Глава 20

Потом мы снова встретились с Ротертом на уроке мироустройства. Я заметила, что учитель как-то странно смотрит на Петру, словно пытается рассмотреть что-то расфокусированным взглядом. На Земле я часто пыталась увидеть на разных стереокартинках скрытое изображение, тоже применяла такой взгляд, но ничем это мне не помогло — изображение не проступало. Хотя многие утверждали, что увидели и даже описывали.

Потом он таким же взглядом прошёлся по мне и Орхи. А потом на остальных девушек. Те просто млели от его взгляда. Петра пребывала в недоумении, видя всё это. А я поняла, что он не видит ту защиту, что я наложила на всех нас. Но ни какого упадка сил, о котором меня предупреждали, я не испытывала. Решила позже обсудить это с рассудительной Орхи. Петра слишком уж эмоциональная.

На обеде та самая орчанка, что фыркала в мою сторону на уроке, пыталась меня задеть словами. Но я не обращала на неё внимания, и она быстро потеряла ко мне интерес, переключившись на другую несчастную. Как я заметила, тут стараются с ней не конфликтовать, в основном, подобострастно заглядывали ей в глаза. О как!.. Надо будет вечером поинтересоваться у соседок, почему так.

После обеда оказалось свободное время, для самостоятельной подготовки. Это сегодня нам повезло, что не задали докладов, обычно Ротерт всегда нагружал докладами по мироустройству. Посоветовавшись, мы решили пойти в библиотеку и подготовить всё же доклады, примерные темы девочки предполагали. И мы были правы! На следующий день Ротерт спросил доклады именно по этим темам.

Идя на второй ужин, я услышала вслед: «Подстилка орков!». Это сказал чуть ли не в полный голос один из рабов в блокирующем магию ошейнике. Если он хотел меня оскорбить, то очень сильно просчитался в этом. Я остановила девочек, готовых кинуться на него с кулаками, посмотрела прямо в его глаза и произнесла:

— Приятно познакомиться, а я — Мария, — развернулась и ушла.

Соседки чуть не лопнули от сдерживаемого смеха. Стоило нам зайти в столовую, как они разразились таким хохотом, что даже я заулыбалась.

— Видела бы ты его лицо, когда ты вместо истеричных воплей и слёз спокойно представилась и отвернулась от него, ха-ха-ха, — покатывалась Петрония.

Орхидилия просто ухахатывалась, согнувшись и держась руками за живот. На глазах её дрожали слёзы.

— Ну, Маша, ну, ты даёшь, — произнесли они отсмеявшись. — Мы собирались защищать тебя, а после успокаивать, а ты…

Они снова смеялись. А я думала, не завела ли я себе врага на ровном месте?

— Да хватит вам смеяться, скажите лучше, чем мне это может аукнуться?

— Не переживай, обретёшь уважение в их среде, поверь мне, — уверила меня Орхи. — Этот раб у них самый вредный, вечный заводила. Его мало кто сумел поставить на место. Но ты это выполнила просто филигранно, умница.

— На твоём месте я бы больше переживала за внимание нашей «королевы». Это сегодня она потеряла к тебе интерес, — предупредила Петра. — Но в любой момент может начать травлю. И тут мы не помощники. Она — дочь одного из советников, особо приближенного к нашему императору. Скоро состоится её помолвка, вот она и решила сама изучить всё, что требуется для правильного управления большим имением. По слухам, она заявила отцу и будущему жениху, что не потерпит рядом с собой никакой экономки, сама будет управлять слугами. Жених махнул рукой, ему это без разницы, а папочка возгордился, что у него такая рачительная дочь. Вот же не повезло тому, кто решил на неё жениться. Опунция та ещё ядовитая гидра, поверь. И постарайся не попадать лишний раз в её поле зрения.

Как же нам повезло, что на следующий урок мироустройства Опунция решила не приходить. Ведь мы трое были единственными, кто предвидел опрос по докладам и подготовился. Ротерт снова изучал наши ауры, но ничего не заметил.

После обеда нас троих вызвали к директору школы. В кабинете кроме директора был и учитель Дзидра, как мы стали его называть между собой после того, как его очарование полностью схлынуло с Петры. А вскоре к нам присоединился ещё один преподаватель.

— Доброго всем дня, — как воспитанные девушки, поздоровались мы с присутствующими в кабинете.

— Доброго, возможно, — ответил директор. — Мария, какой магией Вы владеете? В Вашем досье это не указано.

— Потому и не указано, что никакой магией я не владею, — спокойно ответила я.

— Вы слышали, господин Дзидра, девушка не владеет магией, — повернулся директор к Ротерту.

— Этого не может быть! Я чувствую, что с ней что-то не так, — запальчиво ответил тот и посмотрел на третьего преподавателя с надеждой.

Неизвестный так и не представился, просканировал всех нас взглядом. Потом ещё раз и ещё. И развел руками и покачал головой. Он не обнаружил на нас никаких следов магического воздействия. Даже флёр Ротерта исчез бесследно.

— Ну что ж, девушки, можете быть свободны, — отпустил нас директор.

Очень хотелось подслушать, о чём будут говорить в кабинете уже после нашего ухода, но секретарь быстро выпроводил нас из приёмной и плотно прикрыл за нами двери.