Глава 27. Объяснение

Наверное, вид у меня был совершенно растерянный и напуганный, потому что все трое мгновенно подобрались, их расслабленные позы сменились напряжённым вниманием.

— Расскажи всё, что чувствуешь, как можно подробнее, — произнёс Рекс-Тар. — Не закрывайся от нас. Не отмахивайся от ощущений.

— Всё, что с тобой происходит — нормально, Ольга, — добавил Треес-Ол. — Не надо пытаться справиться в одиночку. Ты больше не одна. Расскажи.

Я судорожно вздохнула. Все эти мои панические настроения, вечно сбоящий каф — это… нормально? Но тогда почему нам весь курс академии твердили совсем другое?

Однако, эти большие сильные мужчины были так серьёзны, с таким теплом смотрели на меня, что я решилась довериться.

Да и как я могу им не доверять?..

— Я… — мой голос предательски дрогнул. — Со мной что-то не так. Опять. Каф… вибрирует. И внутри… — я прижала ладонь к животу, туда, где пульсировал узел. — Как будто снова сбой начинается.

Слёзы навернулись на глаза от обиды и непонимания.

— Не понимаю почему, — я со злостью вытерла глаза. — Я верю вам. И вообще я не истеричка. Вы здесь, всё хорошо, но… Я чувствую, что баланс снова уходит.

Маршалы переглянулись. В их взглядах мелькнуло то самое, понятное только им, стремительное понимание.

Рекс-Тар оказался рядом первым. Его длинные пальцы уверенно легли на моё запястье, чуть выше того места, где каф пульсировал неровной, встревоженной рябью.

Он прикрыл глаза — всего на секунду. Когда он открыл их, в бирюзовой глубине плескалась холодная, расчётливая тревога.

— Твой энергетический контур перегружен, — произнёс он ровно, но я уловила в его голосе напряжение. — Потенциал слишком высок для неподготовленного носителя. Твой каф пытается адаптироваться, но не справляется с объёмом. То, что ты называешь «сбоем» — не поломка, Ольга. Это попытка твоего эй-до выйти на новый уровень синхронизации.

Рекс-Тар помолчал, и его лицо стало мрачным.

— Ты чудом остаёшься в балансе. В шаге от того, чтобы сжечь все нейронные связи.

— Не чудом, — вмешался Треес-Ол.

Я подняла на него взгляд. Он смотрел на меня в упор, и в его рубиновых глазах горело что-то, от чего у меня перехватило дыхание.

— Сейчас с тобой рядом три араана. Три источника стабилизации. Три точки опоры.

Стремительным, неуловимым глазом движением он оказался рядом со мной, положил тяжёлую ладонь мне на плечо.

Вибрация кафа чуть стихла.

— Иди сюда, алаана.

Я ахнула, почувствовав как его сильные руки поднимают меня. В следующее мгновение он сел на диван, устраивая меня на коленях.

Я замерла, чувствуя под собой твёрдые, как камень, мужские бёдра, ощущая жар его тела сквозь тонкую ткань наших кафов. Это было… слишком. Так близко и интимно… И так пугающе желанно…

— Слушай меня внимательно, — голос Треес-Ола прозвучал прямо у моего виска, низкий, вибрирующий, заставляющий внимательно слушать. — Твой страх, паника, вибрация кафа…

Он коснулся моей щеки, стирая всё же пролившуюся слезу.

— Желание плакать, броски эмоций из крайности в крайность. Особенно эмоции, Ольга. Это всё симптомы, знакомые каждому сильному унику. И я, и Нокс, и Рекс, через подобное проходили. Я даже голым как-то разгуливал, это было на заснеженной планете.

— Сколько тестов синхронизации ты прошла? — вдруг спросил Рекс-Тар. — После выпуска из академии?

Я перечислила всё, что делала. У меня все тесты были отличными. Я этим очень гордилась. И радовалась, если это можно было так назвать, что мой каф начал сбоить уже после тестов.

— Первое, что ты должна понять, — Треес-Ол продолжал поглаживать мою щёку большим пальцем, вглядываясь в мои глаза. — Твой организм чувствует дисбаланс, перегрузку, которую не может компенсировать самостоятельно. И он интерпретирует это как опасность.

Его голос стал ниже, обрёл бархатистые успокаивающие вибрации.

— Ты очень сильная, — он смотрел мне прямо в глаза. — Твой потенциал огромен. Не знаю, как возможно то, что ты ещё жива. Могу объяснить это только связью с четырьмя араанами. Ольга. Мы — твоя защита. Не угроза. Не тюрьма. Не обязательство. Защита.

Я смотрела в его бордовые глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси страха и какого-то дикого, невыносимого томления.

— Я докажу, — тихо произнёс он. — Смотри, что я сделаю.

В этот момент он поцеловал меня. Властно. Напористо. С такой абсолютным осознанием своего права делать это со мной, что у меня на миг потемнело в глазах.

Но вместе с этой силой пришло и другое. Через точку соприкосновения наших губ в меня хлынула волна его эй-до. Плотная, тяжёлая энергия втекала в меня, заполняя все трещины, все разломы, все пульсирующие болью узлы перегрузки, которые я осознавала только сейчас.

И при этом произошло волшебное. Вибрация кафа стихла. Дрожь в пальцах прекратилась. Узел в солнечном сплетении перестал пульсировать, затих, успокоился.

Треес-Ол оторвался от моих губ, но не стал отстраняться, согревая мои губы своим горячим дыханием. В рубиновых глазах плескалось непередаваемое довольство и жажда большего.

— Как сейчас себя чувствуешь? — его низкий сильный голос прозвучал чуть хрипло. — Вибрация кафа? Паника? Желание плакать?

Я моргнула. Прислушалась к себе.

— Нет… — выдохнула я удивлённо. — Разве что… чуть-чуть. Где-то глубоко. Но уже почти нет.

Краешек его губ дрогнул в удовлетворённой улыбке.

— Хорошо.

Я продолжала сидеть у него на коленях, ошеломлённая, всё ещё пытаясь осознать, что только что произошло. Мои губы горели. Внутри разливалось странное, тягучее тепло.

И в этот момент Рекс-Тар бесшумно, по-кошачьи плавно, приблизился ко мне.

— Я тоже внесу свой вклад в стабилизацию, — произнёс он с мягкой, чуть насмешливой улыбкой.

Его сильные пальцы погрузились в мои волосы на затылке, другая рука легла на подбородок. Он запрокинул мою голову, наклонился и накрыл губами мои губы. Полностью игнорируя тот факт, что я сижу на коленях Треес-Ола, и он только что меня уже целовал.

Но теперь меня целовал Рекс-Тар… С искусным ласкающим напором, и его эй-до втекала в меня сложными, переплетёнными потоками.

Вне себя от потрясения, я чувствовала, как внутри меня структурируется хаос, раскладывая по полочкам то, что осталось неупорядоченным после прикосновения Треес-Ола.

Он отстранился, не менее удовлетворённо улыбнулся, не сводя с меня глаз.

— Нокс? — хрипло спросил он.

— Я здесь, — спокойно отозвался Нокс-Тар.

Я ошеломлённо смотрела на капитана Градиента, вспоминая тот поцелуй, который у нас уже был. Смотрела в его синие, ледяные глаза, которые были прикованы к моим губам — припухшим после поцелуев двух маршалов.

В следующий момент я ахнула в его властные губы. Этот его поцелуй был глубже, чем вчера. Медленнее. Он словно смаковал меня, изучал, запоминал. Его эй-до, прохладная и глубокая, как океанские впадины, окутала узел моего кафа последним, завершающим слоем защиты.

Когда он оторвался, в его глазах горел ровный, уверенный огонь.

— Так лучше? — легко улыбаясь, спросил он.