ГЛАВА 71 · Даю тебе ровно сутки
Камери
— И что? Так ничего мне и не скажешь? — мать сверлила взглядом, пытаясь узнать информацию.
Я вернулась в комнату буквально полчаса назад, как тут же активировалось переговорное зеркало. Она словно ждала меня, чтобы поиздеваться и добиться своего, но только нарушать обещание, данное самой себе, я не собиралась.
— Камери?! — рыкнула она, заставляя обратить на нее взор. — Ты испытываешь мое терпение!
Учащенно дышала, упорно сохраняя молчание, ведь то, что я узнала, могло вылиться в самую настоящую катастрофу. А я не хотела причинять вред Асирии. Эта девушка ни в чем не виновата. За столько лет мать могла бы отпустить свои обиды и жить спокойно, но, видимо, ее жажда мести слишком велика. Она душила ее с каждым днем все сильнее, превращая в самого настоящего монстра.
— Что ж, — вздохнула дракайна, принимая печальное выражение лица, словно ее волновала моя боль, которую она сама же и причиняла, — я давала тебе выбор…
Адская боль пронзила голову, заставляя вскрикнуть и осесть на пол. С силой сжимала зубы и учащенно дышала, зная, что еще немного и ее влияние отступит, но ненадолго, ведь мои пытки только начинались.
Матери нужна была информация и судя по тому, что я молчала, она сделала свои выводы, намереваясь идти до конца и вытянуть из меня то, что ей было неизвестно.
— Да что с тобой такое?! — ядовито шипела она, усиливая давление через метку контроля, которая горела огнем. — Откуда это сопротивление?! Я — твоя мать, твоя семья! Ты должна быть верна мне! Только мне и никому более!
Сидя на полу и сжимая ладонями виски, замотала головой, чувствуя, как из носа что-то капает. Приложив усилия, разлепила веки, наблюдая капли крови, которые впитывались в мою форму академии.
«Не сдамся… Я не сдамся…»
— Дрянная девчонка! — рыкнула мать. — Я все равно узнаю, что ты от меня скрываешь! Говори!
Молила богов, чтобы они отправили меня в спасительное забытье, но оно не желало посещать. Перед глазами начало темнеть. Не могла даже ответить, испытывая самые настоящие муки ада.
«Может оно и к лучшему? — спрашивала себя, корчась на полу. — Я приношу только боль этому миру… От моих рук погибли дорогие мне люди. Лучше я отправлюсь следом за ними, чем буду и дальше вредить другим… Я никому не нужна в этом мире, меня здесь ничто и никто не держит…»
— Упертая! — взревела мать, когда я была уже так близка к спасительному обмороку. Мгновение, и боль отступила. Чувствовала, как от перенесенных мучений дрожит каждая клеточка моего тела. Как дыхание срывается на хрип, а грудь учащенно вздымается, выказывая мое состояние. — Ну что? Продолжим? — ехидно усмехнулась она, сверкая маниакальным блеском в глазах.
И снова боль… Снова ощущение того, как вены в голове лопаются, как под кожей растекается огненная лава… Я не могла даже кричать, не было сил на это. Из горла вылетали лишь хрипы, а по щекам струились дорожки слез, падая на пол…
— Я все еще жду от тебя ответа, дочь!
Последнее слово заставило сморщиться и проглотить вязкую слюну.
«Дочь? И после всего этого, она меня так называет?!»
— Хорошо! — вскинула она руки, на короткий промежуток времени оставляя меня в покое. — Раз ты такая упертая, то давай так — поможешь мне в последний раз, и обещаю, что отпущу тебя! Могу даже дать клятву на крови, если хочешь, — скривилась она.
Тяжело дыша, с усилием поднесла тыльную сторону ладони, стирая кровь с губ и подбородка.
— Смотрю, — захохотала она, — я смогла тебя заинтересовать. И все же ты неблагодарная! Вся в меня! А я думала, что ты пошла в своего отца, слюнтяя, — скривилась дракайна. — Хотя, ты и так пошла в него! Он был простым магом, ты переняла его дар, чего нельзя сказать об Арчинеле. Хоть сынок у меня дракон! — важно вздернула она подбородок. — Значит так, думай! Даю тебе на это ровно сутки! Если согласишься, то мы все обговорим и заключим договор через клятву на крови. Ты выполнишь все условия и можешь быть свободна. Но, — подняла она вверх указательный палец, — я лишу тебя фамилии. Будешь простой магианой, у которой нет семьи! Думай, дочь! — усмехнулась она, возвращая переговорное зеркало в обычное состояние.
Откинув голову на стену, глубоко вздохнула. Измученный организм после пыток настолько ослаб, что я едва могла шевелить языком.
«Я могу быть свободна…» — навязчивая мысль не желала меня покидать.
Даже в мечтах боялась о таком подумать. И честно скажу — я была так близка к тому, чтобы дать свое согласие…