Глава 36

Фарралеос

Девчонка ж совсем. Такая молодая. И столько несправедливости в её жизни было. А я не знаю, как ей сказать, что она вовсе не рабыня. И не сказать не могу. Если буду долго молчать, магия может и наказать за такое. Да и самому уже претит. Но вдруг она тогда решит от меня уйти? Ладно, что-нибудь придумаю. Главное, что она сейчас не возражает против самой идеи выйти за меня замуж. И ребёнок у неё скоро родится. Кстати! Надо уточнить, когда срок родов, а то свадьба…

— Мария, Маша, — начал я, не зная, как правильно к ней обратиться. — А ребёнок…

— Я так думаю, что он был зачат в ночь после девичника, перед свадьбой, — с горечью в голосе произнесла она. — Я не помню этого, но на утро ощущения были весьма красноречивы. И можно просто Маша.

— Так он тебя взял силой? — возмутился я.

— Скорее хитростью и подлостью, — отмахнулась она от вопроса. — Но это не значит, что своего ребёнка я не люблю. Ребёнок не виноват, что его отец подлец.

— Ты так и не ответила на мой вопрос, — вздохнул я. Как же с ней сложно!.. — Ты выйдешь за меня? И не переживай о своём статусе, позже объясню, там всё не так просто, как выглядит со стороны. Поверь.

Девушка немного помолчала, задумавшись. А потом спросила:

— А мой ребёнок не будет помехой в браке? Ведь он от другого мужчины…

Я не дал её договорить:

— Отцом для твоего ребёнка буду я, если ты не возражаешь. И никто его у тебя не отнимет. Никогда!

Я увидел неверие в её глазах и решил пояснить, заодно уточнив для себя кое-что:

— Маша, — я приподнял её лицо, по возможности нежно приподняв за подбородок. — Сколько длится беременность у ваших женщин, в твоём мире? И какой у тебя срок сейчас? Наши женщины вынашивают ребёнка примерно пять — пять с половиной месяцев. Если одарённый — то полгода. А у вас, на Земле, как?

— Девять месяцев, — ответила она. — Иногда, правда, рождаются семимесячные, не доношенные детки. Но это редко. У меня сейчас пятый месяц беременности идёт.

Девушка была явно растеряна. А я быстро прикинул в уме, что если не говорить о её беременности, то вполне можно будет представить всем её ребёнка, как нашего общего. А ритуал признания крови сделает это фактом. Решено!

А ответа-то так и нет… Посмотрел на неё с укоризной. Сразу же щёчки зарумянились, глазки спрятались за ресничками. Красавица, одним словом. Тихо прошептала:

— Я согласна, если Ваш император не будет возражать, что Вы женитесь на рабыне.

Делать нечего, придётся признаваться во всём сразу и сейчас, не дожидаясь более удобного момента:

— Понимаешь, ты не рабыня, Маша. Тот договор, что ты подписала, он не тот типичный договор, который обычно подписывают ваши девушки-землянки. Они подписывают договор, не читая и ставя никаких условий. А ты всё прочитала, внесла свои правки, потому никто не смог ничего исправить.

Судя по лицу Марии, она ничего не поняла из моих слов.

— Ох, как же сложно объяснить-то… — я схватился за голову. — Надо было Басика попросить, чтобы объяснил понятнее.

— Кажется, я начинаю понимать, — услышал вдруг со стороны девушки. — Я сразу сказала, что ищу работу по специальности. Добровольно согласна на переезд не только в другой город, а хоть в другой мир. Я вспомнила, тот странный разговор в офисе при подписании договора. Девушка, что подавала мне бумаги на подпись, была явно недовольна моими словами. И ещё у них там лампочка слишком ярко вспыхнула после моих слов. Тогда её лицо и вовсе кислым стало. А потом она предложила мне выпить чаю, зашла мне за спину… — Маша сморщила лоб, видно, пытаясь вспомнить ещё хоть что-то. — Нет, больше ничего не помню. Очнулась уже тут, у господина Басика. Мы с ним о чём-то говорили… Не помню, о чём.

— Басик увидел пометку в твоём договоре, — поспешил я прояснить некоторые моменты. — Не сердись на него, он оказался в очень сложном положении. С одной стороны, ты уже поступила на аукцион, и выйти оттуда ты могла только после торгов. С другой стороны, в договоре значились ещё и пометки: «помощница для Аргвежу», «работа по специальности» и «добровольное согласие». Потому Басик и вызвал меня, предложив отправить тебя в школу высших слуг в качестве моей будущей экономки. Мы решили, что лучше не афишировать имя твоего будущего работодателя, потому отправлял тебя в школу и забирал из неё сам Басик. Так что ты можешь не переживать — ты не рабыня, а свободная работница. К тому же, в школу высших слуг рабынь на учёбу не принимают. Это не афишируется, но в узких кругах аристократов этот факт известен. Во всяком случае, главам рода.

— То есть все слова Опунции и её брата…

— Да, Маша, тот охламон ещё долго будет вспоминать, что нельзя воровать чужих девушек. Не переживай, тебе он больше не навредит. А я сейчас же напишу письмо императору, что нашёл себе невесту. И тебе нужно будет приложить свою руку, чтоб он не сомневался в добровольности твоего согласия на наш брак. Ты ведь не передумала? — я с надеждой в глазах посмотрел ей в лицо.

Она вспыхнула, но кивнула, соглашаясь. На моём лице расползлась блаженная улыбка идиота.

Откладывать дело в долгий ящик не стали, сразу же написал письмо Кармезину, и Мария не только оставила на нём отпечаток своей ладони, но и подписала его на оркском: «Согласна, Мария».

— Ты меня всё больше и больше удивляешь, дорогая невеста, — произнёс я, глядя на неё задумчиво. — Ты выучила оркский язык?

— Немного, — ответила она мне и перешла на общий. — Орхидилия, моя соседка по комнате, из степных орков. Вот и научила некоторым словам, которые могут мне пригодиться. В том числе «согласна», «нет», «на помощь», «я ваш друг». Она мне тогда сказала, что не известно, как жизнь повернётся. Вдруг пригодятся эти знания.

— А что ещё ты умеешь такого, что другим не известно? — вдруг спросил из чистого любопытства. — Чему ещё тебя научили?

— Петрония, лесной тролль, это вторая моя соседка, научила меня тем же словам на языке троллей. И говорить, и писать, — Маша вдруг опустила голову.

— Ты чего это себе надумала? — удивился я. — Это же хорошо, что ты знаешь основные слова. Я научу тебя писать ещё несколько фраз, чтобы в случае беды, могла любому объяснить, кто ты и откуда. А нашего привратника попрошу научить тебя этим же фразам на языке троллей. Я заметил, что он относится к тебе по-отечески. Он очень сильно переживал, что не сумел предотвратить тот неприятный инцидент. Язык троллей сложный даже для нас, орков. Но раз ты смогла сказать ему «спасибо», то остальное будет не так уж сложно запомнить.

Мы стояли, смотрели друг на друга и улыбались. И Маша уже не вздрагивала от моей улыбки, доверчиво держась за мою руку.

— Всё будет хорошо, — сказал ей я, уверенный, что именно так и будет.

Вскоре пришёл ответ от императора: «Рад за тебя, мой дорогой друг Фарралеос! Свадьба будет в назначенный день. Поспешите с подготовкой, Кармезин»

Я нахмурился. Дата свадьбы не изменилась, но какой сегодня день? Я немного выпал из реальности и потерялся во времени. Из задумчивости вырвал вопрос Маши, заданный тревожным тоном:

— Это магический вестник? От императора? — спросила она, с тревогой заглядывая мне в глаза. — Он против того, чтобы Вы женились на вчерашней рабыне, да?..