Эпилог

Прошло пять лет.

Я стою на террасе дворца на планете, которую мы назвали Эрентара – «Возрожденная» на древнем языке торвенцев. Это сердце наших новых миров. Здесь, на этой планете, с ее фиолетовыми закатами и серебряными реками, мы построили столицу. Первый город торвенцев, который не прячется и не боится.

Внизу, в долине, развернулся целый сад. Те самые цветы, которые я сорвала когда-то на Лазурите, теперь растут здесь, переливаясь на солнце. Они покрывают холмы, спускаются к рекам, поднимаются к подножию дворца. Это подарок Алисии – она привезла семена из базы и высадила их в первую же весну. Теперь Эрентара цветет. И я могу дышать свободно. Без маски. Моя кровь адаптировалась к этому миру, а мир – принял меня.

– Мама! – кричит Магнус. Ему четыре года, у него мои светлые волосы и золотые полосы Ксавьера на скулах. Когда он улыбается, я вижу в нем нас обоих. – Смотри, что я нашел!

Он бежит ко мне по террасе, сжимая в руках что-то светящееся. Я приседаю, чтобы рассмотреть. Светлячок. Тот самый, который когда-то пришел ко мне в каюте. Он переливается всеми оттенками розового и фиолетового, и я знаю, что он не один. Их много теперь. Они вернулись вместе с нами.

– Осторожно, – смеюсь я. – Не обижай его.

– Он сам ко мне прилетел! – Магнус смотрит на Светлячка с восхищением. – Он мой друг.

– Он друг всех торвенцев, – говорю я. – Он хранитель памяти. Помнишь, что я тебе рассказывала?

– Помню, – кивает Магнус. – Он помнит все. Всех, кто был до нас. И когда-нибудь он будет помнить нас.

– Правильно, – я глажу его по голове. – Молодец.

Алисия выходит на террасу, опираясь на трость, но ее глаза все так же горят.

– Магнус, иди завтракать, – зовет она. – Костя прилетел.

Магнус с визгом убегает в дом. Я смотрю ему вслед и улыбаюсь. Костя прилетает каждый месяц. Он учится в Академии Альянса, хочет стать дипломатом. Говорит, что будет защищать права разных рас в Галактике. Мама переехала на Эрентару, живет во дворце, печет пироги и учит местных детей читать по-земному.

Мы открыли планету для разных рас.

Ксавьер подходит, обнимает меня за плечи. Он сегодня в форме, но без знаков различия. Мы давно договорились: дома он просто Ксавьер.

– О чем задумалась? – спрашивает он.

– О том, как все изменилось, – отвечаю я. – Пять лет назад я была просто землянкой с долгами. А теперь…

– А теперь ты – Мария Дар'Велл, – говорит он. – Принцесса торвенцев и герцогиня. Моя жена. Мать моего сына. И самая упрямая женщина в галактике.

– Это ты во мне и полюбил, – смеюсь я.

– И люблю, – отвечает он. – Всегда.

Мы смотрим на сад. На Светлячка, который кружит над цветами. На Эрентару, которая просыпается.

– Мы многое построили, – говорю я. – Города, школы, библиотеки. Торговые пути с Альянсом. Дипломатические миссии. Но главное…

– Главное – это он, – заканчивает Ксавьер, кивая в сторону дома, откуда доносится смех Магнуса и голос Кости. – И то, что мы вместе.

– Если бы я тогда не отправила заявку, – говорю я, – ничего бы этого не было.

– Было, – говорит Ксавьер. – Мы бы все равно нашли друг друга. Я бы тебя нашел…

Я закрываю глаза и чувствую его тепло.

Внизу, в саду, распускаются новые цветы. В долине строят новый город.

А в доме, за накрытым столом, нас ждут. Мама, Костя, Алисия, Магнус. Рейвен с семьей, который прилетел на выходные. Илария, которая открыла клинику на Эрентаре. Вальтур, который помогает восстанавливать торговые пути. Даже Луиза иногда приезжает – проверяет, как идут дела, делает вид, что ей просто нужно отчитаться перед Ксавьером. Но я знаю. Она приезжает к нам. К семье, которую она помогла спасти.

– Идем, – говорит Ксавьер. – Нас ждут.

– Идем, – отвечаю я.

Мы идем в дом. В наш дом. В нашу жизнь.

Светлячок кружит над садом, над цветами, над Эрентарой, и я знаю – он будет помнить этот день. И этот миг. И эту любовь.

И эта память будет жить вечно…