Глава 9

Дом больше не трясся, и мне удалось поспать еще пару часов. Или дракон спать не ложился, или ложился уже человеком. Или вообще не спал. А я чем думала, когда оставила его на ночь? Чувствую себя изменщицей. День не прошел с расставания, а у меня в квартире уже другой мужик ночевал.

Дверь скрипнула и немного открылась. Маленькая белобрысая голова пролезла в получившуюся щелку.

— Доброе утро! — на меня обрадованно полетел ребенок.

Плюхнулся на кровать и обнял меня. На мальчике была рубашка, похожая на ту, в которой он ко мне заявился в моем мире.

— Ты не ушла. Я думал, ты уйдешь.

— Да куда я от тебя денусь? — риторически спросила.

— Пошли играть?

— Ребенок, ты ел? — погладила его по голове.

— Не-а. Не хочу. Хочу играть, — сказал он и потащил меня за руку.

— Так, Коля, стой.

Что ж он такой активный?

Я установила с ним зрительный контакт.

— Давай договоримся? Перед тем, как зайти ко мне в комнату — ты стучишься. Сначала мы едим, а потом все остальное.

— Но я не хочу.

— Ну, ты же хочешь вырасти огромным драконом?

— Хочу быть как папа, — ответил он, а в его глазах появилась грусть.

— Вот для этого надо хорошо и правильно питаться. Так, сейчас мы оденемся и пойдем. Хорошо?

Мальчик кивнул.

— Ты сам сможешь? — уточнила у него.

Он вновь кивнул и вскочил с кровати. В один момент скрылся за дверью. Ничего себе шустрый.

Так, а мне что надеть, чтобы и общество не слишком порицало, и чтоб не сильно было травмировано.

Ну и накидала я себе — белье, шорты, футболочки, пару платьев, правда, они короткие. О, вот юбка длинная в пол, а-ля цыганка на вокзале. Зачем купила? Не знаю, но пригодится.

Спортивный костюм. Ладно, ничего же не будет от женщины в штанах? Надела свой любимый темно-синий костюм. Все равно в спортивном удобней, чем в чем-либо другом. Да если готовить придется.

Ох, а как нам с питанием определиться? Опять придется общаться с Клейтоном. Чтоб точно знать, может, мне у себя в мире надо будет закупать продукты. Без зарплаты, без работы, да. Просто все шансы выжить.

Коля на этот раз надел штаны и рубашку. Хоть не задом наперед.

— Вы нас накормите? — спросила я у кухарки Фра.

Та стояла над котлом с безумно ароматным запахом.

— Клейтон на ваш счет ничего не говорил, — протянула она. — Так что я не знаю. Кстати, там осталась ваша похлебка…

Последние слова она чуть не выплюнула.

— Благодарю, но насколько я понимаю, здесь еще должны были остаться продукты, которые закупались при бывшем владельце.

— А я что, по-вашему, варю?

— Вот и отлично, — я победно улыбнулась. — Думаю, Клейтон не будет против, если ребенок поест свою же еду.

— Слушайте, я здесь кухарка. Мне сказали приготовить завтрак для Клейтона и его людей — его я и готовлю. Честное слово, я могла бы вас накормить, но понимаете, приказа не было, а ослушаться его… В общем, я вам вчера уже все рассказала, — она развела руки в стороны.

Вот же ж. Вернула мне мои же слова, только более завуалировано.

Ладно.

— Коля, где твой единорог? — я наклонилась к ребенку.

— В комнате.

— Хорошо, иди поиграйся. Я пока приготовлю покушать, — сказала ему.

Две хозяйки на одной кухне — сплошная борьба двух половников. А Клейтона я еще не настолько хорошо знаю, чтобы бегать жаловаться по всякому поводу. К Сереже же я не бегала по каждому поводу, а он мне на секундочку женихом был.

Сильная и независимая женщина может и сама приготовить кашу. А я сейчас буду становиться именно такой. Тем более свое всегда вкуснее. Все-таки когда рядом мужчина, какая-то часть обязанностей на него ложится.

Благо кухня большая. Я достала кашу и закинула ее в казан. Фра что-то кряхтела у меня за спиной.

Я налила воды в стакан и выпила. Не думаю, что и воду нам нельзя здесь пить.

— А где обычно завтракали хозяева? — спросила я у нее, когда она выкладывала огромный шмат мяса на тарелку.

А затем достала второй.

— В теплое время в саду, а так в зале. Как с вами — не знаю.

Я разложила кашу по тарелкам.

— Вот, возьмите. Ребенку нужно мясо есть, — Фра отрезала небольшой кусок от того, что выложила. — Думаю, Клейтон не будет злиться.

Улыбнулась она.

— Спасибо, — я тут же порезала мясо на ломтики и положила себе, а потом помыла пару огурцов.

Хорошо, еда от нашей не отличается.

На кухне было сильно жарко, и я решила поесть хотя бы у себя или у Коли в комнате. Думаю, ребенок обрадуется.

Служанки забрали блюда для Клейтона, а я направилась за ними, удерживая две горячие тарелки. Только бы не уронить.

Только на подходе к лестнице, ведущей к двум крылам дома, я увидела картину — Клейтон и Коля стояли друг напротив друга. Ребенок держал в руках своего единорожка, а лицо грустное — вот-вот заплачет.

Так, если Клейтон что-то сказал не то ребенку, то я ему кашу на голову вывалю. Он, конечно, вряд ли что-то почувствует, но хоть я получу моральное удовлетворение.

Он повернул голову в мою сторону, будто учуял, а за ним и Коля, обрадованно посмотрев на меня.

— Это что такое? — спросил Клейтон, опустив глаза к тарелкам.

Нам что, есть уже нельзя?

— Еда. Мне и Коле, — я подошла поближе.

Так, Каролина, спокойно.

— Еду подают в саду. Почему ее носите вы?

— Мне так удобней, — ответила ему, ощущая, как тарелка ощутимо нагрелась.

Не самая лучшая идея держать ее в руках. Надо было хоть поднос взять.

— Идите в сад, там уже накрыли на стол. И что это за жижа?

— Это не жижа, это каша! — возмутилась я. — Между прочим, это мой фирменный рецепт.

— Вы еще и готовили?

— Мама вкусно готовит, — вставил Коля.

А я уже обиделась. Взяли и недооценили мою готовку по внешнему виду.

Клейтон прикрыл глаза и потер их пальцами.

— Так, идите в сад, — сказал он.

А я почувствовала, что пальцы уже конкретно печет. Даже скривилась.

— Что такое? — спросил он, холодно посмотрев на меня.

— Горячо, что, не видите? — я оглянулась в поисках хоть какой-то поверхности.

Но почувствовала лишь, что тарелки стали легче, а мужчина ближе. Он взял их с другого края.

— В сад, — сказал он, не отводя от меня взгляда. — Отпустите.

С радостью!

— Спасибо.

— А папа не носил тарелки, — влез Коля.

— Порой в жизни надо и тарелки поносить, чтобы вышел толк, — ответил Клейтон, посмотрев на ребенка.

И пошел первый, слегка подворачивая ногу. Ну а мы за ним.

Мы вышли в огромный запустевший сад за домом. Некоторые деревья без листьев, кусты с пожелтевшей и почерневшей листвой.

На террасе стоял небольшой стол на несколько персон. И за ним уже сидела Лиза.

— Доброе утро, — поздоровалась она, когда увидела нас.

А лицо все такое же надменное, будто ее с челядью заставили поздороваться.

— Доброе, — я улыбнулась.

Клейтон поставил тарелки на стол.

— Дамы, приступайте без меня. Мне необходимо переговорить со слугами, — сказал он.

Очень спокойно и очень хладнокровно. Мужчина, у которого безграничное терпение — редкость.

Лиза побледнела.

— Что-то не так, господин Дафф? — она подскочила со стула.

— Все в порядке, Лиза. Каролина и Николай такие же жильцы этого дома, как и мы. И, видимо, слуги недостаточно верно поняли мое распоряжение, — сказал он, переведя на нее взгляд.

Она нервно сглотнула.

— Я им говорила, — Лиза вышла из-за стола.

Но Клейтон уже вошел в дом, а его помощница за ним. Как хвостик за собачкой. Точнее, за драконом.

— Дядя на папу похож, — печально заметил Коля. — Я хотел к тебе прийти и встретил его. Он хотел моего единорога глянуть.

— И ты показал?

— Да, но он ему не понравился. Страшный, — помахал головой ребенок.

— Дядя или игрушка? — спросила я.

— Дядя. Но я его не боюсь.

— Правильно, ты у меня смелый защитник. А теперь ешь, пока не остыло.

А вот я решила дождаться остальных, которые не заставили себя ждать.

На лице Клейтона не было написано ничего, а вот Лиза выглядела немного подавленной. Или мне так хотелось. Просто слишком уж часто она ведет себя как выскочка.

Мужчина сел во главе стола, положив салфетку на колени.

Надо было то же самое сделать и Коле, а то он еще себе кашу на рубашку и на штаны накидал. И по столу немного, но хоть ел с аппетитом.

Но еще большее удивление вызвало то, что Лиза съела огромный кусок мяса, пока мы с ребенком клевали кашу. Точнее, жижу, как назвал ее Клейтон.

— Я могу попробовать? — спросил мужчина, глядя на остаток каши.

— Да, конечно.

Я к мясу даже не притронулась. Его я уже отсыпала Коле.

Передала тарелку мужчине.

Если б не его каменное лицо, мне бы показалось, что он с некой мукой поднял ложку с кашей. Еще и так скрупулёзно посмотрел на нее. А потом попробовал.

Я застыла, будто я участница кулинарного шоу, а ведущий как возьмет, как швырнёт тарелку в стену с криком — что за белиберду я приготовила.

Но Клейтон лишь отложил в сторону ложку.

— Не люблю кашу, — ответил он и доел свое мясо. — Сегодня к нам приедет мой давний друг — господин Мишель Скрив со своей семьей. Насколько я слышал, Николай учится с его сыном в одном классе.

Николай кивнул.

— Прекрасно. Дети смогут поиграть.

— А у госпожи Каролины есть платье? — спросила Лиза. — Негоже гостей встречать в штанах.

Да у меня такие платья, что лучше гостей вообще не встречать.

— Вы у себя в мире носите такие платья, как у Лизы?

— Нет, — я покачала головой.

Клейтон посмотрел на меня, а потом на Лизу. Потом опять на меня и на Лизу. Прищурился.

Мы переглянулись с ней, догадываясь, о чем он думает.

О, этот взгляд, когда увидела с подругой одну и ту же шмотку, и хочется урвать ее себе.

— Но, господин Дафф… — начала девушка.

— Лиза, у нас нет времени, чтобы ты с Каролиной съездила за платьями. Тем более надо будет просмотреть документы, оставленные после смерти моего брата, — Клейтон поднялся. — Вынужден вас покинуть на время.

Он ушел, слегка прихрамывая.

Мы переглянулись между собой. Да, Лиза готова меня просто съесть. Вот реальное ощущение, когда смотрю на нее.

* * *

— Безвкусица, — выдала Лиза, когда я показала ей свою единственную длинную юбку.

— Ничего не безвкусица. Ее носить надо уметь, — ответила я, немного обидевшись.

Мы уже битый час не могли определиться с одеждой. Клейтон еще распорядился, чтобы Лиза составила меню на вечер, и чтоб Фра с помощниками все приготовили к приходу гостей.

— Она же в складку, и вообще цветастая какая-то, — нахмурилась девушка, осматривая мою длинную юбку. — И тонкая. Все просвечивать будет.

— Милая моя, а в твои вещи я если и влезу, то в одном месте сильно растяну, — ответила ей, показав на грудь. — Тем более в ней ничего не просвечивает.

У нее-то еле видный первый.

— Ноги видно. Их контур.

— И что?

— Как что? Никто не должен их видеть. Это некрасиво. Нам нельзя позорить господина Даффа перед гостями, — Лиза показала мне на одно из своих платьев в стиле «а бабушка когда-то была молодой» светло-коричневого цвета с темной мелкой клеточкой. Оно было с высоким воротом и скрывало все тело. К тому же ткань тяжелая. Задохнуться можно.

— Я же не голая буду. Что позорного в моей одежде? Она чистая, выглаженная и приятно пахнет. Поверь, это самое главное. Можно быть самым бедным человеком в мире, иметь всего одно платье. Главное — аккуратно носить, — сказала я.

— Она не такая, как у нас! — возмутилась девушка.

— А это просто друзья. Вчера Клейтон был на похоронах брата, — напомнила ей. — Я сомневаюсь, что они будут придираться к одежде.

— Вы плохо знаете высшее общество, — скрестила руки на груди Лиза, пока я натягивала юбку. — Внешний вид — самое первое, на что обращают внимание.

— Встречают по одежке, провожают по уму, — усмехнулась я. — Ну как?

Так удивительно показывать кому-то из другого мира одежду, которую чуть ли не каждый день носишь на работу. Еще и ждешь мнения модника.

— Это ужас, — процедила Лиза. — Хотя бы свое похоронное наденьте.

— Нет, — ответила ей.

Не могу надеть то, что служило для печальных событий.

Лиза тяжело вдохнула и выдохнула.

— Но как вы не понимаете, в таком не ходят.

— А как ты думала, вообще появляется мода? Кто-то что-то надел не так или задом наперед и вышел в люди. Кому-то понравилось — и пошло-поехало в массы. Или наоборот: порвала часть одежды — и вот новая модель. А если ты еще и можешь это показать многим, то тут вообще без шанса, что кто-то не последует за тобой.

— Такое точно никто носить не будет.

— Хорошо, кто эти друзья Клейтона? Высшее общество. Они видят, как ходит и как позволяют ходить… — я на секунду подвисла, — маме Николая. Что будет думать жена друга? Если ей так можно, то, может, и я так могу.

— Скорее, будет думать, что это неприлично и что так никто не должен ходить, — вставила Лиза.

— А ты глянь на ткань. В ней же жарко.

— Ничего не жарко. Мы, драконы, вообще не чувствуем жару, — сказала она, скривившись.

Да у нее так морщин будет полно, если не прекратит. Молодая же девушка.

Спорить со мной — лишь нервы тратить.

Они не чувствуют жару. Это я тоже заметила. Как спокойно Клейтон пил кофе. Только я рядом с ним еще как чувствую тепло. А вот рядом с Лизой нет. И рядом с Колей тоже ничего не чувствую, но он ребенок.

Ожидание гостей было довольно-таки напряженным.

Лиза бегала по дому, как ужаленная. Доставалось всем слугам. Прям как хозяйка в доме. Хотя я тоже так нервничала, когда к нам домой в первый раз приходили Сережины родители. Хотелось показать, что я хорошая хозяйка. Собственно, в этом и ответ на мои подозрения. Ну и ладно. Мне пока точно не до мужчин. Тут бы свое сердце привести в порядок, чтобы оно с каждой минутой не вспоминало про время, проведенное с любимым. Даже время с Колей не глушили всю ту боль, что таилась во мне.