ГЛАВА 43

Андре

Это безумие никогда не закончится. Вот единственная мысль, которая билась в голове. Собирались мы быстро. Казалось бы, уже давно должны были быть готовы, но вышло так, что не готовы совсем. А колокол все звонил и звонил, возвещая, что ритуал начался. Анри пытался с кем-то связаться через визор, но его люди у башни не отвечали. Тогда он вызвал под ее стены весь светлый магистрат. Там же мы должны были встретиться и с темным магистром.

— Полли, остаешься дома с детьми и Вилли, — как будто продолжая отдавать распоряжения, обернулся к ней магистр света. — Герцог Дареаль, вам тоже лучше побеспокоиться о безопасности своей семьи.

— А я уже побеспокоился, — ответил он. — Айша и дети защищены заклинаниями. Я, правда, не уверен, что они выдержат прорыв пустоты, но в этом случае мы погибнем все без исключения.

По лицу Полины можно было прочесть нее — и то, что не хочет отпускать мужа одного, и то, что беспокоится, боится. Но она только обняла своего Анри, поцеловала в губы и сказала:

— Возвращайся. Мы тебя ждем.

Ведьмочка Фила, конечно, дома сидеть не желала. Она доставала из карманов горсти амулетов и раздавала нам. Сам директор Рейдес через визор сообщил, что со студентами и профессорами тоже будет ждать нас у башни. Тяжелее всех пришлось отцу. Пока он вооружался и надевал амулеты, рядом появилась мадам Анжела с длинным кинжалом в руках и подобранными волосами, чтобы не попадали в глаза и не мешали в битве.

— Ты-то куда собралась? — воскликнул Виктор.

— С тобой, душа моя, — ответила она.

— Нет, Анжи! Ни за что!

— Виктор, мне повторить тебе то, что сказала шесть лет назад? Я — графиня Вейран и останусь ею до последнего вздоха. А Вейраны не прячутся.

Великая женщина. Я улыбнулся, хоть сама ситуация ничуть не располагала к улыбке. Жаль, что мы действительно познакомились так поздно. А затем вспомнил о Надин. Жива ли она? Что задумал Денни? Что там вообще происходит?

— Через пустоту пройти не сможем, — вдруг сказал Анри. — Не пускает.

— Зато можем через зеркала, — ответил я. — Но я не знаю, цел ли пол моего этажа. Должен быть цел. Я попробую первым и, если все в порядке, вернусь за вами.

Поправил защитный медальон под рубашкой, кинжал на поясе. Можно идти. Мы вместе поднялись в тренировочный зал, где было установлено зеркало Филиппа. Он активировал символы, я попытался настроиться на башню — и ощутил отклик. Сосредоточился и шагнул сквозь зеркальный лабиринт. К счастью, ноги прочно стояли на полу. Значит, можно идти за семьей. Вдруг на лестнице послышался знакомый голос. Надин! Кинулся туда, чтобы перехватить любимую девушку и магистра Эйлеана, которые обсуждали, смогут ли спуститься по полуразрушенным ступеням.

— Андре! — вскрикнула Надин и кинулась мне на шею, мигом забыв обо всех наших разногласиях.

— Здравствуй, — на миг прижал к себе, и сердце гулко забилось. — Где Денни?

— Он… Долго рассказывать, но… Его тело занял король Раймонд. Магия Пустоты — это не та женщина, которую мы видим, а он сам.

— Что?

— Это правда, месье Вейран, — откликнулся Пьер. — И если мы не поторопимся, всем придет конец.

А вокруг уже клубился серый туман. Я был магистром пустоты, поэтому почти не замечал его, а Надин судорожно закашлялась.

— Идем, я уведу тебя отсюда, — сказал ей. — А вы ждите здесь, месье Эйлеан.

— Нет, я никуда не уйду! Только с тобой.

— Надин…

— Нет времени для споров, магистр, — напомнил Пьер. Там гибнут люди.

Он был тысячу раз прав! Я шагнул обратно в зеркало, и вскоре мы с Филиппом провели всех: Дареаля, Анри, отца и Анжелу, Лиз. Последней шла Вики. Она увидела Пьера и кинулась к нему. Он тоже обнял свою… видимо, возлюбленную, но времени у нас не осталось. Поэтому почти сразу разорвал объятия.

— По лестнице спускаемся со щитами, — скомандовал я. — Она может обвалиться в любую минуту. Надин, мы пойдем последними. Мне надо забрать зеркала.

К счастью, этих самых зеркал в комнате было хоть отбавляй. Треть от полного запаса, накопленного в башне. Я магически уменьшил их до нужных размеров, разложил по карманам, спрятал в рукава. Все это время Надин стояла за моей спиной. Лишь когда сборы завершились, шагнула ко мне и попросила:

— Поцелуй меня, пожалуйста.

Хотелось сказать, что не время и не место, но я едва не потерял ее. И будет ли время и место? Поэтому нежно обнял, привлек к себе, коснулся губами губ.

— Люблю тебя, — прижалась она ко мне.

— И я тебя, Надин. А теперь давай сделаем так, чтобы можно было повторить это друг другу снова.

— Давай. Только выживи, пожалуйста!

— Меня не так просто убить, — усмехнулся я. — Пора.

Лестница выдержала вопреки нашим опасениям, но на уровне первого и второго этажей в ступеньках зияли такие прорехи, что можно было пройти только бочком. Я подал руку Надин, помогая спуститься, и мы вышли — хотя скорее выкарабкались во двор башни. Здесь ничего не было видно из-за темноты и тумана, но определить направление боя было несложно. Яркие вспышки светлой магии указывали, где уже сражались воины светлого магистрата, а черные всполохи, видные даже на ночном небе, — на приближавшуюся помощь.

— Туда, — указал Надин.

Конечно, нас никто не дожидался, но вскоре мы нагнали Филиппа и Лиз. Анри вырвался вперед и уже принял командование своими войсками. Виктор и Анжела присоединились к темным магам — курсантам нашей гимназии, судя по форме. Куда подевались Дареаль и Пьер с Вики, в тумане было не разглядеть.

— Андре, смотри! — обернулся ко мне Фил и махнул рукой куда-то вперед.

Да, теперь я тоже видел. Все сражающиеся маги будто образовывали воронку, а в центре ее находился небольшой мостик через местную речушку, на котором стояли Пустота и Денни. Нет, не Денни. Тот самый король, о котором говорила Надин, потому что у Даниэля Сейдона не было такой горделивой посадки головы, королевской осанки — и тяжелого взгляда.

— Нам надо туда, — сказал я.

— Да, — кивнул брат.

Отговаривать его я не стал. В бою был на счету каждый маг, и уж тем более — мы с Филиппом, с нашей универсальной магией. И если сам я был вымотан длительной болезнью и сегодняшним завалом, то Фил мог сражаться на полную мощь. У него был шанс.

— Я отвлеку их, — сказал братишке. — Ты заходи со спины и попытайся обездвижить. Надин, Лиз, помогайте остальным.

Ведьмочка кивнула. Она поняла, что будет только отвлекать Филиппа, а Надин вцепилась в меня.

— Андре, не надо!

— Надо, любимая. Прости.

Кинул под ноги зеркальце и шагнул в открывшийся портал. Второе зеркало уже зависло над мостом, и я приземлился рядом с королем и Пустотой.

— Добрый вечер, — отвесил церемонный поклон. — Решили прогуляться?

— Андре! — Мне показалось, что Пустота обрадовалась.

— Ждали кого-то другого?

— Нет, исключительно вас, магистр пустоты Андре Вейран, — пророкотал король, обернувшись ко мне.

Даже в худосочном теле Денни он выглядел нерушимым, как скала, и я на миг разглядел другую его внешность, будто проступил из тумана черноволосый мужчина с пронзительным, тяжелым взглядом.

— Мир пришел в негодность, — заметил король. — Как вы можете оправдать себя?

— Раймонд, всего лишь месяц, как он занял свой пост. — Пустота прильнула к нему, будто кошка.

— Месяц? Это очень много. Вы оказались бесполезны, магистр. Анабель, убей его!

— Что? — замерла Пустота.

— Это приказ.

И вокруг всколыхнулась магия, а я отчетливо увидел цепи вокруг тела Пустоты. Не настоящие, магические. Она опустила голову.

— Прости, мальчик мой, — сказала глухо. — У меня приказ.

— Я понимаю, — ответил, крепче сжимая в руке зеркальце. Фил уже замер за спиной короля, но я даже не смотрел в его сторону, чтобы не выдать. А туман вдруг стал гуще, из него повалили тени. Они окружили меня настолько плотным кольцом, что даже Пустоту не было видно. Пора.

Я шагнул в первое зеркало. Зеркальный круг взметнулся, отделяя нас с Пустотой от других. Пока она здесь занята со мной, остальные если не в безопасности, сражаясь с тенями, то у них хотя бы больше шансов остаться в живых.

— В игры играть вздумал? — спросили все тени разом.

— Я люблю игры! Давай, Андре Вейран. Покажи, на что ты способен, — подначила меня Пустота.

Шаг — зеркало. Шаг — зеркало. Я появлялся на месте лишь на пару секунд, наносил удар по ближайшей тени и снова уходил в зеркальный лабиринт. Шаг — зеркало, шаг — зеркало. Замысловатый ганец, который танцевали мы с Пустотой. В этой битве не будет победителей и проигравших, потому что проиграем мы все. Кто-то — жизнь, кто-то — любовь, друга или свободу. Но надо сражаться, чтобы потерь не стало больше. А затем, делая каждый шаг, я стал не просто уничтожать тень, а оставлять маленькое, едва заметное заклинание на раме зеркала.

— Думаешь, обманешь? — зашипела Пустота, и тени метнулись на меня все разом, ограждая от зеркал.

Я махнул рукой, и зеркала вспыхнули ослепительным светом, уничтожая прислужников Пустоты. Теперь от них и тени не осталось. Забавно… Но не они были моими противниками, а сама Пустота. Она стояла в центре круга, недосягаемая для света, и следила за каждым моим движением. Поняла, что теням конец, и взмахнула рукой.

Темно! Что такое? Будто глаза закрыла черная пелена. Ослепление? Я сделал неуверенный шаг туда, где должно было находиться зеркало, но пальцы ухватили пустоту.

— Прости, Андре, — услышал ее голос. — Ты слишком слаб сегодня, мальчик. Тебе меня не победить!

— Я не слаб! — рыкнул в ответ. — И не проиграю.

— Тогда бей.

Я ударил в направлении голоса — и услышал громкий вскрик. Надин! Нет, пожалуйста, только не это. Дымка рассеялась, а Надин замерла у ног Пустоты, зажимая кровавую рану в боку. Я кинулся к ней, но Пустота перекрыла мне путь.

— Не так быстро, магистр, — сказала она. — Мы играем с тобой.

И вновь призвала магию. Я кинул вперед зеркало, и оно приняло удар на себя, пошло трещинами, рассыпалось на осколки. Зато это дало мне лишние секунды, чтобы ударить. Не пустотой, нет. Глупо сражаться этой магией против самой ее сути. А светом, ярким и ослепительным. Тем светом, который когда-то позволил мне активировать светлый алтарь. Гори! Гори огнем!

Пустота истошно закричала. Свет пришел еще откуда-то снизу, но я не знал, кто решился мне помочь. Еще один огонек и еще.

— Направить свет на Пустоту! — скомандовал где-то вдалеке Анри, и светлые маги усилили напор.

Она корчилась и визжала, но мы держали крепко. Гори! Пока маги не давали Пустоте пошевелиться, я сам плел из света особое заклинание.

— Еще немного! — попросил их, осознавая, что у Надин все меньше времени. Моей Надин… А затем накинул на Пустоту светящуюся сеть.

Она протяжно вскрикнула — и замерла на мостовой. Ко мне уже приближались служители светлого магистрата. Они подхватили мою сеть и спеленали Пустоту так, чтобы она и двинуться не могла, а я набросил сверху темный и зеркальный покров отражающей стороной внутрь. Не выберется!

Сам же кинулся к Надин. Она едва дышала, а на камни натекла целая лужа крови.

— Надин! — подхватил ее на руки. — Надин, пожалуйста.

Оглянулся. Анри спешил к нам, но он не мог ходить сквозь зеркала и был слишком далеко. А сам я не умел исцелять. Призвал те жалкие крупицы света, которые всегда вызывала попытка использовать заклинания исцеления, и попробовал остановить кровь. Не получается!

— Андре, — прошептала Надин, протягивая ко мне руку, алую от крови.

— Я здесь, — схватил ее ладошку и прижал к губам.

— Ты… не виноват.

Не виноват? Это я нанес эту рану! Я! Пожалуйста, Надин, пусть лучше я умру на этой мостовой, но ты будешь жить. Пожалуйста!

Свет хлынул так неожиданно, что я сам едва не ослеп. А когда смог видеть, кровь остановилась. Надин все еще тяжело дышала, но такая страшная рана превратилась в рубец. Как это могло получиться? Как?

— Давай я, — до нас наконец-то добрался Анри. Провел магией вдоль тела Надин, призвал исцеление. — Она будет жить, слышишь? Ты справился.

Справился. Я, шатаясь, поднялся на ноги. Справился, чтоб мне провалиться… Тихо рассмеялся как сумасшедший. Да, тут недолго и с ума сойти. О боги…

Поднял голову — и замер. На мосту кипел бой. Сверкал серыми всполохами купол, отгородивший короля Раймонда и… Филиппа. Маги пытались его пробить, но у них ничего не выходило. А Раймонд теснил Фила к перилам моста. Нет, так не пойдет! Не позволю! Я кинул под ноги зеркало, чтобы снова шагнуть на мост. Рано радуетесь, король Раймонд. Место пустоты — в пустоте.