Глава 16

Несколько минут Маркус колебался, не зная, что делать: то ли закончить начатое и сделать меня наконец-то полноценной (по его мнению) женщиной, то ли натянуть штаны и идти принимать командование на себя.

Наконец, он решился:

— Никуда не уходи, дорогая. Я вернусь, как только избавлюсь от этой проблемы.

Не уходи? Это он издевается или шутит?!

— Конечно, дорогой, жду с нетерпением, — пропела, старательно улыбаясь. А у самой внутри все кипело от желания вцепиться ему в глаза. — Ты не слышал, что сказал твой пилот? Мы с тобой больше не пара!

— Ну, это как посмотреть. Я помолвку не отменял.

— Ее отменил командор Сагира!

— Сагира мне не указ, — он ухмыльнулся во все тридцать два (или сколько там?) зуба. — Я не подхожу под его юрисдикцию и подчиняюсь только президенту Гораукана. А мой президент требует, чтобы ты вернулась на родину!

— Но я подхожу!

— Неужели? Ты отказалась от горауканского гражданства?

Быстро подойдя, он схватил меня за руку и ощупал запястье. То самое, где вшит идентификатор.

— Нет, чип на месте, следов вмешательства нет, — пробормотал сам себе. Потом уставился на меня с обвинением: — Ты пытаешься обмануть меня, Тьяна. Это очень и очень глупо.

— Не глупее, чем похищать шатэль астарийца!

Лучше бы я промолчала. Потому что этот ненормальный схватил меня за затылок и нагнул голову так, что я уперлась подбородком себе в грудь.

— На тебе нет знака принадлежности, — заявил он через минуту. — Ты снова врешь.

Оставив меня в покое, он занялся своей одеждой. Я с тоской наблюдала за ним.

Сейчас уйдет и оставит меня здесь лежать, ожидая второго пришествия. Готовую отдать супружеский долг по полной программе. А оно мне надо?

— Маркус, может, все-таки развяжешь меня? Ну куда я здесь убегу?

Он уже натягивал брюки, но при этих словах бросил на меня оценивающий взгляд.

— Не думаю, что это целесообразно, дорогая. Мне не хочется снова травить тебя снотворным, это может плохо отразиться на будущих детях. А сама ты вряд ли будешь послушна.

— Тогда не обижайся, если я тебе лужу сделаю! — мстительно выдала я и увидела, как он с брезгливостью передернул плечами.

— Хорошо. Я тебя развяжу, но закрою в каюте. Не хочу потом бегать за тобой по всему кораблю.

Полностью одевшись и застегнув китель на все кнопки, горауканец смахнул с плеча несуществующую пылинку и занялся узлами.

Я молча терпела, стараясь, чтобы улыбка на моем лице не превратилась в оскал. Только застонала от облегчения, когда наконец-то смогла свести ноги вместе. А уж когда мои руки оказались на свободе, с трудом сдержалась, чтобы не вцепиться Маркусу в его гладко выбритую шейку.

Кинув жгуты в тот самый ящик, где уже лежал шприц, мой похититель направился к выходу.

— Эй! А одежда?

Не могу же я расхаживать голой?!

— Здесь она тебе не нужна. Туалет там, — он ткнул пальцем в дальний угол каюты. — Ионный душ тоже. Наслаждайся комфортом, любимая.

Нет, этот парень однозначно не в себе. И слово «любимая» из его уст звучит просто пугающе. Может, я чего-то не знаю, и Маркус маньяк? Кстати, вполне вероятно, если судить по его поступкам.

Оставшись одна, я первым делом бросилась к двери. Она была плотно закрыта, а сенсорный замок отреагировал на мои неласковые прикосновения красным светом и противным гудением. Ну как сирена тихоокеанского буксира.

Плюнув на дверь, занялась каютой. Обшарила все полки и ящички, перевернула все на столе, потыкала в кнопки на пульте коммуникатора, который никак на это не среагировал. Видимо, был настроен только на Маркуса. Заглянула в душ и туалет, под кровать, и даже простучала стены. Мало ли. Вдруг там вентиляционные ходы, как в фильмах?

К моему сожалению, никаких ходов не было. А если и были, то я их не нашла. Зато в одном из встроенных шкафов обнаружилась целая выставка одинаковых рубашек, брюк и кителей. Видимо, Маркус не любит разнообразие.

Я надела одну из рубашек. Она скрыла меня до колен, но это даже обрадовало. А вот рукава пришлось подвернуть. Раз уж моя одежда канула в Лету, придется позаимствовать у бывшего жениха.

Следующим этапом стали трусы. Целая стопка одинаковых темно-синих трусов универсального размера. Правда, на мне они смотрелись, как облегающие панталоны. Потом носки, поскольку в ботинках Маркуса я вряд ли бы далеко убежала.

Прикрыв стыд, почувствовала себя немного увереннее. Села на кровать, осмотрелась, на этот раз внимательнее, пытаясь заметить то, чего не заметила сразу. В голове буром прокручивалась одна и та же назойливая мысль: что делать, когда Маркус вернется? Опять оказаться во власти сумасшедшего женишка мне не хотелось.

Была надежда, что командор Сагира меня спасет. Но слабенькая. С чего ему спасать-то меня? Скорее уж Левицкий бросится на помощь, да и то, если анализы подтвердят нашу совместимость. Остается полагаться только на себя.

В конце концов, меня посетила одна идея. Я открыла тумбочку, достала шприц с тиксомином и спрятала за резинку трусов. Шприц был сделан в форме авторучки: нажимаешь на кнопочку сверху, а снизу выстреливает игла и всаживает тебе дозу препарата. Не оружие, конечно, но уже кое-что.

Потом, найдя там же металлические инструменты, подозрительно напоминающие кусачки и лопатку для кутикулы, я направилась к входным дверям. Если уж мне отсюда не выйти, то постараюсь, чтоб никто сюда и не вошел.

Расположившись с комфортом, я начала выковыривать из стены сенсорную панель. Зараза сидела крепко, но после десяти минут мучений, двух сломанных ногтей и погнутых кусачек мне все же удалось сделать дырку и подцепить сенсор. Оказалось, что это всего-навсего пластина из плотного полимера. Ни проводков, ни включателя, ни какой-то там схемы. В общем, я с чистой совестью вырвала его из стены и согнула пополам.

С легким хрустом сенсор сломался. Я расплылась в плотоядной улыбке.

Вот так. Пусть теперь попробует открыть эту дверь, раз такой умный!

Между тем, время шло, Маркус не возвращался, а я внезапно поняла, что зверски проголодалась.

Сколько я уже здесь? Несколько часов или несколько суток? Сколько времени я провела без сознания?

И, как на зло, никакого пищевого автомата в поле зрения.

На глаза попался коммуникатор. Широкая сенсорная панель, несколько рядов кнопок, чуть вогнутый экран для 3D-трансляций. Я уже пробовала его активировать, но сейчас он снова привлек мое внимание.

В голове всплыла какая-то мысль и исчезла, не давая ухватить себя за хвост.

Я поднялась, подошла к столу и задумчиво провела пальцем по панели.

Ну же, Таня, давай, пораскинь мозгами…

Почему меня так притягивает эта штука?

Действуя интуитивно, я села в кресло, положила руки на кнопки, а сама откинулась на спинку и закрыла глаза. Постаралась расслабиться и выбросить из головы все лишнее. И вот когда мне это с большим трудом удалось, я поняла, что мои пальцы сами собой нажимают на кнопки в только им одной известной последовательности.

Я уставилась в посветлевший экран. Неужели мне повезло?!

Значит, Тьяна бывала здесь или знала пароль от коммутатора. И теперь моторная память сработала. Но, черт возьми, почему она не сработала, когда я пыталась включить ее дурацкий вайфон?!

Моя радость была недолгой. Экран мигнул, звездное небо на нем сменилось серыми стенами какого-то кабинета. А потом я увидела мужчину в кресле.

Это был горауканец, лет пятидесяти на вид, с бритым черепом и нависшими бровями. Его бледно-голубые глаза тут же впились в меня, просканировав снизу вверх и обратно. Глянули через плечо, обшарив видимую часть каюты.

А потом узкий рот растянулся в улыбку:

— Какая встреча! Моя блудная невестка собственной персоной? А Маркус где?

От изумления я едва успела захлопнуть рот.

Так вот ты какой, президент Гораукана. Лейр Август Драммон собственной персоной. В его чертах прослеживалось сходство с Маркусом. Хотя нет, Маркус все-таки симпатичнее.

Этот тип сверлил меня взглядом, явно ожидая какой-то реакции. Я немного пришла в себя и решила, что не стоит разочаровывать «папу».

— Ваш сын сейчас очень занят, — улыбнулась как можно обворожительнее. — У него десять «шмелей» на хвосте и сам командор Сагира.

Мужчина прищурился:

— И что же этот засранец уже натворил?

— Похитил меня.

— Что значит «похитил»?

— Самым наглым образом, — продолжая улыбаться, я развела руками. — Оглушил, вколол какую-то дрянь и тайком перенес на свой корабль. А теперь держит тут взаперти и требует исполнения супружеского долга.

По мере того, как я говорила, лицо президента понемногу разглаживалось. И под конец на нем появилось довольное выражение:

— Хм… ну, этот вопрос я улажу. Ты подданная Гораукана, Маркус твой опекун. Так что похищением это вряд ли можно назвать.

— Боюсь, прокурор с вами не согласится.

Не знаю почему, но я даже развеселилась, глядя, как его брови лезут на лоб.

— Прокурор? — повторил он, и довольство разом слетело с его лица. — Ты никак в суд собралась подавать, девочка? А не много ли берешь на себя? Или забыла наш уговор? Так я напомню.

Он подался вперед, к экрану. Причем вид у него был такой угрожающий, что с трудом удержалась и не отпрянула, только сильнее вцепилась в подлокотники кресла.

— Это вы о том, что я должна шпионить для вас?

Говорить ровно стоило мне титанических сил. Но показывать страх и замешательство я не хотела.

— Нет, — он презрительно скривил губы, — бабские сплетни этих шавок из Альянса меня не интересуют. Вряд ли они могут знать что-то важное. А вот твои знания интересуют очень и очень. Или уже забыла, что просила меня о помощи?

— Я? — изображать удивление даже не пришлось. — Просила о помощи?

— Ах, да, Маркус предупреждал, что у тебя эта, как ее… амнезия. Но я могу освежить твою память. Ты прибежала ко мне, как побитая собачонка, умоляя взять под свое крыло и обеспечить круглосуточную охрану. Потому что узнала кое-что, о чем таким хорошеньким девушкам не стоит знать.

Я поняла, что подошла к самому важному и вот-вот узнаю, кто и зачем охотится на меня.

— И… о чем же я узнала?

Мой голос понизился на пару октав от волнения. На лбу выступила испарина, и я с трудом сдерживалась, чтобы не смахнуть ее.

— Кто-то приходил в лабораторию к Бергману. Ты не видела, кто это, но случайно подслушала его мысли. Этот человек думал о кораблях, спрятанных в поясе астероидов на границе Конфедерации. О военных кораблях, оснащенных по последнему слову техники. И о том, что ему не нравятся задержки и глупые попытки договориться с «мутантами». А еще о некоем таинственном препарате под названием апейрон. И что этот препарат решит ход сражения.

Говоря, он все ближе и ближе наклонялся к экрану, словно вколачивал в меня каждое слово. Под конец на мгновение замолчал, чтобы с торжествующим видом закончить:

— Я знал, что с этой лабораторией что-то не чисто. Твой отец скрывал от меня свои изыскания, но ты обещала мне принести образец. — И рявкнул во всю глотку: — Где он?

— Кто? — выпалила я, подпрыгнув.

В этот момент корабль как-то странно тряхнуло, и по экрану зазмеились помехи.

Но президент, видимо, ничего не заметил.

— Экспериментальный образец апейрона! Куда ты дела его?

Сказать, что использовала для себя? И что я вовсе не Тьяна?

Да нет, вряд ли поверит. А если поверит, то еще хуже будет.

Лучше молчать, как молчала.

— Потеряла при покушении.

— Где?

— Ну… наверное, в ботмобиле. — Я краем уха прислушалась к шуму за дверью каюты. Кажется, ко мне кто-то пытался вломиться. С трудом сдерживая злорадную улыбку, добавила: — Только ботмобиль превратился в лепешку после падения, так что вряд ли капсула осталась цела.

Он с минуту сканировал мое лицо, потом произнес сквозь зубы:

— Ладно, я с этим разберусь. У меня есть люди на «Гермесе», они выяснят, что осталось от ботмобиля и где он находится.

Да, за дверью явно что-то происходило. Я слышала удары, грохот, приглушенные ругательства. Потом послышался странный звук, словно кто-то включил автоген.

Не выдержав, обернулась. Так и есть, луч голубого пламени резал металлическое полотно!

Неужели Маркус совсем озверел?!

Я вскочила с кресла. Без боя не сдамся!

За моей спиной Август продолжал:

— Я обо все позабочусь, как обещал. А ты, уж будь добра, веди себя тихо и осчастливь меня внуками.

Дверь выпала. С грохотом рухнула на пол. Через дымящийся проем в каюту шагнул мужчина с лазерным резаком в руках и произнес голосом командора Сагиры:

— Боюсь, это невозможно, лейр Драммон. Эта лирра теперь под моей защитой, а ваш сын будет доставлен на «Гермес» и осужден по законам Конфедерации.