Глава 2 · Клетка

Я не сразу поняла, что проснулась. Тело ныло, разум плавал где-то между сном и явью, а веки казались слишком тяжёлыми, чтобы их поднять.

Где-то вдалеке странные голоса смеялись и переговаривались на непонятных мне языках. А рядом — приглушённое дыхание и хлюпанье, будто кто-то плакал и вытирал нос.

Медленно, с огромным усилием, я открыла глаза.

Сверху лился тусклый, зеленоватый свет, придавая моему окружению жуткую, болезненную атмосферу.

Я моргнула, и по телу пробежала холодная дрожь. Где я? Что это за место?

Мои глаза сфокусировались, и я увидела железные палки. Стальные, толстые, хромированные. Я лежала на тонкой подстилке на холодном полу, в странном помещении, похожем на склад, окружённая прутьями клетки.

— Нет… — прошептала на выдохе, и паника начала захлёстывать меня с головой.

Я правда в клетке.

Попыталась подняться, но мои ноги и руки дрожали, будто совсем ослабли. Дыхание участилось, мышцы затряслись. Что происходит? Почему я здесь? Где тот мужчина с острыми зубами? Куда он меня привёз?

— Только очнулась? — Писклявый голос раздался справа, заставив меня вздрогнуть.

Я повернула голову и увидела девушку. Она сидела, скрестив ноги, в соседней клетке.

Всего таких клеток здесь было штук шесть, но заняты только две…

— Где я? — мой голос сорвался. — Что это за место?

Её лицо было осунувшимся, но красивым, глаза большими, широко раскрытыми, полными печали и слёз. А ещё у неё были странные наросты вокруг шеи и маленькие рожки по бокам головы.

И одета она была… почти раздета, так что я отвела глаза, стараясь не рассматривать её, чтобы не смущать.

Посмотрела вместо этого на себя саму. На мне был облегающий комбинезон из плотной ткани. Ну, могло быть и хуже.

Или не могло?

— Аукцион, — проговорила она тихо, но её голос дрожал. — Мы на аукционе. Нас продадут.

Я замерла, не веря в то, что услышала.

Продадут? В рабство что ли?

— Это не может быть правдой… — я с трудом выдавила слова. — Бред…

Девушка только покачала головой, её рыжие волосы каскадом упали на лицо.

— Ты не понимаешь, — шёпотом сказала она, оглядываясь по сторонам, словно боялась, что нас могут услышать. — Они выкупят нас для… разведения или развлечения.

Еле как я села на своём коврике.

Я попыталась вспомнить, что случилось, как я сюда попала, но разум будто застыл.

Мои руки сами собой потянулись к горлу, к шее. Она зудела, будто кожа сзади под линией роста волос была натянута или повреждена.

— Не трогай! — тут же пискнула моя соседка. — Тебе установили чип, врач приходил проверять, как он вживается.

Я замерла.

— Какой чип?

— Многоголосник, — ответила она, как само собой разумеющееся. — Установили какой-то новый, видимо, тебя хотят продать ещё дороже, чем меня. Оставили на десерт.

Она усмехнулась, а я как будто очнулась, мозг встряхнулся и проснулся. Моя рука замерла на шее, холодные пальцы касались того места, где, возможно, было вживлено что-то инородное.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Может, это всё-таки чья-то странная шутка?.. Или отравление в лаборатории?..

Или сон? Пришла домой и уснула под сериал, отмечая день рождения?

Я молча схватилась за прутья клетки и постаралась встать на ноги.

Не получилось ни в первый раз, ни во второй, ни в третий.

— Меня же может купить какой-нибудь ратрахариа-а-а-а-а-нец! — выла соседка. — Они любят красноголо-о-о-овых.

Я всё старалась подняться на ноги.

— У них что, своих женщин не хватает? — спросила я. — Зачем им мы?

— Кому для статуса, кому — необходимость, — ответила рыжая сквозь слёзы. — У многих самки слабые. Вот они и покупают на аукционе подходящих женщин на любой вкус, цвет, и кошелёк…

— А у нас прав нет? — спросила я, пытаясь воспринять странную реальность.

— У кого есть, у кого нет. Тебе вот коврик дали.

Я только обратила внимание на то, что она, в отличие от меня, сидит на холодном полу. При чём костюмчик-то у неё совсем не греющий, считай голой попой на метале.

— Мне уже лучше, вот, держи! — сказала я и вытащила руку с зажатой в ней подстилке.

Тут же зазвучала сирена и свет в моей клетке из зелёного превратился в фиолетовый.

Я сдавленно вскрикнула, вцепившись пальцами в прутья. По телу пробежал ледяной ужас.

— Сейчас они придут, — сказала рыжая, когда сирена выключилась.

Я не знала, кто придёт. И зачем. Но мне стало очень и очень страшно!

— Что… что они будут делать? — выдавила я, ощущая, как холодный пот стекает по моей спине.

— Оценят, — ответила моя соседка по несчастью. — Сначала посмотрят. А потом торги.

— Торги? — Я не могла поверить своим ушам.

Неужели серьёзно?

Она кивнула, не глядя на меня.

— Чем лучше подойдёшь для их целей, тем дороже продадут.

— Я не хочу… я не хочу этого, — прошептала, чувствуя, как паника подступает к горлу.

— Никто не хочет, — сказала девушка.

Её голос был полон обречённости.

— Но у нас нет выбора.

Мои руки дрожали, сознание экстренно генерировало убедительную речь, почему я оказалась здесь по ошибке.

— Вон они, — сказала рыженькя.

К нам приближались две фигуры в балахонах.

Мужчины… Точнее… самцы! И правда. Огромные существа с массивными телами и лысыми головами. Они напоминали что-то хищное. Акул!

Я вцепилась в прутья, пытаясь успокоить своё дыхание. Но страх только усиливался. Акулы приближались, и я зажмурила глаза.

Дверца автоматически открылась. Но не моя. Я удивлённо распахнула глаза.

Соседка, минуту назад дрожавшая от страха, очень изменилась. Я даже невольно ей залюбовалась!..

Медленно, грациозно, она поднялась с пола и сделала несколько плавных движений плечами, будто разминала мышцы. Затем она провела руками по бокам, выпрямляя спину и выставляя бёдра вперёд. В ней появилась какая-то странная уверенность, даже чувственность, которую я не ожидала увидеть.

— Что ты делаешь? — спросила я, не в силах отвести глаз от её преобразившейся фигуры.

На ней едва держался обтягивающий, полупрозрачный топ, который совсем не скрывал её форм, наоборот, подчёркивал их.

Рыжие волосы распущенными прядями падали на оголённые плечи, её тело будто светилось в этом странном, холодном свете.

Она слегка улыбнулась, но улыбка была полна горечи.

— Зарабатываю моей семье средства для жизни. Надеюсь, мои сёстры не попадут сюда ещё хотя бы несколько кругов…

Обречённость с оттенком решимости. Только женщина на такое способна.

— Чем лучше ты сыграешь свою роль, — сказала она, — тем больше заплатят твоему поручителю.

Когда охранники подошли, рыжая сделала шаг вперёд.

Её движения стали плавными, почти соблазнительными, как у танцовщицы. Они остановились перед её клеткой и оценивающе взглянули на неё.

Я заметила, как их глаза задержались на её груди, а затем скользнули вниз по её телу.

Я почувствовала, как щёки загорелись от стыда, хотя охранники даже не смотрели на меня.

Рыжая вышла, а мои глаза расширились от ужаса, когда один из акул всё-таки повернулся ко мне.

— Готовься! — пробасил он каким-то рычащим голосом.

Я замерла, не в силах двинуться.

— К чему? — спросила несмело.

— Ты следующая, — произнёс акула холодным, отстранённым голосом, потом шлёпнул рыжую по попе своей широкой ладонью с короткими пальцами, и троица удалилась.

Моё лицо вспыхнуло ещё больше, когда я осознала, что и мне предстоит стать такой же «продукцией».

Я следующая.

Меня тоже поведут вот так на торги.

И мне не выйти отсюда свободной…