Глава 57. Копии

Роланд усмехнулся.

— Моя нетерпеливая Лиа. Я молчу, потому что пытаюсь понять, как именно это всё преподнести так, чтобы ты поняла.

Помолчав, я ответила:

— Можешь начать с начала.

Роланд растянул губы в странной усмешке, а потом улёгся на диван и устроил меня на себе.

Удобно. Хорошо.

Так хорошо лежать на его широкой груди, чувствовать его пальцы в своих волосах — невесомо и нежно, легко-легко.

Слушать его низкий роскошно-вибрирующий голос и пытаться осознать всё то, что он начал говорить.

— Всё началось задолго до рождения первого императора, — начал Роланд. — Государственное образование, которое раскинулось среди звёзд после изобретения межзвёздного шага, называлось альянсом независимых миров. Тогдашние нальоранцы находили всё новые и новые планеты, пригодные для жизни.

Роланд вытянул руку в сторону, и над его браслетом появился призрачный экран, показывающий расширяющееся облако точек, вспыхивающих разным цветом.

— Тогда же активно развивалась псионика. Шло множество исследований и экспериментов, как использовать биологическую энергию внутри тела, особенно электричество нейронов. Оно проявилось в видимом эффекте молний вокруг тела. И побочным — силовой удар, которым тоже научились управлять. Это я про умение двигать предметы.

Он глянул на меня, и я кивнула, что понимаю.

— Раньше устройства для межзвёздного шага были большими и громоздкими, управляющие элементы двигались автоматикой или магнитами. Когда стало ясно, что есть люди, способные двигать элементы своей псионической силой, устройства стали делать меньше, в конце-концов пришли к форме браслета и костюмов на более далёкие расстояния.

Роланд расширил карту вселенной, появились галактики, туманные скопления. Он двигал карту, а затем обратил моё внимание на обширное тёмное пятно.

— Природа человека тянется к познанию неизвестного. Ходить бы нам по обитаемым мирам. Но нашлись те, кого понесло выяснять, что же там, в темноте.

Роланд сделал длинную паузу, а меня вдруг зазнобило. То самое Знание, которое развивал во мне Роланд, подсказало.

Прислушавшись к себе, я поняла, что это отголоски ощущений императора. Точнее даже не его. А… Любого живого существа в нашей вселенной, соприкоснувшейся с той неведомой и необъяснимой жутью.

— Там, в глубине тёмного пятна… — Роланд понизил голос. — Давай я упрощу, чтобы ты поняла. Там… не-жизнь. Можно было бы назвать проходом в другую вселенную, но скорее это чудовищная сила, обладающая своим, не-достижимым нам разумом.

Роланд смахнул карту и обнял меня.

— Она выплеснулась в наш мир. Эта чужая не-жизнь. Прокатилась по всем обитаемым мирам, вызвав катаклизмы. Везде. Поглощая жизни. Оставляя лишь немного, чтобы они снова развились. И не-жизнь смогла потом вернуться. И собрать жизни заново.

У меня мороз пробил по коже.

— Это повторяется, моя Лиа. Периоды… Скажем так, последний раз это было, когда на твоей планете вымерли… — он помолчал и добавил: — динозавры, так у вас звучит это слово.

Я молчала. У меня просто не было слов.

Потому что вместе со словами Роланд передавал мне Знание.

Я воспринимала это жуткое, приходящее к нам из другой вселенной, именно так, как и должно воспринимать любое живое существо… с утробным, инстинктивным ужасом перед чудовищной силой, влияния которой не избежать.

— Когда стало ясно, что именно произошло, — продолжал Роланд, — уцелевшие начали искать способ закрыть… назовём это проходом. Местом, откуда не-жизнь приходит в нашу вселенную. Вычислили, что на это способен мощнейший псионик. Особенно, если его снабдить средствами выживания в космических пространствах: ведь нужно противостоять температурам квазара или гравитации чёрной дыры.

Роланд покрутил рукой, позволяя мне посмотреть на устройство на своей руке.

И ведь я уже понимала, холодея от знания, к чему идёт этот рассказ… Но всё равно слушала, не перебивая.

— Когда ты училась, моя Лиа, ты столкнулась с уровнями знаний. Ты искала, что такое нильера. И не могла выяснить, потому что этот уровень знаний доступен лишь на седьмом. Сейчас у тебя примерно шестой. Как раз на шестом уровне жители Империи знакомятся с истинной ценностью императора-псионика. Сильнейшего псионика из живущих.

Я закрыла глаза. Я справлюсь с тем, что сейчас услышу.

— Сильная императрица нужна для того, чтобы зачать от императора сына. Будущего сильнейшего псионика. Выносить его, родить и вырастить. Даже если его отца не будет рядом. Если он решится отправиться туда, откуда не возвращаются. Чтобы сделать попытку закрыть проход. Чтобы никогда больше не-жизнь не проникла в нашу вселенную.

Я спросила, чувствуя, как немеют губы:

— Твой брат Хенард отправился туда? Он сделал эту попытку?

— Да, — Роланд бережно погладил меня по спине. — Он сделал это для меня. Так как считал себя моей копией. И потому что он старший. Что касается копий императора… Были императоры, которые уходили в тёмное пятно. Уже прожив большую часть жизни, будучи дважды или трижды женатыми, вырастившими сыновей.

— Они уходили, но у них не получалось? — тихо спросила я.

— Нет. Только вот после их ухода появлялись их копии. С их памятью. Сеяли смуту. Как сейчас. Копии Хенарда.

— Вот сейчас сложно, Роланд, — тихо произнесла я. — А как же нильера, моя копия?

— Я уверен, что есть тайная организация, которая ждёт прихода не-жизни в этот мир. Твою копию дали копии Хеннарда. Дело в том, что как раз пришёл очередной этап. Не-жизнь должна была уже по всем расчётам выплеснуться.

Роланд помедлил, глядя перед собой.

— Я сказал, что Хенард выиграл схватку, но проиграл войну. Должна была прийти новая волна не-жизни. Уверен, Хенард нашёл способ это остановить. Судя по тому, что глобального вымирания всё ещё не случилось.

Снова пауза.

— Из-за того, что появились его копии, которые, пользуясь память Хенарда, ищут способ убить меня и мою нильеру. Я делаю вывод, что, пусть и остановил. Но вернуться не смог. Хенард — мой брат близнец. У него есть память о том, как он притворялся мной. Императором. Поэтому не-жизнь, которая управляет его копией, так легко захватила власть в империи. Ну и помогли, конечно. Заговорщики.

У меня голова пошла кругом. Роланд погладил меня по щеке.

— Вот я рассказал тебе, — всматриваясь в мои глаза, улыбнулся он. — Тебе стало легче? Я уверен, что не-знание, лучше, что знание об этом. Но ты попросила. Я дал тебе то, что ты просишь. Как тебе теперь с этим знанием?

Да, он был прав. Знание придавило тяжестью. Лучше бы я не знала…

Но я ни за что бы не отказалась бы теперь от него. Потому что мне Роланд открылся. И я это бесконечно ценю.

Зато теперь мне было полностью понятно, почему во время того приёма в белом дворце, где я думала, что я фиктивная императрица… На меня и Роланда так реагировали его подданные.

На Роланда смотрели со священным благоговением. Знали, что именно он — единственный, кто может встать между их жизнью и не-жизнью…

— Роланд, да, ты был прав, — я взяла его за руку, и он тут же перехватил, переплёл наши пальцы. — Хорошо, что я не знала. Но я не жалею. И благодарна тебе за то, что ты рассказал.

Вспоминая тот приём, я помнила, что и на меня тогда неотрывно смотрели. Со странной смесью недоверия, восхищения и… надежды.

Только сейчас я понимала, что лишь в мыслях своих была фиктивной императрицей.

На самом деле, уже тогда, я имела полное право ею быть.

— Ты не рассказал ещё одно, самое важное, — глядя на наши переплетённые пальцы, сказала я.

— Что, моя Лиа?

— Кто такая нильера на самом деле, — я улыбнулась.

Роланд улыбнулся в ответ. Наклонился ко мне, приблизил свои губы к моим губам.

— Нильера? — его шёпот на моих губах. — Это причина вернуться.