасибо за предложение. Занимайтесь ребенком.

Ясно, сильные мужчины не просят о помощи. Раз уж хромает, то и вида не подаст, что ему она нужна.

Я выскочила в коридор, когда Клейтон уже вышел. Увидела его медленно движущуюся фигуру по коридору. И сама не знаю, что на меня нашло.

— Что вы делаете? — удивленно спросил он, когда я подошла и положила его руку себе на плечо.

— Ничего такого, — прошептала я, густо краснея.

Теперь я почти всем телом ощущала его тепло.

— Просто хочу на кухню выпить водички, — тут же сказала, немного подтолкнув его.

Ну и тяжелый же он.

— Любите же вы влезать туда, куда не надо, — хмуро подметил он.

— Талант, — ответила ему.

— Я уже привык так ходить. Не стоило помогать, — сказал он.

Забрал руку, проведя пальцами по моему плечу.

Мы встали посреди коридора. Только бы никто не увидел нас. А то как-то стыдно, что я так вылетела на мужика, будто я вешаюсь на него. Хотя по сути сама его на себя повесила.

— Давайте договоримся. Мне бы не хотелось сталкиваться с вами в течение дня. Вы с ребенком в этой части дома, я в другой. Вы будете уходить в свой мир. И в четыре часа дня, когда у Николая будут заканчиваться уроки, вы будете приходить сюда.

— Но я работаю в том мире до шести.

И когда мне искать Марину, спрашивается?

— Что ж, тогда вам придется сменить работу. Ребенка больше некому будет забирать. Точнее, некому будет им заниматься, пока вы будете в том мире.

Ясно, надо уволиться. Хотя жалко — четыре года отдала работе. Да, что-то у меня все в жизни по четыре года. Что ж, моя жизнь уже и так поменялась благодаря семилетнему мальчику. И это ответственность серьезная. Еще и в чужом мире. Ужас, что же будет дальше.

— Густав будет вас отвозить и забирать.

— Хорошо, я поняла, — скрестила руки на груди.

— Чудно. Мне бы хотелось еще немного поспать.

— То есть сейчас в доме все проснутся?

— То есть сейчас я разозлюсь, — в его глазах вспыхнул огонек, а в уголках губ появился намек на улыбку.

Не такой он уж и черствый. Не знаю почему, но вот не пугает он меня совсем. Ну пока он мужик, а не динозавр.

Невыспавшийся мужчина хуже атомной войны. Пусть отдыхает.