Глава 9

Утром меня разбудил звонок подруги. Она получила мое сообщение поздно вечером и решила не тревожить, еле дождалась утра, чтобы поболтать.

– Вот это новости! Наконец справедливость восторжествовала. Рада за тебя, Кера!

Шелья сидела за столом и красила глаза. Я же только-только высунула нос из-под одеяла, а Рейко заряжался.

– Твои новости не менее поразительны! Поступаешь в ВКУ? Пока мы работали во время практики студентов, ты ни разу об этом не обмолвилась, – укорила я подругу.

– Потому что даже не надеялась. Но брат нашел работу, и стало гораздо проще. Появилось время подумать о себе, своих желаниях и мечтах. Но поболтаем об этом потом, в выходные. Лучше ответь, кто тогда совершил то преступление?

Я пожала плечами. Не знала, можно ли говорить об этом.

– Так, судя по тому, как ты отводишь глаза, кого-то подозреваешь, но боишься говорить? – включила сыщика Шелья.

Я тяжело вздохнула.

– Колись! Я могила! – настаивала Шелья и сверлила меня любопытным взглядом.

Я сдалась.

– Короче, получила уведомление о снятии обвинения и пошла прогуляться. В саду столкнулась с Вейнаром и его невестой. И так вышло, что я подслушала их разговор.

– Постой. Вейнар – это тот парень, который лежал в палате вместе с тобой?!

Я кивнула, а Шелья начала рисовать стрелки у глаз, велев мне продолжать.

– Они ссорились, и он обвинил свою невесту Оланору в организации этого преступления.

Тут рука у Шелье резко дрогнула, и стрелка вышла слишком длинной и кривой.

– Ты шутишь?

Я покачала головой.

– Она очень ревнивая и противная. Я спалилась, когда пыталась незаметно уйти. Но она вместо того, чтобы отпираться, заявила, что мы ничего не докажем, и предложила шпионить за Вейнаром.

Шелья отодвинула косметику в сторону, намочила ватный диск и начала смывать неудавшийся макияж.

– Это мыльная опера какая-то. Ты бы хоть предупредила, что повергнешь меня в шок. Я бы не красилась. Слушай, а Лонтольн почему не разрывает помолвку? Ему нормально женитбся на бабе, которая чуть не грохнула его из-за ревности. А эта швабра никаких угрызений совести не испытывает насчет отправления жениха на больничную койку?

– Ох, сложно сказать… – Я посмотрела на время и начала выползать из кровати, не прерывая разговора. – Но Оланора вообще не беспокоилась за Вейнара, будто была уверена, что с ним ничего не случится, а все остальные – посредственности, массовка, которые лишь мешают ей. И, как я понимаю, этих двоих не связывают чувства. Это просто договор между семьями. Довольно важный. Так как Вейнар пригрозил разрывом даже несмотря на лишение наследства и выплату компенсации.

Я поставила космофон на стол и открыла жалюзи. Сактан уже поднимался из-за леса и окрашивал горизонт в нежные розовые тона.

– М-да. Хорошо, что я не богачка и могу выйти замуж по любви, – протянула подруга и, наконец, докрасила второй глаз.

– А если твой суженный будет иметь высокий социальный статус?

– И-и-и, это меня как-то должно смутить?! Глупости и косность. Я за равенство и свободу. Каждый волен сам выбирать, как жить, что делать, кого любить и с кем заключать брачный союз. А к чему ты это спрашиваешь?

– Да так, просто…

– Ага, ага. Неужели на Вейнара глаз положила?! Подруга, тут тебе явно ничего светит. С таким сторожевым псом, как его невеста, я бы обходила его за пару кварталов.

– Ты права, – тоскливо вздохнула я и начала собираться на пробежку.

– А Вейнар знает о предложении своей невесты пошпионить за ним?

– Да, мы столкнулись, у меня выпала ее визитка, и он сразу догадался. Велел соглашаться из-за долгов. Мол, получу компенсацию.

– Надеюсь, ты согласилась?

– Нет. Не могу. Я не хочу шпионить за парнем, который мне нравится, и отчитываться перед полоумной стервой.

– Дело твое. Но я бы согласилась. Вейнар сам одобрил, а значит, это даже нельзя назвать шпионажем.

– Может, и так, только все равно как-то неправильно.

– А откуда Вейнар узнал про твои долги?

Я замерла, бросив расправлять покрывало на кровати. И правда, откуда ангелочек узнал?!

– Авенары с большими возможностями, связями и кошельком несколько пугают. Кажется, он на шаг впереди и знает про тебя все.

– Думаю, Вейнар проводил расследование, собирал доказательства. Поэтому навел обо мне справки, дабы полностью исключить из списка подозреваемых. Мне кажется, это с его подачи руководство пересмотрело мое дело. Так как когда мы беседовали на звездолете, то мне ясно дали понять, что мои слова вообще ничего не значат.

– Если так, то ему просто пора вручать орден милосердия! Понятно, почему ты запала на этого авенара.

– И вовсе не запала!.. – начала отпираться я и отвернулась, чтобы Шелья не увидела моего лица.

– Ага, так я тебе и поверила! Даже со спины видно твои алые щеки.

Я открыла шкаф, вытащила второй комплект формы и подошла к космофону.

– Все, хватит на мне практиковать свою дедукцию, мне пора на пробежку.

– Ок. До встречи! – сдалась Шелья и, подмигнув, отключилась.

Я быстро умылась и поспешила на плац, в последний момент вспомнив о лекарстве, выданном врачом.

Шорн не освободил меня от кросса, но сделал его чуть меньше. И на том спасибо. Хорошо, хоть таблетки и мазь сняли острую боль. Иначе я бы просто не поднялась с кровати. Тело ныло, скрипело, но я не падала от изнеможения. Это давало больше надежд на благоприятный исход и поддерживало оптимистичный настрой. Если сегодня тяжело, завтра будет легче. Теперь я с чистой совестью тыкала всех наглых хамов в то, что все обвинения с меня сняты.

Мне до чертиков нравилось, как они отводили глаза, терялись с ответом. А на второй паре, на основах оказания первой помощи, ко мне подошли несколько курсантов – извинились, предложили дружбу. Мне хотелось показать неприличный жест и послать их в черную дыру, но я сдержалась. Надо ведь налаживать контакт. Как-никак пять лет мучиться буду. И хотелось, чтобы меня не зажимали в раздевалке с целью проучить. Да и не стоит уподобляться хамам! Так всегда говорила бабушка, когда я приходила домой, пуская слезы из-за того, что меня дразнят. Тогда я не особо понимала это. А сейчас доросла. Хотя мысли отплатить им той же монетой не оставила, правда, я мечтала сделать это более изящно.

На историю шла с высоко поднятой головой и победной улыбкой на губах. Уселась за первую парту, начала выкладывать свои принадлежности из рюкзака, а когда подняла глаза, увидела пред собой девушку леамвинийку. Она стояла напротив и прижимала к груди энциклопедию.

– Приветствую тебя среди первокурсников. Наша группа плохо с тобой обошлась. Поэтому я, как староста, приношу извинения от всех курсантов. В знак добрых намерений предлагаю тебе энциклопедию по истории зарождения Альянса.

Девушка положила книгу передо мной и бережно погладила ее.

– Это подарочное издание с иллюстрациями от знаменитого художника Россавели. Исторические справки, которые здесь приведены, достоверны и подробны. Тебе с таким пособием будет легко нагнать группу. Подобного материала в библиотеке не найдешь.

Это действительно меня тронуло. Девушка извинялась от души и решила поделиться безумно дорогой вещью.

– Благодарю и очень ценю, – отозвалась я и внимательно посмотрела на собеседницу.

Снежно-белые волосы, укороченные на затылке, переходили в каре и красиво обрамляли лицо, а длинная челка набок скрывала часть лба. Два белесых слабовидящих глаза леамвинийка выделила черной подводкой и розовыми тенями. Остальные три сомкнутых терялись на общем фоне. Тонкие, плотно сжатые губы, как и скулы, девушка оставила без внимания. Поэтому я решила, что она не хочет выделяться. И все равно ее сложно было не заметить. Хотя бы по той причине, что светловолосые висы встречались не так часто. В довесок к этому она была выше всех одногруппников. Так что форменные брюки были ей коротковаты.

Заметив мой изучающий взгляд, староста поспешно кивнула и ушла.

Я раскрыла энциклопедию и начала завороженно смотреть на оформление и картинки. А потом наклонилась и понюхала. Ох, этот неповторимый запах бумаги вызывал восторг и благоговение! Красивые завитушки, рамочки, уникальный шрифт и божественные иллюстрации. Казалось, герои, изображенные на них, смотрят тебе прямо в душу, вот-вот заговорят или сойдут со страниц. Такая книга наверняка стоила целое состояние. И как староста вообще доверила ее мне?! Я аккуратно закрыла энциклопедию, сверилась со временем. Убедилась, что его достаточно, и подошла к третьей парте соседнего ряда, где сидела леамвинийка.

– Ты уверена, что хочешь отдать столь ценный экземпляр мне? Тут есть какой-то подвох?

Девушка вздохнула, перелистнула станицу на головизоре и сердито ответила:

– Не хочешь, не бери.

– Извини, если обидела. Просто слишком много гадостей получила, поэтому ко всем подаркам отношусь настороженно, – объяснилась я, так как чувствовала некоторую неловкость.

Девушка кивнула.

– Буду беречь ее, а как прочитаю, отдам.

Я развернулась и уже хотела уйти.

– Меня зовут Элоши, – вдруг представилась староста.

– Очень приятно, а меня Кера! – ответила я и поняла, что улыбаюсь.

Кажется, с этой немногословной девчонкой мы сможем сдружиться, тем более что среди набросившихся на меня курсантов я ее не видела.

– Оглобля и помойная кошка решили спеться! – хохотнул тот самый парень, который начал дразнить меня на физкультуре.

– Странно слышать это от неудачника, который больше всех подтягивался и отжимался на физподготовке, – парировала я.

Толпа сокурсников захихикала. Настроение массы оказалось весьма переменчивым.

– Хеннай, кажется, ты слишком полагаешься на защиту своего покровителя, – заметила Элоши, все так же не отрывая взгляд от учебника, который читала.

Парень помрачнел и занервничал. Я догадывалась, отчего. Старосту назначали не просто так. Она должна иметь максимальный балл при поступлении. То есть сдать на высокие оценки как письменные предметы, так и практические экзамены. И этот парень рисковал нажить себе страшного врага. А я, наоборот, заручиться поддержкой. Элоши, скорее всего, на спарринге обязательно припомнит Хеннаю эти слова. Да и одногруппники на этот раз его не поддержали. Староста сделала замечание, заставив сомневаться в силе покровителя.

– Все по местам, – велел преподаватель, входя в аудиторию и прекращая все разговоры.

Я еле успела добежать до своего места и уже оттуда рассматривала профессора. Им оказался идеально красивый вис, как и все авенары, правда вместо обычных рук из-под черной формы виднелись металлические ладони. Хотя, может, и из другого материала, имеющего подобный цвет. Он пугал своей стремительностью, и я не понимала, чего ожидать. Будет ли он таким же здравомыслящим, как вчерашние профессора, или окажется вредным и дотошным? Я хотела, чтобы он был добряком.

– Тема сегодняшнего семинара – леамвины. Становление и первый выход в космос. Кто готов отвечать? – поинтересовался профессор и начал рассматривать курсантов.

Но отчего-то все молчали, косили глаза и вжимали головы в плечи, напоминая мне двоечников. Даже Элоши не поднимала руку.

– Староста отвечала на прошлом занятии, поэтому на этом спрашивать ее буду. Уверен, материал по истории своей расы она знает на отлично. Так кто же будет жертвой сегодня?

Мужчина лукаво улыбнулся и забарабанил искусственными пальцами по кафедре.

– О, новенькая! Как там тебя… Рукериа?

Я поморщилась от неправильного звучания своего исковерканного имени, но встала и ответила:

– Курсант Лукерья Анисимова. К сожалению, я не знала, что сегодня необходимо готовить эту тему. Выучила только первые параграфы в учебнике.

– Вы хотите сказать, что не готовы? – уточнил профессор с той же легкой улыбкой.

– Да, – не стала я отнекиваться.

– Два балла. То, что вы пропустили целый семестр, никак не освобождает вас от подготовки к семинару по текущей теме. За неуд отработка – наряд на кухне.

Я в шоке опустилась на свое место. Что за ужас, какой еще наряд на кухне?! У меня и так полный ворох проблем.

– Так, кто следующий? Может быть, вы, Хеннай? Помнится, перед практикой и сдачей зачета вы получили неуд, воспользуетесь шансом открыть новый семестр хорошей отметкой в своем табеле?

Парень побледнел, нервно тряхнул темной шевелюрой, поднялся с места и начал рассказывать. Он растягивал слова, делал длинные паузы и часто экал, заполняя промежутки раздумья. Препод слушал, серфил в космофоне, а когда Хеннай закончил, сказал:

– Молодец, два балла.

Меня так и подмывало спросить, какая муха его укусила. Конечно, парень козел, но он же рассказал. Явно читал, готовился, так почему же такая низкая отметка?

Далее профессор спросил еще троих, также поставил им два балла и ушел, не дождавшись окончания, заметив, что делать ему тут больше нечего, ибо курсанты все равно ничего не знают. Он просто дал задание готовиться и учить следующую тему.

Едва дверь закрылась, раздался всеобщий вздох облегчения. Я обернулась, дабы посмотреть на одногруппников, но тут встала Элоши и прошла к кафедре.

– Хеннай, не расстраивайся, ты хорошо рассказал материал. Все по учебнику. В следующий раз просто будь поувереннее. Арус переврал даты. Геймур перепутал политические партии. Неттинар близко к тексту с небольшими погрешностями. Сегодня наши догадки подтвердились, профессор Кульвер требует блестящего уверенного ответа, основанного не только на материалах учебника. Добиться высоких отметок будет крайне сложно.

– Элоши, мы не сдадим ему экзамен! – в один голос взвыла вся группа.

– Мы пришли сюда, чтобы стать борцами, а не историками. Не нравится ему тут, пусть обратно валит на фронт, мы же не виноваты, что его списали в запас, – пробубнил Хеннай и пнул парту от злости. – Мне опять сутки не спать с этим дежурством.

– Вот бы профессор Теосканар снова стал вести историю!.. – протянул кто-то мечтательно, и все курсанты его поддержали.

– Я подготовлю дополнительный материал по следующей теме и всем отправлю. Если сработает, будем выбирать тех, кто раз в неделю будет его готовить на всю группу.

Все загудели, одобряя такой план старосты. Элоши подняла руку, призывая всех к молчанию.

– Кера, ты новенькая и не знаешь, как проходит отработка. В девять встретишься с курсантами в гостиной общежития на первом этаже, они тебе все покажут.

Парни неохотно покивали, но протестовать не стали. Все же староста обладала некоторым авторитетом и здорово помогала. А я высоко оценила подарок Элоши. Если я не выучу все, что здесь есть, мне хана! Оставшуюся пару я читала учебник и энциклопедию.

А когда прозвенел звонок, пошла на физподготовку. На этот раз занятие проходило в тренажерном зале, и мы прорабатывали определенные мышцы. Присутствовала только наша группа.

После ровным строем мы поползли на пару по ближнему бою, но дойти до зала не смогли. В коридоре собралось столько народа, что это наводило на дурные мысли. Все шептались и выглядели озадаченными. Я пригнулась и пролезла между ногами курсантов. Иногда полезно быть маленькой и тощей. У дверей зала разогнулась и обомлела. Там лежал Туссен. Вокруг него на матах алела кровь. Над авенаром уже суетилась знакомая врач хоссомалийка и еще какой-то медбрат. Поэтому разобрать, какую травму получил этот придурок, я не могла. Белые халаты закрывали весь обзор. Но судя по мученической гримасе, каплям пота на его лбу, землистому цвету кожи, а также общей тревожной обстановке, произошло нечто весьма серьезное.

Но больше меня тревожила не травма Туссена, а Сайшен Фушигос, отчитывающий моего ангелочка в другом конце зала. Напряженная спина леамвина, активная жестикуляция и очень враждебный взгляд Вейнара. Да что тут произошло?!

Неужели так Вейнар проучил Туссенна из-за меня?! Сердце в груди загрохотало, и я совершенно не знала, что мне делать, как реагировать.

В это время пришли курсанты с носилками. Туссена погрузили, и когда его пронесли около меня, я увидела торчащие белые кости из его рук. Желудок тут же сжался, и меня чуть не вывернуло наизнанку.

– Все заходим. – Сайшен Фушигос хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. – Сегодня у вас совместное занятие со вторым курсом. Для вас это будет полезно. Слушайте своих более опытных товарищей. Разбейтесь по парам и вперед. Вейнар, будь добр, вызови робота уборщика.

Ангелочек, все такой же хмурый и насупленный, кивнул и вышел из зала. Я переживала и надеялась узнать у него о произошедшем после урока. А пока Сайшен поставил меня в пару с розововолосой девчонкой авенарессой. Я видела ее на звездолете.

Несмотря на свои внушительные размеры и агрессивный внешний вид, она оказалась очень приятной. Мы быстро поладили и нашли общий язык. Авенаресса была простая и немного безбашенная, но очень добродушная.

– Кера, давай повторим. Не бойся, со мной можешь не переживать ни о чем. Я уже полгода изучаю гохеко, наш мэтр меня хвалит. И обращайся ко мне на «ты» – просто Руна. Без всяких Мерунара орн Манатольн. Я ж не принцесска какая-то…

Я кивнула, хотя все еще чувствовала себя неуютно. После стольких разочарований везде видела подвох или подставу.

Во время перерыва я начала искать Вейнара, когда нашла, хотела к нему подойти и поговорить, но Руна остановила. Она положила свою большую руку мне не плечи, обхватила и прижала к себе, а потом прошептала на ухо, словно мы были заговорщиками:

– Гляжу, ты запала на нашего Квазара. Одобряю, парень хороший. Пудрить мозги не станет. Только гиблое это дело. Вейнар думает лишь об учебе. Вдобавок к этому у него есть невеста, но она ж не стенка, может и подвинуться, а вот первое маловероятно. Не знаю, какой королевой надо быть, чтобы привлечь его внимание.

Я нервно улыбнулась.

– Руна, с чего ты взяла, что он мне нравится?!

– У тебя ж на лице все написано! Вон как смотришь. Глазки так и блестят, как у моей младшей сестры при виде ее любимых кукол.

Я чуть не подавилась. Сравнила тоже.

Руна отпустила меня, взъерошила короткий ершик крашеных волос и махнула рукой.

– Все, хватит прохлаждаться, пошли дальше учиться, а то знаешь, нам после выпуска не цветочки нюхать надо будет.

Она размяла шею и демонстративно ударила кулаком в свою ладонь.

Я тяжело вздохнула и пошла за девушкой. Руна была права, поговорить с Вейнаром еще успею. Мы в ВКУ пришли учиться и готовиться к сражениям, а не шашни крутить. Урок закончился на хорошей ноте. Сайшен похвалил нас обоих.

– Давай, не отлынивай! Жду тебя вечером на спецкурсе, подруга, – отсалютовала Руна и подмигнула.

Сердце в груди екнуло, и на душе стало теплее. Не думала, не гадала, а, кажется, обзавелась еще одним другом. Неужели у меня начинается белая полоса?!

Следующей парой у нас шел контроль развития псионических способностей, и Сайшен велел перейти всем в зал медитаций. Он находился в соседнем кабинете. Я чуть задержалась и, тронув Вейнара за руку, попросила отойти поговорить.

– Ты что-то хотела? – не стал ходить вокруг да около ангелочек.

– Да, то есть нет… – никак не могла начать я.

Меня переполняли смущение и страх.

Вейнар вскинул брови и поторопил меня, указав на время.

– Ты из-за меня сломал Туссену руки? – наконец задала я самый главный и страшный вопрос.

Сердце заколотилось.

– И да, и нет, – ответил Вейнар и, поправив рюкзак, пошел прочь.

– Эй, погоди, что это значит?!

Я обхватила его руку и попыталась остановить, но в итоге сама оказалась прижатой к стене.

– Тебе что, жалко этого зарвавшегося сморчка? – спросил ангелочек.

И сейчас он вот никак не походил на ангела, скорее на змея искусителя. В его глазах бушевало синее пламя.

– Мне не жалко, просто думаю, что это слишком жестоко, – пояснила я и отвела взгляд.

Вейнар поджал губы и ударил стену возле меня кулаком.

– Да не специально это вышло! – почти крикнул он и взъерошил свои темные волосы.

И я поняла, что Вейнар зол, зол сам на себя. Он испытывал стыд и винил себя в произошедшем.

– Может, поделишься? Что случилось между вами?

– А что это изменит? – буркнул Вейнар.

Я пожала плечами.

– Буду знать правду, ты выговоришься, тебе станет легче…

– У нас был спарринг, я применил болевой захват и намекнул, что ему пора отстать от тебя, что хватит распускать о тебе грязные слухи и подговаривать студентов тебя травить. А Туссен рассвирепел. Я сдавил его руку сильнее. Но он не хотел сдаваться или извиняться. Я захватил вторую, а он все поносил тебя. В итоге вышло то, что ты видела. Сайшен сделал мне выговор.

– Пфф, и всего-то. Тогда уж виноват сам Туссен. Мог бы просто сдаться, и дело с концом, – выдохнула я, успокоившись.

У меня будто гора с плеч упала. Мой ангелочек не жестокий тип и вовсе не специально покалечил парня.

Вейнар широко распахнул глаза, видимо, не ожидал от меня таких слов.

– Спасибо, что заступился за меня! – поблагодарила я ангелочка и внезапно для самой себя поцеловала его в щеку, а потом сбежала на пару.

Не смогла удержаться, когда Вейнар так мило смотрел на меня своими голубыми глазищами. Ну ровно ангел. Мой справедливый ангел хранитель. Сколько раз он уже спасал меня?! Сначала в космопорте, потом на практике, а теперь здесь. Четыре раза. Так что поцелуй в щечку он заслужил.