ГЛАВА 72 · Я сделала свой выбор

Камери

(спустя пять дней)

Не знаю какой час пошел по счету после того, как сделала нужное зелье, но все это время я провела словно в бреду.

Прошлые сутки потратила на то, чтобы найти определенный состав и ингредиенты, ведь мать была непреклонна, когда я рассказала ей то, что удалось узнать. Она решила пойти самым мерзким путем, на который только была способна, а именно — лишить Асирию ребенка. Но и на этом ее жажда отмщения не затухала. Мать намеревалась вообще лишить дочь Алисы возможности иметь детей, что для любой женщины было самым большим наказанием.

Я боролась с собой, пыталась сопротивляться, чтобы не идти у нее на поводу, но желание получить долгожданную свободу пересилило, подталкивая в пучину тьмы и боли. Даже представить не могла, что будет чувствовать Асирия, когда выпьет мое зелье, но честно скажу, на ее месте я бы никогда не желала оказаться.

— Ты смотри, — довольно оскалилась дракайна, наблюдая за мной через переговорное зеркало, — на вид будто вода! — в ее глазах промелькнуло восхищение, но потом оно сменилось маниакальным блеском, и по моей коже побежали липкие мурашки ужаса.

— На вкус оно тоже не должно отличаться от воды, — пожала я плечом, чувствуя, как мое сердце больно сжимается.

— Ты же понимаешь, что если результат будет не тем, каким я хочу, то метка контроля останется на тебе? — спросила дракайна, щурясь. — Мы заключили с тобой договор при помощи клятвы на крови. Все нюансы были оговорены, и если хоть что-то не будет выполнено с твоей стороны, то и соглашение можно считать недействительным. Я буду снова использовать тебя в своих целях, а ты вновь испытаешь на себе всю «сладость» моего влияния.

— Я знаю, — передернула плечами, пытаясь игнорировать крик совести, который невозможно было усмирить свободой, маячащей на горизонте.

— Что ж, — повела она плечом, — раз ты в курсе всего, то вперед! Нечего оттягивать столь долгожданный момент. — Как закончишь, свяжись со мной, Камери!

Зеркало показало мое отражение, и я прикрыла глаза, ненавидя себя всем сердцем.

— Слабачка! — устало произнесла я. — Ты самая настоящая слабачка Камери!

Уговаривала себя, что все будет хорошо, что вскоре смогу скинуть удушающие оковы, но я не хотела причинять страдания. Никому не пожелала бы оказаться в моей шкуре, потому что даже все уровни ада не сравнятся с тем, что мне пришлось пережить. Столько лет я провела в собственной агонии, медленно умирая и страдая от всех тех плохих поступков, которые совершила.

Время утекало сквозь пальцы. Ждать больше не имело никакого смысла. Маленький пузырек я закупорила и спрятала во внутренний карман платья. Он был настолько мал, что его можно свободно зажать в ладони, не выдавая своих намерений, что являлось плюсом в моей ситуации.

Знала, что Асирия скоро появится на завтраке. За последние дни я успела с ней сблизиться, осознавая, что мой интерес к ее персоне не что иное, как желание добиться своего.

Проверив, что пузырек с зельем находится в кармане, я покинула комнату общежития и отправилась в столовую.

Всю дорогу меня потряхивало. Боролась с желанием развернуться и пойти сразу на лекции или вылить чертово зелье под какой-нибудь куст, но умом понимала, что дальше оттягивать бессмысленно. Нужно уже собраться, совершить этот черный поступок и почувствовать вкус свободы.

Говорят, что на чужом несчастье счастья не построишь, я согласна с данным высказыванием, но только не в этот раз. Передо мной стояла цель и я намеревалась ее достигнуть.

— Камери, — Асирия помахала мне, привлекая внимание.

Я, натянув на лицо добродушную улыбку, направилась к ее столику. Девушка сидела сегодня одна, впрочем, в последнее время это было постоянным явлением. Если раньше за ней везде ходили два боевика, то после того, как Асирия забеременела они отстранились.

— Привет! — уселась на соседний стул, выставляя с подноса завтрак. — Как твое самочувствие?

Асирия посмотрела с благодарностью, а у меня сердце больно сжалось, ведь я собиралась причинить ей вред.

— Сегодня легче, травяной отвар спасает от токсикоза, — кивнула она.

— Это здорово, — вздохнула, утыкаясь в свою тарелку.

— Ты сегодня какая-то грустная, — заметила девушка. — Все хорошо?

«Нет! Не хорошо! Отвратительно! Я собираюсь сделать самую ужасную вещь в мире! Ненавижу себя за это!»

— Все в порядке, — ответила я, — просто плохо спала.

«Точнее вообще не спала. Все думала об этом моменте. Готовилась к нему, но так и не смогла заглушить голос совести…»

— Ничего, — Асирия тронула мою ладонь, — сегодня обязательно выспишься!

На моих глазах выступили слезы, которые я поспешила спрятать. Не нужно, чтобы Асирия видела мое состояние.

Мы завтракали в тишине, слушая гул голосов, доносящихся от соседних столов.

Я была натянута словно струна, ожидая подходящего момента, и он не заставил себя долго ждать.

— Ты посиди, я сок забыла взять, — Асирия отодвинула стул, намереваясь подняться, но я ее опередила.

— Давай я сама, — быстро встала из-за стола.

— Да не стоит… — удивилась девушка.

— Мне несложно. Правда, — печально улыбнулась я.

— Ну… хорошо, — кивнула Асирия. — Мне что-нибудь кисленькое принеси, пожалуйста.

Нужный сок на раздаче обнаружился сразу же. Подхватив стакан, я шмыгнула рукой в карман юбки и, незаметно откупорив крышку в этом же кармане, вытащила пузырек. Взяв стакан в ту же самую руку, где была склянка с зельем, я незаметно вылила в него отраву…

Руки тряслись, сердцебиение участилось, хотела, чтобы это все как можно скорее закончилось…

До нашего столика шла, казалось, целую вечность. Ноги не желали двигаться…

— Спасибо тебе, — Асирия протянула руку к соку, но я не спешила его отдавать, смотря на нее взглядом полного сожаления. — Камери?

— А… да, — кивнула я, протягивая стакан. — Может… его лучше не стоит пить? — вырвалось у меня.

— Это еще почему? — хлопнула она глазами, забирая принесенное питье. — Сок не свежий?

— Нет, свежий, просто вдруг тебя затошнит… — поджала губы, борясь с собой.

— Да не, — отмахнулась Асирия, — от него точно нет.

Миг, девушка поднесла злосчастный стакан к своим губам и под мое учащенное сердцебиение начала жадно пить…

«Ну вот, Камери! Ты сделала свой выбор!»