Глава 11. Арааны

От звука этого сильного, уверенного голоса всё внутри меня застыло.

Он здесь! Оуэн Арк'Нор, император ксарцев, здесь!

Ледяная волна ударила снизу вверх, от кончиков пальцев прямо к горлу, перекрывая дыхание. Я резко обернулась.

Он стоял в проходе, высокий, прямой. Его тёмно-багровый каф с черными поблескивающими инкрустациями казался теперь второй кожей смертельно опасного хищника.

И в этот самый момент моего предельного ужаса мой предательский мозг вдруг зафиксировал отстранённую, дурацкую деталь: как же он чертовски красив в этой готовности к бою. Невероятно просто!

Вся его поза излучала сконцентрированную, смертоносную готовность сражаться. Резкие, идеальные черты лица были напряжены, высокое рельефное тело гармонично напружинено.

Широкие плечи были отведены назад, мужественный подбородок опущен, взгляд исподлобья, казалось, способен прожечь сталь. Он неотрывно смотрел на меня, полностью игнорируя маршалов.

А у меня точно мозг размягчился от стресса, раз я продолжала откровенно любоваться им.

Самих же маршалов, судя по всему, эта картина не впечатлила ни капли.

Они тоже смотрели на меня. Три пары глаз — бордовых, синих и бирюзовых — буравили меня с такой интенсивностью, что мне уже буквально хотелось испариться на месте.

Но куда я тут денусь? Дальше бежать просто некуда. И так уже добегалась.

— Император ксарцев, — голос Нокс-Тара прозвучал холоднее жидкого азота. — На моём корабле. Интересно.

Треес-Ол, не отводя от меня своего рубинового взгляда, произнёс низко, почти вкрадчиво:

— Ты от него бежала, малышка?

От этих слов меня бросило в жар. Кровь прилила к лицу так стремительно, что в ушах зазвенело от ускорившегося пульса.

— От него, — констатировал Рекс-Тар, внимательно всматриваясь в моё лицо.

Я никак не успела отреагировать.

Треес-Ол плавным, уверенным движением загородил меня собой, плавно отодвинув за свою спину.

В тот же миг Рекс-Тар и Нокс-Тар синхронно шагнули вперёд, встав между нами и императором.

Рекс-Тар, наконец, посмотрел на Оуэна Арк'Нора, и на его губах появилась доброжелательная улыбка, только вот в глазах отчётливо проглядывала сталь.

— Что же ты за араан, — произнёс он укоризнено, — если от тебя девушка бежит и прячется, как от чудовища? Не лучшая рекомендация.

Ой, нет! Нет! Нет! Я не этого хотела!

Лицо императора на мгновение исказилось гневом, но он тут же подавил эмоции, вернув лицу каменную бесстрастность.

— Это не так. Я хочу поговорить с ней, наконец, — резкий голос императора заставил меня поёжиться. — И мы всё решим.

— Мы решим, — парировал Рекс-Тар, и его улыбка стала ещё шире и опаснее. — Ты на нашем корабле, ксарец. В нашем пространстве. Решать будем мы.

Нокс-Тар, не глядя на него, обратился в пустоту:

— Градиент. Объясни присутствие посторонних на корабле.

Доброжелательный голос корабля наполнил рубку.

— Девушка не представляла опасности, её биополе было в состоянии паники, но не агрессии. Её каф испускал нестабильные сигналы, которые я зафиксировал как спусковой механизм для аварийного протокола. Ксарца я заблокировал в грузовом отсеке, так как его первоначальный импульс нёс признаки скрытой агрессии.

Маршалы быстро переглянулись.

— Он не представлял прямой угрозы до тех пор, пока не начал пытаться силовым методом взломать внутренние переборки, — продолжил Градиент. — Когда он стал представлять опасность для целостности моих систем, я деактивировал внутренние замки, позволив ему выйти, чтобы перенаправить угрозу в контролируемую зону — к вам.

Император, кажется, окончательно потерял терпение. Он перевёл взгляд на меня, минуя маршалов, и выражение его лица вдруг смягчилось.

И при этом он стал излучать ещё большую решительность и настойчивость.

— Алаана моя, — произнёс он, и от этого слова, от неожиданных успокаивающих интонаций в его голосе, у меня ёкнуло где-то глубоко внутри. — Я не знаю, почему ты так испугалась. Я не представляю для тебя никакой угрозы. Давай поговорим.

— Она не будет с тобой разговаривать! — прорычал Рекс-Тар. — Ты её пугаешь! Видишь, в каком она состоянии? Неудивительно, что ей нужны сразу три защитника. От тебя!

Слова Рекс-Тара будто ошпарили меня. Точно, защитники… В голове всплыло воспоминание про сцепку. Алаана — значит, оберегаемая. Арааны — защитники.

Я просто так хотела забыть о том своем первом позорном опыте, что затолкала все об этой теме глубоко-глубоко.

Вот за что мне это всё? Жила себе тихо, мирно. Никого не трогала. Меня же не нужно ни от чего защищать!

Только вот у моего кафа, похоже, было на этот счёт своё мнение. Вон сколько мне защитников притянул. Не отмахнешься просто так.

Императора же явно задели слова, произнесённые Рекс-Таром. Он стиснул челюсти и опасно сузил глаза.

В следующий миг его каф взорвался движением.

Из манжет и пояса его багрового кафа выстрелили шлейфы — тёмные, густые, стремительные. Невероятно быстрые.

Они пронеслись мимо маршалов, не задев их, и зависли в воздухе рядом со мной. Не касаясь. Просто замерли, пульсируя едва уловимым отсветом.

— Смотрите! — требовательно сказал император.

И случилось самое страшное. Мой каф, предатель и мой личный враг, отозвался. Без моего мысленного приказа, повинуясь какому-то собственному разумению, из-под серебристой ткани вырвались мои шлейфы.

Они рванулись навстречу его тёмным лентам и жадно вцепились в них, сплетаясь в плотный, мерцающий узел.

Намертво. Панически дрожа. Как будто искали в них спасения от всего этого кошмара.

А маршалы… не двигались. Они смотрели на это сплетение, и на их лицах медленно проступала холодная сосредоточенность. Как будто они видели перед собой сложную тактическую схему, и выискивали в ней критическую уязвимость.

Я бы тоже поискала, но в этот момент окончательно окаменела.

Переплетение моих шлейфов со шлейфами императора. Мужские глаза, изучающие меня. Торжествующий взгляд императора, в котором теперь горело что-то тёмное и жадное…

От всего этого нестерпимо хотелось забиться куда-нибудь, закрыться руками и кричать.

Мне не нужен никто! Никто не нужен! Я отказалась от этого всего давным-давно!

Почему сейчас? Ну вот почему именно сейчас, когда я думала, что все в моей жизни, наконец, наладилось?

Я стояла ни жива ни мертва, разорванная на части молчаливым мужским противостоянием.

Всё моё будущее, мои мечты, тщательно выстроенные планы и всё, ради чего я жила, медленно и необратимо уплывали, затянутые в водоворот, центром которого я стала сама. Сама!

Но моему кафу, похоже, и этого было мало.

Новое предательство не заставило себя ждать. И на этот раз — с еще большим размахом.

В довершение всех моих бед, новые шлейфы, вырвались из моего пояса и спины.

Игнорируя уже сцепленные с императором, они рванулись к маршалам. И их кафы отозвались мгновенно, без раздумий, обвивая мои ленты своими, вплетая их в уже существующий хаотичный клубок.

Связь стала плотнее, сложнее, невыносимее.

Нет… Пожалуйста, только не это. Только не опять!

Я оказалась снова сплетена шлейфами, но уже с четырьмя мужчинами. С императором могущественной империи и тремя маршалами галактического альянса.

На этот раз намертво. Так, что распутать, похоже, уже будет невозможно. Мой каф решил все за меня.

Меня захлестнула даже не паника. Чистый, дикий ужас, выжигающий всё разумное внутри.

Я не могла дышать. Горло сжалось в каком-то судорожном спазме. Голова закружилась. Кажется, я сейчас банально упаду в обморок, или сойду с ума, или мой каф разорвёт меня на части сам, и это будет лучшее, на что он может сгодиться.

В этот самый пиковый момент Градиент дрогнул. А затем… его швырнуло. Со страшным, рвущим металл скрежетом корабль в очередной раз перевернуло в пространстве.

Пол вдруг стал потолком. В этот момент император рванул ко мне — со сверхъестественной, нечеловеческой скоростью, которая даже по меркам стремительных граасов была ошеломляющей.

Оуэн Арк'Нор проскочил в узкий просвет между маршалами. Его руки обхватили меня в воздухе, он ловко развернулся в полёте, подставив свою спину под удар о потолок рубки, внезапно ставший полом.

Удар был сильнейшим, но я лишь резко выдохнула, ощутив, как мужское тело приняло его на себя, смягчив для меня падение.

Император прижимал меня к себе надёжно и очень бережно. Нас снова швырнуло, теперь уже в сторону, и тут же в другую.

В хаосе падения и тряски мужские шлейфы — его и маршалов — сплелись в тугое, многоцветное кокон-плетение вокруг меня.

Они опутывали меня плотно-плотно, живыми упругими лентами, создавая амортизирующую сеть внутри трясущегося корабля.

— Градиент! Что происходит? — рявкнул Нокс-Тар.

Тишина. Корабль молчал.