Глава 37. Спа-центр

Флаер мягко приземлился у входа в наш сектор, и Нокс-Тар бережно помог мне выйти. Ноги всё ещё подкашивались после всего пережитого, но я уже начинала приходить в себя. Мысли прояснялись, хотя тело всё ещё помнило каждое прикосновение, каждую волну удовольствия.

Мы вошли в общую гостиную, и я уже открыла рот, чтобы сказать... что-то. Сказать им, что я готова. Ко всем. Но слова застряли в горле — слишком страшно, слишком непривычно. Как сказать такое? Как вообще начинают такие разговоры?

Оуэн, словно почувствовав моё замешательство, шагнул ко мне и властно взял за руку. Его тёмные глаза встретились с моими, а потом он перевёл взгляд на маршалов.

— Я тоже покажу Ольге свою часть аттракционов, — произнёс он спокойно, но в голосе звучала сталь. — Возможно, это затянется на всю ночь.

Маршалы напряглись. Я увидела, как Треес-Ол сжал челюсти, как Рекс-Тар перестал улыбаться, как Нокс-Тар, только что державший меня за руку, чуть заметно нахмурился. Они смотрели на меня — пристально, выжидающе, словно спрашивая без слов.

И вдруг я поняла, что не боюсь. После всего, что было сегодня — после невесомости с Рекс-Таром, после гравитационных игр с Треес-Олом, после виртуальных миров Нокс-Тара — я действительно готова. И с Оуэном тоже. Я хочу этого.

Я глубоко вздохнула и сказала, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

— Вы же сказали — принимать. Я принимаю. Стараюсь. Или... не надо?

Маршалы переглянулись. В этом коротком обмене взглядами промелькнуло что-то сложное — собственничество, понимание, принятие. А потом их взгляды скрестились на Оуэне.

Я видела, как император на мгновение сжал мои пальцы сильнее, но тут же разжал с явным усилием. Его рука приподняла мой подбородок, заставляя смотреть прямо в его тёмные глаза.

— Я сдержу слово, — произнёс он низко, с какой-то особенной, проникающей в самую душу интонацией. — Ничего против твоей воли.

Я перевела взгляд на маршалов — на Треес-Ола, на Рекс-Тара, на Нокс-Тара. И улыбнулась им.

— Вот видите? — сказала я тихо. — Мне нечего бояться.

Потом снова посмотрела на Оуэна, встречая его горячий, тёмный взгляд.

— Мне же нечего бояться?

Он выдохнул резко, будто сдерживал дыхание всё это время.

— Ни за что не причиню тебе вред, алаана моя, — пристально глядя на меня, произнёс он.

Напряжение всё равно чувствовалось… но Рекс-Тар вдруг усмехнулся.

— Идите уже, — сказал он с лёгкой насмешкой. — А то Ольга изведётся от любопытства, что же за имперские аттракционы там у тебя припасены.

Я невольно рассмеялась, легко и естественно. Напряжение схлынуло, уступая место чему-то тёплому и светлому.

— Мне правда интересно, — призналась я, чувствуя, как щёки заливает краска.

Оуэн собственническим жестом взял меня за руку и повёл к выходу из гостиной. Я оглянулась.

Трое маршалов стояли, скрестив руки на груди, и смотрели нам вслед.

А меня вдруг накрыло безумное, отчаянное желание, чтобы они пошли следом. Чтобы мы были все вместе. Вчетвером. Чтобы они касались меня одновременно, окружали со всех сторон, как это было тогда, когда мой каф пропал, во время нашей сцепки…

Я густо покраснела от собственных мыслей и быстро взглянула на Оуэна, заметил ли он. Но император, похоже, был слишком сосредоточен на другом — на том, чтобы быстрее увести меня в свои покои.

Мы прошли через незаметную дверь в стене, и я оказалась в совершенно ином пространстве. Здесь всё было пронизано ощущением власти и отменного вкуса — тёмные тона, мягкий свет, идеальные линии. Императорские апартаменты.

— Ты, наверное, устала, — сказал Оуэн, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. — После всего... Я хочу, чтобы ты расслабилась. По-настоящему.

— Расслабилась? — переспросила я, не совсем понимая.

— У меня есть кое-что особенное. Идём, — улыбнулся он.

Оуэн повёл меня дальше, и мы оказались в необычном помещении. Мягкий свет, приглушённые тона, и в центре — большой бассейн с переливающейся водой, на дне которого мерцали тёплые, живые камни.

— Зона отдыха. Если использовать земную терминологию, спа-центр. С живыми минералами, — пояснил Оуэн. — Камни реагируют на биополе. Они могут ласкать, массировать, дарить тепло. Всё, что я запрограммирую.

Он коснулся моего кафа — и тот послушно уменьшился, оставляя меня в коротких шортиках и топе. Я покраснела, и благодарно глянула на него за то, что он не стал меня раздевать полностью.

Его каф принял форму коротких обтягивающих шорт, и я замерла, разглядывая его мощное совершенное тело.

Всё-таки император ксарцев очень красив… Идеально сложенный, с рельефной мускулатурой, с умопомрачительными кубиками пресса, косыми косыми мышцами, гармонично-бугристыми руками, сильными ногами…

И ему явно понравилось то, как я на него смотрю. Потому что он довольно улыбнулся и опустил меня в воду, оставаясь рядом и настраивая что-то на интерфейсе.

Тёплая, плотная вода обняла моё тело, а камни на дне сразу отозвались — мягкой, пульсирующей вибрацией.

— Ложись, — сказал он тихо, укладывая меня на спину так, чтобы вода поддерживала голову.

Я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение уходит. Камни подо мной пульсировали в медленном, успокаивающем ритме, массируя спину, ягодицы, ноги.

А потом ритм изменился.

Я открыла глаза и встретилась с тёмным взглядом Оуэна. Он смотрел на меня, и я поняла — это он управляет камнями. Он направляет их пульсацию.

Камни подо мной начали двигаться иначе — медленнее, нацеленнее. Они скользили по моему телу под водой, находя самые чувствительные места, лаская с невыносимой нежностью. Один камень прижался к пояснице, другой — к внутренней стороне бедра, третий — к груди.

Я выдохнула, выгибаясь, и в тот же миг Оуэн наклонился и поцеловал меня. Его губы были горячими, требовательными, и в этом поцелуе смешалось столько всего. Нежность и страсть, обещание и ожидание.

Его руки сжали меня в объятиях, прижимая к себе, а камни под водой продолжали свою магию, доводя до исступления. Я чувствовала каждую пульсацию, каждый толчок, и тело отзывалось дрожью, которая передавалась ему.

Когда первая волна накрыла меня, я закричала в его губы, вцепившись в его плечи. Он не остановился, продолжая целовать, сжимать, направлять камни, пока волна не схлынула, оставляя после себя только сладкую истому.

— Это было... — выдохнула я, когда он отпустил мои губы.

— Ещё не всё, — улыбнулся он. — Идём.

Он легко поднял меня из бассейна и быстро перенёс в соседнее помещение.

Там было жарко. Густой, ароматный пар клубился в воздухе, наполняя лёгкие чем-то свежим и чистым. Стены и пол были выложены тёмным камнем, а в центре стоял невысокий каменный ложемент.

— Императорский парник, — сказал Оуэн.

Я тихо прыснула от названия.

— У нас так приспособление называют, для выращивания растений в холодном климате, — пояснила я на его выгнутую бровь. — А вот такое помещение называют баней или сауной.

Он кивнул, жадно рассматривая мое улыбающееся лицо.

— Пар насыщен ионами, — продолжил он объяснения. — Они делают кожу невероятно чувствительной. Хочешь попробовать?

Я кивнула, чувствуя, как предвкушение снова заставляет сердце биться чаще.

Император уложил меня на тёплый камень, и пар окутал меня со всех сторон. Воздух был таким плотным, что каждое движение отдавалось на коже тысячей мелких ощущений.

Оуэн взял мягкую губку и начал медленно, методично мыть меня. Каждое его прикосновение сквозь этот ионизированный пар становилось невыносимо сладким. Губка скользила по шее, по плечам, по груди, оставляя за собой дорожки огня.

Мне было неловко, но он так глянул на меня, что я решила не сопротивляться.

Я закрыла глаза, отдаваясь этим ощущениям. Его руки были такими бережными, такими знающими… А ласки всё более откровенными.

Его пальцы находили каждое чувствительное место, каждую точку, которая заставляла меня выгибаться и стонать.

— Оуэн... — выдохнула я, когда его пальцы сменили губку, касаясь моей кожи уже напрямую.

— Тш-ш-ш, — прошептал он, наклоняясь и целуя мои губы. — Расслабься. Еще не всё...

И я расслабилась. Полностью. Абсолютно. Позволила ему делать со мной всё, что он хочет.

Оуэн ласкал меня медленно, смакуя каждое мгновение, и каждое его прикосновение сквозь этот волшебный пар дарило неописуемое наслаждение и… разжигало во мне настоящую огненную бурю.

Когда его руки остановились, я лежала на камне абсолютно обессиленная, но переполненная счастьем и удовольствием до краев.

Император снова поднял меня и понёс куда-то дальше. Я прижималась к его груди, слушая, как его сердце бьётся ровно и сильно, и думала только об одном: как же мне хорошо с ним.

И когда он опустил меня на постель, а его большое сильное тело накрыло моё, я уже знала: всё, что, будет сейчас, будет точно по моей воле.

— Алаана моя, — горячий выдох императора на моих губах. — Примешь меня?