Глава 28

На приём в честь окончания похода на огров были собраны все военачальники, вся знать и даже мелкие аристократы. Почти все привели с собой дочерей, что уже в возрасте «на выданье». Девицы активно строили глазки героям, которых сам император будет награждать. Среди них были и я с кузеном. По углам тихо шептались сплетники, без которых не обходился ни один приём или бал. Я к ним обычно не прислушивался, но тут мой слух царапнуло моё имя, произнесённое кем-то, и слово «проклятие». Настроение и так было не самым радужным, а тут и вовсе устремилось вниз. Внезапно все замолкли и уставились на парадные двери, из которых должен был выйти император, замерев в ожидании. Однако он решил подшутить над всеми нами и появился у нас за спиной. Услышав чьё-то «Ой!», церемониймейстер объявил императора со всеми его многочисленными титулами.

Вначале император награждал рядовых воинов, отличившихся на поле боя, затем офицеров. И вот остались только я и мой кузен. И тут Фортуна повернулась к мне спиной, улыбнувшись кузену во всей своей красе — император в качестве награды даровал ему чин генерала и должность моего заместителя. А также позволил ему выбрать в жёны любую из присутствующих на балу незамужних девиц. Выкуп — за счёт казны. Широкий жест от императора. Никто не ожидал подвоха.

Шукран всегда завидовал мне, потому и выбрал её, мою невесту. А Опунция с радостью согласилась. Нет, я догадался, что она неровно дышит в сторону моего двоюродного брата Шукрана, но если она мечтает о чувствах с его стороны, то она наивная дура. Хотя в наивности её до сих пор никто не обвинял. У Шукрана вместо сердца камень, который используют для расчётов. Я было возмутился несправедливостью, но этот гад с наглой улыбкой заявил на весь зал:

— Я разве нарушил волю императора или преступил наши обычаи? Девушка ещё не замужем.

— Но и несвободна, — парировал я. — Она моя невеста!

В пылу ссоры мы не заметили, что император вызвал верховного жреца из главного храма столицы. Он и прервал наш спор:

— В таком случае, — произнёс он слегка шипящим голосом, выбор будет за самой девушкой. Помолвка — это не заключение союза перед богами. Разорвать её и перезаключить не составит труда. Кого невеста выберет, за того она и пойдёт замуж.

Я рассчитывал на воспитание и порядочность своей невесты, ведь она клялась мне в верности при заключении помолвки. Но… Как же плохо я знал свою будущую жену!..

Она глянула на меня, и я заметил мелькнувшее в глубине её глаз сожаление. Затем с жадностью окинула взглядом богатые доспехи Шукрана, полученные им вчера от императора за моё спасение при личной аудиенции, и твёрдо заявила:

— Я выбрала его! — она указала на кузена. — Победитель получает всё! Он великий воин, принёс много добычи, он достоин такой жены, как я.

«Глупая жадная самка!» — кричал я в своей голове. Внешне же стоял и молчал, опустив голову. Жрец магией обездвижил нас с братом и лишил голоса, чтобы мы не оказывали влияние на Опунцию, не вмешивались в её выбор. Но судя по лицу брата, не такой реакции он ожидал от невесты.

— Выбор сделан! — громогласно подтвердил разрыв моей помолвки император. — И все мы были этому свидетелями. Помолвка между Опунцией и Фарралеосом расторгается. Теперь Опунция — невеста Шукрана.

Что ж, расходы на свадьбу мне возместят, сделанные уже подарки вернут. Да только где я найду себе новую невесту за такой короткий срок?

— В связи со сложившейся ситуацией, свадьба Опунции и Фарралеоса отменяется, — начал говорить жрец, но император его прервал:

— Не думаю, что необходимо полностью всё отменять. Просто вместо одной свадьбы у нас состоятся сразу две: Опунции и её нового избранника — Шукрана, а также Фарралеоса и его новой невесты. Поэтому предлагаю немного отодвинуть срок проведения обряда на неделю или две, — император посмотрел на жреца. — Это Вы уже сами решите, в храме. Думаю, боги возражать не станут и поддержат моё решение. Сообщите только в мою канцелярию точную дату. Я буду лично присутствовать на обряде.

Все были в шоке, особенно я и Шукран. Наверняка, он на такое не рассчитывал. А ведь он прекрасно знает, что мне необходимо было жениться именно в эти сроки. Если я не женюсь до своего сорокалетия, то не смогу иметь детей. Неужели Шукран именно этого и добивался? К сожалению, выражение его морды не даёт мне понять, доволен ли он полученным результатом или огорчён.

Опунцию мои родители сговорили ещё в её детстве. Теперь их нет. Я подтвердил договор, так как решил, что родители сделали верный выбор. По нашим обычаям Опунция должна войти в наш род. И, какая ирония, она в него войдёт, ведь Шукран — сын младшего брата моего отца. Дядя спит и видит, как он станет главой рода вместо меня. Сейчас он номинально стоит во главе рода, как самый старший мужчина семьи. Но должен будет передать мне главенство после моей женитьбы, когда родится мой первенец. Он искренне считает, что если я не женюсь и не обзаведусь наследником до сорока лет, то он сможет передать своему сыну главенство над родом. А я стану никем. Окончательно.

Вот только он — младший сын, а потому не знает главное: если я не выполню это условие, то магия покинет наш род. Навсегда. Постепенно род исчезнет совсем, ослабнув без магии физически. Это сакральное знание передаётся от отца к старшему сыну. Младшим сыновьям это сообщают в крайнем случае, если старший погиб, не достигнув совершеннолетия, и не оставив после себя потомка.

— И сколько времени у тебя осталось для поиска новой невесты? — спокойно спросил Басик, выслушав мой рассказ.

— Месяц в запасе есть точно. А там…

— Тебе нужно срочно вернуться домой, — вдруг перебил его Басик. Взгляд у него при этом был странным, словно он видел что-то, чего не дано увидеть другим. И тут раздался писк артефакта. Опять что-то случилось в имении!

На этот раз я порадовался тому, что прислушался к паранойе Басика. Он мне плешь проел своими рассуждениями о том, что дом должен быть крепостью. Именно поэтому я и получил сигнал о ЧП. Прибыв к дому, увидел странную картину: охранник в отключке, садовник с ещё одним магом из бывших пленных удерживают в коконе корней и травы младшего брата моей бывшей невесты, а тот держит на плече бесчувственную экономку. Имя этого придурка мне неизвестно, знаю только, что он вечно влипает в неприятности, а все окружающие называют его не иначе, как Обалдуй. Естественно эта картина маслом благодушия мне благодушия не прибавила. Я отправил вестника главе рода Опунции с просьбой немедленно прибыть ко мне в усадьбу. Тот не заставил себя ждать.

— Фарралеос, что случилось такого, что ты выдернул меня с важной встречи, — спросил меня он.

Я молча указал на младшего члена его рода. Пантлык взбесился:

— Что этот кусок падали учудил на этот раз?

— Как видите, он попытался выкрасть мою экономку, лишив её сознания. При этом вырубил моего охранника на воротах. И разрушил часть стены.

— Господин, простите, что вмешиваюсь, но он ещё и половину сада разнёс, — сказал садовник.

— Мы возместим всё, — произнёс Пантлык. — Отпустите идиота.

— Освободи сначала девушку, — велел я магу. — Передашь её мне, а потом уже отдашь главе рода его нерадивого родича.

— Спасибо, что вызвал меня, а не стражу, — тихо поблагодарил меня старый орк. — Как мне уже надоело разруливать проблемы, которые создаёт всей семье этот избалованный придурок. Опунции хоть хватает ума не переступать грань, а этот недоумок совсем берегов не видит. Придется наказать жёстко. В назидание остальным безмозглым и безбашенным.

Он забрал у нас обездвиженного младшего и увел его с собой порталом. А садовник, Алексанрон Садовый, представил мне своего друга, который раньше работал в школе высших слуг. Ещё при найме Садовый просил у меня помощи, чтобы помочь его другу выкупиться из рабства. Теперь они оба мне обязаны.