Глава 27. Ответ

Его губы неотвратимо приближались к моим губам.

Замерли в нескольких миллиметрах.

Слишком близко.

Обжигающе горячо.

— Если между нами сейчас ничего не произойдёт… — прошептал император, — что случится, Лиа?

Я подрагивала от его близости, от его горячего шёпота.

Лежать под его сильным телом, чувствовать тёплое дыхание на своих губах. Вдыхать его хищный мужской запах, возбуждающе приятный и притягательный… Всё казалось пронзительно острым, и… желанным.

Расстояние между нашими губами было так ничтожно и казалось пропастью.

И всё же я поняла, о чём он спрашивает. Очевидность верного ответа ошеломила.

Он ждал ответа, и я…

— Ничего, — едва слышно сказала я, — ничего плохого не случится.

Взгляд Роланда смягчился, а мне от этого стало ещё жарче. Внизу живота будто всё скрутилось в тугой узел. Его губы были так близко и так… преступно далеко.

— Почему, Лиа?

Я облизнула губы, взгляд императора тут же опустился на них.

Он так смотрел… Неотрывно, мрачно, жадно. Большой смертоносный хищник перед броском. Почему-то медлящий. Не позволяющий себе сорваться.

Очевидность ответа на его вопрос осветила меня изнутри яркой вспышкой.

Мои руки, вместо того, чтобы отталкивать, вдруг скользнули на его мощную спину.

— Потому что ты не позволишь, — легко улыбнулась я. — Ты не дашь ничему плохому со мной случиться. Даже если… Даже если я сейчас откажусь закреплять нашу связь.

— Верно, — он ласкал взглядом мои губы, щёки, снова опускался на губы. — А ещё?

— От моей неправильной силы будет всё взрываться вокруг, — тихо ответила я, — но ты всё равно будешь рядом. Защитишь меня от меня самой. И всех других от меня.

— Да, моя Лиа, — прямой и решительный взгляд глаза в глаза. — Именно так и будет. Ты сильная, и очень хрупкая. Слишком легко сломать… Мой нежный прекрасный цветок. Ты сама раскроешь свой бутон для меня. Когда сама этого захочешь.

У меня перехватило дыхание от его убеждённости. Ведь всё именно так и будет.

Всё равно я рано или поздно… Сколько ещё я буду упорствовать? Да и зачем? Для чего? Да я же до тьмы в глазах хочу его. Слишком давно. С первого взгляда.

— Лиа, ты ведь хочешь, — усмехнулся он, лаская меня горящим взглядом. — Прямо сейчас.

Затаив дыхание, я, наконец, призналась себе и ему:

— Очень, Роланд.

— Это значит, да? — погладил он губами мои губы.

Чувствуя, как внутри меня рушатся все преграды, я сдалась. Не хочу сопротивляться. Всё. Будь что будет. Мне жизненно важно стать ближе этому мужчине. Узнать, каков он. Познать его.

Ведь до этого до меня долетали лишь брызги его страсти… Я решилась шагнуть под ливень.

Я… решилась.

— Да… — выдохнула я.

Его горячие сухие губы прикоснулись к моим… медленно. Легко погладили, прижали, захватили верхнюю, потом нижнюю губу. Неторопливо усиливая напор.

Роланд погладил языком мои губы, надавил, стремясь проникнуть внутрь.

Я поддалась, открылась, чувствуя ласкающие прикосновения его искусного языка внутри моего рта.

Медленно, чувственно, император погружал меня в нарастающее желание, пробуждая во всём теле жажду его прикосновений.

Его рука оказалась на моей груди, легко сжала. Роланд обвёл пальцами сквозь ткань напрягшийся сосок, погладил шею и потянул ткань с моего плеча.

Не стала его останавливать. То, как он неспешно обнажал моё тело, собственнически разглядывая, заставляло меня подрагивать от смущения и нетерпения.

Роланд оголил мою грудь и накрыл её губами, дразня языком, лаская и чуть прикусывая зубами, вбирая ртом и снова языком.

Не отследила момент, когда его горячие ладони оказались у меня под юбкой. Он рванул нижнее бельё, отшвыривая его в сторону, подхватил меня на руки и уложил в центр широкой кровати.

Ожидала чего угодно, кроме того, что он рванёт подол платья, разрывая его до пояса, обнажая мои ноги.

Я ошеломлённо замерла. Император раздвинул мои бёдра широко и прижался губами к моим половым губам.

— Ро…, ох… что ты… о…

Я покраснела, попыталась вырваться, но вокруг моих запястий ощутились невидимые браслеты, мягко и неотвратимо прижали мои руки к кровати. А сама я выгнулась дугой от горячей волны незнакомого удовольствия.

— Моя чувствительная красавица, — довольно сказал Роланд. — Не бойся, это всего лишь поцелуй.

Он снова поцеловал мои половые губы, надавил языком, раскрывая их. Обвёл по кругу клитор и втянул его умелым ртом. Я громко застонала, а он усилил ласки, заставляя меня стонать и дрожать, извиваясь всем телом.

Напряжение нарастало, я помнила, как он довёл меня в первый раз, в кресле. Но то, что он делал со мной сейчас…

За мгновение до моей разрядки он остановился, оставив меня подрагивающую, возбуждённую, с порванной юбкой и прижатыми к постели руками.

Я издала недовольный стон, подавая бёдра ему навстречу. Роланд выпрямился, разглядывая меня, удерживая мои ноги раскрытыми.

— Ты прекрасна, моя Лиа, — сказал он хрипло, неотрывно разглядывая мои неудовлетворённо сжимающиеся нижние губы. — Нежно-розовая, блестящая. Ароматная. Хочу бесконечно тебя целовать. Ощущать твою сладость. Моя сладкая красивая Лиа.

Я покраснела, а Роланд сбросил с себя одежду, выпрямившись во весь рост. Совершенный, рельефный, мощный, с крупным напряжённым членом. Он скользил по мне восхищённым взглядом, позволяя и мне смотреть себя.

Невидимые браслеты вокруг моих рук исчезли, и я совсем засмущалась от того, как откровенно он меня рассматривал.

— Роланд… — прошептала я, сводя ноги и пытаясь натянуть лиф на грудь, — я…

— Шшш…

Он снова двинулся ко мне, остановил мои руки, не давая прикрыться, поцеловал мои пальцы.

— Ты очень красива, — сказал он хрипло. — Не прячься. Хочу любоваться тобой.

Роланд взял меня за запястья, развёл руки в стороны, разглядывая мою грудь.

— Очень красива, — прошептал он и поцеловал меня.

В этот раз его поцелуй оказался настойчивее и жёсче. Или это от того, что он распалил меня и не довёл до конца? Но сейчас всё ощущалось ещё острее. Ещё ярче.

Властные поцелуи Роланда ошеломляли. Его пальцы между половых губ оказались мокрыми от моей влаги, умело лаская, доводили меня до иступления.

И снова остановился на самом краю.

— Роланд! — застонала я.

— Да, моя Лиа, — улыбнулся, прищурившись он, — я хочу целовать тебя ещё.

Я горела, я пылала, я плавилась от желания. Когда он снова прижал пальцы к моим половым губам, снова раскаляя меня, я попросила:

— Пожалуйста, не останавливайся!

Лёгкий поцелуй в губы. Ускоряющиеся движения его сильной руки. Мой крик блаженства и дрожь. Его губы на моих губах.

Тяжесть его крупного сильного тела на мне ощутилась восхитительно правильной, когда он властно раскрыл мои бёдра и опустился на меня.

— Не бойся, моя Лиа, — его шёпот у моего виска.

Он не дал мне времени испугаться. Прижал крупную головку члена к половым губам, погладил между мокрых складок, уверенно и плавно двинул бёдрами, твёрдо проникая внутрь.

— Ах… Роланд…

Чувство растяжения оказалось новым, непривычным, и лишь чуть-чуть болезненным, самую капельку.

Всё это затмевалось горячим чувством наполненности, правильности. Долгожданный мой, единственный, мой предназначенный, мой Роланд, наконец-то ты нашёл меня, как же долго я тебя ждала…

— Роланд… это…

— Шшш… Да, моя, сейчас привыкнешь ко мне.

— Я… о…

Его новое проникновение — ещё глубже, теперь совсем-совсем без боли, идеально правильное, растягивающее и глубокое.

— Роланд! Я…

Император накрыл мои губы губами, заглушая мои слова, и снова двинулся во мне, наполняя меня до конца.

У меня больше не было мыслей, всё растворилось в его глубоких правильных движениях, под его требовательным губами.

Роланд вдруг оторвался от моих губ, впился губами в шею.

— Лиа моя…

Сдержанность и контроль императора треснула. Он глухо зарычал, ускорился. Сжал мои руки, не позволяя двинуться, полностью подчиняя меня.

Я только и могла, что стонать в его губы, дрожать от ритмичных проникновений, ощущая, что мне ещё ни разу не было настолько хорошо.

Очень правильно, по-настоящему, с ним, с моим Роландом, именно ему я предназначена, только с ним я и могу быть счастлива, под его защитой, за его надёжной спиной, под его горячим мощным телом.

Я вспыхнула ярким оргазмом, содрогаясь всем телом, и сразу же, со мною, содрогнулся Роланд, с глухим рычанием изливаясь в меня. Внутри стало горячо, а из глаз брызнули слёзы.

— Лиа, сокровище, нильера моя, — низкий голос Роланда с ласкающими интонациями возвращал меня в реальность, — ты продолжаешь подкидывать мне загадки.

Я озадаченно посмотрела в его глаза, синие как… небо над нами. Что? Небо? Мы же были в спальне, в его особняке…

— Роланд, где мы? — крепко обняв его обнажённую спину, испуганно спросила я.