Глава 11

Но надежда быстро испарилась, когда после пяти минут стука мне никто не открыл. Кто бы мог подумать, что я умею так барабанить в дверь. Мои удары разносились по людному коридору, как выстрелы. И с каждым новым все больше неоднозначных взглядов бросали в мою сторону. Были даже те, кто широко улыбался. Хотя помимо меня по мужскому общежитию ходили и другие девушки.

— Невозможный эльф, — пробурчала себе под нос и опять забарабанила.

За дверью послышались звуки, а потом мне даже ответили, из глубины и по-прежнему из-за закрытой двери:

— У меня очень хороший слух.

— Ты уверен?

— Я слышал, какими словами ты меня называла. Могу перечислить.

— Все-все? — с затаенной надеждой уточнила, прикидывая насколько, вообще, он может обидеться на вполне миролюбивого «эльфийского лентяя».

— Все, — припечатал эльф.

— Салгант, тогда тебе уже ничего не страшно. Открывай.

Вытащить эльфа куда-то, даже если он в это куда-то хочет, оказалось непросто. Заверения, что он будет рад составить мне компанию в любом деле, разбивались о его рассеянную лень и нежелание вставать раньше восьми утра.

— Дверь открыта, заходи, — я в полнейшем недоумении посмотрела на латунную ручку, даже оглянулась, ища поддержки. Но все, кто ловил мой взгляд, только хмыкали и старательно сдерживали смех.

Покраснев, распахнула дверь настежь. Эльф сидел на широком подоконнике. В криво застегнутой рубахе, узких штанах и босой. Я сложила руки на груди и возмущенно засопела. Он был не готов. Более того, его совершенно не заботило, что мы почти опаздывали. Кажется, он, вообще, забыл об обещании. Его волосы хаотично падали на плечи и руки, а глаза были как у трагического актера — набекрень. От такого сравнения в сторону эльфа самой стало не по себе, но против правды не пойдешь.

— Ты не одет, — я укоризненно смотрела на эльфа. — Если передумал, надо было просто отправить вестника, а не держать меня на пороге, играя в молчанку.

— Закрой дверь, — я удивилась его нервному голосу, но послушалась. — Я не могу одеться из-за этого.

Он глазами указал куда-то в сторону массивного шкафа. Ничего не понимая, я приблизилась. Под бумажными свертками, лежащими аккуратной стопкой, что-то шевельнулась, и я неосознанно создала пульсар. А эльф как-то нервно выдохнул. Серое тельце мелькнуло и скрылось за сапогами. Пульсар погас, а я медленно повернула голову к эльфу.

— Это что, крыса? — он нехотя кивнул, но с подоконника не встал.

Не зная, что сказать, я стояла все еще с поднятой рукой, угрожающе нависающей над стопкой свертков, но без пульсара. Как, живя на природе почти всю жизнь, можно бояться грызунов? Очень старалась сохранить невозмутимое лицо и усилием воли сдержала смех.

— А как ты у Астера писал о мышах?

— Они воскрешенные, — безразлично пожал плечами эльф и сложил руки на груди. — Спокойны, не шипят и у них есть хозяин, которого они слушают.

— Понятно, значит, воскрешенным мышам — да, живым — нет. Надо запомнить, а то еще по ошибке подарю не то.

— Подаришь? — сидящий на подоконнике эльф напрягся и как-то странно посмотрел.

— Ладно, не буду ничего дарить, закрыли тему. Сейчас приманю и пойдем, — я села на корточки и заглянула под шкаф.

В темноте ничего не увидела, да и не почувствовала, но с этим у меня всегда была беда. Так что просто вытянула ладонь и тихонько позвала, вплетая крупицу силы. На руку, как будто с разбега, приземлилась увесистая крыса с лоснящейся шерсткой и поразительно умными глазками.

— Выглядит, как домашняя, — рассматривая совершенно умиротворенное тельце на своей руке, сказала я.

— Вероятно, так и есть. Она заходит ко мне в третий раз, — эльф все еще восседал на подоконнике, только заметно расслабленнее и свесив одну ногу. Возмущенно обвела взглядом эту картину.

— Салгант, — я выразительно посмотрела на босые ступни, но эльф лишь покачал ногой и перевел на меня, как всегда, слишком ясный взгляд. — Собирайся уже. На тебя никто не нападёт, слово честной адептки.

Он нехотя спрыгнул с подоконника и как будто не касаясь ковра, прошел вперед, но остановился на расстоянии вытянутой руки.

— Она не кусается, — даже обиделась за вполне нормальную крыску, которая тихо сидела на руке и млела от моих поглаживаний. — Может быть, ты прячешь еду в шкафу, поэтому она к тебе ходит?

Салгант оскорбился и, не удостоив нас с крыской даже взгляда, прошел мимо, величественно подняв подбородок.

— Почему сразу не сказал, что открыто? Я бы помогла и мы бы быстрее пошли.

— Говорить девушке, что ты не можешь одеться из-за агрессивной крысы, мне кажется, не совсем правильно. Особенно если хочешь выглядеть более или менее мужественно.

— Ты же эльф. Любой твой недостаток — это, можно сказать, достоинство, — он выглянул из-за дверцы шкафа и удивленно моргнул. — Даже если бы ты любил есть пирожные, разгуливая под кружевным зонтиком, все бы только восхищались.

Он недоуменно поднял брови.

— О нет, пожалуйста, только не говори, что я угадала, и ты в свободное время разгуливаешь под зонтиком.

Эльф фыркнул и опять скрылся за дверцей, хотя на его месте я бы смело покрутила пальцем у виска.

— Кстати, с крысами могу помочь. Сейчас я подойду, и ты поймешь, что она нестрашная.

Вместе с почти спящей крысой мы обогнули дверцу и встали напротив застегивающего пиджак эльфа. Я вытянула руку с растекшейся массой вперёд.

— Погладь, она почти мурчит, — эльф нехотя поднял руку и медленно начал опускать. Крыса резко проснулась, вцепилась всеми когтями в мою ладонь, зашипела и приготовилась к прыжку. Без промедления прижала ее к груди и отбежала, спасая эльфа от скорой расправы.

— Я не говорил, что боюсь крыс. Это они странно реагируют на меня.

Такое я видела впервые. Только я отошла от Салганта крыса успокоилась и опять растеклась по руке.

— Но ты же маг, мог бы ее заморозить…

— Она живое существо, — как-то обреченно сказал эльф. — Я не хочу причинять ей боль или воздействовать магией. Тем более я неуверен, что моя магия подействует на нее так, как задумал.

В очередной раз я не нашлась с ответом и просто кивнула. А эльф быстро набросил теплое пальто и на ходу завязал хвост.

Вышли на улицу, и я попыталась отпустить крыску, но она почти свернулась на руке и идти к хозяйке или хозяину отказалась.

Салгант шел спокойно, подняв голову и не обращая внимания на блеск крысиных глаз в его сторону. Я тоже шла и ловила на себе грустные взгляды. Мне, как будто говорили «и она сидит под дверью эльфа». Немного злило, что этот самый эльф, не заметил, как долго я его ждала, да и сейчас шел не спеша.

— Нам бы поторопиться, — как можно спокойнее сказала ему, но он шагал, как прежде. — В следующий раз, если ты не хочешь, чтобы я за тобой заходила или не собираешь идти, пожалуйста, пришли вестника.

— Я хотел пойти. Просто обстоятельства.

— Почему сразу про дверь не сказал?

— Думал, ты быстро уйдешь. И мне не придется, показывать тебе это, — он выразительно посмотрел на крысу. — Все девушки обычно быстро уходят.

От такого я почти остановилась. Получается, к нему толпами ходят девушки, стучат, а он сидит за дверью и молчит. Возмутилась сразу за всех и замерла. С неподдельным беспокойством на меня смотрели чистейшие зеленые глаза.

— Что-то не так?

Эльф, да еще созидатель, обреченно подумала я. Смеси рассеянного обаяния с налетом задумчивости противопоставить было нечего. И злиться, по-настоящему не получалось.

— Все хорошо, — мои невнятные слова утонули в ярких приветствиях трёх прекрасных девушек.

Они часто кружили рядом с эльфом и сопровождали его везде, как почетный эскорт. Со мной тоже любезничали, хотя между собой иногда называли растрепанной девчонкой, что неприятно царапало, но в целом не очень беспокоило. Потому что, девушки вели себя все же вежливо — здоровались, улыбались, говорили. Производили правильное впечатление почти ненавязчивых куколок.

— Мариэтта! — вдруг воскликнула невероятная блондинка. — Ах, как хорошо, что вы ее нашли, она уже в третий раз убегает.

Почему-то она говорила это Салганту, а крысу забирала у меня. Сдается мне, это была не просто Мариэтта, а шпион.

Девушки ловко втянули эльфа в разговор и периодически что-то спрашивали у меня, чтобы кивала. Развернутый ответ им был не нужен.

Между мной и эльфом расположились темненькая и светленькая, еще одна шла по левую руку от Салганта и говорила о практике, которая должна была начаться через два дня. Сразу после зимнего бала. А я думала о насущном. Сможет ли эльф попросить своих девушек болеть за Лил? И сама себе кивнула, ради эльфа они и не на такое пойду. Красота страшная сила.

Неожиданно я покачнулась и упала в снег. Тут же вокруг меня, бодаясь, закрутился саблезуб. В последнее время он стал невозможно игривым, а когда пошел снег начал походить на щенка-переростка, который пастью ловит снег. Только лязг его зубов было слышно издали. Такие забавы саблезуба всегда заканчивались девчачьим визгом, особенно когда он, набирая скорость и высунув язык, бежал играть с людьми.

Вот и сейчас темненькая из эльфийского эскорта округлила глаза, но вместо визга приготовилась картинно рухнуть в объятия Салганта. Правда, тот предусмотрительно отступил на шаг и подал руку мне.

Но Том решил, что это к нему. Боднул эльфа, отпрыгнул, как сайгак. Потом разбежался и протаранил Салганта, и он со смешком рухнул рядом. А Том отряхнул снежную пыль и пошел на новый круг. Прицелился на игры с красотками. Пригнул голову к передним лапам, оттопырил остаток хвоста…

— Том, ко мне, — раздалось за нашими спинами, и я сама вскочила, как по команде. — Адептка Вуд, я заметил странную закономерность. Чем дольше сохраняется ваша связь с Томом, тем больше он походит на щенка или котенка, его с некоторых пор интересуют только игры.

Астер традиционно хмурился и с неодобрением смотрел на меня, как будто это я учила Тома ловить пастью снег. Хотя…

— Пока единственный плюс связи в том, что Том может вас быстро найти, — и почти без перехода, но уже на порядок мрачнее продолжил. — Почему вы не подписали бумаги о прохождении практики? И почему не взяли у меня список необходимого? Вуд, это будет не увеселительная прогулка. Я ждал от вас большей ответственности, а вынужден сам искать. Через час все списки будут у ректора, и вы рискуете не поехать в Западное королевство эльфов, а мы упустить еще одно место для практиканта.

С каждым словом профессора глаза мои становились больше, а на последнем я даже перестала дышать. Недельную практику я собиралась проходить в школе, как и все ведьмы. Варить зелья, тестировать заговоры и работать над успокоительными составами для местного лазарета. Но сейчас я в полнейшем шоке смотрела на грозного профессора, а потом осторожно перевела взгляд на застывшего Салганта. Все что меня могло связывать с этой практикой — стоявший сбоку эльф. Но он молчал, и пришлось говорить самой:

— Простите профессор, я не знала, что ректор отправляет меня к эльфам.

— Вас никто не отправляет, не захотите — не поедете, — спокойнее проговорил Астер, но сложил руки на груди. — Но учтите, такого шанса может больше не выпасть. В королевство эльфов практиканты могут попасть только по личному приглашению Правителя. В этот раз помимо двух адептов, которые под моим руководством занимаются научной работой в эльфийском лесу, пригласили еще и вас. И это удача. Для всех.

— Так я же не отказываюсь, я просто говорю, что не знала об этой практике, — быстро заговорила я. — А документы у вас подписывать?

— Сначала вам нужно предупредить профессора Тэрволин. Она не любит, когда ее ведьмы даже на первом курсе выбирают практику с магами. Потом ко мне, — Астер бросил на Салгант задумчивый взгляд, покачал головой и пошел обратно к школе, уводя и загрустившего Тома.

Как и Астер я задумчиво начала разглядывать молчаливого эльфа. Впрочем, ни я одна. Все три девушки его сопровождения тоже смотрели, но с непониманием, и даже затаенной обидой.

— Салгант, хватит молчать, — не выдержала и улыбнулась. — Почему ты не сказал об этом?

— Не знал, захочешь ли ты поехать, — и он поднял на меня свои чистые невероятные глаза.

— Ты шутишь? Кто в здравом уме не хочет к эльфам? — я даже обвела взглядом притихших девушек, в полной уверенности, что они-то меня поддержат, но в ответ получила три очень неприятных взгляда.

Кажется, у меня появились враги. Осторожно потянула эльфа за рукав и уже на расстоянии от эскорта шепотом уточнила:

— А теперь признавайся. Ты сын правителя, поэтому смог договориться на еще одного практиканта?

— Какой еще сын? Нет, конечно, — поднял брови эльф, а потом почему-то улыбнулся. — Придумаешь же.

Я тоже улыбнулась и собиралась узнать подробности практики, но Салгант лишь взял паузу перед главным:

— Всего лишь племянник.

— Вот так значит, — промямлила, стараясь сохранить беззаботную улыбку, я же про сына спрашивала в шутку, так что новость о кровном родстве меня, мягко говоря, удивила. — То есть ты племянник короля?

— У нас нет королей.

— Сути это не меняет.

— Меняет. У нас Правителя выбирает совет старейшин, на небольшой срок. Обычно эльфа из древнего рода. Поэтому сейчас я племянник правителя, а через двадцать лет им будет кто-то другой.

— Или сейчас ты племянник, а через двадцать лет и сам Правитель, да? — эльф поморщился, но важно же было понимать с кем я, вообще-то, дружу, особенно когда там такие сложные отношения. И особенно, когда собираешься в гости.

— Ты расстроена из-за этого?

— Наоборот, полна энтузиазма! — улыбнулась племяннику Правителя, надо же, как оказалось. — Впереди эльфийское королевство, какое тут к болотным призракам расстройство!

Что ж, Лил сегодня осталась без своего болельщика, но я была уверена она простит, когда всё узнает. Полчаса для меня прошли в бегах по школе или скорее полетах. Потому что, как только я думала про эльфийское королевство, ноги отрывались от земли, а за плечами вырастали крылья. Я и сплошные эльфы — это будет эпично.

Пока все варили и пыхтели на зельеварении, я подписала документы и взяла список необходимого. Его мне вручили с хмурым и серьезным видом. Я готовилась увидеть двадцать пунктов, как минимум. Но там стояли три, все в стиле Астера:

Удобная одежда, которую не жалко.

Сменная удобная одежда, которую не жалко.

Дополнительный комплект сменной удобной одежды (рюши отпороть, каблуки отпилить, лишние вырезы зашить).

Заверено (печать и подпись) профессор Т. Астер.

Мысленно перебрала свой шкаф, поняла, что мне всю одежду жалко и печально вздохнула. Над таким коротким списком придется очень долго работать. Но эти мысли отвлекли от воздушных эльфов, и на обеде я уже смогла не улыбаться без причины.

Моя радость не прошла мимо Ильима и Лил. Они немного грустили, возможно, еще капельку завидовали, но в целом, как и я, сожалели, что мы будем практиковаться не вместе. Мы все обсудили и, в общем-то, обед можно было бы считать идеальным, если бы не Лил, которая сегодня решила пообедать без Витора, а значит затронуть личные темы.

— Дан?

— Это кто?

— Тот высокий, с которым дрался Ильим.

Ведьмак неодобрительно покачал головой. Он становился свидетелем этого разговора уже не помню в который раз. После моего вопроса о лавочке для свиданий, Лил решила между делом подобрать мне кого-нибудь. Чтобы я на себе прочувствовала все щепки просиженной древесины.

— Ммм, ясно.

— Тебе не угодишь, — сказала Лил и прищурилась. — Граф?

— Смеешься? Спорю, у него уже есть невеста, возможно, она еще не выросла из пеленок, но она есть. К тому же он созидатель, так что там наверняка договорной брак, чтобы точно было потомство.

— А как договорной брак связан с потомством? — удивился Ильим.

— Просто у созидателей все сложно. Если брак с равным в магическом плане человеком, есть шанс, что при родах и жена и ребенок выживут. Если кто-то слабее, велика вероятность смерти. При этом, если брак с обычным человеком — не магом, роды проходят почти всегда хорошо, но магический дар может не передаться. Так что графу точно кого-то уже подобрали, скорее всего, с титулом и без дара.

— Мне кажется, такое надо писать в учебниках, чтобы знать, к чему готовиться. А то вот так влюбишься и всё, — сказала Лил, взмахнув рукой. — И откуда у тебя такие познания? Отец рассказывал?

— Да. Объяснял, почему моя мама умерла при родах.

Лил взяла за руку и крепко сжала. Я знала, что она не будет ничего спрашивать, но и продолжать шутить тоже не станет. А мне не хотелось, чтобы мы уходили в скорбь, тем более из-за такой давней темы.

— Я ее никогда не знала, и сейчас уже нет смысла об этом плакать. Так что давай вернемся к твоим вариантам, — улыбнулась Лил в уверенности, что она меня поддержит.

— Надо подумать. Ильим, может, у тебя есть кто-то на примете?

— Если девушка не может определиться с парнем, значит, он ей не нужен, — хмуро сказал ведьмак и встал, пора было идти в зал на боевку.

— Много ты понимаешь, — фыркнула Лил, подхватывая сумку.

— В плане девушек вообще ничего не понимаю, — буркнул Ильим и уже громче продолжил. — А почему ты не назвала Салганта? Он с Рей часто бывает.

— Что ты! Еде мы и где эльфы, — улыбнулась Лил, но, повернувшись ко мне, вопросительно подняла брови.

Не торопясь, мы дошли до зала, по пути перебирая малознакомые мне имена парней. Надо признать, Лил подошла к делу с энтузиазмом, но, по сути, это скорее была игра, чем что-то серьезное. Поэтому даже Ильим, в конце концов, перестал хмуриться.

Профессор вошел в зал вслед за нами и пока он готовил мишени Лил шепнула:

— Профессор Астер?

— На лавочке? — у меня чуть сердце не остановилось от такой картины.

— А что? Ему только тридцать с хвостиком. Молод, силен, при должности.

— Ему может и тридцать, но мне-то восемнадцать.

— Мой папа старше мамы на двадцать пять лет и, знаешь, какая у них крепкая любовь? — Лил сжала кулак и потрясла передо мной.

— У твоих крепкая любовь, а у Астера есть Тэрволин с нюхом, — напомнил Ильим о тайной и в то же время всем известной страсти декана ведического факультета. — Один раз Рей пройдет рядом с ней после лавочки с Астером и пиши завещание.

— А я ставлю на Рей. Молодость — вперед.

— Опыт и нюх, мне кажется, важнее возраста. Так что — Тэрволин. У Рей нет шансов, — сказал Ильим.

— Да ну вас, — в целях профилактики ущипнула Лил.

Профессор между тем продолжал шептать заклинания, бросая их зачем-то на стены. Сегодня он вел себя не вполне типично. Перед началом занятия снял пиджак и остался в рубашке с жилетом. А теперь уверенно закатывал рукава, открывая свои могучие руки.

— Ты посмотри, какой мужчина, — томно прошептала на ухо Лил.

— Очень волосатый, — кивнула я.

Профессор призвал всех к порядку и в воздух поднялись ружья.

— Итак, — начал Астер разминая пальцы. — Сегодня мы работаем с магическими ружьями. Для всех, кто думает, что это не нужно магу, напомню, ваши силы не безграничны. И когда они на исходе, пригодится ружьё.

Каждому в руки опустилась отполированная двустволка. С деревянным прикладом и магическим вензелем одной из лучших в королевстве мастерских.

— Перед вами стандартное ружье. Заряжается либо амулетом резерва, либо вашей сырой силой. Патроны вставляются вручную по одной штуке в каждый ствол. Итак, смотрим внимательно: приклад, курок, ствол, прицел, мушка и спусковой крючок, — Астер показала еще раз на детали и посмотрел на нас. — Те, кто пользовался ружьями, поднимите руки. Отлично, вы будете сегодня работать вместе со второкурсниками. Те, кто не пользовался — со мной. Пиджаки рекомендую снять, важно, чтобы вам ничего не мешало. А теперь поговорим о правилах.

Не слыша ничего, я с любовью водила пальцами по гладкому металлу. Сначала новость об эльфийском королевстве, теперь ружьё. День идет в правильном направлении.

Нас перетасовали, рядом со мной возник Майлз, чуть позже Уилл и в конце к нам приставили того самого Дана. Астер хмуро что-то сказал второкурснику и ушел. Наша компания явно подобралась неслучайно. Опасных и недисциплинированных отдали самому сильному боевику.

Майлз уже в шутку целился незаряженным ружьем в странную дутую шляпу Уилла. Маг, да еще в помещении в шляпе? Невиданное дело. И Майлз, конечно, не мог промолчать:

— Старина, хорошо, что ты подготовился к боевке. Шляпа что надо. Так. Приготовься. Медленно снимай… Подбрасывай!

Уилл, который слушал друга и даже сделал движение рукой к шляпе, выругался.

— Между прочим, это последний писк моды! — уверенно сказал наш тощий блондин. — Увидишь, скоро все будут ходить в таких.

— Если это последний писк, чего же она у тебя такая потрепанная?

Уилл не отреагировал, а, наоборот, гордо поправил шляпу, и его светлые вихры еще смешнее стали торчать из-под покатых полей.

— Все умеют стрелять? — подал голос второкурсник и посмотрел на меня.

— Все, — сказала и с радостью встала напротив мишени. Но ко мне зачем-то подошел Майлз.

— Приклад сильнее прижимай, ты маленькая тебя будет шатать от отдачи, — сказал он, протягивая ко мне руки.

Увернулась и, прицелившись, выстрелила, без раздумий и, конечно, попала лишь в район семёрки. Учитель бы отругал за выстрел без подготовки, но ситуация требовала действий. Какой-то боевик, пусть и друг, посчитал, что я не умею стрелять!

— Нехило, — сказал Майлз и улыбнулся. — Но смотри как надо.

Парень прицелился в мою же мишень и попал точно в центр. Он замер перед выстрелом лишь на мгновение. Его обычно открытое лицо стало очень серьезным и, пожалуйста, десятка без пристрелки.

Второкурсник смотрел на нас с ухмылкой и не удержался:

— Ты бы еще с ребенком померился силами.

— Эй, я хорошо стреляю! Не хуже Майлза и не надо меня ровнять с малолетками, — не стоило, конечно, принимать слова так близко к сердцу, но это же ружьё, я с ним только что не спала лет с двенадцати, а меня ставят в один ряд с детьми. — Спорим, я тоже попаду в десятку?

— А давай, — решил он. — Целься.

В этот раз я не стала торопиться, выровняла дыхание и только потом встала на изготовку. Палец уверенно лег на тугой крючок, я задержала дыхание и выстрелила.

— Точно в центр, — немного удивленно сказал второкурсник.

— А два подряд, сможешь? — вошел в раж Майлз.

— Я-то смогу, а ты?

— Обижаешь, подруга. Уступаю право первого выстрела даме, — он картинно поклонился, я серьёзно присела в реверансе с ружьем, второкурсник, кажется, подавился смешком.

Я не промазала и с улыбкой посмотрела на то, как готовится Майлз. Он целился дольше, переводя дыхание и слушая ружье. Интересно зачем? Магическим ружьям не нужна долгая пристрелка, обычно хватает одного выстрела, чтобы маг подстроился. Зоркости и точности это все не добавляет. Ружье лишь правильно ложится в руку.

— Тоже два попадания, — удовлетворенно сказал второкурсник. — Вы меня радуете. На вашем курсе я смотрю одни новички… Пока только вы стреляете по мишеням.

С чувством превосходства мы переглянулись. Многозначительно пофыркали, было бы чего выпить, подняли бы бокалы за успех и подбросили шляпу Уилла. Кстати, вслед за нами он легко положил два выстрела в центр мишени и тоже вошел в команду метких и пафосных стрелков.

— Теперь на два шага назад и еще по два выстрела, — скомандовал Дан и сам тоже взял ружье потренироваться.

Просить дважды не было нужды, мы отступили и пошли в атаку. Наши выстрелы громко разносились по залу. Чуть позже и в стане Астера послышались первые хлопки, а затем и дружная перестрелка. Занятие шло бодро, мы уже отошли на целых тридцать шагов и теперь подпитывали амулеты силой.

— Спорим, попаду минимум в девятку с первого раза, — сказал Уилл, поправляя шляпу.

— Спорим, я тоже, — сказал Майлз. — На что будем спорить?

— Если один из нас промажет, он обязуется носить шляпу Уилла, — предложила я.

— Мою шляпу? Это же не наказание.

— Поверь девушке, очень даже наказание.

— Давайте так, раз Уилл от нее без ума, то проигравший, обязуется носить ее год, — Майлз заговорщицки подмигнул.

— И снимать, только если очень просят преподаватели на занятиях, — сказала я, и ребята кивнули.

— Народ, минуту, — второкурсник поднял руку. — Астер обновляет заклинания.

Я бросила взгляд в сторону профессора, вокруг которого сейчас стояли преимущественно ведьмы. Он среди них возвышался, как скала в море и четко сбрасывал заклинания с пальцев. Издали не было видно его волосатых рук, зато прекрасно вырисовывалась мощная фигура с четким разворотом плеч.

— Приступайте, — раздался голос Дана.

Второкурсник стоял в нескольких шагах от меня, засунув руки в карманы штанов, отчего отвороты пиджака сильнее расходились на груди. Его фигура чем-то была похожа на профессорскую. По ширине плеч, во всяком случае, они были братьями.

— Арейна, парни уже на линии, — проговорил он с легкой улыбкой.

Быстро встала на изготовку и прислушалась к дыханию. Как назло, оно не становилось ровнее и когда Дан дал команду стрелять уже было понятно, что я не готова. Но ребята выстрелили, а мое дыхание все еще сбивалось и с каждой секундой промедления становилось хуже. Зачем только Лил называла их имена? Щеки порозовели, а обычно холодная во время стрельбы голова, не оправдала ожиданий. Выстрел сорвался. Семёрка.

— Я тебе свою шляпу не отдам, — моментально сказал Уилл.

И он, и Майлз выбили по десятке. Неизвестно, Уилл и правда так любил это безобразие или же решил пощадить чувства девушки, но я уверенно сняла с него шляпу сама. Если уж участвуешь в споре, надо уметь проигрывать, мой учитель бы мной гордился. А вот Елэдис, наверное, упала бы в обморок.

Шляпа была великовата и моя голова в ней почти тонула. Растрепанная коса торчала как из натурального горшка, одетого вверх дном, а шея неожиданно стала как будто тощей. Но это все я увидела, конечно, позже. После того как отсидела лекцию по истории и поймала десятки удивленных и ехидных взглядов. После того как поужинала и сходила к Астеру.

Разглядела в тот момент, когда Лил предложила подготовить платья к завтрашнему балу. Я достала свой великолепный праздничный наряд глубокого синего цвета с мерцающей вставкой в области декольте и, подойдя к зеркалу, приложила к себе. Хорошо, что дутая шляпа съехала на глаза, почти закрывая от меня трагическую смесь барышни-конфетки и портового грузчика. Нда.

Лил хотела меня убить. Нет, лицо у нее было почти нормальное, и говорила она, не повышая голос, но вот взгляд.

К середине дня, когда мы перебрали все и стало ясно, что ни одно мое платье не сочетается со шляпой. Хотя кого мы обманываем, это можно было понять с закрытыми дверцами шкафа, сидя на лавочке для поцелуев и занимаясь распутством. Правда, в такой шляпе распутства тоже представлялись с трудом, и почему-то больше походили на бой с воскрешенной обезьяной в той самой шляпе. Но я отвлеклась. Когда стало ясно, что ничего не подходит, мы открыли шкаф Лил. Она была выше, тоньше, но мы не теряли надежды.

— Просто выбрось ее, — она в очередной раз сделала попытку меня вразумить. — Парни тебе слова не скажут.

— Это был спор. Кем я буду, если нарушу условия? Майлз вряд ли бы так поступил.

— Ты девушка! А рассуждаешь, как мужчина, это у них карточные долги нельзя не отдать, условия пари надо выполнять, иначе бесчестье и пятно на репутации.

Лил зло зарылась вглубь шкафа и достала непонятную бесформенную массу. При рассмотрении ей оказалась широкая юбка-брюки. В таких магички посещали занятия по верховой езде. Почему-то даже на боевку было не принято надевать брюки, да и на улице девушку в подобной одежде не сыщешь.

— Так, — Лил отодвинула горы одежды с края кровати и села. — Если ты такая упертая, надо начать со шляпы. Почистить, покрасить и уменьшить.

— Ого, и как мы это сделаем?

— Зельями, — Лил уверенно достала из-под кровати свой гримуар. — Я, конечно, почти не потомственная ведьма, но у меня кое-что есть. Вот. Зелье окраса! Только оно для волос, но ничего.

Зелье оказалось на удивление простым. Не мудрствуя, покрасили по инструкции и выдохнули. Идеально черный цвет. Чтобы шляпа уменьшилась Лил ее намочила, а потом резко шибанула воздушным тараном. Черное нечто подпрыгнуло и спокойно легло на стол. «Живучая» прошептала расстроенная Лил, из которой, между прочим, получилась бы отличная прачка. Сушка тараном ужала шляпу, и она хотя бы перестала падать на глаза. Преобразившаяся, она теперь не пугала своим видом. И мы спокойно занялись главным.

Идея с одеждой пришла, когда я вспомнила картины девушек в амазонках. Кокетливые шляпки, свободные юбки, почти всегда жакеты, реже укороченные пиджаки.

Серая юбка-брюки, черный приталенный пиджак, светлая рубашка и готово. Пусть без пышности, но вполне. Лил закрутила мои волосы в тугой пучок и я стала походить на интеллигентную девушку в немного массивной шляпке. В такой одежде не стыдно пройти по улице, наверное. Плюнь на всех, сказала себе, главное, слово сдержишь.

Грустно посмотрела на прекрасную Лил в умопомрачительном платье морской волны и пошла на выход. За Лил должен был зайти Витор и мешать им не хотелось.

— Рей, может, все же выбросишь или вернешь Уиллу? — донеслось мне в спину, но я упрямо покачала головой.

В зале собраний было шумно. Адепты ходили, болтали между собой и голодно поглядывали на накрытые длинные столы. В центре каждого красовался целиком запеченный поросёнок с пучком петрушки во рту и торчащей морковкой из-под закрученного хвоста. Рядом располагались зажаренные куры, высиживающие вареные яйца. Фантазии созидателя, который придумал для печек это меню, можно было позавидовать. Особенно после столика с шоколадными фигурами, где прямо из плитки шоколада поднимались руки с перстнями, и висела подтверждающая самые смелые мысли табличка «Пальчики оближешь».

Я медленно пошла вдоль длинного стола, выискивая знакомые лица. Но еще до того, как я нашла свой курс, в зале появились преподаватели. От нашей главной ведьмы глаз невозможно было отвести. Изысканное красное платье невероятно ей шло. В нем она казалась, с одной стороны, очень молодой, а с другой — не пропадало ощущение опасности. И все, кто шел позади, в том числе Астер и даже старенький профессор Рокир, не спускали с красного платья глаз.

На другом конце стола увидела Салганта с графом. В отличие от многих они на нашего декана не засматривались. Все-таки воспитание — это сила. Эльф рассеяно блуждал взглядом по толпе адептов и кивал другу, когда тот что-то спрашивал. Первым меня заметил граф, и я помахала, в ответ получила немного удивленный поклон. Салгант же скользнув по мне, перешел к другим адептам. Правда, через несколько секунд вернулся и так же, как граф удивленно кивнул.

— Дорогие адепты Высшей школы магии, — заговорил ректор, вставший во главе самого длинного стола. — Ежегодно наш Зимний бал это способ сплотить все курсы и факультеты, и показать, насколько школа объединяет людей.

Он сделал значительную паузу, в течение которой все адепты умудрились найти место за столами и сесть. И пока он дальше вещал, потихоньку начали накладывать еду. Еще немного и он рисковал, закончить речь под дружное причмокивание. Но опытность ректора вызывала уважение, он быстро пожелал всем приятного вечера и разместился за отдельным преподавательским столом, на котором не было ни изысканного поросёнка с морковкой, ни курицы, лишь отбивные с зеленью и стейки. Все лучшее для адептов.

Разместившись среди ведьм, я попробовала поросёнка и даже подумывала отломить шоколадный палец, но объявили танцы. Всех пригласили в бальный зал. Многие шли уже парами, а те, что плелись в хвосте, вяло переглядывались и, похоже, боялись танцевать.

Огромный зал, украшенный разноцветными магическими огнями, плавающими в воздухе, встретил прохладой и торжественной музыкой. Открывал бал сам ректор, по-хозяйски прижимая к себе профессора Тэрволин. Возможно, ему этикет, а вместе с тем и танцы тоже преподавал боевой маг? И для него находиться близко к кому-то, значит прикрыть собой? Что ж, ректор прикрывал выше всяких похвал.

За главной парой потянулись и другие преподаватели, а с ними и адепты. Кто бы сомневался, что одним из первых закружится эльф вместе с сияющей блондинкой. К ним с каждой минутой присоединялось все больше людей и в конце концов бальный зал полностью заполнили танцующие пары. Вдоль стенок остались те, кто не претендовал на блеск первого танца и не заявлял о себе всему миру платьями, партнерами и партнершами, драгоценностями и вычурными прическами.

Ко второму танцу тоже классическому и красивому на паркете стало тесно. Адепты танцевали, смеялись, непринужденно болтали, и создавалось впечатление, что больше всего на свете они любят кружить.

На удивление сегодня взгляды не были прикованы к Салганту. Хотя, даже девушки в самых роскошных платьях знали, что им не переплюнуть такое прекрасное создание, как эльф. Но произошло невиданное, граф изредка улыбался. Краешками губ и немного склонив голову к своим партнершам. Его лицо стало интереснее, при этом сохраняя некоторую отстраненность. А если сюда же добавить его рост и почти военную выправку… За ним было очень приятно наблюдать. Как легко он скользил, аккуратно придерживал за талию и еле заметно улыбался. И приглашал он многих. Создавалось впечатление, что сегодня он гуляет за все дни своего добровольного отречения от женского общества.

Несколько раз сменились партнеры, заиграла другая музыка и я обнаружила, что давно стою среди тех, кто боялся танцевать. Развернулась и пошла обратно к столам, с досадой подумав, не потанцую, так, может быть, поем. Но меня аккуратно придержали за локоть.

— Потанцуете со мной, Арейна?

Граф в дорогом, почти сияющем, фраке, наверное, выглядел рядом со мной чуждо. И если до этого момента я со своим внешним видом мирилась, то теперь стало немного стыдно. Но я решительно кивнула, правда, рука непроизвольно потянулась к кончику косы, которого не было.

Во время нашего короткого пути к центру зала, глаза я предусмотрительно не поднимала. Смотрят же точно на нас, а читать на лицах непонимание с капелькой презрения желания не было. Так что вела себя как трепетная леди — спина ровная, глаза долу, еще бы не сжимать пальцы свободной руки в кулак и можно считать себя примером для подражания.

Легкая музыка вальса приятно будоражила, сразу захотелось сорваться и закружить по залу, ставшему почти свободным. Кажется, наши адепты недолюбливают вальс. Конечно, девушку не прижать, нормально не поговорить, зато надо держаться ритма и не выглядеть тюленем.

С первыми аккордами мы легко заскользили среди редких пар. Горячая рука на талии при холодной вежливости в глазах сбивала с толку.

— Вы сегодня обворожительны, — склоняя ко мне голову, и улыбаясь лишь уголками губ, сказал граф.

Чуть не споткнулась от того, как легко он сделал мне комплимент. Приятное тепло пробежало от щек до кончиков пальцев, и я опять опустила глаза, с трудом припоминая, что надо ответить любезностью или начать разговор о погоде.

— Сегодня снежно, не находите? — этот труд взял на себя спустя некоторое время граф, опять склоняя ко мне голову.

А я представила, как это выглядит со стороны и удивленно посмотрела в серые глаза. Он же проделывает это со всеми!

— Фицуильям, — еле сдержалась, чтобы не воскликнуть. — Неужели вы тренируетесь?

— Простите?

— Не могу подобрать правильное слово, — я уверенно пошла против этикета, надо было еще поговорить об уличной свежести, «погода» и только потом что-то любопытное. — В обольщении?

Граф кашлянул, а я почувствовала себя спокойнее оттого, что смогла придумать объяснение его поведению и смущение отступило.

— Я угадала? — видя замешательство на обычно каменном лице, искренне удивилась. — Простите, за мою фамильярность, а зачем вам? Вы высокий, симпатичный граф и даже если бы вы сами…

— Арейна, вы ошибаетесь. И, кажется, подозреваете меня в недостойном, — он быстро вернул себе легкую улыбку и перевел тему. — Вы вчера были на турнире четверок?

— Нет, — внимательно посмотрела на графа. — И все-таки тренируетесь. Я не считаю это недостойным. Но, может быть, вы скажете, для кого появилась ваша улыбка?

— Полагаю, разговором о погоде я вас уже не заинтересую.

— Этим разговором, вообще, мало кого можно заинтересовать, — потом подумала и добавила. — Разве, что трёхсотлетию старушку. Погодой, вышивкой и, возможно, кошками. Но я не старушка, а вы вряд ли признаетесь, что вышиваете крестиком.

Граф обреченно посмотрел на меня уже без улыбки.

— Заметьте, со мной ваша тренировка вышла на другой более сложный уровень, — с трудом сдержалась, чтобы не подмигнуть хмурому Фицуильяму.

— Это не тренировка, Арейна, это уже проверка выдержки, — вдруг ответил граф, чего никогда себе не позволял, и по его губам все же скользнула улыбка.

— Мы же с вами команда, помните? Может быть, я смогу вам помочь, тем более за мной долг.

— Кажется, мы с вами уже решили, что его нет. И помощь мне не нужна, потому что никакой тренировки не существует. Я лишь танцую.

Видя неодобрение на лице графа, не решилась дальше его мучить, и мы спокойно закончили танец в привычном для нас молчании. Он поклонился, я присела по правилам светского общества.

— Еще один танец? — граф так решительно посмотрел, что я почувствовала себя препятствием, которое боевики берут с разбега.

— С удовольствием, — широко улыбнулась даже не графу, а возможности так легко кружить. — Продолжим тренировать вашу выдержку?

— Арейна, вы невозможны, — печально заявил он, становясь ближе.

Закончились классические танцы, и наступило время более раскованных и порицаемых старшим поколением. Хотя нормы нарушали всюду, особенно там, где присутствовали маги. И дважды сыгранный вальс был тому подтверждением.

Когда зазвучала музыка, я стояла, почти уткнувшись в грудь графа, а он сжимал мои пальцы намного крепче, чем прежде. Такая близость неожиданно оказалось приятной. А когда мы в танце отдалились друг от друга, почему-то появилась неловкость, и я опять опустила глаза.

— Боюсь, если вы ни разу на меня не посмотрите, моя тренировка окажется бесполезной.

— Значит, угадала! — подняла голову как раз в тот момент, когда, он склонился. Мой нос неловко зацепил его подбородок, но на фоне новости о том, что граф ради кого-то улыбается, все померкло.

— Не совсем, — вопреки правилам он продолжал находиться близко. — Я еду в Западное королевство эльфов на практику и там часто устраивают балы. По мнению Салганта, я слишком холоден и скован в движениях, что очень обижает местное общество. А это неприемлемо, если я хочу и дальше пользоваться их радушием.

— Значит, общество, — что в моем понимании значило эльфийка, но я наконец-то вспомнила о такте и промолчала.

Граф кивнул, и мы опять закончили танец в молчании. Раскланялись, и я осталась среди адептов у стеночки. Один танец, другой. Постепенно я опять стала ощущать себя лишней. Видимо, танцы для меня закончились, и я вернулась в зал собраний.

Когда примеривалась к шоколадным пальцам, ко мне подошел Майлз. Непривычно причесанный и с румянцем на смуглых щеках.

— Как настроение? — спросил он, рассеяно водя глазами по лицам адептов.

— Ничего, а у тебя?

— Ну меня, — он замолчал и уставился в одну точку. — Рей, мне нужна твоя помощь.

— Какая именно? — поторопила я, когда он надолго замолчал.

— Поцелуешь меня?

— А ты не обнаглел? — ничего не понимая, уставилась на него, пытаясь понять, когда я дала повод думать о себе, как о доступной девушке.

На щеках Майлза сильнее проступил румянец. В нерешительности он растрепал волось пятерней и опять заговорил:

— Ты знаешь Энни? Рыженькая, с нашего курса, — я опасливо кивнула, а он быстро проговорил. — Нужно, чтобы она поревновала. Идеально было бы поцеловать другую ведьму у нее на глазах.

— Майлз, ты с головой дружишь?

В душе еще не улеглось возмущение от предложения, а он к этому добавил, что наш гипотетический поцелуй, вообще, для другой! Вот так дважды обидеть — это надо постараться. Но видя растерянного Майлза, решила, прежде чем переходить к рукоприкладству кое-что объяснить:

— Она ведьма, и за поцелуй тебе прилетит и девушке, с которой целоваться будешь, тоже. К тому же Энни это точно запомнит и, возможно, будет мстить. Если ты с ней поругался просто поговори по-человечески. И она сама тебя поцелует, когда простит.

— Да, мы как бы не вместе, — промямлил обычно бойкий Майлз.

— Вот как, — задумчиво посмотрела на парня и добавила, а то вдруг он не знает. — Ревнуют обычно тех, кто нравится…

— Я точно ей нравлюсь, она в меня пыталась проклятье швырнуть.

— Майлз, ведьмы не могут проклинать, — тихо сказала, а он еще сильнее загрустил.

— Плохо.

— Почему?

— Представь, она бы меня прокляла, а потом ей бы пришлось со мной возиться или лечить. Это был мой запасной план.

— То есть основной — это поцелуй со мной?!

— Нет-нет, Рей, извини, — видя, как я сжимаю кулаки, он поднял руки. — Просто поцелуй, не с тобой, а с кем подвернется. Опять извини, говорю не то, что думаю. Призрак задери, всё не то.

Парень растер руками лицо и печально вздохнул. Высокий Майлз сейчас казался меньше на голову и совсем не таким жизнерадостным, как всегда. И это точно противоречило природе. Я похлопала его по плечу. Вроде бы и обижаться есть за что, а жалко его ужасно.

Он еще раз вздохнул и достал из внутреннего кармана фляжку. Не поморщившись, отпил и протянул мне. Пахнуло чем-то горелым. Но сочувствовать, так сочувствовать, заодно и шляпу запить не помешает. Тоже глотнула… Дышать смогла только через полминуты. Даже самогон прошел лучше.

— Подведем итог, — все же отломила шоколадный палец и откусила. — Ты хочешь, чтобы Энни на тебя обратила внимание, но не знаешь, что для этого сделать. И, прости, но только настоящий дурак будет целоваться с другой.

Он забрал фляжку, обреченно кивнул и опять отпил.

— Просто Энни, она такая…, — парень рукой изобразил какие-то плавные линии. — А я… вот.

Он вздохнул и опять отпил. Отобрала фляжку и завинтила крышку.

— Пить — это не выход, — назидательно сообщила и сама тихонько выдохнула через рот, эта дрянь до сих пор жгла язык. — Пошли. Посмотрим, что можно сделать.

В бальном зале играла тихая музыка, и большая часть адептов, стояла группками, попивая соки. Вокруг Энни вились второкурсники. Девушка с рыжими волосами, белой кожей и в изумрудном платье, однозначно не могла остаться незамеченной.

— Дело — труба, — опять загрустил парень и потянулся к фляжке.

— Не все так плохо, — перехватила его руку и добавила. — Я могу ей сказать, что для неё приготовили сюрприз во дворе и увести от этих боевиков.

— И какой сюрприз ее там ждет? — недовольно спросил Майлз, а я чуть не покрутила пальцем у виска.

— Там ее будешь ждать ты и лучше, чтобы ты как-то ее удивил.

— Как?

— Слепи снеговика, — рыкнула я, поражаясь его безволию. — Я откуда знаю? Работой головой, раньше у тебя с этим проблем не было.

Майлз обреченно посмотрел на меня, но ушел в школьный дворик. А я пробралась к Энни, про себя недоумевая, почему согласилась помогать, хотя мне предложили сомнительный поцелуй и даже не пригласили перед этим на танец.

Убедить Энни не составило труда. Ведьмы от природы слишком любопытны, и она просто загорелась этим сюрпризом. Правда, мне пришлось выходить с ней. А Майлз действительно начал лепить снеговика, но, видимо, быстро сообразил, что на это нужно слишком много времени. Поэтому когда мы вышли он просто сел на скатанный шар. Сюрприз.

Я медленно начала отступать, чтобы Энни не успела меня убить. Все же я ее отвлекла от таких боевиков и выманила к Майлзу, но, видимо, я зря переживала. Потому что, когда Майлз встал к ней навстречу, она никуда не ушла. Возможно, ждала продолжения сюрприза. Ну что же, им для снеговика еще два шара скатывать, значит, есть чем заняться.

Я проскользнула обратно в зал и даже не взглянула на танцующих. На сегодняшний вечер моим главным партнером был стол, и на нем меня ждали шоколадные пальцы, которые оказались на удивление вкусными. Увидела, как отчаянно мне подает знаки Ильим, но спасать еще и его не собиралась. Ведьмака окружили пять симпатичных и улыбчивых девушек, но для него такое внимание было в новинку, и с моей помощью он явно хотел сбежать. Жизнь очень странная штука, за парнем бегают, а он не ценит.

— Рей, — на моём пути неожиданно возник сияющий и довольный жизнью эльф. — Не уходи, потанцуй со мной.

Я растерянно кивнула и даже ехидная мысль, что он, вероятно, пригласил меня потому что уже перетанцевал со всеми девушками школы, лишь мелькнула. На него невозможно было сердиться, особенно сейчас. От его обычной холодности почти ничего не осталось, и даже на скулах появился легкий румянец.

— Ты сегодня почти светишься, — осторожно отметила я, когда мы начали танцевать.

— Я иду домой, — совершенно счастливо ответил эльф.

— Домой?

— Да, сразу после бала мне откроют портал, — Салгант очень светло улыбнулся.

— Ты можешь открыть портал? — мага такой силы я видела впервые.

— Я — нет, — разочаровал эльф, но затем легко улыбнулся. — Мой отец может.

— Но, чтобы открыть, нужен же второй маг. Один открывает, второй встречает… — Салгант, не переставая улыбаться, быстро достал из кармана плоский камень с куриное яйцо, испещренный символами.

— Это что-то наподобие маяка. Так мой отец знает, где будет открывать портал. И у него есть особый амулет, который позволяет открыть портал без поддержки. Амулет частично отражает силу, а частично берет ее из окружающего мира и ему хватает сил удержать врата с двух сторон. Это, кстати, изобретение мага вашего королевства, конечно, с участием и помощью эльфов, — это прозвучало, так, как будто наши маги, на самом деле ничего не делали, но лавры забрали себе. — Такой амулет изобретен специально для вашего принца Эдварда, но мы, как создатели тоже пользуемся.

Он все произнес на одном дыхании, как будто торопился убедить, видимо, принимая мое восхищение и трепетный ужас за недоверие. Но я-то думала о порталах и поражалась тому, как теперь сильным магам просто. Поставил маяки в нужных местах и перемещайся куда вздумается. Правда, маг такой силы у нас один, а в другие королевства этот амулет не отдадут и за горы золота.

— Я ухожу сразу после бала, — среди прочего услышала я. — Завтра отец открывает портал для Астера и Фицуильяма, сегодня для меня.

Мы сделали еще один круг. Я смотрела на счастливого эльфа, а видела сияющий портал и целую делегацию из высоких и красивых мужчин с острыми ушами. Вот бы посмотреть, промелькнуло у меня в голове. Салгант улыбался мне все шире и шире.

— Я заметил, что ты не танцевала. Ты не любишь балы?

— Люблю. Но так вышло, что меня почти не приглашали.

— Почему? — совершенно искренне удивился Салгант, а я не сразу нашлась с ответом.

— Не знаю. Возможно, ты мне скажешь?

— Наверное, это недоразумение, — ответил эльф, который сам вспомнил о моем существовании только в конце бала.

— Наверное, — ответила я, понимая, что танец неуловимо начал портиться.

— У нас такого не произошло бы, — серьезно сказал Салгант. — Эльфы ценят, когда весело всем гостям, поэтому мы танцуем с разными девушками весь вечер, иначе пойдет слух, что это был скучный бал.

Я удивленно хлопнула глазами. Так вот почему граф так старался подготовиться к эльфийским балам. Для вечера сплошных танцев определенно нужна выдержка.

— Идем со мной, — вдруг на выдохе произнес Салгант и его глаза загорелись еще ярче. — Я приглашаю тебя к себе домой. Согласишься? Всего на день раньше.

— Конечно, — тут же выпалила я без раздумий.

Мне кажется с эльфами сначала всегда надо соглашаться, а потом думать на что. К тому же осознание, что прямо сейчас я могу попасть к эльфам, да еще пройти порталом, который открыл всего одни маг, выбивало все мысли, как удар под дых весь воздух из легких. И что уж скрывать, это перечеркивало все недостатки сегодняшнего вечера.

Салгант улыбнулся и закончил танец раньше времени, чтобы проводить меня в комнату за вещами. По пути он не переставал говорить. Прекрасный лес, дружелюбные эльфы, танцы, музыка и еще много всего. Я хотела перенестись туда моментально и даже толком не застегнула пальто. Я бы побежала к месту открытия портала, но на выходе из комнаты меня перехватила Лил и отвела в сторону, пока Витор что-то спрашивал у эльфа.

— Ты куда?

— К эльфам!

— Уже? — удивилась она, но видя, что я тороплюсь, обняла и, понизив голос так, чтобы никто не слышал, прошептала. — Не забудь поцеловать эльфа. По-взрослому. А то никогда больше не вернешься в их лес.

— Это, кажется, примета с монетой и фонтаном.

— Моя примета вернее, главное, не забудь.

Покивала и, не вслушиваясь в пожелание доброй дороги, подошла к Салганту. Он как раз сказал, что портал откроется через несколько минут. И мы поспешили к конюшням, где нас уже ждал мужчина, державший эльфийского скакуна под уздцы.

— Скажи, а зачем тебе конь, если твой отец умеет открывать порталы?

— Люблю путешествовать верхом, — еле заметно улыбнулся Салгант. — К тому же у нас были гости, которых отец отправлял порталом, его сил могло не хватить на еще один, не хотелось рисковать.

Пока мы ждали, Салгант не переставал улыбаться и рассказывать о своем лесе. По его настроению было понятно, как ему не хватало тех деревьев, той природы и своих родных. В сами слова я почти не вслушивалась, у меня в голове звучала какая-то торжественная музыка, и летали лебеди. Непонятная картинка чистоты и свободы, под тихий голос эльфа окончательно захватила. Чтобы не уплыть в мечты, натянула перчатки, слепила снежок и начала тихонько его подбрасывать. Но за мыслями и занятием, которое должно было держать меня в узде, пропустила момент, когда открылся портал.

Очнулась, когда Салгант подхватил мою сумку и с улыбкой кивнул на арку из золотого света.

Ни свои, ни его шаги я не слышала, только шла и смотрела широко открытыми глазами вперед, но пока не видела того, что открывается по ту сторону золотого свода. Как только мы переступили свет, вокруг что-то сжалось и стало меньше воздуха, как будто из окружающего мира его на секунду совсем убрали.

А потом мы оказались в сумерках, среди высоких деревьев. Листья шелестели над головой, под ногами лежала густая трава, а я с непониманием сжимала снежок пальцами в толстой перчатке.

— Салгант, — тихо позвала я. — У вас лето?

— Эльфийский лес вечнозелёный. Я думал, ты знала…

Как хорошо, что в серости практически не было видно его ясных глаз и как замечательно, что у меня был снежок.

От всей души запустила им в Салганта, попала точно в нос, но про себя подумала, что этого мало. Хотя, когда он схватился за лицо и жалобно посмотрел, мысли о мести сменились зельем заживления, лежащим в моей сумке. Кошмарный эльф.

Рядом с нами учтиво кашлянули. Трое встречающих эльфов смотрели на Салганта и молчали. Отмерли, только когда он убрал руку и что-то сказал. Несколько непонятных фраз и самый высокий эльф мне улыбнулся.

— Добро пожаловать в наш Лес и мой скромный дом. Гости моего сына, мои гости. Меня зовут Тиэл, — высокий мужчина, ничем не походивший на Салганта даже цветом волос, поклонился и предложил руку, как только я назвала свое имя.

Костеря про себя рассеянность одного эльфа стянула перчатки и осторожно положила руку на локоть. Сразу почувствовала себя маленькой девочкой, вокруг которой все делают вид, что она взрослая, но продолжают завязывать бантики. Не только из-за разницы в росте и моего восхищенного взгляда, который я не могла отвести на встречавших. Но и от того, как эльф ласково улыбался, как усмехался в сторону хмурого Салганта и задавал вопросы…о погоде в нашем королевстве.

— В Терри в этом году снежная зима? — и ни капли иронии, только чистый интерес, как у них это получается?

— Да, сейчас у нас сказочно красиво, — тихо проговорила, не зная, уместно ли будет прямо здесь снять пальто.

Мы шли от небольшой поляны по широкой тропинке среди зеленых деревьев, но единственное, что меня сейчас занимало, была верхняя одежда.

— Вы к нам сразу после Зимнего бала?

— Да, — вот и еще одна тема, чтобы переживать, насколько, вообще, нормально, что я пришла сегодня считай без приглашения? Только чтобы отвлечься поддержала беседу. — А вы отмечаете первый месяц зимы? Хотя, у вас же вечнозелёный лес…Простите, но я слышала, что у вас есть праздник осени и подумала, что, возможно, вы отмечаете и зиму…

О чем я говорю? Щеки запылали. Мне было неловко из-за своего теплого пальто, глупого разговора и, вообще, визита.

— Отмечаем, — спокойно ответил эльф. — У нас много праздников. К слову, тот о котором вы говорили только третий по счету с начала осени. Первый в честь окончания лета, второй — встреча нового сезона и третий сам праздник осени или праздник Падающего листа.

Кажется, он улыбался. Очень по-доброму, отчего щеки сильнее покраснели. Молодого мужчину было сложно воспринимать, как отца Салганта. Он выглядел немногим старше, но это отражалось даже не во внешности, а лишь в поведении и взгляде.

— Наверняка вас занимает вопрос, как эльфы умудряются праздновать осень, не видя изменений в своем лесу? Меня, кстати, можете называть Сивэйн, — эльф, шедший до этого позади, поравнялся со мной и широко улыбнулся.

Кивнула, стараясь не слишком его разглядывать. Невероятно красивый, с немного лукавыми глазами, цвет, которых в сумерках сложно было разобрать. Он неуловимо напоминал довольного жизнью кота. Очень стройного и грациозного, но кота.

— Всё просто у нас есть Дерево Времён года, оно сбрасывает листья осенью, цветёт весной и зеленеет всё лето. Если вы хотите его увидеть, я могу проводить, — его улыбка стала немного заговорщицкой.

— Только, дорогой Сивэйн, отсутствие дерева вряд ли бы помешало кому-то праздновать, — с нами поравнялся третий эльф ниже ростом, с более широкими плечами, но все равно поразительно изящный. — Все дело в том, что эльфам только дай волю, и каждый день был бы праздником.

— Простите моего неотесанного кузена, который забыл представиться, но спокойно влез в чужой разговор, — шире улыбнулся Сивэйн. — Его зовут Алатар, и с ним к дереву лучше не ходите, он утомит вас одним своим видом, а позже и нравоучениями. Но поверьте, он единственный в нашем Лесу, кто считает праздники чем-то скучным.

— Салгант, мне кажется, твои кузены намерены украсть нашу гостью, — с легкой улыбкой проговорил Тиэл.

Обернулась и наткнулась на мрачный взгляд. Салгант шел, высоко подняв голову с моей сумкой в руке и глубокой обидой на дне глаз. Вид знакомого эльфа наконец-то позволил восстановить дыхание. Пора собраться, а не смотреть, на них так, как будто вижу впервые.

Под легкий разговор кузенов, перебрасывающихся ничего не значащими фразами и остротами, мы повернули. Здесь лесная тропка вливалась в широкую дорогу, обрамленную высокими ветвистыми дубами, и упиралась во что-то невероятное. Прямо в скале виделись очертания исполинских узорчатых ворот, по обе стороны которых вились белолистые деревья, проросшие из нутра камня. За зарослями и камнем разглядеть что-то еще не удавалось, но и этого хватило, чтобы я остановилась и восхищенно прижала руки у груди.

Кажется, кто-то отпустил безобидную шутку о впечатлительности человеческих женщин. Кажется, меня за руку взял Салгант, и мы пошли вперёд под бойкие смешки кузенов. И, кажется, внутри по потолку бежал плющ с мерцающими огоньками, а вокруг, вроде бы, были серые стены с выбитыми рисунками. Изящные эльфы и эльфийки, животные и лес, много озер… Сомнений быть не может, я точно у эльфов. Сжала тонкие пальцы Салганта и широко улыбнулась.