Глава 12

Два дня пронши лучше, чем во сне, правда, я ни на чем не могла сосредоточиться. Меня водили почти за руку либо кузены, либо сам Салгант, показывали окрестности, а я все время улыбалась. Дышалось здесь невероятно легко, хотелось не идти, а бежать вперед, раскинув руки. В этом, кстати, меня поддерживали оба кузена. И если вначале они улыбались со значением, а Сивэйн пыталась ухаживать, то к концу первого дня все успокоились. Теперь и среди них я была своей, то ли сестренкой, то ли другом, а, возможно, и зверьком. Что может быть и обидело, будь на их месте другие парни, но в исполнении эльфов дружба была простой и легкой, такой же, как бег вместе с ними.

У отца Салганта в это время гостило несколько семей. И все эльфы были по-своему красивы, в чем-то похожи, но в то же время совсем разные. В основном относились ко мне с легким любопытством и ничем не выдавали истинных чувств. Хотя, вру, не все.

Познакомившись с мамой Салганта, я поняла простую вещь — эльфийки тоже обычные женщины. Прекрасная Амисал с такими же, как у сына золотыми волосами и ясными зелеными глазами, улыбалась. Но стоило любому эльфу уделить мне чуть больше внимания, чем ей или сделать комплимент, она отпускала колкости. Мужчины, конечно, это тоже замечали и редкие комплименты в мою сторону исчезли в первый же вечер. После чего я с удивлением обнаружила, что на территории Дома нет ни одной женщины. Ни компаньонки, ни престарелой родственницы даже среди приглашенных семей. Немногочисленные слуги были молодыми парнишками и считались кем-то вроде воспитанников, в остальном все делалось с помощью магии.

Эльфийка была в целом вежливой. Но после танца с отцом Салганта во второй вечер, я старалась с ней лишний раз не встречаться, она слишком пристально на меня после этого смотрела и сжимала вилку для фруктов. Сам Тиэл только улыбался, глядя на свою жену и, кажется, воспринимал ее ревность, как что-то забавное. Салгант, к слову, с Амисал почти не разговаривал, и они даже на людях были чрезмерно холодны друг с другом. А в наших разговорах он чаще вспоминал тётю, чем мать.

Но с эльфийкой я виделась за два дня всего трижды, а всё остальное время самозабвенно летала в облаках. Чем очень веселила и Салганта, и кузенов. Только к утру третьего дня успокоилась, и сама себе дала воображаемый подзатыльник. Ну, как сама, Астер решил, что два дня отдыха нам достаточно и напомнил о практике, подняв ровно в пять утра. Вот с этих пор я и успокоилась.

По договору с нашей школой практика должна проходить вблизи приграничных болот. Именно поэтому нас поселили в родовом Доме Салганта, ближайшем к границе с независимыми княжествами. На вопрос, откуда в великолепном эльфийском лесу болота, Салгант тихо пояснил — «защита». А граф сухо добавил, что мы изучаем появление болотных призраков и если получится, то ли уничтожаем, то ли куда-то загоняем. Не хило для моего первого курса.

С восходом солнца мы вышли к болотам. Вялые и сонные. Пять утра, кто так начинает практику в королевстве эльфов?! Только Астер, у которого нет эльфийки. Даже Том нас поддерживал и лениво перебирал лапами.

Но подгоняемые Астером, мы все же быстро углублялись в лес. Профессор сразу же приступил к своим любимым правилам, сводившимся к короткому — «никуда не лезть».

— Сейчас мы обходим болота по краю, затем возвращается. И, Салгант, завтра нам необходимо вернуться короткой дорогой, ваш отец просил не опаздывать к ужину, — Астер дождался утвердительного кивка и пошел вперёд ещё быстрее.

— А почему он говорил про завтрашний ужин? — тихо уточнила у эльфа.

— К нам приезжают гости, в том числе наш Правитель, дипломат Приморского королевства эльфов и старые знакомые из Скертании. Важный ужин, поэтому отец и просит не задерживаться.

— Понятно, только получается, мы идем в лес на два дня? — еще тише уточнила, пытаясь найти кончик косы, которую я убрала в пучок под шляпой.

— Да, с ночевкой, — Салгант удивленно посмотрел и поправил потрепанный ремень увесистой сумки. — Астер не предупредил?

Споткнулась, но меня поддержал граф, мимоходом пояснив:

— Болотные призраки чаще формируются к ночи.

Шла между ребятами и удивлялась, как Астер мог о таком не сказать. А потом вспомнила. Сказал. В пять утра. Открыла дверь, а он сразу «что можно, что нельзя, что взять обязательно». Подергала ремень сумки, вспоминая, что там есть. Кроме тетрадей и утренней булочки, которую мне заботливо завернул молоденький эльф, кажется, ничего не было.

Мельком посмотрела на Салганта — подготовился. В удобных штанах, свободной рубахе и куртке из мягкой кожи. Через сумку перекинут плащ на завязках, пользующийся популярностью у всех боевых магов не одно столетие. Такой плащ очень уважал мой учитель. Единственная вещь в его гардеробе, которую он исправно чистил и надевал ежедневно как на праздник прямо поверх штанов с заплатками (очень удобных и не подлежащих критике). Хотя мода давно диктовала свое, и в большинстве своём поверх одежды редко носили такое. Только стражники и боевые маги.

У графа тоже имелся скатанный плащ и одежда выглядела удобной. Астер, ушедший вперёд, выглядел почти как мой учитель, даже место заплаток совпадало. Потертые штаны, сапоги и куртка с плащом.

Выдают им, что ли, такое? Все трое как на подбор. Разница лишь в фигуре — один широкоплеч и огромен, второй изягцно худ, третий просто высок. Чуть не забыла про неповторимую косу эльфа, но на этом отличия заканчивались.

— Слушайте, меня интересует вопрос, — деловито поправила легкую сумку на своем плече и чуть сдвинула шляпу. — У вас же профильный предмет у Лоурена по магии созидания, а вы практикуетесь, как боевые маги, — да и выглядите так же, добавила про себя. — Почему?

— Думаю, ты знаешь у каждого созидателя своя магия, есть только несколько общих законов. И учиться только этому предмету глупо, тем более у Лоурена. Он бывает спит на занятиях, — пояснил эльф и со смешком добавил. — Правда, ректор пытался объяснить, что двум созидателям будут уделять намного больше внимания у своего преподавателя. Ради нас даже издали указ, закрепляющий созидателей за наставником. Боялись, что мы не научимся контролировать силу и случайно перестроим уже наложенные созидателями заклинания в корпусах… А потом мой дядя предложил другой выход.

— Дядя, который Правитель?

— Да. Наши болота загадка, даже для нас. Но чистых боевиков, тем более исследователей неживой материи у нас нет. Так что Астер в целом нам был нужен, не критически, но хотелось бы узнать, почему на этих болотах образуются призраки, хотя кругом наша эльфийская магия и подобного никогда не было. Так и договорились. Мы пускаем Астера и нескольких учеников лично одобренных дядей к себе, если они работают на болотах и берут с собой нас.

Салгант охотно говорил, что было редкостью. Когда мы гуляли вместе с кузенами, он больше хмурился и молчал, а в школе и подавно. В общем, я заслушалась его мягким голосом и не сразу обратила внимание на графа, который слишком придирчиво меня разглядывал.

— Фицуильям, что-то не так?

— Вы не готовы к походу, — припечатал он. — Единственное, что я могу предположить, вы посчитали практику у эльфов увеселительной прогулкой. Интересно вы ко всему, что связано с учёбой так относитесь?

Он резко остановился и предельно спокойно проговорил:

— Арейна, если вы скажете, что и документы на опекунство профессора не подписали, мы возвращаемся.

— Я подписала все необходимое, — лучезарно улыбнулась графу, про себя в панике вспоминая, что же я подписывала.

Была ли там бумажку на опекунство? Любая адептка ее подписывает, когда отправляется в компании мужчин на практику. Таким образом, честь и достоинство девушки не страдали, а преподаватель нес полную ответственность. Правда, среди магов было много вольностей. В конце концов, любая девушка с даром, во-первых, может дать отпор, а, во-вторых, считалась полноценной боевой единицей, и ей часто приходилось бывать в чисто мужской компании.

Это всё так, но не могла же я забыть, что подписывала, даже если думала об эльфах. Однозначно, пора становиться внимательнее и серьёзнее. Ещё раз оглядела подготовленных ребят и поняла, что замерзну. Одежда для тренировок из широких штанов и куртки была удобной, но ночью…

— Салгант, а ты не мог бы мне показать заклинание обогрева? — обращаться к графу я намеренно не стала.

Простая фраза из двух слов, взмах руки и ничего. В течение десяти минут Салгант мужественно учил, а потом посмотрел чистыми глазами и предложил обратиться к Астеру. Поэтому на протяжении десяти минут пробовала справиться своими силами.

— Согревающее заклинание доступно только сильным магам, — оказывается, Астер стоял у развилки и внимательно следил за нашим приближением. — Но даже им приходится на него тратить слишком много сил, поэтому его используют очень короткое время, не более двадцати минут.

Взгляд профессора задержался на моей худой сумке, но он промолчал и опять пошел вперёд.

В эльфийском лесу шелестел тихий ветерок, местами проскальзывали солнечные лучи, а где-то внутри жило ощущение близкой воды. Почему-то здесь все ведьминские штучки получались легче. Но я только об этом подумала, а мы уже остановились, вынырнув из густого кустарника рядом с ручьем. Я даже не успела насмотреться на тихий лес и достать Салганта просьбами показать, как он с ним общается. Это было очень красиво, от него, как будто волнами расходились еле заметные всполохи света, и он всегда улыбался.

— Короткий привал, — резко объявил Астер, стряхивая с плеч рюкзак.

Салгант с графом действовали быстро, чувствовалась школа. Натащили веток, сняли дерн, разожгли костерок и повесили котелок с водой. Пока Астер, ходил что-то высматривая, а парни деловито доставали кружки, я пробовала согревающее заклинание. Спать пусть и летом на земле без тепла это слишком.

— Адептка Вуд, не мучайтесь, не получится. И идите сюда.

Астер стоял в отдалении рядом с густыми зарослями неизвестного мне кустарника. Поравнявшись с ним, увидела, что впереди видны болотные кочки. Быстро мы пришли к месту практики.

— Знаете основные признаки формирования болотного призрака?

— Холодный ветер, зеленоватый туман и иногда скрип, — я загибала пальцы, усердно вспоминая, что мне когда-то говорил учитель.

— Еще шепот, — Астер загнул еще один палец своей лапищей, а я чуть не поседела, и чего боятся призраков, когда тут такой профессор. — Так, теперь о заклинаниях. Болотные призраки поглощают магическую энергию, поэтому — что нельзя делать?

— Бросать в него заклинания, надо прикрыться щитом и подготовить ритуал развоплощения, — проговорила это и еще быстрее добавила. — То есть повесить боевое заклинание на любой камень и закрепить силой. Все просто.

Правда, мой учитель для закрепления еще рекомендовал выпить, на худой конец понюхать табаку. Уверял, призраки побаиваются пьяных магов. И якобы на войне один только запах десятка немытых (мне кажется, это слово ключевое) и подвыпивших мужчин мог развоплотить кого угодно.

— Вуд, вы слышите, что я говорю? — Астер даже нагнулся и заглянул в лицо, и я быстро-быстро закивала, но все-таки, опустив глаза, уточнила:

— А что вы говорите?

— То, что вы на первом курсе, — обреченно повторил он. — Мы с вами будем делать подготовительную работу. Ставить сигналки. Знаете заклинание? Отлично. Ставить сигналки и бросать отслеживающие заклинания, все зарисовывать в общую схему. Немного потренируетесь и, возможно, к концу практики будете вместе с Салгантом и Риверсом ставить ловчие сети. Пока ваша задача ходить за мной и выполнять, что говорят. И слушать адептка Вуд.

На привале мы быстро выпили по кружке чая и засобирались к болотам. Но нас задержал Том. Он лежал неподалеку под солнышком и в очередной раз плевал на правила поведения воскрешенных. Как оказалось, он любил солнце и обычно скакал без видимой причины. Только сейчас саблезуб притомился. Еще несколько дней назад он окончательно перенял моду домашних кошек — лежал, спал, точнее, делал вид, и даже порывался лакать сметану. Но тогда его замучило несварение. После чего саблезубу запретили вести себя как «обожравшаяся кошка», но кое-какие повадки так и остались при нем. И сейчас он лениво лежал. Астеру пришлось волоком протащить его за ошейник несколько метров, чтобы он очухался и побежал вперёд.

Два часа непрерывного «чавк-чавк» под ногами, коротких команд Астера и скрюченного проставления схем на плохонькой карте очень вымотали. Довольным выглядел только Салгант. Он легко перескакивал с кочки на кочку, которые, кажется, сами появлялись у его ног. Нам он помочь не мог, потому что «нельзя нарушать целостность природы» и шире распахивал свои чистые глаза. Даже не разозлиться на такого по-настоящему. Еще он подавал руку, а иногда создавал легкий ветерок, чтобы мы окончательно не свихнулись среди затхлого воздуха болот. Сцепив зубы, я шагала за Астером и думала, о практике с ведьмами в школе. Уютная лаборатория с котелками, Ильим с Лил, понятные зелья и приятные заговоры… За мыслями я пропустила отчетливый скрип и туман, поползший по ногам.

Меня дернуло назад, а перед носом укрепился щит графа. Он у него, как всегда, был простым, но поглощающим силу.

Фицуильям за спиной шумно выдохнул и начал чем-то шуршать, а прямо перед нами зеленоватые клубы потянулись вверх. Они плавно приняли очертания человека, состоящего из тумана. Только руки у него были длиннее, а вместо ног осталось зеленоватое марево.

— Фицуильям, а камень у вас есть?

— Ищу, — зло прошипели откуда-то снизу.

Щит был проницаем и туман потихоньку забирался к нам. Накладывать еще одни было опасно, у нас с графом слишком разная магия, поэтому ждала, когда он найдет камень или хотя бы снимет щит.

Призрак неожиданно прекратил расти и чуть пригнулся к земле. Со змеиным шипением медленно подлетел к нам, замер на секунду и открыл огромный призрачный рот, поделив свою голову почти надвое.

— Убирайте ваш щит быстрее. Тройной он не пройдет, — нервно сказала, а сама уже начала шептать. Чужая магия отвечала на мое самоуправство искрам, но пока не взрывалась, да и граф почему-то затих.

Призрак развеялся. Щит графа лопнул, мой установился, а напарник, наконец, встал с камнем в руке. Туман с легким скрипом уходил в стороны, открывая спокойно стоящего саблезуба. Он немного морщил нос и пофыркивал, как будто почуял зловония.

Астер, спешащий к нам, сбавил шаг. Потом подошел к Тому потрепал по холке, и серьезно посмотрел на меня.

— Вуд, я могу повесить на вас амулет защиты, но тогда вы не сможете установить щит. Согласны на такое? — я отрицательно покачала головой, а профессор хмуро продолжил. — Мы не в тренировочном зале и мои защитные заклинания на вас не лягут. И защищаться в первую очередь придется самой.

Сказала, что осознаю ответственность, а профессор еще сильнее нахмурился.

— Точно амулет не нужен?

Мотнула головой, понимая: на меня его не повесили насильно только потому, что мой тройной щит намного крепче.

Астер скептически поднял брови, глядя в глаза. Но потом, как будто плюнул, резко завертел головой, оглядывая ближайший лес и рассматривая остатки тумана. Сам себе кивнул и поманил Тома.

— Защищать, — коротко бросил профессор, и я почувствовала, как на меня упала магическая метка.

Саблезуб лениво прошел вперед и встал слева, там, где неожиданно оказался эльф. Он совершенно бесшумно ходил в лесу и постоянно пугал своим появлением не только меня, но и графа.

— Риверс, когда вернемся, займемся вашей скоростью, — продолжил Астер. — Щит в этот раз быстрее, но почему вы сразу не развеяли призрака? Забыли камни?

— Нет, — сказал граф и сухо добавил. — Начал заклинание, но камень упал, когда поднял, призрака уже не было.

— Читали стандартное заклинание или своё?

— Своё, — тихо ответил граф, потихоньку забирая силу созидания из своего камня.

Показалось, что Астер болезненно прикрыл глаза, но он слишком быстро повернул голову к Салганту, и разобрать не удалось.

— Ваш дядя завтра будет на приёме?

— Да, — эльф удивленно навострил уши. — Хотите с ним переговорить?

— Очень, — отворачиваясь, ответил Астер, и еле различимо добавил. — Поседею раньше времени. Лезу в пекло с созидателями и первокурсницей…

Около получаса мы медленно шли вперёд. Ставили сигналки и обновляли старые заклинания, даже натянули первую сеть. После встречи с болотным призраком я старалась идти ближе к профессору и не отвлекаться. Даже на заигрывания Тома не реагировала, а это требовало выдержки. После призрака в нем бурлила энергия, а глаза сильнее горели зеленью. Как саблезуб его обезвредил, можно было только гадать. Но вспоминая наши проглоченные пульсары, я думала, что Том просто съел болотника. И теперь настало время играть. Вилять обрубленным хвостом и цеплять мои широкие штаны зубами. Бодать мордой и нарываться на то, чтобы за тобой побегали и самому скакать, вывалив язык. Но я была скалой! И дернула его за ухо только дважды.

Когда послышался тихий шепот, я первая насторожилась. Туман, поползший по сапогам, встречала, шепча щит, и быстро доставала из кармана недавно найденный камень. Только-только показались примерные очертания рук, а я сбросила щит и швырнула в него заготовку. Камень со свистом пролетел сквозь туман и не упал, как полагается, в месте скопления пока не сформировавшейся энергии, а кувыркнулся дальше. И прилетел точно в затылок Астера, отчего профессор сделал неуверенный шаг вперёд и обернулся.

— Призрак, — поспешила сказать ему и покивала подтверждая.

Он неуверенно осмотрел тихий лес и тропинку без признаков тумана, перевел взгляд на философски разглядывающего листики Тома, и немного прищурился. Можно сказать, не отреагировал, только еще больше помрачнел.

До вечера у нас был еще одни короткий привал с чаем, но в целом мы целый день ходили. Тело ломило и похрустывало в самых неожиданных местах.

На ночь остановились у небольшого озера, где было специальное место для лагеря и даже кожаный навес. Насколько я поняла, ради этой относительно комфортной стоянки, мы отошли от границы и забрались немного вглубь леса.

В вечернем свете озеро казалось тёмным и немного пугающим, но я все равно пошла умываться. Я бы и поплавала, но компания была неподходящей. Пока я плескала холодную воду на лицо и руки, Астер разжег огонь, отдал Салганту собранную в дорогу еду, и прочертил охранный контур.

— За линию не выходить, — хмуро сказал профессор и посмотрел на меня. — Вуд, рядом с моим мешком лежит ваше одеяло. Вернусь через двадцать минут.

Он быстро скрылся в темноте, а я с непониманием посмотрела на ребят.

— Проверка окрестностей, — сказал эльф и достал колоду игральных карт.

Они с графом уселись на свои плащи с кружками в руках и быстро сдали на двоих.

— Во что играете?

— Скир, — сухо назвал граф излюбленную игру боевых магов и в целом мужчин. Женщин к ней допускали неохотно.

— Я с вами, — взяла одеяло и уверенно подсела к эльфу.

— Мы играем на деньги, — голосом графа можно было заморозить.

— Денег нет. Но, может быть, подойдут мои сапоги? — выставила вперёд грязный мысок, думая, что после болот от них точно придется избавиться.

— Боюсь, Фицуильям растянет твои сапожки, — Салгант еле скрыл хитрую улыбку.

— Арейна, лучше отдохните, — надменно бросил граф, разглядывая свои карты.

До чего же скучный человек даже шутку не оценил. Я достала свою колибри, повертела в пальцах и решительно сказала:

— Нам с вами жить вместе всю практику. И вам придется привыкнуть к тому, что я тоже буду с вами играть в карты, ходить, бросать заклинания и, Фицульям, обратите внимание, спать рядом. Под разными одеялами, конечно. Поэтому предлагаю пересдать на всех и играть не на деньги, а на что-нибудь существенное. Моя подвеска, которую создал папа, подойдет?

Граф недовольно прищурился, но видя, улыбающегося Салганта, нехотя кивнул.

— Замечательно. Я ставлю колибри, а вы?

Эльф пошарил по карманам и достал хитро сплетённый кожаный шнурок, которым иногда завязывал волосы.

— Оберег.

Мы вдвоем посмотрели на графа, которому, очевидно, искать в карманах было нечего, и, вообще, создавалось ощущение, что он откажется. Слишком недовольно смотрел на наши ставки. В итоге его лицо приобрело кристальную холодность, но вопреки нашим ожиданиям он четко произнес:

— Зачарованный плащ.

Такая вещь явно не предназначалась для проигрыша, а, значит, граф был уверен в победе.

Карты привычно легли в руки, и поехал первый круг. Секрет игры прост — открыться в нужный момент. Если ты почти уверен в том, что твои карты сильнее, чем у соперников, действуй. Есть определенная доля риска и, конечно, не обходится без удачи. Но, как говорил мой учитель, обычно самые сильные карты в начале. Никто еще не сделал достаточно ходов, не сбросил мелочь, поэтому чем раньше откроешься, тем больше шансов на победу. И как только у тебя в руках оказываются хотя бы две сильные карты — открывайся. Как правило, в первом круге выбывают те, у кого нет ни одной картинки. Так что Салгант со своими травяными девами был выбит.

Ераф сидел с прямой спиной и спокойно смотрел в свои карты. Он еще в первом круге подозрительно долго размышлял, а когда мы остались вдвоем, совсем перестал шевелиться. Подумала, может быть, стоит пощелкать пальцами? Налицо все признаки поглощения тепла болотным призраком, возможно, призрак даже забрался в голову и выстудил содержимое. Правда, есть вероятность, что на графа напали еще в младенчестве и дело слишком запущено, щелчки у носа не помогут. Наклонилась к Салганту и шепотом уточнила, могло ли такое произойти?

— Арейна, вы же понимаете, что я вас слышу?

— Именно на это и рассчитывала. Испугалась за вас, если честно. Вы были так неподвижны, — улыбнулась. — Боялась, если не задеть тонкие струны вашей души, вы уплывете к болотным призракам.

Мой сарказм граф пропустил мимо ушей, только с неприязнью посмотрел. Еще чуть-чуть и под этим взглядом я начну говорить все, что думаю. Ужасно раздражало его молчаливое порицание.

Он сбросил мелочь, взял из колоды взамен несколько карт, а я тут же открылась.

Пьяный орк и эльфийский лучник не самая сильная команда, но граф был повержен.

Плащ мне вручили так, как будто его бросили в грязь. Постаралась не обращать внимания и предложила новые ставки. Эльф опять запустил руки в карманы и вынул несколько тонких браслетов. Граф, скрипя зубами, стащил куртку с плеч, моментально окутывая себя согревающим заклинанием.

Меня снова выручил пьяный орк. Созидателям определенно надо запретить играть в карты. Медлительность графа к концу пусть и не бросалась в глаза, но… За два круга ко мне перекочевала его куртка и белоснежная рубашка, от которой я отказывалась, но меня пригвоздили холодным: «Вы хотели играть в мужские игры, так играйте и молчите».

— У тебя опять был орк, — печально сказал эльф и погладил карту с лысым верзилой.

— Наверное, он любит нежные женские руки. Зато к тебе неравнодушны девы, — подмигнула улыбающемуся Салганту.

— Мне кажется или ты, действительно, часто играла в скир?

— Почти каждый день. С учителем после практики. Он считал, что боевой маг должен уметь три вещи — стрелять, играть и любить, — на самом деле, вместо последнего он постоянно хотел вставить что-то более физиологичное, но вовремя вспоминал, что перед ним девочка.

— Для девушки стрелять, как и играть в скир, совершенно ненужные умения, — обронил граф, который сидел с прямой спиной и делал вид, что его бледная кожа прикрыта привычной одеждой.

— Но я не просто девушка, а ведьма и немного маг, — говорила и недоуменно смотрела на кривившего губы графа.

— Полагаете, что это может быть оправданием всему?

— Не совсем понимаю, о чем речь…

— А должны, — он бросил карты и встал. — Вы сидите в компании полуголого мужчины и считаете это нормой, что уже вызывает удивление. Но что действительно ставит в тупик, вы даже не задумываетесь о недопустимости такого поведения для юной леди.

Вроде бы говорил спокойно, но ноздри раздувались, как у скаковой лошади.

— Но я не леди, — тихо сказала, поежившись под тяжелым взглядом графа.

Он ушел в темноту резко. Шагнул в сторону и как будто исчез. Посмотрела на задумчивого Салганта, ожидая, что он мне что-нибудь объяснит, но тот молчал. Плотнее закуталась в одеяло. Ночь становилась неприятной. Костер еле горел, чай закончился, Астер еще не вернулся, а граф обиделся.

— Злится, как будто я его не предупреждала, что не леди, — буркнула и услышала смешок эльфа.

— Он не из-за этого злится. Думаю, его расстраивает то, что ты это слишком подчеркиваешь.

— Всего лишь говорю правду, — сказала, наверное, с долей пафоса, потому что Салгант опять усмехнулся.

Фицуильям вернулся довольно быстро и сел на прежнее место. Ничем не показывая, что несколько минут назад он, кто бы в это поверил, вспылил. Следуя совету эльфа, я дала графу шанс отыграться. Куртка с рубашкой вернулись к хозяину, но на этом моей выдержке пришел конец. Потому что граф опять изображал надменного гада. Последнюю партию я выиграла, и плащ остался со мной. Зло попрощалась и устроилась на лежанке спать.

Долго ворочалась, не понимая, почему нормальный день с совершенно обычной карточной игрой закончился так по-дурацки.

Все мы разместились под навесом, но граф с эльфом были от меня в тридцати шагах, и я не слышала, когда они легли, да и не прислушивалась, если честно. Зато спустя час прекрасно рассмотрела тёмную фигуру Астера, который приблизился со стороны озера и перед контуром встряхнул своей гривой, как собака. Он быстро раскрутил связанный тюфяк и сел на него, зарывшись в свой безразмерный рюкзак.

— Профессор, — тихо позвала его. — Я могу вернуть ваше одеяло, я выиграла у Фицуильяма плащ Кажется, послышался смешок, но среди тихого стрекотания сверчков его вполне можно было себе придумать.

— Это одеяло я взял вам, так что спите.

— Простите, — неловко начала оправдываться, но мне на самом деле было жаль, что профессору пришлось из-за меня тащить лишнее. — В следующий раз я подготовлюсь.

— Не берите в голову, — он отставил рюкзак и спокойно продолжил расправлять лежак. — Вы не первая адептка, которая не подготовилась к практике. Спите.

Как после этого можно спокойно заснуть? Моим учителем был боевой маг! Я же с ним несколько раз отправлялись в походы, и прекрасно знала, что нужно в дороге. А меня ставят в один ряд с… адептками.

— Спите, Вуд, прошу вас, — сам Астер уже улегся, закутавшись в одеяло до самых ушей. — И чтобы совесть ваша была чиста. Я ношу одеяла для всех. И вы бы вернули плаш Риверсу, он взял его впервые.

Резко села и посмотрела на профессора. Закутанная фигура уже не шевелилась и с моей лежанки, казалось, что он спит.

Посидела немного и тихонечко встала. В темноте чуть не прошла аккуратный тюфяк, на котором, подложив под щеку ладони, спал Фицуильям. Его согревающее заклинание еще не развеялось, и рядом с ним было теплее. Осторожно укрыла плащом и удивилась неожиданной улыбке на его лице.