Глава 27–28

Разбитое сердце с разбитыми стеклами

Устроились мы с Шелби в машине и погнали по окрестным магазинам. Как же, Агнета в городе была, а ничего такого не купила. Томас вертел в руках лампу.

— Забавная вещица, понятно, что ты на нее глаз положила, — ухмыльнулся он.

— Слушай, а когда он ее включил, что произошло? Это лампа так на меня подействовала или концентрация приворотного зелья превысилась норму допустимого? — спросила я.

— Да шут его знает, может, все сложилось в единый пазл, — пожал Шелби плечами, — Дома посмотрим, какие у нее интересные странности.

— Ага, — кивнула я, — Поэкспериментируем.

Объехала несколько магазинов, набрала всего и побольше, и подарков своим родным интересных, и вещичек разных, и хозяйственной мелочевки. Рассматривая семена на прилавке, вспомнила про Яночку и Мару. Что-то я с ними давно не созванивалась, и они сами куда-то пропали. Интересно, получилось что-нибудь у Мары со Светиком, или и этот кавалер ушел в закат, не попрощавшись. Но если мне никто не звонит, значит, у них все в порядке.

Набрала кучу семян каких-то экзотических растений и направилась к машине. Решила, что на неделе сгоняю к Марене в гости, проведаю их. Не успела я так подумать, как у меня затрезвонил телефон. Смотрю на экран — Мара. Взяла трубку.

— Привет, дорогая, как поживаешь? — поприветствовала она меня.

— Привет, только про тебя вспоминала.

— Да, что-то давно с тобой не встречались и не созванивались. Как вы там?

— Да всё нормально, — ответила я, — А как вы? Как Яночка, папа, Светик?

— Приезжай и всё увидишь, — рассмеялась она.

— Когда? Я сейчас не могу, я в городе и с косой.

— А коса тебе зачем в городе? — удивилась Мара.

— Чтобы была, — важно ответила я.

— Давай завтра ко мне приезжай, посидим в Яночкином садике, чай попьем.

— Во сколько?

— После шести пойдет?

— Да, вполне, — согласилась я.

— Тогда подъезжай к нам, а потом мы все вместе в садик волшебный пойдем.

— Договорились, — кивнула я.

Добрались до дома без приключений. Затащила во двор все свои покупки, а затем пошла за косой с лампой. Вернулась с волшебными предметами. Смотрю, что у меня во дворе что-то не то. Пожухли все розовые кусты, которые мне на день рождения дарили. Да и у веранды стекла имеют какой-то странный рисунок, словно они полопались. Пригляделась — точно, всё стекло в мелких трещинках. Это что еще за новости?

Спрятала в доме свои магические вещи и зашла к Кате в комнату. А у нее стекло в окне тоже в такой же сетке из трещинок. Дочка моя лежит спиной ко входу и тихонько плачет.

— Дочь, ты чего? — тронула ее за плечо, — Катюшка, что случилось?

— Мама, он меня бросил, — завыла она.

И разом брызнули стекла в ее комнате на улицу. Я аж голову пригнула, а Катя реветь резко перестала.

— Я тебя поздравляю, спать тебе придется без стекла, — тихо сказала я.

— Мама, это что? Это на нас кто-то напал, да?

— Угу, это ты, твои эмоции.

— Но уже давно ничего такого не было.

— Ну да, не было, а теперь вот еще хуже, чем раньше. Иди умывайся, а я пойду успокоительный чай заварю, — велела я.

Катерина испуганно встала с кровати и поплелась в ванную. Надеюсь, она там мне стекло у душевой кабины не разнесет. Я включила чайник, нашла травки, насыпала их в заварник. На всякий пожарный накапала в чашку успокоительных капелек, выпила сначала сама, а потом еще развела для Кати.

— Да уж, разбилось дочкино сердечко вместе со стеклами в ее спальне, — вздохнула я.

Стала разбирать пакеты со вкусняшками и продуктами. На кухню зашла Катерина и села за стол.

— Пей, — пододвинула я к ней чашку с каплями.

— Мама, мне так больно, — прошептала она, — У меня вся душа разрывается.

Послышался треск — лопнул кипящий чайник.

— Ручку дай, моя хорошая, — попросила я.

Она протянула мне ладонь. Я нарисовала на ней пальцем руну Иса.

— Пусть твои чувства к нему заморозятся. Руна работает до тех пор, пока боль в сердце не утихнет, — сказала я и поцеловала ее в ладошку.

Катюшка с изумлением на меня посмотрела.

— Мама, это не поможет, — вздохнула она.

Я глянула на перевернутые банки с огурцами и лечо. Всё стояло целым и не собиралось лопаться. С чайником надо было что-то делать, трогать его пока нельзя, иначе кипятком можно обвариться. Так и не стала ничего заваривать. Через пятнадцать минут мы с ней пили компот, и я ей рассказывала, как съездила в город. Посмеялись с ней над парнем, который пытался со мной познакомиться.

— А ты мне эту лампу покажешь? — спросила Катя.

— А ты как себя чувствуешь?

Она прислушалась к себе.

— Я к нему ничего не чувствую, словно все чувства заморозили, — сказала она. — Разве так бывает, что сердце рвалось на тысячи частей, а теперь тишина? Это магия?

— Да, дочь, магия, обезболивание, — ответила я. — Иначе ты мне весь дом разнесешь. Что у вас с ним произошло?

— Ну, мы с ним гуляли, целовались, обнимались. Смотрели всякие ролики в интернете, вот. Купаться на речку вместе ходили, на великах катались. А потом он захотел большего, а я испугалась. Он обозлился, толкнул меня и назвал соплей малолетней. Сказал, что не будет со мной встречаться, пока я с ним не пересплю.

Катя нахмурилась.

— Доча, только ничего не бей, — предупредила я ее.

— Я постараюсь.

— Значит, он тебя толкнул?

— Угу, — кивнула она.

— Скажи мне, где он живет, — сказала я, поднимаясь со своего места.

— Мама, не надо.

— Обижать мою дочь не надо. Ишь, какой султан Сулейман, приспичило ему, — злилась я. — И думал, ему за это ничего не будет. Козел безрогий. Не встречайся с ним больше, еще нет никто, а уже руки распускает.

— Кто это у нас руки распускает? — в кухню зашел раскрасневшийся Славка.

— Да этот, как его, с которым Катя дружила.

— Он тебя ударил? — переменился в лице паренек.

— Он меня толкнул и сказал, что больше встречаться со мной не будет.

— Угу, и теперь у нас нет окна в Катиной спальне, да и стекло в беседке нужно будет поменять, — вздохнула я.

— Я так понимаю, и чайник купить новый? — глянул он на лопнувший чайник.

— И его.

— От этого козла безрогого одни убытки. Я тебе говорил, Катька, что он тот еще козел, а ты мне не верила. Сейчас я ему наваляю, — сердился Славка.

— Не надо, нас еще просто так никто не обижал, — ответила я. — Ему еще прилетит привет от Агнеты с Катей.

— Чего делать-то? Как без окна спать? Отец сегодня неизвестно когда появится. Сейчас буду деду звонить и дяде Мише. Может, они чем помогут, — вздохнул парнишка.

Он выпил залпом стакан холодного кваса и пошел в Катину комнату. Там не только стекла повылетали, но и оконную раму вынесло.

— Шикарно, — только и смог он сказать. — Катя, я тебя боюсь.

— Я сама себя боюсь.

— Надо было около его дома стоять и бить им стекла, — покачал он головой.

Позвонили папе Павлу. В подробности я не стала вдаваться, сказала, что вывалился оконный блок вместе со стеклами. Пришел, посмотрел, голову почесал. Со Славкой собрали все назад, благо, он просто рассыпался на составляющие, а не разлетелся, как стекло.

— Звони Николаю, может у него стекло есть. Они же делали капитальный ремонт в приюте, вдруг чего осталось.

Звякнула батюшке, сказал, что у него есть обрезки, нужен точный размер. Получив все данные, прискакал батюшка через полчаса со стеклами.

— На все не хватит, только на одну часть.

— Ничего, к зиме все вставим. Главное сейчас ночью спать в нормальных условиях с закрытым окном, — сказала я.

Народ с подозрением посмотрел на стекло веранды.

— Это бы тоже сменить, — кивнул Павел. — А то в любой момент разлететься может. У меня пленка есть строительная, упаковочная. Давай я ей проклею стекло. Если посыпется, так в пленке останется.

— Хорошо, — согласилась я.

Николай прошелся по дому и проверил все окна.

— Остальное крепко стоит, при всем желании не выбьешь. Тут, видать, плохо изначально сделали, а может и дом немного повело, и окно вылетело, — сказал он.

— Да, скорее всего так и есть, — кивнула я.

А вечером к нам пришел Васька просить прощение у Кати. Рожа у него была усыпана крупными страшными угрями.

— Катька, ты это, пошли гулять, чего дуться-то, — сказал он.

— А чего у тебя с лицом? — спросила она.

— Так не знаю, может съел чего, — пожал он плечами.

— Не надо было меня обижать, — рявкнула на него Катя. — Я с тобой больше общаться не буду, вали там к этим своим Иннам, Ленам, Олям.

Она подняла гордо голову и захлопнула за собой калитку.

— Мама, он такой страшный, как я с ним целовалась? Бе-е-е, какой мерзкий. Вот стоило из-за него такие убытки нести.

— Угу, зато вокруг нас люди хорошие. Доча, не собирай больше всякую шушеру, — посоветовала я.

— Постараюсь, — кивнула она. — Надеюсь, и на других местах у него чирьи повылазили.

— Может быть, все может быть, — усмехнулась я.

Не было у бабы забот, но купила порося

Позвонила вечером Маре и попросила срочно привезти Яночку.

— Что случилось? На огород напали колорадские жуки и всё съели? — спросила с тревогой она. — Или кислотные дожди прошли? Или тебе срочно нужно вырастить урожай картошки или кукурузы?

— Нет, у меня просто повяли розовые кусты. Надо попробовать их реанимировать.

— Но ты все равно завтра к нам приедешь?

— Конечно, мы же договорились, — ответила я.

— Ладно, сейчас прикатим, — согласилась Мара.

Через полчаса Яночка рассматривала пожухлые кусты роз.

— Странно как-то, — покачала она головой. — Я к ним прикасаюсь, а они не хотят оживать. Что с ними случилось?

— С ними случилось я, — грустно сказала Катя. — Меня один нехороший человек обидел, и вот.

— Н-да, Агнета, и тебя не миновала участь с волшебным ребенком, — хмыкнула Мара. — А что с беседкой?

— Ну вот, — пожала я плечами.

— Только одно стекло?

— Тут только одно, — кивнула я.

— Есть еще где-то?

— Угу. В Катиной комнате.

— А я еще тебе завидовала, что у дочки нет никаких способностей, а тут еще покруче, чем у Яночки, — покачала головой Марена. — Давай сниму мерки со стекла и закажу, я знаю, где такие делают, да и скидку мне там дадут.

Она вытащила рулетку и быстро всё измерила и записала.

— Потом скину тебе счет.

— Спасибо, — поблагодарила я ее.

Яночка все ковырялась с розовыми кустами. Рядом скакал ворон.

— Тут всё погибло, может корни еще живы, — прокомментировал он.

— Точно, корни, — сказала девочка и приложила руки к земле.

Наверх полезли разные растения.

— У Агнеты сейчас и коно-пля-пля вырастит, — закаркал весело ворон.

— Ага, и пальма, и еще какая-нибудь экзотика, — усмехнулась я. — Ладно, Яночка, не надо больше.

— Я их ищу, — басом проговорила девочка.

Окончательно завяли розовые кусты, зато рядом с ними вылезло несколько зелененьких росточков и много-много сорняков.

— Давай я уберу сорную траву, — сказала Мара.

— Не надо, пусть вон Катюшка на нее свой пыл перекинет, — ухмыльнулась я.

— Решила наказать девчонку?

— Ну так, — пожала я плечами.

Посидели немного с Марой в беседке, чай попили, да они домой засобирались.

— Давай завтра еще увидимся. Яночка новые кустики тебе организовала, так что мы побежали, — сказала подруга.

— Хорошо, спасибо большое за помощь, — поблагодарила я.

Мара все же уничтожила часть сорняков, чему Катя была рада, да и я немного. Мы проводили гостей и обещали встретиться на следующий день за ужином.

Утром нас всех ждал во дворе сюрприз, вернее «СЮРПРИЗ». Еле открыли дверь из дома, так как всё было забито различного рода сорняками. Колючий хмель плотным ковром забил стены дома. Ему не уступал девичий и дикий виноград. Были еще какие-то вьюнки. Сплошным рядом во дворе стояли джунгли из различных растений. Не было видно ни дорожек, ни построек, ни забора.

— Как в фильме ужасов, — тихо проговорил Саша. — Секатор в гараже?

— Саня, какой секатор? Тут надо бензопилу, — ответила я. — И Сталлоне со Шварценеггером.

— Агнета, они уже старички. Но в одном ты права — нам помощь не помешает. Вчера у нас были Мара с Яночкой?

— Да, у меня подвяли розовые кусты, а она их помогла оживить.

— Угу, вот и оживила, — ответил он. — Попробую отцу дозвониться.

— Главное, чтобы это всё в доме не проросло, — сказала я и отправилась обследовать подвал.

Там всё было в норме: лилии из пола не росли, никакие вьющиеся растения из стен не торчали, корни тоже пока не пробивались. Вот что бывает, когда магии слишком много. Я набрала Мару, но абонент был не в сети, или сигнал не пробивался через плотную зеленую завесу.

— Шелби, — тихо позвала я помощника. — Шелби.

— Чего? — поинтересовался он, появившись рядом с зубной щеткой во рту и чашкой кофе в руке.

— Ты пьешь кофе и чистишь одновременно зубы? — удивилась я.

— Ты только за этим меня позвала? — спросил он меня с усмешкой.

— Нет. Ты видел, что там творится за окном?

— Лето заканчивается, — пожал он плечами.

— Судя по буйной растительности в моем дворе, оно только началось, — вздохнула я.

— Яночка ручку приложила? — спросил Томас.

— Две руки, — усмехнулась я. — У нее ничего не получалось, и вот.

— Получилось, — хмыкнул Шелби. — Ну что я могу тебе сказать? Я вас поздравляю!

— Но как-то нужно выбраться отсюда. У меня там и козы с курами в сарае закрытые стоят.

— Могу открыть, — предложил он.

— А доить кто их будет?

— Кур?

— Коз!

— А я-то думал, что узнал секрет птичьего молока, — осклабился Шелби.

— Вот знаешь, сейчас не до шуточек, — я сердито на него глянула.

— Могу позвать Исмаила с его чудным пламенем из пасти.

— Я и без него могу всё сжечь, но мне этого не надо. Пострадать может и дом, и постройки, и автомобили, и мы в конце концов.

— Мару позови.

— Не могу дозвониться, — ответила я. — Была бы ночь, пришла бы к ней во сне.

— Ужас, — усмехнулся Шелби. — До чего дошел прогресс.

— Но коз с курами всё же выпусти, пусть хоть около себя всё подъедят, — велела я.

— Договорились.

Он исчез, а я потопала к своим.

— До папы Паши дозвонился? — спросила я у Саши.

— Нет, и до Михаила тоже, и до пожарных, — ответил он. — Нет связи.

— У меня та же проблема, — вздохнула я. — Чего делать будем?

— В доме есть ножовка, — сказал Саша. — И ножи всяких разных размеров. Может, попробовать магию использовать?

— Мы уже вчера использовали магию, и вот что получилось, — вздохнула я.

— Мама, а у тебя же коса какая-то была? — спросила меня Катя.

— Она, дочь, не для этих целей.

— А для каких? — удивился Александр.

— Это ритуальный предмет, им растения косить нельзя, — сердито ответила я.

— А что можно?

— Что нужно, то и можно, — сдвинула я брови.

Со стороны окна послышался треск.

— Это стекла трещат? — испуганно спросил Славка.

— Нет, это чья-то пушистая тушка в комнату пытается пробраться, — ответила Катя, разглядев через зеленый ковер рыжий мех.

Прошка повис на «лиане» и с диким мявом оторвал ее часть от окна.

— Даже кот пытается бороться с зарослями, — вздохнул Саша.

Мы спустились в подвал и стали разбирать инструменты. Кому-то досталась ножовка, кому-то маленький топорик, а кому-то нож для рубки мяса. Я у себя нашла серп, с которым ходила за травками, и острую саперную лопатку. Натянули на себя плотную одежду, резиновые сапоги, защитные очки и перчатки и отправились всей семьей бороться со стихией.

Начали со входа. Очистили дверь и крыльцо от колючего плюща.

— Представляю, что мне будет на работе, — вздохнул Саша, — Что я скажу? На наш дом напал злобный плющ? Скажут, что я запил и у меня начались галлюцинации.

— Может, ты пока никому не нужен, — пожала я плечами, ловко срезая серпом тугие плети. — Меня больше всего интересует, куда мы все это будем складывать.

— А мне любопытно, что творится в огороде, — хмыкнул Саша.

— Я про огород даже думать не хочу.

— Но там Яночки не было, — ответила Катя.

— Мы даже в ту сторону посмотреть не можем, потому что окна все затянуло плющом и вообще на ту сторону их нет.

Где-то далеко послышался шум автомобиля.

— Кто-то к нам подъехал, кажись, — прислушался Саша, — Или мне кажется. Эта зелень все шумы глушит.

— Нет, подъехали, — прислушалась я. — Надеюсь, это свои.

— Эй, эй, мы здесь, — закричало мое семейство хором, — Помогите нам.

— Мара, аккуратно, там люди, давай лучше я сам.

— Папа, у меня это выйдет быстрей.

Услышали мы знакомые голоса.

— Ого, — видно, они освободили калитку.

— Это Яночкина работа? — спросил Юра.

— Так не получалось вчера у нее ничего, вот и приложила все силы, — ответила Мара отцу.

— Давай так, дочь, ты иди вперед по дорожке, сильно не усердствуй, в разные стороны руки не раздвигай.

— Нет, ты пойдешь вперед с бензопилой, а я позади, буду зачищать. Так мы и людям не навредим, и нормальные растения не тронем, — ответила Мара. — Ребята, вы там живы? — крикнула она.

— Да, — прокричала я в ответ.

— Отлично, сейчас мы к вам пробьемся.

Через десять минут около нас появился Юра с бензопилой, а из-за него выглядывала Мара.

— Доброе утро, — сказала она, улыбаясь.

Дорожку за ней покрывал черный пепел.

— Доброе, — ответили мы радостно.

— У вас теперь такой чудесный зеленый домик, — оглядела она наше жилище.

— Изумительно, — кивнула я. — Как у настоящей ведьмы.

— Мара, Юра, спасибо за помощь, — протараторил Саша, — Вы не обидитесь, если я побегу на работу?

— Нет, конечно, — ответили друзья.

Он убежал в дом переодеваться, а мы продолжили расчищать сад. К счастью, огород не задело. Выглядел он весьма опрятно и не был таким запущенным, как все остальное. Козы с курами пробивали сами себе дорогу и радовались такому обилию зелени.

— Мара, а как вы узнали, что у нас беда? — спросила я.

— Так твой этот приходил, такой в кирзачах и ватнике.

— Исмаил? — удивилась я.

— Я не знаю, как его зовут, — пожала она плечами. — Папа и Яночка его знают. Сказал, что у вас там джунгли и вы из дома выбраться не можете.

— Да, у нас тут и связь потерялась, как назло.

— Ты уж прости Яночку за это. Не рассчитала она опять своих силенок.

— Мара, да разве она в этом виновата? Розы не хотели воскресать, вот она и приложила все силы, которые были. Кстати, как она?

— Нормально, с утра уже убежала в свой садик, к твоему приходу готовится.

— Она, видно, разбудила спящие семена, вот и вылезло всё, что можно, и всё, что нельзя, — сказала я. — Конечно, красиво смотрится дом, обвитый хмелем. Но это же такая зараза. Потом по всему периметру расползется и будет душить нормальные растения.

— А давай мы ему заслон организуем, — предложила Марена.

— Это как?

— Я вокруг дома пройдусь, где наступлю, там земля мертвая будет и ничего расти не станет, а значит, корни хмеля в этом месте не пройдут.

— Давай попробуем, — согласилась я.

Она обошла вокруг дома, часто-часто ступая мелкими шажками. За это время Юра еще немного проредил наш сад, вглубь лезть не стал, боялся повредить нормальные растения.

— Чаю? — спросила я.

— Нет, Агнета, некогда рассиживаться, работа стоит, ждет, — ответил Юра.

— Благодарю вас за помощь, — сказала я.

— Вечером ждем в гости, — улыбнулась Мара.

— Надеюсь, у нас больше ничего такого не приключится.

— Я тоже на это надеюсь.

Юра с Марой уехали, а мы с тоской осматривали сад и прилегающую территорию. Всё же работы нам осталось немерено.