Глава 15–16

Перст указующий

Ехала домой и всё думала про лампу, так уж она мне в душу запала. Все пыталась договориться со своей жабой и хомяком. Рядом нарисовался Шелби. Он жевал жвачку и надувал пузыри.

— О чем задумалась, девица-красавица? — поинтересовался он. — Ого, а у нас обновка!

— Лампу увидала зачетную. Еду и думаю, надо оно мне или не надо, — ответила я. — Перстень себе купила с яшмой. Красивый, да? — покрутила я рукой, не отрывая взгляда от дороги.

— Неплохая вещица. Можно ее на что-нибудь зарядить или подождать, как она сама проявится, — сказал Томас, в очередной раз надувая пузырь.

— Ты в детство случайно не впал? — поморщилась я.

Шелби так и завис с надутым пузырем.

— Ну-ка, скажи еще что-нибудь? — попросил он с любопытством, растягивая жевательную резинку в сторону.

— Такой взрослый парень, а все играешься в бирюльки, пора уже повзрослеть и стать серьезным товарищем, — продолжила я строго.

Он намотал жвачку на палец и с любопытством на меня взглянул.

— Хватит на меня пялиться, — рявкнула я. — Пристегнись, выбрось жвачку в окно, пригладь волосы. Что это у тебя за дурацкая стрижка? Взрослые так не ходят. Что про тебя люди скажут, а? И костюмчик этот ты откуда взял? Это что еще за розовые пони на майке? Ты мужик или где?

— Круто, — хмыкнул Шелби и снова надул пузырь. — Есть что-нибудь еще или выдохлась?

— На таких, как ты, пахать надо, а не развозить на автомобиле. Тунеядец, не работаешь, а ешь, — продолжила я. — Ты когда последний раз на учебе был у своих ангелов? А? Я тебя спрашиваю.

На дорогу выскочил товарищ гаишник с полосатой палочкой и велел мне остановиться.

— Ну сейчас я ему устрою, — кипела я праведным гневом. — Это что он еще себе позволяет? Откуда эти барские замашки.

Повернула камеру с лобового стекла в сторону водительской двери.

— Здравствуйте, лейтенант Сидорович. Предъявите ваши документы, пожалуйста.

— Добрый день, лейтенант Сидорович. А на каком основании вы меня остановили? Я что-то нарушила? Скорость не превышала, габариты включены, все в салоне пристегнуты, тонировки нет. Сама трезвая.

В общем, залупилась я по-взрослому и понесло меня в далекие дали, и все законы вспомнила, и ПДД ему зачитала. Он предложил мне пройти мед. освидетельствование. И снова я на него много чего вылила. Сидорович выключил нагрудную камеру и сказал всё, что обо мне думает и куда я, по его мнению, должна ехать. Рядом ухахатывался Шелби.

— Я на вас жалобу напишу, — взвизгнула я. — Я все на камеру записала. Вы мои права нарушили.

— Езжай на и к… — сказал лейтенант и показал жезлом направление.

Отошел от машины и продолжил свою работу.

— Это что еще за фигня? Сейчас я ему покажу, как со мной так разговаривать, — возмутилась я.

— Агнета, поехали, а то загребут тебя и поедешь в наркологичку на обследование или в кутузку за хулиганку, — примирительно сказал Шелби.

— А ты вообще кто такой, чтобы мне указывать? В конституции не написано, что демоны имеют право указывать людям, что им делать.

Ему тоже выдала целую кучу всяких законов, прав и обязанностей, касающихся демонов и людей.

— Сними уже свой перст указующий и поехали домой, — сказал он смеясь. — Вот и проявила себя вещичка. Будешь ее надевать, когда у тебя дела будут стопориться в каких-нибудь бюрократических конторах. Ты им точно все мозги выклюешь.

— Я буду стараться, но ты не имеешь право говорить, что мне делать, а что нет, — завела я снова шарманку.

— Агнета! — рявкнул Шелби. — Сними ты чертово кольцо, иначе до дома не доедем.

— Ладно, — насупилась я и стянула колечко с пальца.

Посмотрела на Томаса и думаю, чего я залупалась, да и как-то перед гаишником стало неудобно. Человеку еще неизвестно сколько работать, а я его на «позитив» зарядила. Вытащила горсть конфет и пошла к Сидоровичу извиняться за свое поведение. Он, как меня увидал, так и замахал палочкой.

— Езжайте, женщина, мне ничего от вас не надо.

— Я вас хотела конфетами угостить и извиниться.

— Ой-ой, ничего не надо, только бы вас не видеть. Вдруг они отравленные или вы меня потом во взятках обвините. Ехайте уже, доброго вам пути. Я вас запомню и останавливать больше никогда не буду, вот вам крест, — гаишник перекрестился, — Приеду домой и жену свою расцелую, что она у меня такое золото. А вы своему мужу скажите спасибо, что он вас такую любит. Памятник ему при жизни нужно поставить, святой человек.

— Всего вам доброго, — рассмеялась я и махнула рукой.

— Довела бедного мужика? — ржал Шелби.

— Закрой рот и пристегнись, — велела я.

Он посмотрел на меня обалделым взглядом.

— Мы взлетаем, — добавила я и улыбнулась. — Мухи еще набьются в пасть.

— Обязательно, — ухмыльнулся Томас.

Я колечко засунула глубоко в сумку, может и пригодится мне еще этот перст указующий.

Молодой старик

Остаток пути переваривала произошедшее со мной, а еще покоя не давала та самая лампа. Было интересно, какие от нее могут быть сюрпризы. Она явно была не просто предметом интерьера, а магическим артефактом, но, по крайней мере, мне так казалось. Решила сначала закинуть продукты домой, а уж вечерком заскочить к бабке Матрене или позвать ее к себе на чай с пирогами, хотелось с ней немного потрындеть, соскучилась по старушке.

Около соседского дома стояла неприлично дорогая машина. Я сразу в уме прикинула, сколько квартир она стоит. Посокрушалась и осудила тут же хозяина за такую расточительность. Потом вспомнила, что как только я начинаю кого-то осуждать, так сразу оказываюсь точно в такой же ситуации. Стала осуждать его еще рьяней, мне же хочется узнать, что чувствует человек, который может себе позволить такой автомобиль.

Как-то было странно видеть его рядом с этим стареньким домиком. Хотя, может, они решили его купить по цене земли, чтобы потом его снести и построить что-то приличное. Поморщилась, не хотелось иметь рядом стройку, ведь такие люди будут нанимать строителей, а не колупаться сами. А это значит, что тут станут шататься посторонние, да и шум от них будет, и всю нашу непролазную грязюку окончательно изроют. Да и неизвестно, что за личности — бригада строителей, мало ли, у меня вот дети, да и животные.

С такими мыслями я остановилась около своего дома. Еще раз внимательно посмотрела на автомобиль, за тонированными стеклами не видно было, есть ли там кто или нет. Выбралась из зеленого «крокодильчика» и стала выгружать все свои покупки.

— Вам помочь? — спросил у меня кто-то бархатным голосом.

Я чуть не заорала с перепуга и шарахнулась куда-то в сторону.

— Что же вы делаете, что же подкрадываетесь так неслышно? Я же чуть инфаркт миокарда не получила, — запричитала я.

— Вот такенный рубец? — рассмеялся мужчина.

— Еще больше.

Внимательно посмотрела на него: приятный, хорошо одет, дорого, намытый, наглаженный, ухоженный, гладко выбритый и аккуратно постриженный по моде. Мягкие серые глаза, все лицо испещрено в морщинах. По общему внешнему виду молодой мужчина, а по лицу старик старше семидесяти лет. Он снова улыбнулся. Отметила про себя, что зубы у товарища хорошие и свои, значит, не старик. Хотя может там генетика постаралась.

— Так помочь? — спросил он снова.

— Я так понимаю, что вы приехали ко мне? — тяжело вздохнула я.

— Нет, я приехал к бабушке Рите. Мне дали ее адрес. Вы ее помощница? — кивнул он на дом.

— Нет, я хозяйка этого особняка, — усмехнулась я, — А бабушки Риты уже больше года, как нет в живых.

— Ох, как жалко, — вздохнул мужчина, — Я уже два часа ее жду. Мои соболезнования. А вы не знаете, кто-нибудь в округе чем-нибудь подобным занимается?

— А у вас что за проблема? — спросила я, — Если порчу навести или крадник повесить, то у нас таких нет. Болезни вроде тоже никто не лечит, а поговорить и погадать я могу за небольшую денежку.

Честно говоря, как-то этот дядька мне по душе лег. Обычно суровая Агнета ото всех отбрыкивается, а тут и помощь не предлагаю, и гнать не гоню.

— Давайте я вам помогу покупки в дом занести, а потом подумаю над вашим предложением, — ответил он.

— Несите, — рассмеялась я и открыла калитку.

— Меня, кстати, Мирон зовут. А вас?

— Агнета.

— Очень приятно, — кивнул мужчина.

— Взаимно.

Дверь в дом была закрыта на замок, значит, мои опять где-то гуляют, а Саша, как всегда, на работе. Откуда-то с забора спрыгнул Прошка и сразу побежал в сторону гостя. Он начал тереться об его ноги, громко и утробно мявкать.

— Я нравлюсь животным, — улыбнулся Мирон и поставил сумки с пакетами на крыльце около двери.

— Дальше я вас не пущу, — спокойно сказала я, — Вы можете подождать меня в беседке.

— Я всё понимаю, — кивнул он, — Я вообще удивляюсь, как вы мне доверились. Вдруг я какой-нибудь маньяк, мало ли. А у вас тут ни собаки, никого, только вот большой кот.

— Ну что вы, всё у нас в наличии имеется, и собаки, и коты, и козы рогатые, — рассмеялась я, — Если вы этого не видите, то это не означает, что этого нет.

— Я уже понял, — улыбнулся Мирон.

Я открыла дверь в дом, и оттуда с оглушительным лаем вылетела Маруська.

— А вот и собака, — сказала я.

— Ого, маленькая, а какая звонкая, — кивнул он.

— И зубастая, — хмыкнула я.

Мирон развернулся и направился в беседку. Я затащила все свои покупки в дом, надо бы всё разобрать и распихать по разным холодильникам и шкафчикам, но как-то перед товарищем неудобно. Выглянула на улицу.

— Я сейчас покупки разберу и выйду к вам, — крикнула я, — Вам чай, кофе, компот, квас, сыворотку? — спросила я.

— Яду можно? — грустно улыбнулся он.

— Значит, кофе, — ответила я.

— Давайте лучше компот.

— Хорошо, сейчас принесу, но он у меня без яда.

Открыла холодильник, достала графин с компотом, запихнула туда часть продуктов. Вышла на улицу и поставила перед Мироном графин.

— Вон там чашки, берите и наливайте себе сколько хочется, а я оставшиеся покупки разберу.

— Спасибо, — кивнул он.

Удивительно, но мужчина не доставал телефон и как-то не торопился уйти в виртуальный мир. Рядом с ним развалился Прошка и трогал его лапками. Мирон чесал его за ушком и гладил по голове.

— У меня тоже когда-то кот был большой и красивый. Встречал меня с работы радостно, а потом его не стало, и больше я никого не заводил. Сейчас вот вашего глажу и думаю, может, подобрать кого, такую же неприкаянную душу, как и я, — сказал он.

— Возьмите, у нас тут много беспризорников бегает, да и в городе их полно. Ладно, не скучайте, я через пару минут к вам подойду, — кивнула я и побежала в дом.

— Можете не торопиться, здесь у вас очень хорошо, посижу, воздухом подышу.

Убежала в дом и стала на большой скорости распихивать продукты.

— Потом разберусь, — решила я, засовывая пакет с едой в холодильник.

Помыла руки и сполоснула лицо. Взяла первую попавшуюся колоду Таро и вышла во двор. Мирон так и сидел за столом и медленно попивал компот.

— Красивый сад и дом, видно, не маленький, — сказал он, когда я села за стол.

— Мне тоже тут нравится, — кивнула я, — Разговариваем или я гадаю?

— Давайте просто поговорим, — вздохнул он, — Мне никто не верит, но хотя бы выговориться, а с незнакомым человеком это сделать проще.

— Эффект попутчика. Я не против вас послушать.

— За небольшую денежку? — грустно улыбнулся он.

— На корм котикам и собачкам, — уточнила я.

— Договорились, — кивнул Мирон, — Вы, наверно, уже обратили внимание на мой внешний вид. Как вы думаете, сколько мне лет?

— Лет тридцать пять, — ответила я.

— Почти угадали, тридцать семь. В последнее время мне дают больше семидесяти. Я обращался в разные клиники, но никто не находит, в чем проблема такого быстрого старения. Притом пострадала только внешность, остальные органы вполне себе здоровы. Но это не самое главное, как только солнце скрывается за горизонтом, на меня наваливаются тяжелые, страшные мысли. Мне хочется покончить с этой жизнью. Сразу скажу, что депрессии у меня нет, я успешный человек, у меня во всех сферах порядок. Проблем нигде не наблюдается. Переработок нет.

— А с женщинами? — спросила я.

— И с женщинами тоже. Сейчас я, правда, одинок, но у меня никогда не было проблем найти себе даму по душе.

Я глянула на него — действительно, товарищ даже в таком виде обладал определенной харизмой, да и, по всей видимости, был весьма умным, да и не бедный, судя по машине и по одежде.

— Ну так вот, с каждым разом я все тяжелей переношу ночь. Боюсь, что в очередной раз я не справлюсь со своим желанием и что-нибудь с собой сделаю. Я уже ходил к психологу, к клиническому психиатру, к разным светилам науки. Мне назначают антидепрессанты, но они не помогают. Как только садится солнце, так меня сразу накрывает. Мне один из докторов посоветовал обратиться к бабушке. Я через знакомых добыл адрес бабы Риты, и всё. А скоро наступит ночь, — он криво хмыкнул и отвернулся.

— Не так уж и скоро, где-то через три часа, — сказала я.

— Вы меня обрадовали, — скривился Мирон.

— Ну может быть за это время что-нибудь изменится. Как у вас дела обстоят на работе? — спросила я.

— Нормально все, работаю, хорошо зарабатываю.

— Я видела.

— Вы про машину? Ей уже три года, — кивнул Мирон.

— А моей лет шестьдесят, — рассмеялась я.

— Я заметил, — улыбнулся он, — Раритет.

— А коллектив какой?

— Обычный, народ особо не треплется, все делом заняты, новичков нет. Коллектив старый, слаженный, проверенный временем.

— А женщина, которая до этого была с вами? — продолжила я его расспрашивать.

— Она ушла. Я не хочу и никогда не хотел иметь детей, а ей хотелось полную семью. Сказала, что не собирается тратить на меня свое время.

— Вы пытались ее вернуть? — спросила я.

— Нет. А зачем? Я же не дурачок, чтобы мне по десять раз объясняли одно и тоже, я все понял с первого раза. Это ее выбор, она так решила.

— Обиделась на вас?

— Я не знаю, — пожал он плечами.

— Как у вас с друзьями? Они у вас есть?

— Да, как у всех нормальных людей.

— Какие у вас отношения?

— Обычные. На рыбалку, на охоту ездим, на лыжах зимой, на катерах, лодках летом. Встречаемся, общаемся, обсуждаем новости, — ответил мужчина.

— Они вашего круга?

— Да. Есть еще друг детства, но там, как бы особой разницы я не чувствую в материальном плане, — рассказывал Мирон.

— Он ездит за ваш счет?

— Нет, за свой, когда у него есть желание. В целом, я не вижу никаких завистников и врагов в своем окружении.

— А они есть, — поморщилась я, — Родные?

— Я поддерживаю связь только с близкими родственниками: родители и брат с женой и племянниками. Но там люди заняты собой, и им не до меня.

— Ясно.

— Вы так меня тщательно расспрашиваете, как будто можете мне помочь, — он посмотрел на меня своими пронзительными серыми глазами.

— Кто его знает, может и могу, — пожала я плечами, — Если, конечно, вам требуется помощь.

— Я за ней сюда и ехал.

Я внимательно его рассматривала, как говорится, воздействие магии на лицо, а вот кто и как сделал, видно не было. Не пожалели денег, явно обращались к профи.

— У меня есть к вам предложение, — сказала я.

— Какое?

— Оставайтесь у нас ночевать. У меня хорошая летняя кухня, вполне жесткий диван, перьевая подушка, туалет и душ на улице.

— Какое заманчивое предложение, — рассмеялся он, — Особенно про туалет. Кстати, можно им воспользоваться?

— Конечно, вон там в огороде, — я махнула в сторону огорода.

Он вышел из беседки, немного потянулся, вздохнул воздух полной грудью.

— Вы знаете, а я, пожалуй, не откажусь от вашего предложения — останусь. У меня все равно отпуск, а дома меня ждут только веселые таблетки и гнетущие мысли.

— Вот и договорились, — кивнула я. — Возвращайтесь из домика задумчивости и я покажу вам ваши хоромы.