Глава 17

Я во все глаза уставилась на спасителя. Если бы не голос, я бы его не узнала! Открытые части лица и рук командора были покрыты плотной чешуей серебристо-стального цвета. И сейчас эта чешуя таяла у меня на глазах, сливаясь с кожей.

Мрачный взгляд Сагиры уперся в экран, на котором маячил Август Драммон. Потом перешел на меня. Оглядел сверху вниз, немного задержавшись на голых коленках. Потом пополз вверх и замер на груди.

Помедлив, тоже посмотрела туда. Сердце екнуло, а я облилась жарким потом.

Дурацкие кнопочки на груди разошлись. Возможно, когда я вскочила с кресла. И сейчас тяжелый взгляд командора сверлил мою полуобнаженную грудь.

Руки сами собой дернулись вверх, ладони прикрыли грудь. И в этот момент ко всему остальному на меня напала икота. Словно другого времени не было.

Под жутким взглядом дерранга захотелось уменьшиться до размеров молекулы и исчезнуть.

— Вы не посмеете! — словно издалека донесся возмущенный голос горауканского президента. — Девять триз еще не прошло, эта лирра обязана выполнить свой долг перед планетой!

Сагира моргнул, словно очнулся. Отвел взгляд, молча прошел мимо меня и треснул кулаком по сенсорной панели. Она разлетелась вдребезги. Экран потух, президент замолчал…

Я тоже притихла, даже втянула голову в плечи, одновременно пытаясь приструнить икоту. Что-то подсказывало — мой спаситель очень и очень зол! И, кажется, причина его злости стоит перед ним в мужской рубашке и трусах на босу ногу.

Сагира развернулся ко мне.

— Где ваша одежда, лирра?

— Н-не знаю… Ик!

Он сузил глаза.

— Не помните, где снимали?

Мои щеки обожгло возмущение:

— Да что вы себе позволяете!

Но он уже не смотрел на меня. Подошел к кровати. Сдернул на пол постель вместе с матрацем. Потом вывернул все из тумбочки, вырывая ящички с «мясом» и швыряя их на пол один за другим.

Я невольно нащупала шприц на бедре и тихо порадовалась. Кто знает, может, Сагира с ума сошел? Или он от природы буйный, а сейчас у него обострение…

Внезапно командор развернулся ко мне. Он сжимал в ладони те самые синтетические жгуты, которыми Маркус привязал меня к кровати.

Я не успела отреагировать. Одним нечеловечески быстрым движением он оказался рядом. Ни слова не говоря, схватил меня за руку и задрал рукав. На тонкой нежно-голубой коже запястья синели следы от жгута.

Дерранг издал жуткий звук. Такое низкое глухое рычание, от которого у меня внутри все похолодело.

А потом он просто перекинул меня через плечо, как тряпичную куклу, и понес к выходу!

От такой наглости я просто потеряла дар речи. Пока не увидела то, что ждало за дверью.

В разгромленном коридоре с еще дымящимися оплавленными стенами топталось несколько человек. Точнее, четверо вооруженных громил в черных скафандрах держали на мушке двух горауканцев. Те стояли на коленях, уткнувшись лбом в стену и сложив ладони на затылке.

В одном из них я узнала пилота, что разговаривал с Маркусом. Второй был мне неизвестен.

— Где этот щ-щенок? — прорычал Сагира. При его появлении громилы приосанились.

— Пытался сбежать на спасательной капсуле, — ответил один из них. — Нейтон уже ведет его сюда.

А я почувствовала своей пятой точкой сразу несколько алчных взглядов. Она же так удобно лежала на могучем плече командора!

— Может, вы меня поставите на ноги, а? — простонала я.

Меня резко привели вертикальное положение. Придерживая руками мое многострадальное тело, Сагира позволил мне сползти вниз. Достаточно медленно, чтобы я ощутила мощь его стальных мышц через одежду. А заодно и недвусмысленную твердость в паху.

Встав на ноги, я осмелилась бросить быстрый взгляд на его лицо.

Лицо у командора было похоже на застывшую маску. Ни единой эмоции, ни единого чувства. А в глазах — вечная стужа.

На секунду его руки сжали мою талию, а потом отпустили.

Я выдохнула, делая шаг назад. И как раз вовремя. Из-за угла показался еще один тип в черном скафандре. Он вел Маркуса, подгоняя бластером в спину, и вид у моего женишка был очень и очень жалкий.

Увидев меня, Маркус дернулся, было, ко мне. Но тут же отпрянул, словно наткнувшись на невидимую стену. И смотрел он мне через плечо. На Сагиру.

Уж не знаю, что он там такого увидел, но только на его лице отразилось потрясение.

— Всех забираем, командор? — заговорил тот, что недавно докладывал обстановку.

— Всех.

Человеческое горло не могло издать этот рык. Казалось, у меня за спиной стоит огромный и смертельно опасный зверь, встреча с которым может стоить мне жизни.

— Тьяна! — Маркус вскинул на меня умоляющий взгляд. — Ты не можешь так со мной поступить! Ты моя невеста!

— Уже нет, — процедил командор. — Совместимость лирры Дизраелли и лейра Левицкого первично подтверждена. Это дает мне право разорвать вашу помолвку, что я и сделал.

Лицо Маркуса передернулось, на носу выступили капельки пота.

— И где же новоиспеченный жених? — он обвел нас глазами. — Что-то я его здесь не вижу. Или лейр Левицкий настолько не уверен в собственных силах, что доверил спасение бесценной шатэль вам, командор?

Я застыла, слушая, как бухает сердце где-то под ложечкой. Только бы Сагира не приказал пристрелить этого дурака прямо здесь!

Но командор снова меня удивил.

— Лейра Левицкого пришлось изолировать, — произнес он неожиданно спокойным голосом, будто и не рычал только что, как бешеная собака. — Покушение на шатэль карается смертью, если ты не забыл. И будь астариец здесь, он вырвал бы твое тухлое сердце собственными руками.

От этого прохладного тона Маркус позеленел. Будто вся кровь отхлынула у него от лица и ушла в ноги. Да и мне стало как-то не по себе. Уж слишком резко дерранг переходил из состояния еле контролируемой агрессии в состояние абсолютной невозмутимости.

— Ведите их, — Сагира за моей спиной дал отмашку. — Запрете пока в техотсеке. А вы, лирра, пойдете со мной.

— Что? Куда?

Я вздрогнула, когда он обратился ко мне.

Перед глазами мелькнуло несчастное лицо Маркуса. Но проснувшуюся было жалость задавило злорадное чувство: так и надо тебе, похотливый кобель! Будешь знать, кого похищать и к кроватям привязывать!

Что ни говори, а появление Сагиры и его громил спасло меня от банального изнасилования. А может, и не банального. Кто знает, какие планы на мой счет гнездились в извращенном мозгу бывшего жениха?

— В рубку.

Развернувшись, дерранг целенаправленно потопал в сторону, противоположную той, куда увели горауканцев.

— А почему мы не с ними? — я на цыпочках поскакала за ним, перепрыгивая через валяющиеся на полу обломки.

— Этот астробот — доказательство. Маркус Драммон его единоличный владелец, а в судовом журнале и истории координат должен быть зафиксирован пункт назначения. Все это нужно доставить на станцию и приложить к делу.

— К делу? Вы хотите его судить?

Я с трудом поспевала за командором. Конечно, ботинки бы не помешали. Да и вообще одежда поприличнее. Но вслух выразить пожелания я не осмелилась. Хватить того, что спас и не бросает.

Но при моих последних словах Сагира резко остановился. Так резко, что я налетела на него.

Развернувшись, он меня удержал. И снова, в который раз, его прикосновение вызвало в моем теле волну сладкой дрожи.

— А вы хотите оставить его безнаказанным?

Он в упор взглянул мне в глаза.

— Нет… то есть, да…

Черт, я сама не знала, что несу. Потому что, заглянув в глаза командора, утонула в них с головой.

Это было невероятное ощущение. Будто земля под ногами качается, а в животе порхает целый рой мотыльков. Или будто я упала в бездонную пропасть, а теперь лечу и лечу, не видя конца.

Мои ноги ослабли. Захотелось прислониться к чему-то крепкому, надежному и живому. Мысли растеклись вязкой патокой. А все тело охватила дрожь предвкушения. Знакомая дрожь, которая пробирает, когда ждешь первого поцелуя и, кажется, он будет вот-вот…

С деррангом тоже что-то творилось. Он тянулся ко мне медленно, неохотно, словно борясь с самим собой и своими внутренними «нельзя». Но чем ближе становились наши губы, тем глубже меня затягивали его глаза, и тем больше мне хотелось утонуть в них окончательно.

Я готова была сдаться на милость победителя здесь и сейчас. И позволить ему делать со мной все, что он хочет.

— Ти… — короткий выдох.

Внутри все замирает.

Рейн берет меня пальцами за подбородок, поднимает мое лицо.

Его губы так близко, что я чувствую их тепло.

Еще мгновение.

Еще один миг…

Я до головокружения желаю узнать, каковы его губы на вкус.

Привстаю на цыпочки, закрываю глаза. Все тело натягивается струной. Каждый нерв, каждая жила…

И — ничего.

Я икнула в самый неподходящий момент — и все волшебство исчезло.

Шумно выдохнув, командор отступил.

— Идемте, лирра. Вам нужно одеться.

И Сагира как ни в чем не бывало продолжил путь. Не оглядываясь. А я осталась стоять, глупо моргая ему в спину и не в силах двинуться с места.

Меня словно пришибло десятитонной плитой. Раздавило, намотало на маховик и вышвырнуло в открытый космос. Я ловила ртом воздух и не могла надышаться. Внутри стало пусто, будто кто-то выжал из меня все чувства и все эмоции. Вот так, одним махом.

Только когда командор исчез за поворотом, я смогла взять себя в руки и последовать за ним.

* * *

Рубку мы нашли быстро, видимо, Сагира не понаслышке знаком с планировкой горауканских кораблей. Он указал мне на кресло второго пилота, сам же сел за пульт управления. Что-то там понажимал, ввел какие-то данные, а потом посмотрел на меня:

— Ждите здесь. Я найду вам одежду. И что-нибудь от икоты.

Это были его первые слова после с той нелепой сцены.

Больше ничего не говоря, он вышел. Я проводила его глазами, тоже молча, все еще пытаясь прийти в себя от пережитого унижения. И уставилась в смотровой экран.

Астробот разворачивался, это было ясно по тому, как менялась перспектива на экране. Видимо, командор подключил автопилот или что-то подобное. Где-то под полом натужно гудело сердце корабля, а мое собственное почему-то болезненно сжималось.

Я не могла понять, что со мной. Буквально час назад я едва не стала жертвой изнасилования, а пять минут назад готова была отдаться почти незнакомцу прямо на полу, среди обломков такелажа. Ведь, по сути, что я знаю о нем? Что я знаю о командоре «Гермеса», дерранге, по имени Рейн Сагира?

Ничего!

Он полная загадка, закрытая книга без автора и названия. И под его обложкой может быть что угодно. Любые монстры могут прятаться среди чистых листов.

Интуиция подсказывала: с ним не стоит шутить. Сагира не понимает шуток, не умеет флиртовать, и в том, что касается женщин, все понимает буквально.

Никогда не любила таких мужчин. Прямолинейных, категоричных и волевых, из серии «пришел, увидел, победил». С ними было сложно и вечно возникали проблемы.

Я привыкла сама о себе заботиться, сама за себя отвечать. И не хотела от кого-то зависеть, даже если этот «кто-то» делит со мной постель. Прикармливая Олега и надеясь на его сердце и руку, я рассчитывала, что наш брак станет взаимовыгодным союзом двух равноправных партнеров. Как в бизнесе.

Но здесь все было не так. Здесь я была зависима. Слабая, несовершеннолетняя, лишенная денег, связей, семьи… Да еще эти покушения и похищения на мою голову!

Здесь мне нужен был кто-то, кто мог бы позаботиться обо мне и защитить. Я решила, что этим кем-то вполне может стать Левицкий. И даже его условие меня ничуть не пугало. Дети? Да ради бога, женщина я или кто? Это ж не в диком средневековье рожать, когда не знаешь, выживешь или нет. У астарийцев все по последнему слову науки, начиная от момента зачатия. И летальных исходов среди шатэль не было ни одного за последние пятьсот лет.

Но теперь я уже не была так уверена в том, что сделала правильный выбор. 1439f7c

Рейн Сагира.

Он меня волновал. Пора бы уже признаться в этом хотя бы самой себе.

Рядом с ним моя воля слабела, мозг расплывался сладкой кашицей, а тело так и норовило прильнуть к могучей командорской груди. А я ничего не могла с этим поделать.

Диагноз был очевиден: влюбилась. И, наверно, это была любовь с первого взгляда, просто я не сразу поняла.

Что делать дальше — вот главный вопрос. На «Гермесе» ждет Дэмиан с подтверждением совместимости. И я не смогу ему отказать. Не теперь, когда дала надежду и сама доверилась, рассказав о телепатии. Он мой союзник, соучастник, можно называть как угодно — суть не меняется. Он единственный, кто знает правду — почти правду — и согласен помочь.

Чувствуя себя совершенно раздавленной, я подтянула колени к груди, уткнулась в них лицом и разрыдалась.

Глупо, по-бабьему, хлюпая носом.

Так меня и застал командор.