Глава 31–32

Посиделки

Матрена всех усадила за столом на веранде. Тут же стоял красавец-самовар и пыхтел дымом из трубы.

— Настоящий на дровах? — удивился Светик.

— А то, — кивнула старушка.

— Хорошо у вас тут, садик такой замечательный, цветы разные, — с удовольствием все рассматривал мужчина.

Николай тоже крутил во все стороны головой. Он ни разу не был у Матрены дома.

Из дома вышла, неся большую миску с пирогами, Светлана.

— Знакомьтесь, это наша Светочка. Она ветеринар. Хорошая девочка, лечит всяких животинок и зверушек.

Светланина «зайка» вся ощетинилась и стала похожа на дикобраза. Она встрепенулась и зашипела на гостей. Коловерша куда-то исчез и не показывался. Светик поводил носом, словно к чему-то принюхиваясь. Пес лег около дверей в дом, всем своим видом показывая, что незнакомцев в жилище не пустит.

— Это Светозар, — представила Матрена мужчину.

— Коротко Светик, — сказал он.

— Светик-семицветик, — проворчал Саша, устраиваясь поудобней за столом.

— Меня, кстати, так в школе дразнили, — беззлобно улыбнулся перевертыш.

— И как ты на это реагировал? — поинтересовалась я.

— Никак, — пожал он плечами.

— А меня называли «очкарик в жопе шарик», — сказала я, — И я в школе дралась.

— Ты раньше очки носила? — удивился Саша.

— Ага, — кивнула я, — Страшные такие, в желтой оправе, потому что для детей нормальной оправы не делали.

— Ой, для детей не делали, даже для взрослых не делали, — замахала руками бабка Матрена, — Ходишь в этом позоре и сама себя пугаешься, потому что видишь в очках хорошо.

— У тебя потом зрение выровнялось? — спросил Николай.

— Нет, я просто их перестала носить. А потом при очередной проверке оказалось, что один глаз у меня видит сто процентов, а второй минус четыре. Мне обещали, что я окосею. Вот уже косею какой год, — усмехнулась я. — Ладно, что мы о моем зрении разговариваем, давайте пироги пробовать. У бабушки Матрены изумительные пироги получаются.

— Кто бы говорил, сама готовит так, что не то что пальчики оближешь, а слопаешь их по локоть.

— Угу, я такая, а еще умная и красивая и сама это придумала, — рассмеялась я, — Светлана, ты к дому ездила?

— Нет еще, боюсь жутко, — ответила Света.

— А что там с домом? — не понял Светик.

— Сгорел, — ответил батюшка.

— Ого, мои соболезнования. Давно?

— Позавчера.

— Слушайте, ребятки, никто же не за рулем, может по рюмочки домашней наливочки? — предложила бабушка Матрена.

— Ой-ой, мне не рекомендуется, — покачал головой Светозар, — Но так хочется попробовать.

— А ты ее всю не пей, а так, только губы смочи. Сашок, тебе не предлагаю, тебе еще всю эту братию везти обратно.

Бабулька вытащила из шкафчика бутылочку и рюмочки. Поставила все это на стол и быстро всем налила по половинке. Светлана чуть-чуть отпила и закашлялась.

— Ой, крепкое какое, но вкусное, — сказала она.

— Ну да, наливочка хорошо изнутри припекает, — согласилась я и запила ее чаем.

Дальше разговор пошел веселее. Светик стал рассказывать о своей работе.

— Вы не особо переживайте, что у вас тут теплицы поставят. Я же по всей области езжу, пробы земли собираю, смотрю не только почву, но и что тут обычно растет, ветра, солнце и т. д. А потом уже руководство будет решать, где ему выгодней строиться, засеивать поля или ограничиться теплицами. У населения будут новые рабочие места. Это же хорошо.

— Хорошо, — согласилась Матрена, — С машиной-то чего? Не смотрел?

— Неа, завтра отгоню в сервис. Надо было сегодня сообразить, а у меня что-то соображалка не работала. С дурной головой почти весь день проходил, только к вечеру прошла.

Светлана сидела задумчивой и ковыряла пирог. Ее зверушка вроде успокоилась, но все равно периодически шипела в сторону Светика.

— Ты чего, Светланка, такая квелая? — спросила ее Матрена.

— Надо все же съездить к дому, негоже его так бросать. Мне хоть дядя Вася, сосед, обещал за ним присмотреть, но все равно, народ же у нас такой — растащит, что уцелело, и не постесняются.

— Ой, не надо, народ у нас разный, — отмахнулась бабка Матрена, — Ты вон сколько сегодня народу приняла. Люди прознали про твое несчастье и несли тебе авоськами да сумками. Только продуктов сколько натащили, а уж про текстиль и посуду говорить нечего. Давай завтра с тобой сгоняем на пожарище. Агнета, ты с нами?

— Я за любой кипиш, кроме голодовки, — ответила я, — Можем и Светика взять, если захочет. Там еще свою землю на пробу насобирает.

— А это где?

— Митрофановка, — ответила я.

— Да, можно, меня еще там не было, — кивнул перевертыш.

У Светланы зазвонил телефон.

— Ой, долго жить будет дядя Вася, только про него вспоминали, — посмотрела она экран и взяла трубку.

— Алло, дядя Вася, что случилось? Митька меня искал? Скажите ему, что у меня все в порядке, искать меня не нужно, я у подруги. Что?

Девушка широко распахнула глаза. Её зверек занервничал и превратился в большой игольчатый мяч.

— Как руки повредила? И свекра в больницу увезли?

Мы с Матреной переглянулись.

— Вот черти надрали этого Ваську позвонить, — проворчала она.

— Нет, нет, сейчас я приехать не смогу. Я на вызове, далеко. Да и зачем я сейчас там нужна?

Бабка радостно перекрестилась.

— Может, завтра заскочу.

Матрена картинно хлопнула себя в лоб.

— Все, дядя Вася, мне некогда разговаривать. Спасибо вам за то, что присматриваете за моим домом, — ответила Светлана и положила трубку.

Она посмотрела на присутствующих.

— Судя по вашим лицам, вы и без меня все знаете, — сказала девушка, — И что Митька приехала, и про свекровь, и про свекра. Но я сама уже взрослая и сама решу, что мне делать, не нужно меня оберегать.

— Никто тебя не оберегает, — ответила я, — Просто посчитали, что это не такая уж и важная информация, учитывая, что ты с Дмитрием больше не живешь и собираешься с ним разводиться.

Света поморщилась, как от зубной боли.

— Там у них живность, скотина, птица, жалко их.

— Митька за всем присмотрит, — ответил Саша. — А если ему тяжело будет, то пусть продает или под нож отправляет. Это не твоя забота их скотный двор. Кошку и собаку могут и знакомые забрать. А так там есть сынок, пусть и за своими родителями, и за живностью присматривает.

— У него еще сестра есть, — ответила Света.

— Ну, тем более, — ответила я. — Одни они не останутся.

— Саша, а в вашей деревне есть дома на продажу? Возьму ипотеку, куплю себе домишко, — поинтересовалась Светлана.

— Напротив нас продавали дом, никак продать не могли, — ответила я. — Еще можно спросить у председателя колхоза. От них тоже дома должны быть дешевле. Может, и без ипотеки обойдешься.

— Я тот участок попробую продать. Не вижу смысла дом восстанавливать, все равно мне житья не дадут. Так и будут козни строить. Вот ей-Богу, это мои родственники мне дом спалили.

— Поэтому ручки и повредила свекровь, — ответила я.

Светик на нас смотрел во все глаза и лопал малиновое варенье.

— Вкусно? — спросила Матрена.

— Очень вкусно. Я бы у вас купил пару баночек, — ответил он.

— Я тебя так угощу, — махнула старушка рукой. — Все равно каждый год немного остается. А у тебя жена разве такие вещи не варит?

— У меня нет жены, — вздохнул он. — Была девушка, и та от меня сбежала. Говорит, что пахнет от меня странно, и она меня боится.

— Ну, бывает, мужики и правда пахнут не так, как женщины, — кивнула Матрена. — Найдешь еще свою суженную.

В окне показалась мордочка Коловерши. Светик дернулся и на мгновение стал медведем. Перемену эту только мы с Матреной заметили, да местные сущности с собакой. Хотя Николай заметно занервничал, и видно было, стал искать свой чудесный талмуд. Он нащупал книгу и стал всматриваться в Светика. Перевертыш тут же среагировал на такой пристальный взгляд.

— Батюшка, вы чего так в меня вперились? Я вроде вам денег не должен, — с удивлением сказал Светик.

— Да так, — махнул рукой Николай и перевел взгляд на меня.

Я только пожала плечами. А что я ему еще могу сказать, тем более при всех за столом.

Вторая рюмочка сделала свое дело, и народ начал рассказывать всякие разные истории из своей жизни.

Чуть не проболтались

Хорошо посидели и отлично поговорили. Наша тихоня Света больше всех болтала, рассказывала, как она первый раз роды у коровы принимала и как козлу педикюр делала. Да всё это так задорно, да со смехом, а ситуации не такие уж и смешные, если вдуматься.

— Крупный рогатый скот — это вообще жесть, — сказал Светик. — Ты такая хрупкая и тонкая. Почему в городе не осталась, там же в клиники всегда ветеринары требуются?

— Ничего ты не понимаешь, Джон Сноу, — ответила Света. — Вот ты чего по полям шляешься?

— Мне нравится, и, ковыряясь в почве, я удовольствие получаю. А уж сколько эмоций вызывает какой-нибудь выращенный гибрид, даже словами не передать.

— Вот и здесь то же самое. Кошечки, собачки, морские свинки — это всё замечательно, но вот когда роды у коровы принимаешь — это непередаваемо, такой подъем и радость. Смотришь на него, на теленочка маленького, и понимаешь, что это твоих рук дело, что это ты помогла жизнь в этот мир привести, — воодушевленно рассказывала Светлана.

Почти до самой ночи просидели. Первым засобирался Николай.

— Мне завтра рано вставать, — сказал он. — Благодарю вас, бабушка Матрена, за гостеприимство, за пироги, за вкусный чай и за наливочку.

— Эх, батюшка, тебе бы тоже не мешало жениться, — вздохнула бабулька.

— Так нельзя мне, уже был женат. У нас только один раз можно жениться.

— Высшее руководство не уж-то не разрешит тебе жениться еще раз? Ведь ты же вдовый, ни детев у тебя нет, ни пожить ты со своей матушкой не успел нормально, да и молодой ты еще.

— Да кто же за меня замуж пойдет? — усмехнулся батюшка. — Все же знают, что я бесов изгоняю из людей, да бабку Нину на тот свет отправлял.

— Ого, а ты, батюшка, бесов изгоняешь? — с удивлением спросил Светик.

Светлана тоже с интересом посмотрела на Николая. Она даже не знала, что у нас батюшка такой загадочный товарищ.

— Может, расскажете, как это происходит? Это как в кино? — стал задавать вопросы перевертыш.

— Некоторые еще страшней, чем в кино, — ответил Николай. — Самые запоминающиеся — это те сеансы, что с Агнетой проводили. Хотя и в церкви всякое бывает.

— Агнета тоже демонов изгоняла? — с удивлением на меня посмотрел Саша.

— Нет, — честно ответила я. — Я батюшку страховала, а то мало ли.

Николай глянул на меня и по моему лицу понял, что сболтнул лишнего.

— Да-да, страховала, — закивал он.

— Расскажите, а? — начал просить Светик. — Я до Пермского края вообще в демонов не верил, пока их вживую не увидал.

Тут я почуяла, что всё сейчас про меня и раскроется.

— Николай, расскажи, как мы бабку Нину на тот свет провожали, — я быстро предложила тему для рассказа, пока кто-то из них двоих не проболтался.

Вот тут и проснулся в Николае сказочник. Он таких страстей понапридумывал, которых там и в помине не было. Хотя, может, он тогда так напугался, что ему все это и впрямь перед глазами померещилось.

— Мы там все молитву читали, все, кто был в кухне. Свечи по помещению летали, лютые звери скреблись к нам в двери и в ставни, кто-то ухал и завывал, а бабка Нина визжала и прыгала на стены.

С открытым ртом слушали все Николая, даже Коловерша уселся на форточку и ушки развесил.

— Ох и, — поежилась Светлана, — Агнета, не страшно было?

— Как же не страшно, — усмехнулась я, — Жутко было, думала, помру от страха. Вот занесло же меня туда.

— А правда, говорят, что ведьмы свой дар передают в момент смерти? Эта бабка Нина кому его передала? — поинтересовался Светик.

— Я бы не сказала, что это дар, беса своего она должна была кому-то передать. Вообще, у нее с ушей кто-то серьги снял, украл цепочку с крестиком и томик Есенина, — сказала я, — Вот, наверно, за ним бес и увязался.

— Вот это писец какой-то, мерзость какая, с покойницы снять серьги, — передернула плечами Света, — Это кем же быть надо?

— Ничего не могу тебе сказать, — ответила я.

— Саша, а вы его искали? — спросила она.

— Искали, только не нашли. Он еще у постояльцев в приюте разное по мелочи украл.

— А у вас еще и приют есть? Там дети живут? — удивился перевертыш.

— Нет, это приют для взрослых, — ответил Саша.

— Ого, какие вы молодцы. Со взрослыми никто не хочет связываться, — восхитился Светик.

Николай посмотрел в темноту.

— Нет, все же надо ехать домой, а то засиделись у тебя, бабушка Матрена. В гостях хорошо, а завтра вставать рано.

— Это точно, — согласилась я, пока опять не съехали на тему изгнания бесов с моим участием.

Поблагодарили хозяйку за гостеприимство, и все вместе направились к автомобилю. Вышли за калитку и стали рассматривать темное небо.

— Как красиво, — сказал Светик. — Все равно такого неба в городе нет.

— Угу, я до сих пор по вечерам выхожу на него любоваться, — ответил Николай, — Саша, наверно, уже привык, да и Матрена тоже.

— Небо везде разное, — улыбнулась старушка, — Мне, когда не спится, выйду и любуюсь на него. Чай себе с мятой заварю и дышу ночным воздухом.

— Мне даже в поселке жить захотелось, — мечтательно сказал Светик.

— Так оставайся, — предложила ему Матрена.

— Это как получится, — пожал он плечами. — Что анализ почвы покажет. Да вы не переживайте, теплицы будут ставить не прямо рядом с поселком. К тому же будут рабочие места, и молодежь так не побежит в город.

— Рабочие места — это хорошо, — согласился Саша, — Ну что, поехали? Или вы с Николаем пешком хотите прогуляться?

— Александр, ты шутишь? — изумленно спросил Николай, — До дома около пяти километров топать.

— Семь, — уточнил Саша.

— Еще лучше. Вези туда, откуда взял, — проворчал батюшка.

Так и сделали. Быстро отвезли товарищей домой. Светик по дороге все пытался поговорить о всякой чертовщине, но Николай, по всей видимости, свой лимит на разговоры исчерпал. Он молча смотрел в темноту и думал о чем-то своем.

— А можно мне посмотреть на изгнание бесов? — спросил Светик.

— Конечно, приходи на вечернюю молитву, и там, может, чего и увидишь, — ответил ему батюшка.

— С удовольствием, — обрадовался Светозар.

— Все приехали, выбирайтесь из машины, любители чертовщины, — проворчал Саша.

Дядьки поблагодарили нас и вылезли из авто. Как только за ним дверь захлопнулась, так Александр учинил мне допрос.

— Это чего Светик говорил про демонов в Пермском крае? — насупил он брови.

— А я откуда знаю, — пожала я плечами, — Мало ли что ему привиделось, да может, это он вообще про другую поездку говорил. Напробовался местных грибов и настойки на еловых шишках, и поперло его в разные стороны, то кикиморы, то чупакабры, а то и демоны.

— Да вполне может быть. А вот батюшка говорил про изгнание демонов с твоим участием.

— Говорил и говорил, кто же ему запретит говорить. Он же человек, ему взгляд со стороны нужен. Вдруг тот, кто к нему приехал, имеет психические расстройства, а не подселенца. Я, конечно, не психиатр, но могу увидеть: товарищ не в себе, или придуряется, или у него что-то такое не из нашего мира.

— Эх, правду говорят: меньше знаешь, лучше спишь. Я теперь за тебя переживать буду, — вздохнул он.

— Поехали лучше на звезды смотреть, сегодня почти полная луна светит, — улыбнулась я, — Не нужно за меня переживать, я стараюсь обходить нехорошие ситуации. Я же благоразумная тетенька.

Где-то за спиной хмыкнул Шелби.

— Гусары молчать, — тихо прошипела я.

— Что? — не понял Саша.

— Да так, о своем, о девичьем. Домой пить чай или смотреть на звезды и луну?

— Смотреть на звезды и луну, а потом пить чай, — улыбнулся он.

— Как скажешь, дорогой, — прижалась к его плечу щекой.