13. Дарг

13. Дарг.

Когда руководитель проекта по восстановлению популяции альдарцев доктор Зельн обратился ко мне с предложением поучаствовать в эксперименте, то сначала я скептически отнесся к этой затее. Образец моего ядовитого секрета давно был размещен во всеобщей базе, но до сих пор не нашлась ни одна женская особь совместимая со мной. Поэтому я давно смирился с одиночеством, но его новость о том, что удалось захватить двух самок с очень далекой планеты, которые совместимы с любым альдарцем, поселили во мне какую-то детскую давно забытую надежду на счастье. Я хоть и смирился с одиночеством и привык к определенным отношениям между альдарцами и альдарками, и даже к договорным отношениям с представителями других рас, но всегда желал бОльшего. Мне хотелось таких отношений, при которых хорошо было бы обоим, чтобы им было интересно вместе и комфортно. Всегда обращал внимание как представители других планет создают семьи и живут в них и, конечно, завидовал счастливым супругам.

Самка, к которой меня привели, была хороша. Небольшого роста, но с аппетитной грудью, крутыми бедрами и длинными пышными темными волосами. Но к соблазнительной внешности девушки прилагался скверный характер и дикий нрав. Комплект украшений, который я на радостях приобрел специально для нее, прилетел по моей же голове. Даже не особо разглядывая мое преподношение, она, сверкнув своими карими глазищами и скривившись будто не драгоценность я ей принес, а дохлого шварха, взяла ларец и просто опустила мне его на голову. От такой реакции я сначала опешил, все-таки не каждый день получаешь по голове от самки. Потом даже восхитился ее темпераментом, но дабы еще больше не разозлить ее, решил все же отступить. Мне пришлось долго анализировать, что я сделал не так и почему получил такой протест. Ведь всегда думал, что расположить к себе и заинтересовать самку можно дорогими подарками и деньгами или высоким положением в обществе, к которому и прилагается дорогое имущество и деньги. Искренне считал, что получать дорогие подарки всем приятно.

Я трезво оценивал себя, не родовит, должность занимаю лишь советника, но даже имея большое поместье и не нуждаясь в деньгах, не мог сравниться с другими представителями моей планеты, а особая степень токсичности и вовсе делала меня непопулярным среди самок.

Поэтому недовольство женщины на мои действия и вовсе перечеркнуло все надежды. Я сам все испортил и уже не ждал никакого продолжения, но неожиданно со мной связался доктор Зельн и огорошил тем, что я могу вновь попытать удачу. Тогда-то он мне и подсказал, что эти самки ценят моральные качества больше чем материальные, он же и посоветовал преподнести в ей дар гало-окно. Его совет обескуражил меня: «Ну, зачем самке какая-то декоративная рамка?» Но, как же я сильно ошибся.

Вторая встреча с красавицей прошла потрясающе: я впервые реально поцеловался. И этот поцелуй был головокружительным, я и представить не мог, что такие действия губами могут так воспламенить плоть и разжечь желание. Ее пухлые губы, горячие руки, откровенные, жадные объятия лишили меня воли, поэтому я никак не мог от нее оторваться. Чувствовал на себе ее ладони, которые то нежно гладили, то требовательно и страстно сжимали и не мог насладиться этим. Я видел как ей самой это нравится, как она тянулась ко мне всем телом, с азартом зарывалась пальчиками в мои волосы, словно не хотела отпускать ни на мгновение, ей даже понравился мой неугомонный хвост. Осознание того, что я желанен именно для нее, вызывало почти одурманивающий восторг.

Несколько ночей после этого я не мог уснуть, мое тело желало эту самку целиком без остатка и ни холодный душ, ни привычные средства разрядки не могли усмирить дикое влечение.

Потом док посоветовал подарить ей трансформер. Уверил, что такое странное подношение точно понравится Аделине. Вновь я усомнился в выборе подношения «Ну зачем ей какая-то мебель?» — думал я тогда. Спорить не стал и не прогадал, потому что то, что мы вытворяли на нем было далеко за рамками моей фантазии. Эта девушка меня покорила своим темпераментом и неуемной энергией. Я и не представлял, что за дешевый трансформер и гало-окно, женщина будет настолько благодарна, что подарит мне столько наслаждения.

После первого совокупления с ней я ощутил себя самым счастливым альдарцем во всей Галактике. Только теперь я понял, что ни один робот, не способен заменить тепло живой женщины, ее дыхание, стон, дрожь. Одно ее движение, один тихий стон, могли привести к кульминации.

За возможность вновь увидеть, как подпрыгивает ее пышная грудь, когда она скачет на мне, готов отдать все на свете. Такой женщине можно простить все и скверный характер, и острый язык, и упрямство. Хотя чем больше я с ней общался, тем больше понимал, что этой колючесть являются лишь броней, за которой бьется живое сердце. Именно эта непредсказуемость делала ее еще притягательнее.

Я уже планировал новую встречу и задумывался, чем еще ее порадовать, как поступил тревожный звонок от дока, который требовал моего немедленного прибытия на станцию 1284.

Пока летел, передумал массу вариантов и ни один мне не нравился, но то, что сообщил док, и вовсе повергло меня в шок.

Первой неожиданностью для меня стало встреча с братом, которого я не видел уже много лет. Я не догадывался, что ему досталась вторая привезенная землянка. Второй неожиданностью было негодование дока по поводу нашего поведения. Гневно отчитывал он нас словно маленьких детей, а мы не могли понять в чем провинились.

— Но что мы сделали не так? — справедливо спрашивал Гард. — Геле очень понравился отдых на Тауре. Вы же сами видели ее после возвращения, — недоумевал брат.

— Ты спрашиваешь что вы сделали не так⁈ Все вы сделали не так! — уже кричал на нас док. — Вот, смотрите, — он включил нам запись из палаты одной из девушек.

Мы смотрели, слушали и не могли усидеть на месте, чтобы не побежать и не утешить своих самок. Их слезы и рыдания резали нас по живому, но мы ничего уже не могли изменить. Их несчастные лица с дорожками слез на щеках и отчаянием в глазах, будто что-то перевернули в нас. Захотелось сделать все возможное, чтобы вновь увидеть их сияющие глаза.

— Какого лысого шварха вы — остолопы не сказали им, что вы шварховы братья??? — не сдерживаясь орал док на нас.

Конечно мы ничего им не говорили, да мы и не знали, что оба участвуем в этом эксперименте. Нас разлучили в десятилетнем возрасте, когда мы стали опасны для окружающих и друг для друга. И сначала мы очень переживали оставшись в одиночестве, но постепенно приспособились и постарались забыть друг друга. Годы, проведенные вдали от брата еще больше отдалили нас. Мы понимали, что удел каждого взрослого альдарца одиночество.

— Но мы можем пойти и все им объяснить, — попытались мы исправить ситуацию.

— Куда пойти??? — уже в отчаянии спрашивал док. — Их похитили!!!

Тут я ощутил такой страх, которого никогда в жизни не испытывал. Никогда в своей жизни ни за кого я так не переживал. Сердце пропустило удар, а потом защемило с такой силой, как будто мне нож в него вогнали.

— Как похитили? Кто похитил? — тут уже я не выдержал и повысил голос.

— Как их могли похитить из изоляционного отсека? — спрашивал Гард тоже находясь на грани.

— Они заблокировали систему управления палатой, я попросил команду Ховарда разблокировать ее, это нужно было сделать без официальной шумихи. Вы же понимаете… А они взорвали стену и выкрали их, — сокрушался док. — Эти землянки — ключ к возрождению расы. Ваши пары это прорыв в понимании природы альдарцев, — не унимался он.

— Ховарду? Вы доверили это дело этому преступнику? — тут уже мы вместе с братом начали возмущаться. — Почему сразу не сообщили нам? — на это док только молчал и сокрушался о своих необдуманных действиях.

— Нам нужен доступ к системе безопасности всего блока.

— Сейчас предоставлю, — не стал отпираться Зельн.

Потом пошло время отсмотра записей с камер наблюдения, в результате чего мы смогли определить в какой сектор космоса стартовал челнок Ховарда. Потом полетело время уточнения информации о месте их нахождения. В том секторе было несколько планет, где бы его команда могла залечь на дно. Когда, наконец, через своих агентов мы сузили количество мест до одного и смогли завладеть всеми необходимыми сведениями о нем, то понеслось время подготовки к полету и самой спасательной операции.

Альдарцы живут обособлено, наши города и небольшие поселки равномерно распределены по всей планете и созданы такие условия, чтобы каждая особь или семья были изолированы от других ядовитых сородичей. Перемещаемся мы тем более в одиночных средствах передвижениях, будь то космический челнок или планетарный флайер и все из-за опасности в случае непредвиденной ситуации, например, при аварии, причинить, пусть и непреднамеренно, смертельный вред. Эта мера была выработана, когда после незначительной аварии на челноке, присутствующий на его борту альдарец по доброте душевной принялся помогать пострадавшим, но не учел, что его защитные перчатки потеряли герметичность и он отравил всех к кому прикоснулся. Поэтому лететь на спасение наших женщин с братом на одном борту было непривычно, но это была оправданно, потому что привлечь ненужное внимание двумя челноками было большим риском.

— Рад тебя видеть, брат, — сказал Гард, когда мы уже в одном челноке мчались на одну из законсервированных станций для вызволения наших женщин.

— Я тоже рад видеть тебя.

— Лишь бы с ними ничего не случилось, лишь бы они не успели им навредить, — высказывал свои опасения он.

— Аделина боевая самка, она будет бороться за себя до конца. Но ей все равно не справиться, — огорченно констатировал я факт, который мы и так понимали.

— Моя Ангелина наоборот нежная и беззащитная. Не представляю как она там? — искренне переживал брат. — Она самое лучшее, что случилось со мной за всю мою жизнь.

— Я тоже это чувствую. Как будто я только сейчас понял для чего все это время жил. И ради нее готов на все, — сформулировал я то, что чувствовал последнее время. — Не могу даже себе представит, как переживу если с ней что-то случиться или она исчезнет из моей жизни.

— Да, брат, попали мы. Давай не будем поддаваться отчаянию и еще раз проверим план, — я кивнул. — Мы приземляемся на запасной взлетной площадке и продвигаемся пешком к основной. Если там базируются корабли, то начинаем прочесывать станцию, — я вновь кивнул. — Выясняем, где их держат, потом устраняем сородичей, а потом вместе выдвигаемся за ними.

— Да. Если что-то пойдет не так, то мы даем сигнал доку и он начинает уже полноценную спасательную операцию с привлечением официальных властей.

— Надеюсь, что этого не потребуется, потому что если ситуация выедет наружу, то девушек у нас заберут, а доктора Зельна отстранят от их кураторства и тогда нам уже никто не даст остаться с ними.

— Поэтому в наших же интересах провернуть все быстро и тихо, — подвел итог я.