Глава 14. Ваше величество
— Куда? — переспросила я, желаю прочистить уши. Поверить в услышанное было невозможно. Точнее, я уже ничему не удивлялась, но… такого не готова услышать.
Сестра опустила голову.
— Я… я не знаю, куда точно… я даже не знаю, где мы находимся и совсем не помню, каким образом сюда попала, — медленно шептала она губами, заливаясь слезами. — Но… мистер Зальман проводил очередные исследования надо мной, когда к нам зашел… он…
Ее голос дрогнул. Буквально в такт моего сердца, которое пропустило привычный тахикардичный ритм. Он. Кто-то, кто спокойно способен разгуливать по территории базы… или, как это место вообще называлось? Лаборатории? Пусть. Но суть была в том, что он свободно посещал секретные места, а значит – все знал.
— Кто он? — осторожно спросила я, хоть и сама до жути боялась услышать ответ. Нам всегда страшно узнавать о чем-то новом, ибо… мы можем не знать, сможем ли перебороть эту преграду.
— Я не знаю… — прошептала, резко поднимая красные глаза. — Они хотят меня продать, Аня…
Света сорвалась на всхлипы.
— Сначала избивали… вынимали душу, вливали тонны препаратов, лишали еды… воды… а теперь… рабство… — беспорядочно шептала сестра, вновь и вновь заливаясь потоком слез.
Я прикусила губу, сдерживая подступающую истерику.
— Даже ошейник нацепили, — Света сжала верх платья, — и выгуливают по коридорам, приучая к собачьим командам…
Из ее горла вырвался нервный смешок.
— Я… должна стать собакой? Неужели этот кошмар будет продолжаться, пока они… как те девушки…
Сколько же она плакала… и продолжает плакать… Сердце рвалось в клочья, а сестринская душенька рвалась разорвать всякого и каждого, кто обидел Свету… маленький, беззащитный цветочек. Света – солнышко в нашем темном царстве грязи. Она никогда никого не обижала, никогда не вступала в дискуссии, предпочитая помалкивать и сохранять нейтралитет. Она одной из первых замечала, что с твоим настроение было что-то не так и пыталась решить эту проблему всеми силами, что у нее были. Даже, если это связанный ею маленький зайчик…
И я не могу ничем помочь… я не могу освободить сестренку от ошейника. Не могу даровать с легкостью свободу, поскольку сама погрязла в куче проблем…
Горло туго скручивали узлы из безнадежности, горя и печали…
Но мы должны бороться. Сначала узнаем противника в лицо. Если у Альф накидан план о побеге, то я смогу использовать эту информацию, чтобы они в стопроцентном случае прихватили с собой меня. К тому же, не стоит забывать, что мужчины расписали свои условия. Я должна что-то предложить взамен, чтобы… либо избежать некоторых условий, либо вписать в наш побег еще одно имя… очень важное… Светино.
— Как он выглядел? Ты помнишь? — допытывалась я, нежно поглаживая сестру по плечам.
Она была растеряна. Сжимала зубы до скрежета и бегала глазами по комнате, словно искала нужное воспоминание. Конечно, так с лету не назовешь.
— Ань, ты не поверишь, но… он был похож на человека, — сказала она с содрогающимся голосом, полным ужаса и неверия. — Высоким человеком… я бы сказала, что больше двух метров точно. Эти ученые… они кланялись перед ним и расступались в стороны, будто прикосновение к этому человеку было равносильно подписанию смертного приговора…
Человек? Я удивленно подняла брови и тут же нахмурилась. Наррэны могут принимать разные облики. Даже человеческие. Оборотни упоминали то, что эти наемники обычно упускают некоторые детали: лишняя рука, глаз, нога… часть тела, в общем. Однако… учитывая недавние речи мистера Зальмана, я смею предположить, что он тоже из этой расы. И загвоздка теперь такая: «Как он принял человеческий облик без физиологических патологий». С другой стороны – никто не упоминал, могут ли в этот список включаться органы.
Сто вопросов.
— Ты не заметила в нем… что-то странное? — уточнила я. Если исключу вероятность внешних изменений, то будут причины уточнить у оборотней пару моментов…
Света неоднозначно передернула плечами.
— Его глаза, — задумчиво протянула она. — Они были похожи на лунный камень. Дымно-голубые с едва различимыми просветами.
Хм. Вот это уже странно. Он точно был не человеком… и раз наррэны перед ним расступались и даже склоняли головы. Значит… это тот мужчина, который их нанял. Именно он захотел ставить опыты. Именно он приказал похищать землянок? Убийство волчиц тоже его рук дело?
— И… знаешь… я тут услышала от Зальмана, что… он обращался к нему иначе.
— Иначе? Что ты имеешь в виду?
Света оглянулась назад, через плечо. На нас безотрывно смотрел ученый, словно бы слушал каждое слово. Червячок сомнения забрался в глубину и начал высверливать дырочки. Этот взгляд… бесчеловечный и совершенно опустошенный вырисовывался с новой стороны. Я пока не понимала, какой именно… но он заставлял все внутри нервно содрогаться…
— Он обратился к нему «Ваше величество»…