Глава 15

Парк… изменился.

Со вчерашнего дня цветущий зеленый парк, а точнее, самая дальняя его часть изменилась до неузнаваемости. Именно в этом месте — в нескольких шагах от фонтана, что по форме напоминал конус, — мы впервые встретились с герцогом де Зентье.

До ворот было рукой подать, но даже отсюда я видела, что они не только надежно заперты, но еще и усиленно охраняются. Охраны вообще стало гораздо больше — серые мундиры гвардейцев я замечала тут и там, и это несказанно нервировало, но в свете последних событий было вполне объяснимо. Да только на гвардейцев-то сонные чары вчера тоже подействовали.

— Рад приветствовать вас этим днем, — распинался герцог, стоя напротив выстроенных в ряд кандидаток в гувернантки, пока мы с Анги сидели на скамье, любуясь цветами.

После нашей последней встречи гувернанток осталось пять, но меня по-прежнему интересовала только одна — леди Обилия. Эта молодая женщина хоть и казалась несколько чопорной, хотя бы заслуживала лишний балл за сдержанность в одежде и строгие нравы. Не этого ли хотел герцог, подыскивая для Ангилии гувернантку?

Он ведь прав: девочка растет и за ней нужен только глаз да глаз. А уж учитывая всевозможные правила этикета, по которому даже вздохнуть можно не так, как следует, хорошая гувернантка Анги просто необходима.

— Итак, сегодня состоится последний этап отбора. Задание для вас приготовлено сложное. Как видите, мы немного изменили парк для реалистичности, — обвел мужчина взглядом темные деревья с голыми серыми стволами, хмурое небо, что вот-вот обещало дождь, и сгущающиеся сумерки на фоне проскальзывающего по земле тумана. И все это днем, когда в десятках метров от нас ярко светит солнце. — Вас будут вызывать по одной. Ваша задача — действовать так, как бы вы поступили, будь ситуация настоящей. И поверьте, щадить вас никто не станет. А теперь прошу за черту.

Мы с Анги тоже поплелись на солнышко, следуя за жестом герцога. Здесь, на нормальном участке дороги, стояла красивая темно-синяя карета с нарисованным гербом на дверцах. Туда-то нам и предложили зайти, а едва первая дама очутилась в экипаже вместе с нами, карета тронулась.

— Интересное испытание, не правда ли? Ваш папенька большой фантазер, — защебетала блондинка, обращаясь к Ангилии, на что девочка лишь вздохнула и вымученно посмотрела на меня.

Я в ответ пожала плечами. Увы, от меня ничего не зависело. Собственно, как и от Анги, да только переглядываться времени не осталось. Кони как-то странно заржали, а карета резко затормозила, качнувшись. Будто мы на ухаб наехали.

— Это уже задание? — спросила кандидатка в гувернантки, поправляя кружево на платье.

— Не знаем, — ответила я за нас обеих, и тут же стеной хлынул дождь, барабаня по крыше экипажа.

— Бегите! — закричал возница, стукнув по стене.

Левая от нас дверца открылась в то же мгновение, а внутрь ворвался тип неотесанной наружности. Его страшная заросшая морда испугала даже в полумраке кареты, а уж топор, сверкнувший в его руках, заставил меня на миг вообще забыть, что все это не по-настоящему.

Действовала на голых инстинктах, прикрывая девочку своей спиной. Мозг лихорадочно подыскивал варианты нашего спасения, а белокурая нимфа как сидела, так и продолжала сидеть. Только сказала:

— Ушки закройте.

И я закрыла, но не себе. А зря. Потому что главным оружием этой барышни оказался дикий, просто напрочь оглушающий визг. Буквально через несколько секунд я была полностью солидарна и с разбойником, и с его топором, который намеревался кого-нибудь покромсать.

Банши — я даже не знала, что такие существа есть на земле, но именно их кровь текла в первой кандидатке, позволяя ей оглушать противника, деморализуя его таким образом.

Мне понадобилось несколько долгих минут, чтобы прийти в себя. И то без помощи герцога я навряд ли оклемалась бы так скоро. Именно его магия — странная, страшная, но очаровывающая и захватывающая дух — вылечила меня. Анги же помощь не понадобилась.

— Если и вы закричите, я буду вынуждена вас ударить, — сразу предупредила я вторую девушку — рыжеволосую бестию, в чьем декольте вполне можно было спрятать маленькую сокровищницу.

Ангилия на мою реплику довольно улыбнулась, а дамочка поджала пухлые губы, всем своим видом показывая, что мое здесь присутствие явно лишнее. Ох уж эти заносчивые аристократки!

Все повторилось с точностью до мгновения. Карета тронулась, кони заржали, дождь хлынул, а в стенку экипажа ударил извозчик, предлагая нам сматываться прямо сейчас. Спокойно спрятав себе за спину Анги, я сложила руки на груди, ожидая разбойника.

И вот интересно, много ли платят этим разбойникам за участие в спектакле? А еще, есть ли у них медицинская страховка?

Ангилия смеялась, хохотала до слез, пока я, пребывая в шоке, наблюдала за тем, как рыжеволосая аристократка технично забивает разбойника своими туфлями. Причем туфли у нее уже не раз забирали, но они каким-то чудесным образом снова и снова появлялись на ногах у хозяйки. Если бы не герцог, остановивший испытание, боюсь, лечить бы было уже некого.

Третья кандидатка начала проходить испытание безотлагательно. Анги надоело сидеть в углу за моей спиной, но я была неумолима. Мало ли — топор-то у разбойника настоящий, а о технике безопасности здесь слышали навряд ли. Нет уж, если кого и подвергать возможной опасности, то только меня.

Правда, в этот раз все закончилось, едва начавшись. Как только дверца кареты открылась, а внутрь заглянула косматая голова разбойника, черноволосая неженка технично рухнула в обморок, расползаясь по мягкой скамейке.

— Чего это она? — почесал свои пакли исполняющий роль разбойника.

— Видимо, использует метод опоссума, — ответила я, но, видя непонимание на грязном лице, пояснила: — Это когда в случае опасности мертвым притворяются.

Четвертая кандидатка вела себя максимально сдержанно. Она не пыталась елейно улыбаться, заговорить Ангилию или обратиться ко мне, чтобы выяснить, что ее ждет. Напротив, она будто совсем и не волновалась. В чем причина, я поняла в тот самый момент, когда карета тронулась.

Экипаж только-только начал движение, а я каким-то невообразимым образом ощутила опасность. И не только я. Анги, сидящая у меня за спиной, заметно напряглась, впиваясь пальцами в мои плечи. Все произошедшее заняло буквально миг, за который девушка поднялась и положила на сиденье черную горошину, что в мгновение ока обернулась светящимся маревом, по форме напоминающим зеркало.

Кинжал, прятавшийся в рукаве платья, оказался в руке кандидатки. Хищно оскалившись, она обернулась к нам. На принятие решения у меня была только секунда. Вцепившись пальцами в скамейку, я ногой ударила девушку в живот. Схватившись за мою щиколотку, она согнулась пополам, качнулась. Я понимала, что она устоит, потому и ударила второй ногой, удерживая свой вес на руках и полагаясь на то, что ногу мою схватили.

Полыхающее марево жадно проглотило черноволосую, но, увы, не исчезло.

Едва ли соображала, что делаю. Схватив Ангилию, я толкнула дверь и накрыла рукой ее голову, выпрыгивая из кареты прямо на ходу. До разбойников мы не доехали всего ничего.

Посадка моя была далеко не мягкой. Больно ударившись спиной, я по инерции еще подпрыгнула на жухлой траве и пролетела дальше, крепко прижимая к себе девочку.

— Помогите! — сипло выдавила из себя.

Из-за боли соображала туго. Кажется, сильно оцарапала спину, но дальше от меня уже ничего не зависело, потому что герцог де Зентье был тут как тут. Именно он раздавал команды, передавал Анги под охрану гвардейцев и изучал содержимое экипажа.

Сияющее марево растворилось бесследно, не оставив после себя даже горошины. О ней-то я и поведала Себастьяну, пока мужчина осматривал мою спину.

— Сандра, не вертись, или мы сейчас же вернемся в замок! — рыкнули на меня, пока я уворачивалась от чужих рук.

— Да у вас пальцы холодные! — возмутилась я, но меня все-таки поймали.

Платье было местами разодрано, а местами на спине порвано герцогом — для удобства. И все это на глазах у кучи народа, пусть их и заставили отвернуться.

— Так что это было? — почувствовав, как ноющая боль отступает, с облегчением переспросила я.

— Портал для перемещений. Причем если верить вам, то на короткие расстояния. Не больше двухсот метров.

— Радиус действительно зависит от цвета?

— Скорее цвет от радиуса, — поправил Себастьян, заканчивая. Сняв с себя камзол, мужчина накинул его мне на плечи. — Поднимайтесь, на сегодня все. Продолжим испытание без вас. Да и Ангилии лучше остаться в замке.

— Что касается меня, то я вашими стараниями уже в порядке. Платье, конечно, жаль, но ничего. Думаю, пять минут перетерплю, пока леди Обилия пройдет испытание.

— И я! Я тоже потерплю пять минут! — нарисовалась между нами Ангилия, прижавшись к отцу.

— Анги, нехорошо подслушивать, — потрепал мужчина девочку по голове и обнял одной рукой, крепче прижимая к себе. — Мы с мисс Сандрой еще не договорили. Я как раз собирался выразить ей благодарность…

— Лучшей благодарностью будет возможность остаться. Уж леди Обилия точно не станет на нас нападать, — постаралась я улыбнуться. — А если вы беспокоитесь, мы можем просто посидеть здесь. Правда, Анги?

Честно говоря, на самом деле я была сейчас не в состоянии пересечь парк и дойти до замка. Меня сотрясала мелкая дрожь — это слышалось даже по голосу. Никак не могла успокоиться, хоть и прикладывала максимум усилий, чтобы казаться невозмутимой.

Да, меня напугало произошедшее, но напугало совсем не то, что у черноволосой кандидатки был кинжал. И даже не то, что нам пришлось выпрыгивать из кареты. Напугалась я гораздо позже, когда поняла, что целью девушки было похищение Ангилии. Этот факт и вызвал у меня страх.

На защищенной территории. В окружении сотен гвардейцев в серых мундирах. В парке, где каждый миллиметр был пронизан магией.

Да что уж говорить о других? Я сама находилась здесь с определенной целью, но рядом со мной девочка хотя бы не была в опасности. Точнее, была, но эта опасность исходила не от меня.

— Ваша Милость, разрешите обратиться? — окликнула нас леди Обилия.

Получив от герцога молчаливое согласие, женщина направилась к нам, придерживая юбки, чтобы не споткнуться в траве. Поравнявшись с нами, она ласково улыбнулась Анги и чуть присела в реверансе перед герцогом, подавая ему руку для поцелуя.

В следующее мгновение произошло сразу несколько вещей.

Кольцо, о котором я уже успела забыть, нестерпимо обожгло палец, вынуждая меня неконтролируемо вскрикнуть. За секунду до этого леди Обилия внезапно схватила Ангилию за руку, дергая девочку на себя. Еще через мгновение к шее Анги был приставлен тонкий стилет.

Вот так уже во второй раз я убедилась, что действительно совершенно не разбираюсь в людях. Рома, а теперь и эта лживая леди.

— Чаша Желаний, герцог де Зентье, — выплюнула женщина, прижимая девочку к себе.

— Попрошу без резких движений, — холодно произнес Себастьян, поднимая вверх раскрытые ладони. — Отпустите Анги, и я гарантирую, что самолично отдам вам Чашу Желаний.

Женщина рассмеялась. Зло. Страшно. В ее смехе, в застывшей на лице гримасе с легкостью читалось все то, что вслух произносить и не нужно было. Девочку она не отпустит — это было ясно как день, а иначе ей просто не дадут уйти.

— Леди Обилия… — попыталась я хоть как-то помочь. Лихорадочно придумывала выход из ситуации, и, наверное, герцог де Зентье занимался тем же.

— Я не собираюсь стоять здесь до вечера! Чашу! — оборвала она мою речь, пока Ангилия тихонько плакала.

Я не могла смотреть на девочку! Внутри все сжималось от страха за нее.

— Отпустите мою дочь, и я гарантирую… — снова начал герцог, а я отмечала медленно окружающих нас гвардейцев.

— Чашу! — начала пятиться женщина, собираясь обернуться.

— Леди Обилия! — громко воскликнула я, поднимаясь с бревна, на котором сидела, отвлекая ее. — Отпустите девочку и возьмите меня вместо нее. Неужели вы не видите, что пугаете ребенка?! Я дорога Себастьяну не меньше — я его невеста. Возьмите меня, и мы с вами тут же отправимся к Чаше Желаний. Вам даже герцог не нужен. Я знаю, где она спрятана.

С каждым произнесенным словом я приближалась к ним. Смотрела исключительно женщине в глаза, удерживая ее внимание только на себе. Тихое: «Что ты творишь?» — от герцога де Зентье напрочь проигнорировала. Главное сейчас было спасти Ангилию, потому что дама оказалась максимально непредсказуемой.

Видела, что мои слова породили в женщине сомнения, что заставило ее крепче прижать стилет к шее Анги.

— Ну же? — надавила я, делая последний шаг. — Я знаю, где Чаша Желаний. За нами никто не пойдет. Туда отправимся только мы.

Последние слова и стали решающими. Оттолкнув Анги, она схватила меня за руку, вынуждая повернуться к ней спиной. Одной рукой крепко сжимала мои волосы, второй удерживала у моей шеи стилет.

— Если кто-то пойдет за нами, я ее прирежу! — зло предупредила леди. А леди ли? — Куда идти?

— Нужно развернуться и по дорожке вперед, до второго фонтана.

Идти было откровенно неудобно. Приходилось пятиться, но я хотя бы еще успела заметить, как герцог обнял дочь, крепко прижимая ее к себе. В его синих глазах читалось облегчение, благодарность, но одновременно с этим я отчетливо понимала, что он считает меня идиоткой.

Считает, но при этом волнуется. От этой мысли стало как-то светлее на душе.

— Иди давай! — подгоняла меня дамочка, то и дело подталкивая локтем в спину.

— Если бы ты отпустила мои волосы, все могло бы быть гораздо быстрее!

— А ну, отошли все на десять шагов назад! Отошли, иначе я ее прирежу! — заорала она мне в ухо. — Куда дальше?

— Направо и почти до конца дорожки. Там есть живая изгородь.

Лгала ли я? Лгала, но другого выхода просто не видела.

Куда я ее вела? На самом деле могла бы привести куда угодно, потому что от этого смысл бы не изменился. Я не знала, где находится Чаша Желаний, не помнила, где ее видела, но была уверена сразу в двух вещах.

Первое — леди Обилию отправили сюда все те же феи, а конкретнее, матушка Тез, которая точно знала, как выглядит эта чертова чаша, но понятия не имела, где именно она находится.

Второе — все многообразие чаш я видела только в одном месте, которое прозвали аркой «Ста поцелуев». Именно количество чаш должно было хотя бы на время деморализовать моего противника, сбить эту дамочку с толку и дать мне лишнее мгновение на то, чтобы что-то предпринять.

Конечно, где-то в глубине души я искренне надеялась, что герцог меня не бросит и хотя бы попытается мне помочь, но, как говорится, на чудо надейся, а сам не плошай.

— Куда дальше? — толкнула меня дамочка, опасливо осматриваясь по сторонам.

— Нужно пройти через изгородь. Вот здесь, — махнула я рукой наугад, потому что откровенно не помнила, где именно здесь имелся проход.

— Чего ты ждешь?

К изгороди подходила осторожно. Сначала запустила в пушистые кусты руки, нащупывая проход среди тонких веток, и только потом прошла внутрь, чтобы почти сразу же вынужденно сделать еще один шаг. Именно это мгновение и стало решающим.

Я успела подставить пальцы между лезвием стилета и собственной шеей. Схватившись за него, резко отвела чужую руку и юркнула вниз, подставляя подножку той, что только выбиралась из куста. Увы, надолго она не растерялась. Даже не упала, споткнувшись, но стилет выронила, а подобрала его уже я.

— Ах ты дрянь! — мигом развернулась женщина, словно фокусник доставая из воздуха сразу два стилета. Сейчас она была похожа на кобру, что могла броситься в любой момент.

— От дряни слышу, — негромко отозвалась я, прижимаясь к ограде.

Собственно, именно ограда меня и спасла от точных бросков. Присев на корточки, я отпрыгнула в сторону, но, когда выпрямлялась, все-таки получила. Не стилетом, нет. Золотые блестки были посланы прямо в меня, мгновенно обездвиживая.

— Вот и постой тут, — самодовольно заявила дамочка, оборачиваясь к постаментам с вазами и чашами.

Теперь я могла на себе ощутить все то, что испытывал герцог при нашей первой встрече. Непередаваемые ощущения. Ни вдох сделать, ни пальцем пошевелить не могла. Я будто стала камнем.

— Не то, не то, не то… А вот это то! — воскликнула дамочка, останавливаясь у четвертого ряда.

Со своего места я тоже прекрасно видела ту самую чашу, чье изображение мне принесла Айя. Выходит, именно здесь я ее и наблюдала впервые, да только легче от этого знания мне не стало. Она все время была так близко, а я…

А я ее просто не искала, потому что несмотря ни на что находиться в этом волшебном мире мне понравилось. В этом замке понравилось. Рядом с герцогом и Анги.

Марево портала и на этот раз было голубым. Словно шар, оно нарастало, открываясь, будто зеркало. Ничего не могла разглядеть в его глубине, но это не помешало дамочке в нем исчезнуть. Естественно, вместе с чашей.

С чашей, которая была моим единственным шансом на возвращение.

Он появился тут же. Себастьян вышел из изгороди в шаге от меня, и чужая магия словно сбросила цепи. Да только на ногах я не устояла, как не смогла и ничего сказать. Только губами произнесла: «Простите».

— Ничего страшного, Сандра. Ничего страшного, — поймал меня мужчина, беря на руки. Сухие холодные губы коснулись моего лба, скользнули к виску. Крепче прижав меня к себе, он молчал целое мгновение, жадно вдыхая запах моих волос. — Все будет хорошо.

Это было последнее, что я услышала, прежде чем погрузиться в темноту. Была почти на сто процентов уверена: меня просто усыпили. Однако, закрывая веки, я успела увидеть кровь, что пропитала рубашку герцога. Порезанные стилетом, мои пальцы кровоточили, но больше болело сердце.

Оно одновременно радовалось тому, что злосчастная чаша пропала, и сожалело о том же самом.

Проснулась я уже вечером. Проснулась привычно в своей комнате в компании служанки, но на этот раз девушка не уговаривала меня еще полежать. Наоборот, помогла мне собраться и проводила наверх — на четвертый этаж.

Пока поднималась по лестнице, старалась понять, что именно не так. Нет, внешне я не претерпела изменений. Раны на пальцах затянулись без следа, да и содранное колено меня не беспокоило. Меня вообще ничего не беспокоило, но внутри, в душе, все будто замирало в ожидании чего-то. Почему-то думалось исключительно о неприятностях.

— Добрый вечер, — встретил меня герцог в дверях, пропуская внутрь.

Здесь все осталось без изменений. С потолка неспешно падал снег, тонким слоем покрывая отдельные участки пола, но на этот раз Анги не сидела за столом. Она стояла и, увидев меня, сорвалась с места, влетая в мои объятия, обнимая крепко настолько, насколько могла.

Герцог нам ничего не сказал. Только смотрел как-то пристально, будто сквозь нас. Я же шепнула девочке, что со мной все хорошо, да спросила о том, как она себя чувствует.

— Я в порядке, — отошла она на шаг, спрятав руки за спину.

— И уже уходишь к себе. Ты помнишь, о чем я просил? — обратился к дочке Себастьян.

— Да, папа. Прочитать пятнадцать страниц новой сказки, — покладисто отозвалась Ангилия.

— Иди. Я зайду перед сном.

Проводив девочку взглядом, мужчина закрыл за ней дверь и подал мне руку, чтобы отвести к столу. Белые снежинки неспешно падали хлопьями, а огоньки свечей давали уют и иллюзию тепла.

Присев на стул, я нервно улыбнулась:

— Спасибо. Вы снова меня вылечили.

— А вы снова совершили необдуманный поступок. Что мне делать с вами, Сандра? Что мне делать с тобой?

Понять, простить и любить — именно эти слова я хотела бы произнести, но промолчала. Отвела взгляд, сконцентрировав внимание на огоньке свечи. Не видела — слышала, как, едва присев на стул, герцог снова поднялся на ноги, чтобы подойти ко мне. Взяв за руки и опустившись рядом на одно колено, мужчина вынудил меня повернуться.

Приподняв мои безвольные руки, Себастьян наградил поцелуями каждую ладонь, рождая в моей груди что-то необъятное, давно забытое, живое.

— Не описать словами, насколько сильно я благодарен тебе за Анги. До сегодняшнего дня мне казалось, что я боюсь только одного — не уберечь свою дочь. Ты спрашивала меня, нужна ли ты мне. Сегодня я нашел ответ на этот вопрос. Нашел в тот самый миг, когда ты обменяла себя на мою дочь, а облегчение так и не наступило, — почти не мигая, смотрел он мне в глаза, завораживая, гипнотизируя снежной бурей, что бушевала в его очах, обжигая холодом. — Знаешь, Сандра, любовь — это самое страшное, что есть в жизни, но одновременно с этим самое прекрасное чувство. И… Я не хочу тебя любить. Но люблю. И отпустить от себя уже не смогу.