Глава 55–56

Иногда важные идеи приходят ночью

Рассказала Саше за ужином про девочку.

— Агнета, она совершеннолетняя? — спросил он меня.

— Говорит, что да, — пожала я плечами.

— Документов ее ты не видела?

— Нет, конечно, но так она выглядит лет на шестнадцать.

— А нашей Маше сколько лет было, не помнишь? — поинтересовался Саша.

— Так ей этот упырь на восемнадцатилетие подарил кулон приворотный. Значит, взросленькая девочка уже была, — вспоминала я.

— Смотри, если она несовершеннолетняя, то я обязан ее отправить либо к родителям, либо в соответствующее учреждение. Если у нее все в порядке с возрастом, то она может распоряжаться собой, как посчитает нужным, и я даже не вправе сообщать ее родственникам, где она находится, если она этого не захочет.

— Да? — удивилась я. — А если там родные страдают без нее?

— Ну, им высылается письмо, что с человеком все в порядке, но он не хочет с ними встречаться.

— Ясно, — кивнула я.

— Но я предлагаю ее пока отселить.

— Куда? — с удивлением спросила я. — Я ее уже пристроила в летнюю кухню.

— Агнета, мало ли что она там может учудить: заслонку закроет и угорит или поджог устроит. Что у нее в голове, никто не знает. У нас есть с тобой мой дом. Мы со Славкой в прошлый раз туда ходили. Отопление там включено, зябко, конечно, но все же не как на улице, плюс в доме. Если захочет уйти, то пусть идет. К нашему дому подойти не сможет, там этот твой… пес территорию охраняет. К тому же там и душ, и туалет в доме есть. Котел газовый, мы сейчас все отрегулируем, чтобы потеплей было. И ей, и нам спокойней, — сказал уверенно Саша.

— А если она в твоем доме учудит что-нибудь?

— Мы там не живем, и он у меня застрахован. Я думаю, что если она будет находиться подальше от нашего дома, то и вот этого раздвоения у нее не возникнет.

— В целом ты прав, все же летняя кухня есть летняя кухня, на зиму она не рассчитана, — согласилась я.

— Тогда пошли с ней знакомиться, — кивнул Саша.

Я накинула на себя куртку, сунула ноги в сапоги и вышла вместе с ним во двор. В летней кухне горел свет. Постучались в дверь и зашли. Ангелина завернулась в одеяло и ковырялась в телефоне.

— Добрый вечер, — сказал Саша.

— Добрый, — она испуганно на него посмотрела.

— Это мой муж — Саша, — представила я его. — А это Ангелина.

— Очень приятно, — кивнул он. — А можно взглянуть на ваши документики?

Она посмотрела на меня, как затравленный зверек.

— Мы же впустили тебя в свой дом и не знаем ничего о тебе, — сказала я.

— Да, конечно, — кивнула Ангелина.

Она достала паспорт из рюкзака и протянула его мне. Я передала его Саше. Он внимательно пролистал все страницы и вернул его Ангелине.

— Нет проблем, — пожал плечами.

— Ангелина, мы нашли для тебя нормальное жилье, — сказала я. — В летней кухне все равно прохладно, а там и тепло, и туалет с душем в доме.

— Вы меня хотите сдать родителям? — напряглась она.

— Ты совершеннолетняя. Ориентировки по преступлениям на тебя не поступали. Так что везти куда-то взрослую девицу у меня нет желания, да и полномочий таких нет, — сказал Саша. — У нас дом пустует, предлагаю тебе пожить там, пока Агнета не решит твою проблему.

— Хорошо, — согласилась Ангелина. — А то я боюсь, что печка потухнет и я замерзну.

— Там газовый котел, — ответил Саша.

— И помыться я бы не отказалась, — улыбнулась она.

Она спрыгнула с дивана и стала собираться.

Мы с Сашей отвезли ее в дом.

— Ой, тут тоже не очень тепло, — поежилась Ангелина.

— Я сейчас прибавлю котел и включу тебе водонагреватель, чтобы могла помыться, — сказал Саша и ушел в котельную.

— А тут какая-то бабушка раньше жила? — спросила она, остановившись около красного уголка с иконами и лампадкой.

— Батюшка тут раньше жил и в благодарность все это оставил, — сказала я.

— А, понятно.

— Телевизор тут есть. Постельное белье и одеяла в шкафу, посуда в шкафчике. Есть чай и сахар, еды вроде никакой нет, потом привезу. Обустраивайся, — сказала я.

— Спасибо, — кивнула она. — Я все отработаю.

— Если тебе нужна работа, то в кафе требуются лепщицы пельменей, а на ферму помощница, — произнес Саша, заходя в большую комнату.

— Я даже не знаю. Я как-то лепить пельмени не умею, да и с животными не знаю, как обращаться.

— И там, и там тебя научат.

— Ясно, я подумаю.

— Ладно, мы пошли, если что, у тебя есть мой номер телефона. Спокойной ночи, — сказала я.

— Спокойной ночи, — кивнула Ангелина. — И простите меня за беспокойство.

— Бывает, — махнул рукой Саша.

Мы вышли с ним из дома. На улице было тихо и темно. На земле поблескивали кристаллы крупного снега, который еще не успел разметать в разные стороны наш степной ветер. По темному небу крупным ярким горохом рассыпались мириады звезд.

— Морозец, — поёжился Саша.

— Угу, а небо какое роскошное, — сказала я, задрав голову наверх. — Смотри, какая красота.

Он обнял меня сзади, и мы с ним рассматривали небо и луну.

— В городе такого неба не бывает, — вздохнула я. — Ладно, поехали домой, а то у меня носик замёрз.

— Носик замёрз, — умилился Саша. — Она демонов гоняет, но у нее иногда мерзнет носик.

— Ну вот так, — улыбнулась я.

Саша развернул меня к себе и поцеловал в нос.

— Действительно холодный, надо срочно спасать нос — поместить его вместе с хозяйкой в тепло и напоить горячим чаем.

— С бутербродами, — капризно сказала я.

— С бутербродами, — согласился он, — И с медом.

— Тогда побежали домой, — хихикнула я.

Быстро добрались до дома. Потом пили чай и болтали о всякой ерунде. Я старалась не думать про Ангелину.

Ночью мне снилась Мара в другом обличье. Она водила с кем-то хороводы и провожала народ через реку Смородину по Калиновому мосту. После этого сна резко проснулась. В голове лихорадились мысли, никак не могла поймать нужную. Встала с кровати и пошла на кухню попить воды. Там уже сидел на диване Шелби и читал какую-то книгу.

— Ой! — вскрикнула я от неожиданности.

— Ты чего меня пугаешь? — проворчал он. — Я тут зачитался, понимаешь, а тут ты орешь под ухом.

— Ты меня сам скоро до инфаркта доведешь.

— Пора уже привыкнуть, что я могу ночью находиться в твоей кухне. Опять не спится?

— Да хорошо спалось, пока Мара не приснилась со своей дополнительной работой.

— Кошмарики на воздушном шарике?

— Типа того. Слушай, а ты куда дел кувшинчик с водой из реки Смородины? — спросила я.

— Так скормил ее этому некроманту недоделанному.

— И больше ничего не осталось?

— Остальное я поменял на апгрейд рогов, — признался Шелби.

— На апгрейд чего? — не поняла я.

— Рогов, — хмыкнул он.

— Теперь они у тебя в стразах или светятся в темноте? — хихикнула я.

— Ты не поймешь. А зачем тебе вонючая вода? У нее, кстати, есть срок годности. Это я после апгрейда узнал, — заржал он громко.

— Махинации и мошеннические действия, нда, — осуждающе покачала я головой, — но ты демон, тебе можно.

— Так зачем тебе водица понадобилась?

— Ну вот смотри, когда народ переходит через реку Смородину, то у них как бы стирается память о прежних перевоплощениях. Так?

— Не совсем так, но что дальше?

— В общем, я предлагаю напоить нашу Ангелину старшую такой водицей. Она всё забудет, и жизнь наладится у младшей.

— Так-то вариант неплохой, но чуется где-то тут подвох. Во-первых, как ты ее вызовешь? Во-вторых, как она тебе будет добровольно это пить. Оно же так воняет, что глаза из орбит у меня вылазят, а я между прочим опытный демон и бывал в таких местах, что сказать страшно, — хмыкнул Томас.

— Ну так погрузить ее в гипноз и опоить, — радостно сказала я.

— Попробовать можно, вот только нужно достать вонючую воду и гипнотизера.

— Ну с водой я думаю, проблем не будет, а вот гипноз штука тонкая. Ладно, решать это всё буду завтра. Все равно среди ночи ко мне не явится гипнотизер вместе с Марой и водой.

— А твоя Мара гипнозом не обладает? Она же как-то их ведет за собой, и люди ее слушаются.

— Ничего не могу тебе сказать, — пожала я плечами, — Но в целом это мысль, попробовать можно. Главное, чтобы на это согласилась Мара.

— Так маленькими шажочками и придем к верному решению, — кивнул Шелби, — А потом можно будет ездить по психушкам и лечить шизофрению и разные раздвоения личностей. И на этом зарабатывать деньги приличные.

— Вот еще я по всяким таким местам не ходила, — фыркнула я, — Не знаю, вылечишь человека или насобираешь там блох.

— Ой, всё, иди спать, не мешай мне читать труды Ленина, — замахал он на меня книжкой.

— Ну-ну, давай просвещайся, — хмыкнула я.

Выпила половину стакана воды и отправилась спать. Вот, кажется, решение найдено, осталось уговорить Мару и Ангелину на эксперимент.

Обошлась без меня

Утро началось с того, что кто-то прыгнул на меня сверху с диким мявом. Оказалось, что Катин котик пробрался в нашу спальню и решил устроить забег прямо по мне. Я чуть не померла с испуга от такого пробуждения. Кот был выловлен и непочтительным образом выставлен в коридор. Но животное не особо расстроилось, а погналось за Маруськой. Да уж, по ходу у кота началась весна.

Пришлось мне самой первой идти на кухню и ставить чайник. За мной следом вышел Саша, зевая.

— Веселое пробуждение, — сказал он, — Бодрящее.

— Сама в шоке, — ответила я.

— Красоте нашей надо еду какую-нибудь отвезти.

— Да она еще спит, наверно, это мы с тобой ранние пташки, — зевнула я.

— Это Мурзик наш ранний птах, — хохотнул Саша и ушел умываться.

На кухне я организовала нам с Сашей завтрак. Следом за нами встал Славка.

— Что за грохот? — поинтересовался он, почесывая голое пузо.

— Кот упал, — ответила я, — Иди оденься, а то простынешь.

— Ага, — кивнул он, — Кусок пирога еще остался?

— Да.

— Я сейчас за ним приду, — улыбнулся парнишка.

Он скрылся у себя в комнате. Я достала еще одну чашку и налила ему чай. Все вместе позавтракали. Саша уехал на работу, Славка в школу. Катерина продолжала спать. Я отправилась в козлятник к своим козушкам. Накормила их, прибралась, подоила и выпустила их немного погулять. У них шерсть длинная, они морозов не боятся, а надоест, так зайдут в сарайки.

Поставила закваску для козьего сыра. После этого взяла телефон и стала звонить Маре.

— Утра доброго, — поприветствовала я ее, — Не разбудила?

— Доброго утра, — ответила она, — Смеешься? Я свою первоклашку каждое утро вожу в школу, да и работа не терпит долгого сна.

— Ну это хорошо, значит, совесть меня мучить не будет.

— У тебя что-то случилось или ты решила меня в гости к себе пригласить с утра пораньше? — хихикнула Мара.

— Ну как тебе сказать, можно и в гости. Короче, у меня тут девочка одна появилась.

Рассказала ей про Ангелину и про мои мысли.

— Ого, как девочке-то не повезло. Ну слушай, я бы не стала проводить такие эксперименты, вдруг она всё забудет и себя настоящую в том числе, — сказала Мара.

— А может получится, — не унималась я.

— Ну я могу приехать сейчас, посмотреть, поговорить, может, чего мне в голову придет, но обещать ничего не буду.

— Ты сейчас приедешь? — спросила я.

— Ну да, надоело памятники делать, хочу немного отвлечься, — ответила она, — Жди меня, и я к тебе вернусь.

— Обязательно, — хмыкнула я.

— А ты свою старушку подружку не спрашивала? У нее опыта побольше нашего, может, она с таким сталкивалась.

— Нет, Матрене еще не звонила.

— Ну позвони, пока я еду, а то одна голова хорошо, — сказала Мара.

— А две некрасиво, — добавила я.

— Ну тебя, — рассмеялась Марена. — Всё, я еду к тебе.

Я сбросила звонок и решила позвонить Матрене.

— Кремль на проводе! Кому не спится утром ранним? — услышала я бодрый голос бабушки Матрены.

— Мне не спится, меня кот разбудил, — ответила я.

— И ты решила устроить утреннюю перекличку или у тебя еще какие заботы появились?

— Конечно, заботы. Вчера одна такая ко мне на огонек заглянула, представилась моей племянницей.

— О, блудные родственники, — хохотнула Матрена, — Чего хотела родственница?

Пришлось еще Матрене всё пересказывать.

— Вот так ее раскозявило, — хмыкнула бабушка, — Видела я и такое. Привозили, думали, бесноватые, а оказывалось, что там не всё до конца позабылось и личность прошлая не ушла.

— И как ты им помогала? — спросила я.

— Да никак, не умею я, не мой профиль. К врачам посылала, да к попам, это они души спасти пытаются, а я больше по телу практиковалась, лечила его.

— Понятно, а я-то думала, — вздохнула я.

— Я бы на твоем месте отправила гражданку домой и не заморачивалась, а то влезешь и получишь по самые помидоры, или совсем из нее дурочку сделаешь.

— Но там вроде в ней душа прежней хозяйки живет.

— И что? Пусть живет. Ты-то не знаешь, что нужно делать, не умеешь. Вдруг ее Мара случайно жизни лишит? Кто виноват будет? Ты будешь виновата, что влезла туда, куда не следует, — отчитывала меня бабушка, — Чего молчишь?

— Ничего, — ответила я.

— Вот ты коза упрямая, все же решилась на свой эксперимент.

— Ничего я не решилась, — насупилась я, — Только думаю.

— Угу, только думаю, знаю я это твое «только думаю», — ругала меня Матрена.

— Ночью мне не казалось, что это плохая идея.

— Ну да, ну да. Ночью нам всем приходят оригинальные идеи, вон Менделееву вообще формула водки приснилась. До сих пор народ травится ей.

— Ой, всё, — фыркнула я.

— Позвони мне потом, — сказала Матрена, — Посмотрим, в какие дебри тебя занесет.

— Обязательно, — кивнула я, пожелала ей хорошего дня и сбросила звонок.

Через полчаса приехала Мара.

— Ну, показывай свою девочку, — ворвалась ко мне в дом она.

— Девочка спит в другом месте. Мы ее как-то опасались оставлять у себя, мало ли как ее переклинит.

— Ясно, тогда погнали туда.

— Куда погнали? — из комнаты выглянула заспанная Катя.

— К Ангелине, будем смотреть, чем ей можно помочь, — ответила я.

— Здравствуй, Катя, — поздоровалась с дочерью Мара.

— Здрасьте, — кивнула Катя, — Я тоже хочу с вами.

— Тогда собирайся бегом.

— Я еще не завтракала.

— Будем завтракать все вместе в Сашином доме.

Я завернула оставшийся кусок пирога с собой, отрезала кусок сала, половинку хлеба, взяла банку с вареньем, пачку макарон и пакет с замороженными грибами.

— Собралась? — спросила меня Мара.

— Угу, — кивнула я.

Катя бегала по коридору туда-сюда и пыталась быстро одеться. В общем, как могли, скоренько собрались и направились в сторону дома Саши.

— Спит, наверно, еще ваша красотка, — сказала нам Мара, — Девочка-то городская, не привыкла рано вставать. А тут мы завалимся и ее напугаем.

— Надеюсь, не сильно напугается, — ответила я.

Мы вышли из машины, и рядом с нами возник ворон.

— Доброго утра, Агнета и Катя, — поприветствовал он нас, — Кого провожать собрались на тот свет?

— Доброго, — кивнула я, — Не совсем провожать, а хотели бы, чтобы старое воплощение не мешало новому.

— А ясненько, так можно же договориться, а не прибегать к карательным методам.

— Сейчас посмотрим, — кивнула я и постучалась в дверь.

Нам никто не открыл, я еще раз постучала, но с той стороны нам отвечала только тишина. Пришлось открывать дверь своим ключом. Вся наша процессия ввалилась в дом. Мы старались особо не шуметь, но получалось плохо. Поставили на кухне чайник и сели за стол болтать. Я стала разбирать пакет с продуктами.

— Что-то я как-то мало принесла, — задумчиво сказала я, рассматривая набор.

— Надо было тебе тыкву привезти, — усмехнулась Мара, — Маленький десятикилограммовый кусочек. У нас Яночка вырастила тыкву на двести килограмм.

— Зачем? — удивленно спросила я.

— Ну вот она блогершу одну в сети увидала, и ей тоже захотелось.

— Ну и как? Вкусная тыква?

— Нет, как трава, — поморщилась она.

— Привезла бы моим козам. Они бы оценили, — сказала я, — Яночка наверно расстроилась?

— Не очень, ей главное было, что она такую смогла вырастить. Говорит, как карета у Золушки.

— И картошку на двадцать килограмм.

— Ой, только ты ей об этом не говори, — рассмеялась Мара. — А то еще озадачиться ребенок.

— Хорошо, — кивнула я.

В кухню вошла сонная Ангелина.

— Ой, здравствуйте, а я думаю кто тут шумит.

— Мы старались тихо всё делать, — сказала я, — Вот знакомьтесь, это Мара, а это Ангелина.

— Ой, какая ворона интересная.

— Сама ты ворона, я ворон, — гордо ответил Карл.

— Ого, а он еще и говорящий, — Ангелина с удивлением посмотрела на нас.

— Угу. Ладно, девица, рассказывай, почему ты до конца всё не забыла, — обратилась к ней Мара.

Она как-то посмотрела на нее по-особенному, и странным образом всё вокруг нас изменилось. Все вместе мы оказались где-то на старом кладбище, около оградки с памятником Ангелины. Сама же девушка тоже преобразилась: волосы стали темно-русыми и были заплетены в толстую косу, из одежды длинная юбка и рубашка с тонкой вышивкой по горлу.

— Это что? — стала она озираться в разные стороны.

— Это твоя могила. Ты помнишь о том, что ты умерла? — спросила ее Мара.

— Помню, — кивнула она, — Но я ведь теперь живая.

— Только вот не совсем ты живая, — сказала Мара, — Душа твоя должна получить новый опыт и знания, а ты ей активно мешаешь.

— Ну так девочка еще маленькая и глупенькая, а я ей помогу получить свои знания.

— Ты в новом мире, в другом веке. Сама плохо ориентируешься здесь, всего пугаешься. Девчонку упекут в больницу и залечат до слабоумия, — сказала Мара, — И в следующей жизни придется снова добирать всё то, что не смогла получить в этой, потому что ты ей мешала. И будет в разы сложней, чем сейчас. И ты это прекрасно знаешь. Зачем усложнять жизнь будущему воплощению?

— Но как же быть? Мне не хочется уходить отсюда, — ответила старая Ангелина.

— Так приходи к ней во сне, там и будешь ее учить. А если ты этого не захочешь сделать, то я приду к вам обеим и уведу за собой через реку Смородину по Калиновому мосту. Не лезь в ее жизнь, ты свое уже отжила, дай новому воплощению получить очередной опыт и знания, не губи собственную душу, — сказала Мара.

— Я попробую, — вздохнула Ангелина.

Она посмотрела на свой портрет на памятнике, погладила его и исчезла. И мы все тут же оказались на кухне. Девушка Ангелина лежала на полу с приоткрытыми глазами и смотрела в потолок. Мы подняли ее и оттащили на диван. Она поджала под себя ноги, закрыла глаза и уснула. Накрыли ее пледом и тихонько ушли на кухню.

— Ну вот, и непонятно, получилось у нас что-нибудь или нет, — проворчал ворон.

— Мама, мне кажется, ты тоже могла бы так строго поговорить с Ангелиной, — сказала Катя.

— Не могла бы, я не Мара. У нее просто замечательный дар убеждения, — улыбнулась я. — Ну что, девочки, пьем чай или едем к нам и там будем чаевничать?

— Поехали к тебе, нечего тут девчонку беспокоить, — сказала Мара.

Я выключила чайник, и мы направились ко мне.